<3

Беннет бредёт по дороге к Вольфендому и совсем не смотрит под ноги. Он никак не может перестать смотреть на пластырь у себя на руке. Казалось бы, самый обычный пластырь, но если присмотреться — он весь разрисован сердечками. Их нарисовала Барбара, которая и заклеила пластырем очередной порез на руке Беннета. Откровенно говоря, сердечко юноши не выдерживало всех этих сердечек. «Я стала их разрисовывать для детей, чтобы им не было так грустно из-за того, что поранились. Надеюсь тебе это тоже поднимет настроение!». Что уж тут говорить, буквально всё, что делала Барбара, поднимало Беннету настроение. Так он и шёл, не отрывая взгляда от кусочка пластыря, и конечно же споткнулся о корень и упал. Вставать не спешил — ну а куда спешить? Беннет остался лежать на земле, глядя то на небо то на пластырь, пытаясь заставить сердце биться не так бешено. Так его и застал Рэйзор, забеспокоившийся о друзьях, которые обещали прийти и всё не приходили. — Почему… Ты тут лежишь? — Я упал. — Зачем ты упал? — Не «зачем», Рэйзор, в таких случаях спрашивают «почему ты упал» или «как ты упал». — Беннет тяжко вздыхает. — Я просто споткнулся и не стал вставать. Рэйзор хмурится непонимающе, берёт Беннета за руку и легко поднимает с земли. — Спасибо. — Беннет шмыгает носом и отряхивает грязь с шорт. — А где Кли? — Кли уже здесь! — раздаётся крик откуда-то сверху. Кли спрыгивает с ближайшего дерева прямо перед мальчиками. — Я хотела вас напугать, но потом пожалела! Я ведь умею быть очень страшной! Втроём друзья идут по Вольфендому к берлоге Рэйзора, где собираются как минимум раз в неделю чтобы подурачиться, поесть вместе, рассказать Рэйзору новости Мондштадта и разные сказки. Рэйзор и Кли что-то активно обсуждают, точнее Кли что-то активно рассказывает, а Рэйзор важно ей кивает. Беннет никак не может вникнуть в суть разговора, потому что внимание его неизменно возвращается к пластырю на руке, к нежному голосу Барбары, её мягким рукам и самой доброй на свете улыбке. Вот значит как она настигла Беннета, эта пресловутая влюблённость. И как теперь быть? Что делать, как себя вести? Как донести до Барбары свои чувства, да и нужно ли это? Поговорить Беннету было решительно не с кем. То есть он конечно мог поговорить с папами, или с Ноэлль, или с Фишль, но пап он в этом вопросе стеснялся, а девчонок тем более. Вот Рэйзора и Кли он не стеснялся совсем, ведь они его самые лучшие на свете друзья, но… Кли совсем ещё маленькая, а Рэйзор ровным счётом ничего не смыслит в человеческих отношениях. Тут они ему не помощники. Но с другой стороны просто выговориться тоже бывает очень полезно. У берлоги Рэйзор и Кли устраиваются у большого плоского камня. Кли принесла бумагу и карандаши и показывает Рэйзору как умеет рисовать. Тот, кажется, никак не может понять как у неё это получается. — Р-ребята… — Беннет откашливается, чувствуя себя так будто сердце сейчас выкашляет. Рэйзор и Кли поднимают на него взгляд. — Можно я кое-чем с вами поделюсь? Просто послушайте! Мне это сейчас очень надо. — Друзья всегда слушают и поддерживают своих друзей! — с важным видом заявляет Кли, а Рэйзор кивает. — Дело в том… Дело в том, что я влюбился. Очень сильно влюбился. Ну вы знаете, в смысле когда вам нравится человек, но не как друг. Я влюбился в Барбару. Барбара это яркая девочка из Мондштадта, помнишь, Рэйзор? Я, наверное, давно уже влюбился, просто не понимал толком что это такое, у меня ведь это в первый раз. Но она… Она