22. Муку просеиваем с разрыхлителем

      Неловко сказав со сцены несколько слово благодарности за представившуюся возможность и пообещав с энтузиазмом взяться за любого рода обязанности, возложенные на неё в связи с новой должностью, Фурина театрально изящно поклонилась, как делала это раньше. Приняв от ведущего поздравительный букет, она под аплодисменты гостей покинула сцену.       Её охватывали самого разного рода чувства: и волнение от новой для себя роли, и воодушевление от успеха её дела, над которым она так долго работала. Но самым сильным чувством была приятная ностальгия о том, как на неё прежде реагировали жители Фонтейна, когда она была Гидро Архонтом. Сейчас реакция публики была один в один, как в те дни. Но было одно отличие: прежде, наслаждаясь бурными овациями и восхищением, она никогда не забывала о том, что вернувшись в свои покои вновь столкнётся с одиночеством и тоской. Теперь же это не омрачало её мысли и наслаждаться всеобщим вниманием, пусть и в кругу лиц, по величине не сравнимым с прежним, было гораздо приятнее.       Пока она осмысляла свои чувства, к ней успел подойти человек, которого она по долгу службы уже встречала раньше – Ванигем, хозяин "Дебор Отеля". Именно с ним чаще всего ей прежде назначали встречи, как с представителем профсоюзного объединения. Заметив знакомое лицо, Фурина выкинула все мысли из головы и первая завязала разговор:       — Мсье Ванигем, какая встреча!       — Действительно! Никогда бы не подумал, что мы встретимся при таких обстоятельствах! Давно я не видел, чтобы кто-то с нуля достигал таких результатов! Блестящий старт!       — Огромное спасибо! Хоть я безумно рада, всё равно немного волнуюсь! Это всё очень неожиданно для меня!       — Разве? Когда мы анализировали квартальные отчёты, ни у кого не было сомнений, что должность председателя достанется Вам. Особую роль сыграла статья на первой полосе "Паровой птицы". Вы первая, кому это удалось.       — Вообще, изначально я собиралась купить там обычную рекламу, но мне сильно повезло.       — Повезло – не то слово! Поделитесь, как Вам удалось уговорить репортёра на это? Если я не ошибаюсь, автор статьи – Шарлотта?       — Верно. Но, к сожалению, ничего особенно полезного я Вам сказать не могу. Разве что, она в восторге от морских коньков.       — Хммм, я подумаю, как это можно использовать. — он всерьёз задумался. — Надеюсь, у Вас нет планов на следующую пятницу?       — А что будет в следующую пятницу? — удивлённо спросила Фурина.       — Вам нужно будет провести встречу с главой региона и представить ряд наших инициатив по улучшению условий труда для работников сферы малого и среднего бизнеса. Там несколько предложений по налоговым вопросам и некоторым правилам работы коммерческих организаций. Нам представляется возможность попасть на подобные встречи раз в квартал, на них всегда отправляется председатель профсоюза... Хотя что я Вам рассказываю, Вы как никто другой это знаете. Вот, — он протянул ей лист бумаги и продолжил. — тут ряд вопросов, которые будут представлены для обсуждения. Встреча во Дворце Мермония в 19:00.       — А почему так поздно? — беря в руки протянутый лист бумаги, спросила Фурина.       — Так Вы же сами когда-то установили это время, с тех пор оно не менялось. — ответил Ванигем.       Покопавшись в памяти, Фурина вспомнила, что специально выделяла на эти встречи последнее время в рабочем графике, чтобы побыстрее разобраться с незначительными, по её мнению, вопросами, и закончить рабочий день пораньше.       Девушка ещё с полчаса поприсутствовала на этом мероприятии, время от времени принимая поздравления от восхищённых коллег. Однако, физическая утомлённость от очередной напряжённой недели давала о себе знать и Фурина решила отправиться домой.       