Часть 1

В домофоне грохотала музыка, поэтому кто именно открыл дверь, Киба не знал. Вошел в парадную, поднялся по лестнице к лифтам и нажал на кнопку вызова. Киба, любитель хорошо выпить и также хорошо потусить, был в смятении, и даже предвкушения праздника не испытывал. Уже долгое время у него и Наруто тянулась какая-то хуйня. Нет, Киба-то знает, эта хуйня называется “Саске”, но конечно Киба же дебил и не прав, и дело не в Саске… Киба снова тыкнул на кнопку. Конечно, всегда он чего-то не понимает. В голове крутился последний разговор с Ино, и от этого становилось ещё гаже. Что она вообще знает? Приехал, понимаете ли, наследный принц. Год его не было, и всё было хорошо. Компания была снова вместе, тусовки, поездки за город… Киба поморщился, вспомнив события у озера, но тряхнул головой, отгоняя воспоминания. То не считается. Он проверил мессенджер. И вот что он должен ей ответить на эту простыню? Черт, нахрена вообще они всё это начали. Это просто так, давай развлечемся, Киба бла-бла-бла — передразнил её интонацию. А теперь она его лечит. Убрал телефон в карман куртки, бутылки в пакете звякнули. Так, ну всё, надо забить. Да, она тоже будет на дне рождения Шики, но лучше об этом не думать. К черту.  Открылась входная дверь, послышались шаги, и на площадке перед лифтом показался Наруто. Они кивнули друг другу. Наруто встал рядом. У Кибы в голове образовалась напряженная тишина. Что-то подсказывало, ему нужно начать разговор, сказать об Ино или спросить, как там с последними экзаменами, но язык прилип к небу, внутри всё отяжелело.  Двери лифта открылись, они вошли. Наруто нажал на седьмой этаж. Лифт загудел и поехал вверх. Наруто держал в руках три коробки пиццы и подарочный пакет. Они же вроде договорились скинуться и перевести Шике, он хотел что-то там себе купить… Какие-то крутые наушники вроде или музыкальную установку. Но нет, Наруто не мог прийти просто так. Пахло колбасой и сыром. В животе заурчало, и Киба вспомнил, что последний раз ел утром в гостях сестры. — Думаешь, снова не хватит еды? — спросил Киба с легким смешком. — Да, на всякий случай, — ответил Наруто с напряженной улыбкой. Вдруг что-то у них над головой заскрежетало, лифт затрясло, и в следующую секунду кабина замерла.  — Что за хрень? — Киба нажал на кнопку открытия дверей, но ничего не произошло. — Может, глючит? — спросил Наруто и настороженно осмотрелся. Киба подождал немного, потом стал тыкать на кнопку вызова, но на линии была тишина. Достал телефон, выругался, отметив, что сети практически нет, а заряда осталось десять процентов, и набрал Шику. А потом свет погас. *** На кухне кто-то выругался. Шикамару сразу понял — опять вырубили электричество.  Замызганный листочек, неряшливо приклеенный на скотч, предупреждал, что два дня будут вестись работы, но закончиться все должно было ещё вчера. Накануне это было очень некстати — весь намороженный лед растаял и превратился в одну большую глыбу, которую они с Канкуро раздалбливали перед приходом гостей. Он включил фонарик. — Всё нормально, — сказал Шикамару, осветив Сакуру и Тен Тен. Они сидели на диване на противоположной стороне стола и озирались. — Опять свет? — Темари недовольно закатила глаза. — Как надоели. Шикамару прошел на кухню. В свете трех фонариков Канкуро вытирал разлитый по столу виски. Раздался звонок. Он почти не разбирал слова Кибы, но догадался, что тот оказался в лифте как раз, когда дом погрузился во мрак.  — Сейчас всё включат. Свет включат! Всё нормально, это проверка, — ему пришлось говорить чуть громче, чтобы на том конце его услышали. — Ты с Наруто? Киба, эй, ты слышишь? — связь оборвалась.  *** Нет, ну это уже бред. Прошло почти двадцать минут, а свет не включали. Киба успел беспорядочно потыкать на все кнопки, попытался открыть двери вручную, но тщетно, и пару раз пнул стены лифта. Пакет с алкоголем стоял в углу. Наруто положил руку ему на плечо. — Хватит, — сказал он, и Киба раздраженно скинул его руку. Заряд на телефоне стремительно падал. У Наруто сети не было вообще. — Да отстань, — сказал Киба и попытался отойти в другой угол. Лифт качнуло. — Что нам теперь делать? — Ждать. Мы ничего уже не сделаем. Наруто был прав, и Кибу это бесило. Он сел на пол. Как нельзя кстати в кармане оказалась парилка Ино. Достал белую коробочку и затянулся. Воздух наполнился запахом клубники. Наруто тоже сел, положил пиццу и подарок на пол, а сверху оставил телефон с включенным фонариком лампочкой вверх. Тишина выводила из себя. Вот когда они превратились в далеких знакомых, а? Всё же было хорошо… Всё этот хренов Учиха… — Как у тебя дела? — спросил Наруто. — Слышал вы с Ино… — Всё нормально. С Ино у нас ничего нет. — Понятно. Снова молчание. — Хочешь? — Киба протянул Наруто парилку, тот взял с кивком, затянулся и закашлялся. — Бля, ну и хрень. Сигареты лучше, — сказал он, но сделал ещё пару тяжек, перед тем, как вернуть обратно. — Согласен.  Снаружи послышались голоса. Наруто и Киба встали. — Эй! — крикнул Киба. — Эй, есть там кто? Это был Шика. Он рассказал о проверках, и о том, что понятия не имеет, когда включат свет. Управляющая компания отмазывалась пустыми бюрократическими формулировками, так что оставалось только ждать.  — Вы там как? — спросил Шика. — Да нормально, — ответил Наруто, вкладывая в голос остатки бодрости. — Вы не ждите нас, как свет дадут, мы присоединимся. У нас пицца есть. — Ха, ты всё таки притащил, да? — Ага. Шикамару ушел. Слышно было, что он идет не один, но тот второй почему-то не стал ничего говорить, и от подозрения, кто был спутником Шики, Киба снова ощутил приступ раздражения. Ну да, конечно, Шика не мог не позвать этого придурка, они ведь вроде как все тут друзья, ну и Наруто бы наверняка бы расстроился… Было душно. Киба сел, снял куртку. Наруто сделал то же самое, а потом взял коробку пиццы и сел рядом.  — Есть чем запить? — спросил он. Киба усмехнулся и достал из пакета бутылку рома. *** Пицца была теплая, ром, к сожалению, тоже, но Наруто, в целом, было плевать. Всё лучше, чем сидеть молча. Он спиной чувствовал недовольство Кибы, и понимал его причину, но говорить об этом не хотел. Может, ещё день назад он бы спросил бы у него по-приятельски, мол, ну, что случилось, давай обсудим, но теперь это всё ощущалось как бесконечная эстафета, по которой он бегает круг за кругом, а Киба как был далеко, так и не пытается приблизится.  Его дело.  Но история с Ино ему была очень интересна, особенно, потому что он уже знал достаточно от Сакуры, и хоть по всем правилам он не должен был бы ни о чем спрашивать, да и не спросил бы, но пять глотков рома вчистую на голодный желудок сделали свое дело. — И всё таки, как так вышло, что вы с Ино стали ну… ты понял — сказал он, передавая бутылку Кибе. Тот недовольно поморщился и сделал глоток. — Да на той тусе у Сая. Они опять при всех разругались, помнишь? Ну и… Короче это хрень какая-то. Типа мы просто стали встречаться у неё. Ну так, знаешь, без обязательств.  — Сакура говорила, ты предлагал ей встречаться уже серьезно. — Да бля, — Киба откусил пиццу. — Ну, предложил, но ты же знаешь Ино. У меня сейчас сложный период, давай попозже вернемся к этому вопросу ля-ля-ля. И пишет мне каждую пятницу, мол, приходи. Сводила меня на выставку. — Выставку? — Наруто отпил рома. — Прикинь. Выставку! Современного художника.  — Это срань. — Ага, — Киба взял бутылку, сделал большой глоток и поморщился. — Фу. Они поели пиццу. — Слушай, а почему ты тогда сбежал? Ну, с дня рождения Сакуры? — спросил Наруто и, если бы был трезвее, пожалел бы. Киба, до того постепенно скидывавший напряжение, ощетинился. *** И вот как он должен об этом ему сказать, а?  Киба запихнул в рот кусок пиццы, но румяная мякоть показалась картоном. Наверное, он должен был придумать какую-нибудь отмазку, мол, позвонила мама, срочно попросила приехать из-за Акамару… но он не рассказывал о состоянии Акамару даже Шино, и озвучивать всё, что случилось два месяца назад было трудно до сих пор.  Да и ощущение, что вот-вот включат свет, и они поедут на праздник, давило. Как будто для подобного разговора нужно больше времени, да и место какое-нибудь другое… вот скажет он сейчас, и что? Загорится свет, они поедут, там все уже ждут, еда, алкоголь, музыка. Не станут же они продолжать в уголке. Да и Саске там. Наруто побежит с ним няньчиться…  Но голос Наруто звучал так добродушно, да и сам он был…был ведь когда-то его близким другом, и Киба почувствовал, что хочет всё рассказать. Ему так уже все надоело. Может, всё из-за рома, но это было не важно, и Киба, вздохнув, посмотрел в стену лифта, ещё девственно чистую, сказал: — Я видел вас с Хинатой. *** Наруто помнил тот вечер.  Сначала они играли в боулинг, потом приехали в съемную квартиру к Сакуре, пили и ели, болтали, всё было как обычно.  Позже он собирал в памяти моменты, и понимал, что всё к тому шло.  Он просто был вежлив. Объяснял, как лучше кинуть шар, чтобы сбить все кегли. Потом, когда она поскользнулась, взял её под руку, и они стояли так вместе, пока не показалось такси.  Он грел её руки, потому что она замерзла. Тонкое синее пальто было в одну длину с платьем. Капроновые колготки.  В квартире она сидела рядом с ним, подкладывала еду. Он наливал коктейли.  Так делают все, это обычное поведение.  Когда начался разгул, Хината застала его одного на балконе. Он отдал ей свою толстовку, стоял в футболке, что-то говорил, а потом…  Ну, они были близко. Костяшки рук касались друг друга, пока движение не стало намеренным, нежным. Смотрели друг другу в глаза. Она ведь правда красивая. А потом она его поцеловала. Её губы были мягкими, обещали большее, и если бы не истлевшая сигарета, не внезапная обжигающая боль, он бы, наверное, не остановился.  Потом стоять на балконе стало вдруг как-то холодно, да и отлучаться так надолго некрасиво, хотя, Сакура на следующий день сказала, что никто не стал бы их торопить, что всем, кроме него, Наруто, было очевидно, что он Хинате нравится, и уже довольно давно. Наруто попросил вейп, затянулся. Оправдываться он не хотел. Выходило тупо. Он понимал, что Киба не просто так рядом с ней трется, но…но всё равно тупо. — Слушай, это было один раз. Ты же знаешь, у нас с ней потом ничего не было. Киба раздраженно усмехнулся. — Да. Я-то знаю. Мне же девочки всё докладывают, я в курсе всех дел. — Киба… — Проехали, — сказал тот и сделал ещё глоток рома. *** Да какого хуя… Он знал, что Наруто ничего с ней не начинал, никогда.  Это было на каком-то бессловесном уровне.  Оба всё понимали и не переходили границ. У Наруто — Сакура, у Кибы — Хината.  