такая чудесная. Мне хочется проводить с ней как можно больше времени, хочется радовать её и веселить, защищать, и подержать за руку по-настоящему, а не когда она обрабатывает мои порезы и ссадины, и даже… А, неважно. Но где я и где Барбара Гунхильдр, правильно? У неё есть целый клуб поклонников, хотя Альберта оттуда я бы с радостью пихнул в самое сердце лагеря хиличурлов! И всё-таки Барбара добрая, умная, красивая, а я… Это я. Рэйзор смотрит на Беннета, покусывает губу, и Беннет прямо-таки видит как крутятся шестерёнки в голове у волчонка. Кли пожимает плечами. — А что ты? Ты добрый и красивый! Не такой умный как братик Альбедо, но очень даже умный! Беннет ухмыляется, почёсывая затылок. Приятно такое слышать, да толку… — Влюб…лённость? — спрашивает Рэйзор, ни к кому конкретно не обращаясь. — Я понял. Случка. Ты… с другими будешь драться. За самку. То есть… За девочку. Принеси ей кабана. — Да какая случка! — Беннет чувствует как его лицо горит как его же Глаз Бога. — Но если переводить на волчий язык… Примерно этот смысл. Только примерно! Мы с тобой потом поговорим о любви, лучше даже вместе с Лизой, я сам понятно не объясню… — Я понял. Нужно убить кабана. — продолжает Рэйзор. — Ей не нужен кабан! — Принеси ей цветы. — буднично говорит Кли, раскрашивая какой-то рисунок. — Когда братик Итэр приходит в Мондштадт, он всегда приносит братику Альбедо цветы, и он его за это целует. Может Барбара тебя тоже поцелует! Беннет прикрывает лицо руками, пытаясь не поддаваться столь приятной фантазии. Но идея вообще-то отличная — подарить Барбаре цветы. Для начала как благодарность за её помощь. А потом… Потом он ещё подумает, что сделать и сказать. — Ты права, Кли! Идём к озеру Звездопадов! *** У озера Звездопадов растёт много ветряных астр, и оно достаточно далеко от Мондштадта, чтобы Рэйзор согласился туда пойти. Ветряные астры кажутся Беннету идеальным вариантом подарка — они красивые, яркие, явно впитали в себя энергию Анемо Архонта. Барбаре больше подходят сесилии, но идти за ними очень уж далеко и высоко, а подарить цветы нужно обязательно сегодня, иначе запал смелости закончится. Больше всех цветов собрала Кли, а Рэйзор, кажется, попутно съел большую часть собранного, но букет получился большой и красивый. — Барбара будет рада! — улыбается Кли. — А знаешь, идея Рэйзора тоже хорошая. — вдруг заявляет Беннет. Рэйзор тут же берётся за огромный меч, висящий у него на спине. — Идём. Я знаю место, где много кабанов. — Я не про кабана! Я про идею принести что-то вкусное! Может, собрать каких-нибудь ягод? — Беннет почесывает затылок, оглядываясь вокруг, пытаясь найти какие-нибудь кусты. — О! — восклицает Кли и бросается к Рэйзору. Она запускает руку в его густые волосы и… достаёт оттуда два волчьих крюка. — Это я спрятала на случай если проголодаюсь. Но могу отдать тебе! — Не стоит, оставь себе. Я поищу валяшек. — смеётся Беннет, а Кли пожимает плечами, съедает одну ягоду, а вторую отдаёт Рэйзору. Ещё немного погуляв Беннет и Кли прощаются с Рэйзором («Нужен был кабан. Но ягоды… тоже подойдут. Иди и дерись за неё») и двигаются обратно в Мондштадт, попутно собирая все самые красивые и спелые ягоды. В городе Беннет доводит девочку до дверей резиденции Ордо Фавониус. — У тебя всё обязательно получится, как у братика Итэра! Я в тебя верю! — говорит Кли, обнимая Беннета на прощание. Он трепет девочку по голове, стараясь искренне поверить в её веру в него. На ватных ногах Беннет бредёт