.1.

— А если бы я прямо сейчас разложил тебя на столе, это бы сильно помешало нашей дружбе? Лойя, сидящая напротив него с мольбертом в руках, вдруг давится воздухом и стремительно краснеет. Это заставляет ухмылку стать ещё шире, хотя куда ещё - чуть-чуть и губы треснут. Юнги смеётся, запрокидывая голову назад и обнажая дёсны; долго, заливисто, почти искренно. Они познакомились около года назад, на какой-то художественной выставке, на которую Юнги затащил Намджун. Молодая, красивая европейка, что приехала в Сеул отдохнуть и набраться вдохновения для написания какой-то картины. Ее густые, красивые брови были нахмурены, губы слегка поджаты, а пальцы легонько стучали по подбородку - она была так сосредоточена, рассматривая картину мрачного леса с тонкими голыми деревьями, что кривились в причудливых формах. Налюбоваться ей было невозможно. Длинные пушистые каштановые волосы легкими волнами спадали на плечи. Овальное лицо с милыми щёчками, но таким сдержанным, строгим взглядом заставляли биться сердце чаще, словно кислорода не хватало и нужно было ускорить работу. Ее большие серые глаза искрились счастьем и весельем, стоило только опустить какую-то глупую шутку, вызывающую улыбку с ямочками. Глупые шутки... Это всё, что мог позволить себе Юнги в её сторону. Она отличалась от других девушек - оно и понятно, иностранка, выросшая в других условиях, с другими понятиями. Была так прекрасна, что самому хотелось научиться рисовать и увековечить милый сердцу образ. Мин шутил, много и часто, иногда, как сейчас, даже похабно, но это была маска того беспечного, забавного и непринужденного мальчишки, что просто хороший друг с плохими шутками. Он шутил, вкладывая свои чувства в слова, но скрывая их за ширмой забавы. Потому что... — Ты такой дурак, Юнги. Посиди ещё немножко, я почти закончила, а то меня ждёт Намджун. ...потому что у неё был Намджун, который вдруг решил подойти тогда и завести непринужденную беседу об авторе картины. Юнги стоял тогда и чувствовал себя третьим колесом, потому что он не разбирался в искусстве, да и друг, заметив повышенный интерес Мина к юной особе, вдруг перехватил инициативу в свои руки. Он клюнул на оболочку - невооруженным взглядом было видно, что Ким симпатизировал Лойе. Обмен улыбками, номерами, а потом и вовсе слюнями - всё это завертелось слишком быстро, не давая брюнету опомнится и оставляя в статусе «друг». Намджун не побоялся попробовать, узнать прекрасную душу и признаться. Он получил, в итоге, то, что так желал сам Мин. Юнги грустно смотрит, как на когда-то белом холсте играют новые, тёмные краски. Он кружится в танце на сцене в красивой чёрной рубашке и с украшениями в ушах и на руках. Волосы блестят в свете софитов, крошечные блёстки кружат в воздухе. Его лицо расслаблено и как будто горит страстью - как будто танцы являются всей его жизнью, и он был рождён, чтобы летать по сцене. Губы приоткрыты, слегка открывая зубы. Он грустно смотрит и хочет верить, что такие картины нельзя рисовать без чувств.