Наруто не виноват в том, что Киба в вечной френдзоне, и в том, что Хината слишком деликатна, чтобы прекратить общение вовсе. Так он и существует на расстоянии вытянутой руки. Резко захотелось прижаться к Акамару. Поцеловать влажный нос, почувствовать шершавый язык на лице, мягкую, пахнущую псиной шерсть. Чтобы просто тот был рядом, сидел, вилял хвостом и попрошайничал вкусности…  — Правда, забей, — что-то внутри Кибы порвалось, он поерзал на месте, вспомнил вдруг сообщение от Ино. — Я психанул. Просто не мог смотреть. Но ты не виноват. Что уж тут… Пицца остыла. В спертом воздухе повис запах пепперони и соуса барбекю. — А ты не думал ей сказать? — спросил Наруто. Киба фыркнул. — О чем? Чтобы услышать, как она вежливо мне отказывает. Нахуй, — он сделал ещё глоток. Такими темпами до хаты Шики его придется нести. Видимо, Наруто тоже это понял, забрал бутылку, закрыл и убрал в пакет. Достал колу. Киба подумал, что если они продолжат также, им понадобится ещё одна, пустая бутылка. *** Темари достала весь набор ароматических свечей.  Рок Ли, удачно задержавшийся на тренировке, принес гитару. Он и так бы её принес. В последнее время выступления Рок Ли и Канкуро, горланящих песни на заказ, стали почти традицией, и сейчас были особенно уместны.  Гаара обсуждал с Сакурой общего препода из универа. Ино и Тен Тен хихикали, наблюдая, как Рок Ли настраивает гитару.  На кухне послышался взрыв хохота и грозный окрик Темари. Шика не хотел вставать, но по интонации угадывал приближение бури. Он застал Темари и Хидана посреди очередной склоки. Она хлопнула его полотенцем по голове, тот заржал и показал ей средний палец.  — Убери этого кретина! — крикнула она Шике. — Госпожа недовольна, — рассмеялся Хидан и вытащил маринованный огурец из банки. Последовала перебранка, в ходе которой Темари стала лупцевать Хидана с удвоенной силой, а тот, не смущаясь, пил рассол и шутил, какая она пылкая мадам, и что, может, Шика одолжит её на вечерок. *** Им удалось перейти на нейтральные темы, и ещё двадцать минут они болтали почти как в старые добрые времена.  Вспоминали смешные моменты, смеялись, ели пиццу, запивая колой.  Киба расслабился, и про себя удивлялся, почему он так злился на Наруто.  Ведь всё было хорошо.  Он был здесь, помнил все дурацкие случаи, говорил о них с теплотой. Кибе хотелось, чтобы так было всегда. Наконец, мучавшая его пустота внутри, заполнилась, и всё то, что было ему дорого, оказалось важным не только для него. Но холодок внутри оставался, и усилился, когда Наруто задал следующий вопрос: — А что тогда с презой-то не так пошло? Ну, да.  Где-то две недели назад преподаватели Высшей Академии устроили кросс-факультетный движ в честь фестиваля. Студентов распределили по командам, чтобы те подготовили общее выступление.  Ну, как распределили.  Добровольно-принудительно некоторые студенты выбрали темы и набрали себе в команду таких же неприкаянных. Первым поднял руку Саске, а Наруто просто к нему, как всегда, примазался (ему не хватало баллов для зачета, а препод пообещал закрыть этот вопрос всем участникам). И Саске же предложил Кибе присоединиться к команде. Он, Наруто, Сакура и Неджи должны были сделать доклад с презентацией.  Наверное, ему уже тогда надо было отказаться, или в тот вечер, когда они распределяли подготовку материала. Всё ведь с того момента уже шло не так. Он чувствовал.  Разговор шел мимо него, словно он вообще тут для красоты. Да, ему было неинтересно, но это ощущение, что высоколобые Сакура и Неджи относятся к нему со снисхождением, было омерзительно. И то, как Наруто поддакивал Учихе, как слушался его во всем и со всем соглашался — да год назад такое и представить было себе нельзя.  Киба снова был “песьим заводчиком”, “очередным из клана Инузука”, вечный запасной, а в блеске Хьюга и Учиха и вовсе превратился в тень, от которой ничего не ждут.  