Неся в руках букет, внутри которого лежал аккуратно сложенный лист с вопросами для деловой встречи, девушка шла по улице в сторону дома. Уже было достаточно поздно, и если бы не яркие уличные фонари, то разглядеть что-то вокруг было бы невозможно. Мысли Фурины занимало одно – предстоящая встреча с Нёвиллетом во дворце. С одной стороны, стоило больше радоваться достойному возвращению в стены дворца, по которому она успела соскучиться, ведь с Нёвиллетом они итак видятся каждые выходные, но нестандартные обстоятельства предстоящей с ним встречи добавляли к ней особый интерес. Возможно, даже получится сделать сюрприз. Лично она никогда не следила за тем, с кем именно назначали такие встречи. Ведь представители профсоюзного объединения постоянно менялись. Но Нёвиллет, в силу своей ответственности, может и обратить на это внимание. В любом случае, она не узнает этого до следующей пятницы.       Бредя по дороге, она проходила по улице, на которой находился её магазин. Дойдя до него, девушка остановилась и окинула беглым взглядом свою кондитерскую. Посмотрев ещё раз на букет, она подняла глаза на это небольшое здание, которое когда-то сняла на своё последнее жалование, выданное ей как Гидро Архонтоу. От осознания пройденного пути её охватила гордость за проделанную работу и вложенные в собственное дело силы.       Она бы простояла так чуть подольше, растворяясь в своих чувствах, если бы боковым зрением не заметила в паре десятков метров старого седого мужчину, покидающего небольшой дом и задержавшегося на крыльце. Присмотревшись, она заметила, что он повесил на двери небольшую табличку.       Подойдя поближе, она прочитала на табличке: "Сдаётся".       Заметив Фурину, старик сразу немного оживился.       — Мисс Фурина? Какая встреча!       — Добрый вечер, Мсье...       — Жан, — сказал старик, дружелюбно протянув ладонь для рукопожатия. — очень приятно лично с Вами познакомиться.       — И мне тоже. — ответила Фурина, пожав руку. — Вы сдаёте этот дом?       — Да, приходится. Здесь ранее жила моя внучка, но недавно она вышла замуж и переехала к мужу. Этот дом купил ещё мой прадед и в нём раньше жили только члены нашей семьи, а теперь, когда у всех есть своё жильё, приходится сдавать дом. — сказал Жан, под конец прозвучав совсем уж грустно.       — Так это же хорошо, что теперь у каждого есть своё личное жильё. — ответила Фурина.       — Хорошо, конечно, но этот дом для меня не просто недвижимость, а семейная ценность, передающаяся из поколения в поколение. А сейчас она оказывается никому не нужной. — пояснил старый мужчина.       — Но вы же собираетесь сдавать его, а не продавать. У Вас всегда будет возможность заселиться обратно, если захочется!       — Мне-то может и захочется, только я уже совсем старый и мне, чувствую, недолго осталось. А вот мои правнуки скорее всего этот дом увидят только на фотографии или услышат о нём из рассказов своей матери. Навряд ли они будут испытывать к нему те же чувства, что и я.        — Хммм. — Фурина задумалась и оглядела дом.       — Вы наверное не понимаете, потому что ещё слишком молоды. — с доброй улыбкой сказал мужчина.       — В последнее время я действительно ощущаю себя лет на двадцать, — мило улыбаясь, ответила Фурина. — хотя я живу на этом свете подольше Вашего где-то более, чем в пять раз!       — Иногда я позволяю себе быть легкомысленным и иррациональным, и в такие моменты тоже чувствую себя молодым, но боль в суставах быстро напоминает мне о моём возрасте. Может быть, старость – это не про прожитые годы, а про болячки и недуги?       — Дааа, звучит неутешительно. Теперь, когда я обычный человек, мне это всё только предстоит пережить... — Фурина не подала виду, но она немного расстроилась, осознавая вырисовывающиеся перспективы.       — Не расстраивайтесь! Про нас, стариков, часто говорят, что у нас много общего с детьми: нуждаемся в заботе, хотим много внимания и часто обижаемся. — смеясь, сказал седой мужчина.       — Я действительно слышала что-то подобное раньше, но никогда не задумывалась, почему так говорят.       — Я и сам не знаю, почему мы себя так ведём. Может, мы просто таким образом неосознанно тоскуем по юности? — Жан перевёл взгляд с Фурины на дом и задумался о чём-то.       