«Kuss»

Ночь была темной и тихой. Партизан, скрываясь в тени деревьев, двигался бесшумно, но его шаги не ускользнули от внимания. Несколько немецких солдат патрулировали местность, и один из них, заметив движение, выскочил вперед. Вскоре партизана окружили, на него были направлены фонари и винтовки. — Ах, вот он, — усмехнулся один из солдат, когда его взгляд упал на лицо партизана. — Ты тот, кто так смело разгуливает с листовками, да? Партизан стиснул зубы, стараясь не выдать паники. Он знал, что это мог быть его последний момент. — Понял, понял… — продолжил солдат, держа листовку в руках и разглядывая их. — М-м-м, ты посмотри! Вместо того чтобы ругаться, ты написал нам «Schatz». Как мило. Кто же мог подумать, что мы такое «сокровище» для вас? Другие солдаты смеялись, и у одного даже слезы выступили на глазах от смеха. Партизан нервно сглотнул и попытался оттолкнуть ближайшего солдата. Но тот крепко схватил его за руку, и схватка начинала становиться неминуемой. — Ты думаешь, что сможешь уйти так просто, парень? — сказал один из солдат, пытаясь удержать его. — У тебя еще есть шанс сказать нам, кто твои друзья. И где они, мы бы не отказались послушать. Партизан не растерялся. В его голове мелькнула мысль, что, возможно, это его последний шанс. Он сделал шаг назад, с усилием вырвал руку и, в отчаянной попытке сбежать, неожиданно наклонился вперед и крепко поцеловал солдата прямо в губы. Солдат был в таком шоке, что его руки разжались. Время как будто замерло, и, благодаря этой внезапной смелости, партизан в последний момент вырвался из хватки. В этот момент он побежал, забыв про все осторожности, просто стремглав бросаясь в ночь. Смех немецких солдат все еще звучал в ушах, но партизан уже был далеко. А солдат, к которому он только что подошёл, стоял ошарашенный, пытаясь понять, что же только что произошло. От неожиданности он еще долго не мог вымолвить ни слова. — Ну вот… — сказал один из солдат, — это, похоже, будет единственная вещь, которую мы будем помнить об этом партизане. В том числе и странное ощущение от поцелуя, который казался совсем не похожим на то, что они ожидали от врага.