Он взял свою часть материала, — до смешного маленькую, — и забыл о ней до последнего дня перед дедлайном, потому что у Акамару обострилась болезнь, и он с утра до вечера делал уколы, заталкивал ему в глотку еду и таблетки, менял пеленки, пытался очистить свалявшуюся шерсть, но помнил, думал. А потом сделал всё за ночь, красиво, аккуратно — заряженный злостью, что все его считают тупицей, а он, вопреки всему, даже когда уже хочется послать всё к чертовой матери, возьмет и покажет, как они ошибаются, и отправил в общий чат.  На фестивале ему никто ничего не сказал. Они все вышли на сцену, речь взяли Саске и Сакура, а когда дошло до его слайдов, то…ничего там не было.  Ничего, из того, что он сделал, не было на экране, а только элегантные, собранные рукой Учиха слайды.  — А что с презой? — спросил Киба в вызовом. — Всё же красиво получилось.  — Ну, ты после нашего выступления сразу свалил… — Блять, ты серьезно? — вызверился Киба и уставился на Наруто.  Тот посмотрел на него с таким искренним недоумением, что ненависть к Учиха полыхнула с новой силой. — Я прислал материал, но твой гондон их не вставил в презу! Просто забил, как будто я ничего и не делал. Видимо, он даже не рассчитывал, что я что-то сделаю, сам всё подготовил!  — Так ты ведь ничего не прислал… — сказал Наруто после мгновения замешательства. Киба резко вытащил телефон и, наплевав, что это будет последнее, что он сделает, открыл чат и пролистал до того самого дня…и замер.  Возле файлика стоял красный восклицательный знак.  Экран телефона погас.  Киба зажмурился.  Какого хрена. Пять утра, несколько часов непрерывной работы, и всё похерилось. Он закрыл мессенджер даже не проверив, дошло сообщение или нет, а после всего просто выкинул чат в архив, чтобы не видеть никогда, и не знать, что там ещё могут написать. — Почему ты ничего не сказал? — сдавленно спросил Киба. — Ты ведь мог позвонить и спросить. *** Наруто откручивал и закручивал крышку колы.  Им нужно было отправить презу рано утром, чтобы её утвердили, но Сакура, почему-то создавшая отдельный от Кибы и Наруто чат, не стала дожидаться. Она заранее всё подготовила, сделала всю часть Кибы и Наруто заодно, потому что хотела, чтобы всё было идеально. Оформила слайды и отправила накануне вечером.  Его, Наруто, материал, был отредактирован так, что он даже не сразу понял, когда началась его часть.  На фестивале было множество важных людей, и Сакура хотела показать себя в лучшем виде, и ей это удалось — через неделю ей предложила стажировку не кто-то, а сама Цунаде, и теперь Сакура могла расслабиться, потому что место в передовом медицинском центре было у неё в кармане.  Слава звезд фестиваля досталась всем членам команды, и каждый получил больше, чем просто зачет у вредного препода. Но всё это было некрасиво, и даже Саске, которому статус лучшего из лучших был важен не меньше, потом рассказывал об этом с неохотой, и свел общение с Сакурой практически до нуля.  Наруто тоже чувствовал себя виноватым — что искренне забил на подготовку, зная, что эти трое все смогут и без него, что в то время больше думал о дополнительных тренировках с Какаши, чем о друзьях, и что ему правда было все равно, сделал Киба свою часть работы или нет. Кибы в его жизни и правда почти не было, и общение держалось только на периодических совместных встречах. — Да забей, это всего лишь преза. Мои слайды тоже переделали, — попытался отшутиться Наруто. — Да я блять всё сделал! — вдруг вскрикнул Киба и голос его сорвался. — Просто твоему новому другу не понравилось, вот он всё и снес! — Саске сделал только свою часть! Хватит на него гнать! — Конечно, ты же его долбанный адвокат. Саске у нас самый хороший, самый умный. С ним тебе интереснее, чем со мной, — Киба взмахнул руками. Наруто сжал зубы и грозно посмотрел на друга, но ничего не сказал.  