Девушка последовала его примеру и окинула взором небольшое здание.       Это было типичный по стилю для Кур-де-Фонтейна дом. Закон о единой стилистике всех архитектурных сооружений был принят уже настолько давно, что стал данностью. Когда дома становились ветхими от старости, их сносили и строили точно такие же. Из-за этого сделать вывод о том, сколько лет тому или иному зданию можно было только по его состоянию, но никак не по внешнему виду.       Фурина оглянулась на свой магазин, стоящий недалеко от этого дома. Она сразу подумала, что было бы здорово жить так близко к месту своей работы. Высвободилось бы лишнее время от того, что она сэкономила бы по дороге на работу. Посмотрев на Жана, Фурина спросила:       — А я могу снять этот дом?       — Вы?! Это была бы большая честь для меня! Неужели Вас так растрогал мой рассказ?       — Да, но дело не только в этом. У меня тут рядом моя кондитерская. — пояснила Фурина.       — Ааа, я слышал о ней! Внучка рассказывала мне, что иногда заходила к Вам. А теперь из-за переезда придётся полчаса идти пешком. Но настрой у неё достаточно решительный.       — Мне очень приятно это слышать! Можно взглянуть на дом?       — Конечно! — Жан открыл ключом входную дверь и распахнул её перед Фуриной.       Пройдя по коридору, девушка дошла до небольшой гостиной. Помимо неё, она обнаружила несколько дверей: в уютную спальню, просторную ванную комнату и достаточно большую кухню-столовую. Интерьер во всём доме был выдержан одинаковый: домашний и тёплый. Светлые и мягкие цвета приятно сочетались между собой. С виду было сразу понятно, что тут жила молодая девушка.       Идя вдоль гостиной и оглядываясь, Фурина остановила взгляд на фотографии, стоящей в рамочке на камине. Перед глазами был снимок очень красивой девушки, разодетой в изящное жёлтое платье с прелестной шляпкой на голове. Где-то она её уже видела... Стоп, это же...       — А это как раз моя внучка, Мари! — гордо сказал Жан.       Спустя недолгую паузу девушка ответила:       — Она очень красивая.       Фурина смотрела на старика взглядом, за которым скрывалось нечто большее, чем восхищение внешностью внучки. Поразмыслив, старик решил, что личные фотографии членов семьи владельца новому жителю дома явно ни к чему.       — Наверное она забыла фото, когда торопилась, собирая вещи. А ещё про мою память что-то говорит... — кротко улыбнувшись, он продолжил. — Я заберу рамку и передам ей.       — Если Вы не против, я бы оставила фото.       — Почему? — удивлённо спросил Жан.       — Знаете, когда-то Ваша внучка стала моим первым покупателем, не считая друзей и знакомых. Я хорошо запомнила тот день. — Фурина разглядывала лицо девушки, припоминая день, когда та пришла в её магазин. — А ещё, мне кажется, Вам было бы приятно, если бы в доме осталось что-то, напоминающее о членах Вашей семьи. Да и фото отлично сочетается с интерьером!       Договорив, девушка вернула фотографию на то же место, откуда её взяла.       — А Вы умеете убеждать! Так и быть, пускай остаётся!       Закончив осмотр, Фурина и Жан вышли на крыльцо. Старик протянул девушке два набора ключей.       — Тут ключи от входной двери, чердака и погреба, и запасной комплект. — ненадолго задумавшись, старик продолжил. — Касательно стоимости аренды...       — Как насчёт шестидесяти тысяч?       — Что Вы? Это выше средней по рынку! Вообще-то, я хотел сделать Вам скидку... Всё-таки, Вы когда-то были Архонтом.       — Это было давно. И я бы не хотела, чтобы из-за моего прошлого Вы теряли в доходе от сдачи жилья.       — Справедливо. Что ж, не буду настаивать. Скажу честно, мне очень приятно, что именно Вы будете тут жить.       — Это взаимно! — ответила Фурина и попрощалась с Жаном.       Воодушевлённая скорым переездом девушка направлялась домой и была уже почти на месте, когда издалека заприметила хорошо знакомую высокую мужскую фигуру, ожидающую её у крыльца.