к собору Барбатоса с букетом ветряных астр в одной руке и мешочком ягод в другой. С каждым шагом решительность его оставляла. Что он скажет? А что скажет Барбара? Совершенно очевидно, что он ей уже совсем надоел. Ещё бы не надоел! Он чаще всех ходит к ней лечиться, это же кошмар какой-то! За самобичеванием Беннет не замечает как всё-таки доходит до двери комнатки собора, в которой Барбара принимает пациентов. Папы всегда учили, что любое дело нужно доводить до конца, поэтому Беннет аккуратно берёт букет и мешочек в одну руку, прячет за спину, а свободной рукой стучится в дверь. Мелодичный голос за дверью отвечает: «Войдите!». Беннет сначала просовывает голову за дверь, а потом аккуратно заходит сам. — Это я… — Беннет! — Барбара встает, уперев руки в бока. — Как ты умудряешься? Ну как ты так умудряешься? Ты был у меня буквально сегодня утром! Я позже молилась о твоём здоровье, и вот ты снова здесь! — Я не за этим! — тут же восклицает Беннет. — Со мной всё в порядке, я… Я принёс тебе кое-что. В благодарность за твою заботу обо мне и твою помощь. Беннет протягивает Барбаре букет и мешочек крепко зажмурив глаза. Очень жаль, что он не видит, как заблестели глаза и порозовели щёки Барбары. — Беннет! — голос Барбары потеплел. — Тебе не стоило так беспокоиться… Какие красивые астры! А что тут? — прижав букет к груди, Барбара заглядывает в мешочек. — Там ягоды, разные, ну, какие нашёл… Но они все вкусные! Барбара смотрит на него с той самой невероятной улыбкой, от которой Беннету становится тяжело дышать. Она окидывает его взглядом и слегка хмурится. — А коленку где-то всё-таки разодрал! Не будет мне с тобой покоя. Садись в кресло! Я сейчас вернусь. Барбара уходит в другую комнату, прилегающую к её «кабинету». Беннет покорно садится и разглядывает коленку, которая действительно оказывается разодранной. Наверное поранил когда упал, разглядывая пластырь. Барбара возвращается с маленькой аптечкой и садится на колени, приступая к обработке очередной боевой раны Беннета. — Прости… Я даже не заметил, что опять поранился. Барбара только качает головой. Заклеив ссадину новым пластырем с сердечками, она заявляет: — Будешь как новенький. А теперь будем пить чай с ягодами и любоваться астрами. Подожди ещё немного. — Может я помогу? — Нет! Ты мой гость, а ещё ранен. Так что сиди спокойно. Барбара приносит две чашки чая, заваренного с ягодами. Она ставит их на столик, ещё раз уходит, возвращается с вазой астр. А потом… потом она подходит к Беннету стремительно, наклоняется к нему, обхватывает его лицо ладонями и целует в щёку. — Спасибо тебе большое. Мне правда очень приятно твоё внимание. Ты не обижайся, что я так на тебя ворчу. Просто я постоянно переживаю за тебя и твои многострадальные коленки. Всегда сердце не на месте, когда ты уходишь в свои походы за сокровищами. Беннет касается пальцами своей горящей щеки и не может вымолвить ни слова. Барбара хихикает, глядя на это чудо. — Где ты нарвал такие красивые астры? Я бы хотела посмотреть, как они растут. Это наверное очень красиво. — Это… — Беннет наконец-то обретает дар речи, и что-то сподвигло его немедленно взять Барбару за руку, пока он ещё соображает, что делает и говорит. — Они растут у озера Звездопадов. И в Долине ветров тоже, и рядом с винокурней. Я тебя отведу куда хочешь. Будет… Будет как приключение. — Договорились. Я хочу сходить во все эти места. Отправляемся в приключение. — говорит Барбара, переплетая их пальцы.