Будь на месте Кибы любой другой человек, Наруто не стал бы сдерживаться.  Но лежачих не бьют, и разросшаяся до абсурдных размеров слабость Кибы была как на ладони, и ударить в эту кровоточащую рану он не мог. Как и утешить, потому что слова утешения бессмысленны. *** Киба сам понимал, что сказанное больше подходит пятилетнему сопляку, но ничего с клокотавшей внутри злостью поделать не мог. Просто отвернулся, сглатывая комок в горле, и пялился в стену лифта.  Да плевать ему было на презу…  И то, что Саске ничего не менял, он тоже верил, но это изгнание и тишина, и то, что он правда старался из последних сил, а помощи попросить не мог, сдавливали всё внутри.  Он вдруг вспомнил тот день на озере.  Тогда не случилось ничего.  Ничего.  Они просто скинулись, сняли дом, пожарили шашлыки, выпили, сходили в баню. Зеленая трава, ленивое потягивание пива прямо из банки у мангала, громкая музыка, легкий треп. Было хорошо, но в этом была оглушающая пустота, какая-то эмоциональная серость.  Не было смеха, от которого болели щеки, общей игры, рискованных вылазок или розыгрышей, которые бы зажгли в каждом небольшое пламя веселья, и свет которого согревал бы общими воспоминаниями.  Это просто была поездка загород компании когда-то близких, но повзрослевших друзей, и от этого пропасть между ними как будто стала ещё заметнее. *** Наруто закрутил наконец крышку до конца и сидел, опершись о стенку лифта.  Ждал.  А потом, не вполне осознавая, зачем, начал рассказывать про Саске.  Про то, что его брат Итачи, лучший студент Высшей Академии, ездил также по обмену, и Саске, хоть и не хотел, тоже поехал, потому что отец не принимал отказа.  О том, что там было гнусно, и превзойти брата он все равно не смог, а по возвращении узнал, что брат съехал, и оставил его одного.  Как сам Наруто видел, что Саске старается, делает все, что от него ждут, но с каждым днем все больше теряет смысл.  О том, что, вернувшись, Саске завидовал нашей компании, и ему, Кибе, что тот всегда был самый активный, свободный и веселый, а сам Саске не знал, как подобрать слова, как себя вести, чтобы вписаться.  Наруто говорил только о том, что видел, о чем догадывался, потому что Саске тоже не из тех, кто делится проблемами и старается со всем справляться сам.  И что Наруто знал — Саске специально позвал Кибу в команду, потому что так хотел проявить дружелюбие, попытаться хоть как-то сблизиться.  Как ещё он мог объяснить, что Саске нуждался в Наруто гораздо больше, чем Киба, и что он не мог, ну просто не мог, оставить его, и понимал, что, возможно, этот выбор будет иметь последствия, но это не значит, что кто-то для него менее ценен. — И что, я должен его пожалеть? — съязвил Киба. — Нет. Но хотя бы перестань вести себя как гондон. Киба фыркнул, но отвечать не стал. — Достань ром. *** Пустая коробка из-под пиццы валялась в углу. От бутылки осталась половина. Киба чуть не задохнулся от очередного глотка, но ему нужно было, чтобы хоть что-то перебило тлеющую внутри горечь. Слова Ино крутились в голове снова и снова, и он знал, что с самого начала был с ними согласен, но не хотел в этом признаваться.  — Знаешь, я когда начал с Ино…ну ты понял. Я всё ждал, когда она наконец поймет, с кем встречается, и вернется к Саю. Ну я не думал об этом так, но из-за этого не хотел серьезно увлекаться. Типа… зачем? Если она всё равно вернется к своему шибанутому художнику. А потом… блин, ходить по выставкам было не так и скучно. Она рассказывала о художниках, портретах. Ей ведь правда все это интересно. Искусствовед. Дома у неё тоже красиво, везде эти ароматические палки, уютно. Не как у меня, там ведь Акамару, пеленки…— в горле сдавило, Киба замолчал. — С Акамару что-то случилось? — осторожно спросил Наруто, но Киба махнул рукой, мол, не сейчас. — …и было правда так хорошо. Легко, знаешь. Когда, видимо, ни на что не рассчитываешь, ничего не ожидаешь, и просто кайф от каждой встречи. Вот как есть… Я предложил ей встречаться, а она сказала, типа, Киб, тебе надо сначала с собой разобраться. Типа я расклеился… Он умолк. Не мог говорить дальше.  Ино ведь не только собаку имела ввиду. Она ведь знала, что Киба продолжает провожать Хинату, помогать ей — он не скрывал. И на Наруто тоже жаловался.  Ему нравилось, что к Ино можно вот так прийти и всё рассказать, а она будет пить вино и слушать, а потом также болтать о своем, как будто они вечные незнакомцы, только что встретившиеся в баре, и заранее знают, что как только вечер закончится, они беззаботно расстанутся, а весь разговор не больше, чем возможность выпустить из души лишнее.  Вот только она правда слушала, и когда он заговорил о чем-то серьезном отказала, наверное, правильно. Нужна ли она ему по-настоящему? Или просто привычка, ставшая приятной, превратилась в отдушину, мнимое убежище.  «Я хочу быть вместе с человеком, который хочет быть именно со мной, а не убегать от себя». — Киба, — сказал Наруто, положил руку ему на плечо. — Что случилось с Акамару? *** Акамару...не стало. Наруто не стал спрашивать, почему Киба ничего не рассказывал, не просил подробностей.  Губы Кибы дрогнули, он сделал ещё глоток рома, подавился, стал кашлять и ругаться, что теплая жижа это гадость. Наруто похлопал его по спине и остался сидеть так, руку не убрал. Даже в холодном свете фонарика было видно, как Киба напрягся. В глаза не смотрел. Уставился в стену, тяжело дышал носом, и только эти судорожные вдох и выдох слышались в душном лифте.  Он знал, что это значит для Кибы, и действительно в эту минуту очень ему сочувствовал, но также ощущал холодок равнодушия.  Умом всё понимал.  Несколько лет назад, когда после Академии они сразу бежали гулять, подобная новость, возможно, заставила бы Наруто горевать с той же силой, что и его друг.  Но сейчас они были другими.  Они выросли, выбрали разные направления в Высшей Академии, и хоть продолжали видеться, что-то навсегда оказалось утеряно.  Прогулки по прежним местам, прежние разговоры и мечты — да, бывало, они как будто возвращались в прошлое, но это были воспоминания.  Настоящее разделило их. И всё же рядом с ним сидел человек, которого он правда любил, уже иначе, но любил, и пускай это чувство опиралось на память о былом, Киба оставался его другом. Наруто подождал, пока тому станет полегче и негромко сказал: — Мне очень жаль. *** Лифт заработал также внезапно.  Вспыхнула лампа под потолком, заставив зажмуриться, загудел приводной механизм, и кабина поползла вниз. Парни поднялись, собрали свои вещи, и когда лифтер, встретивший их внизу, сказал, что всё в порядке, можно ехать, поблагодарили и пошли по лестнице.  На последнем пролете Наруто остановился. — Ты чего? — спросил Киба. Наруто посмотрел на него, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но покачал головой и пошел следом.  Они поднялись на седьмой этаж, Киба нажал на звонок, и перед тем, как распахнулась дверь и на них хлынули звуки музыки и пьяного гомона Киба сказал:  — Я поеду нового пса брать на следующей неделе. Хочешь со мной? — Да, конечно, — ответил Наруто и улыбнулся.