Часть 5

— Сколько до вспышки?! — Пятнадцать секунд! Она бежала со всех ног, бежала так быстро, как только могла, не спасали экспериментальные нео-лёгкие, ни синтетическая кровь, к которой кислород лип, словно та клеем намазана. Кардиоимплант работал на пределе, биомонитор показывал критическую перегрузку. — Рысь, давай, ещё чуть-чуть! Она перелетела через полосатый шлагбаум, оттолкнулась от него ногой, спустилась на подземную парковку. Страшно было взглянуть на свою ладонь, стертую о металлический трос шахты лифта — пришлось скользить по нему дабы сэкономить драгоценные секунды. Рысь перепрыгнула через ржавый остов грузового автомобиля и остановилась, дыша чаще загнанной собаки. — Куда дальше?! Соломон задумался. — Куда дальше?! Сука, меня щас тут сожрут, Соломон, не тупи! — Направо, к будке охраны, там должен быть сервер и точка доступа! Она повернула, разогналась снова, пробежав всю просторную парковку за одно мгновение, новые импланты в ногах поражали все больше и больше. — Вспышка, вспышка!!! — заорал Соломон. — Блядь! — не сдержалась Рысь, хотя она вообще редко когда сдерживалась. — Ничего, ещё есть около пяти секунд, пока их сигнал дойдет до нас. Выбив плечом дверь и тут же захлопнув ее ногой, Рысь влетела в укрытие, как ошпаренная. — Давай меня в точку, скорее! Рысь подскочила к столу, на котором красовался сервер, подцепилась к нему по личному порту. Ее оптика мигнула синим светом, Соломон загрузил антирадарные скрипты. Теперь эта комната стала единственным местом, до которого не мог дотянуться сканер ALов. Вернее, дотянуться мог, но обнаружить в нем живое существо — нет. — Все, Рысь, мы успели, успели, прикинь! — Повезло, — отрезала она сквозь частое дыхание, держась за правый бок. — Какая там Рысь, бля, ты не Рысь нихрена, ты, мать твою, гепард кибернетический. Я балдею, — Соломон ржал от счастья, его голограмма неподражаемо передавала эмоции. Пульс начал медленно стабилизироваться, кардиоимплант постепенно переходил в штатный режим. Рыси стало чуточку легче. — А я говорил, что успеем, помнишь? — Лучше смотри, чтобы программа путала сканер ALов, как положено, — Рысь медленно опустилась на пол. — Неужели ты не рада? — Соломон, я успела бы в любом случае. — Кажется, когда болталась на тросе, у тебя было другое мнение на этот счёт, — он усмехнулся. — Я бы включила его, — Рысь указала пальцем. — Ага, сандевистана тебе сейчас только не хватало после приступа на крыше. Вот станешь психом, что потом с тобой делать? — Не то, чтобы у меня был выбор. Пришлось бы рискнуть. Лучше уж киберпсихоз, чем к этим инопланетным извращенцам. — Как рука? — Соломон опустился рядом с ней на корточки. — Вопрос, по правде сказать, не очень, — Рысь посмотрела на свою руку, точнее на ее отсутствие. Ладонь ободрало, кожу стесало и сожгло до самого титанового скелета. Выглядело, мягко говоря, плохо. Электрические кабели систем нейронного управления искрили, выглядывая из-под остатков оптической кожи. — Болит? — Соломону было ее искренне жаль, она ведь девушка его лучшего друга, ещё и немного улучшенной сборки. Тупой Милитех из-за своих догадок готов был пожертвовать самой сильной боевой единицей. — Нет, регулятор чувств заблокировал нервный узел. Жить можно, я сейчас будто под анестезией. — Корпораты долбаные, никого не щадят, — Соломон поднялся, ткнулся цифровым лбом в реальную стену. — Да ладно, я ведь сама взялась за это дело. Эрик меня отговаривал, как мог, — Рысь запустила диагностику. — Нет, Рысь, это Милитех поставил тебя в такие условия. Либо ты соглашаешься и живешь дальше в их долбанутом бункере, либо идёшь на корм инопланетной дряни. — Ты прав, конечно, я и не спорю, просто я не хочу думать, что живу в таком ужасном мире, иначе на душе совсем тошно. — В этом мы с тобой прям родственники, я обычно тоже стараюсь быть на позитиве. Рысь странно на него посмотрела. — Что? Разве по мне не видно? — Да видно-видно, ты вообще красавчик, чумба, — регулятор чувств пропустил небольшой нервный импульс от сломанной руки, Рысь скривилась от боли. Она сняла противогаз, кое-как поменяла две пустые колбы, вкрутив на их место запасные. По интерфейсу кироши бежали надписи, диагностика системы нашла столько критических ошибок, столько неисправностей, что уже не каждый рипер взялся бы за ее починку. Стоило свернуть операцию и думать, как вернуться в убежище. Однако, Рысь не привыкла отступать, тем более, рискуя остаться на улице наедине с ALами. Лучше уж попытаться. — Рысь, какого хрена?! Твоя рука! — Соломон указал пальцем на ее ладонь, затем от удивления взялся за голову, — как это, блядь?! Она только сейчас обратила внимание на то, что боль исчезала без помощи регулятора чувств. На интерфейсе кироши светилась надпись, смысл которой для Рыси оставался загадкой. Оставался… До этого самого момента. «Запущена жидкостная конструкт-система, начат полевой ремонт, времени до полного восстановления: 00:04:32» Секунды на обратном отсчёте стремительно сокращались, казалось, даже быстрее положенного. Рысь подняла рукав куртки чуть выше, вены на руке почернели, из повреждённых узлов в районе уничтоженного запястья сочилась темная жидкость. Рысь с неким страхом наблюдала за происходящим, жидкость словно обладала интеллектом: темным чехлом она обволакивала остатки ладони, шевелилась, что-то делала. Налицо были сходства с многоглазой жижей ALов, от этого сравнения становилось на по себе. — Она реально чинит тебя? Что это ещё за гадость… — недоумевал Соломон, — куда ты успела влезть? — Да я сама без понятия, ты у меня спрашиваешь? Я вообще сегодня раза три должна была сдохнуть. Несмотря на жутковатый внешний вид, боли от прикосновений жидкости Рысь не чувствовала, скорее, наоборот — она словно тушила разгоревшийся пожар раны. Было даже приятно. Соломон сидел рядом и не мог оторваться от странного зрелища, ни одна технология в их мире не способна на такое, даже Милитех, даже Арасака не обладают подобными разработками, а если и обладают, то как они могли оказаться у какой-то наемницы? Рысь коснулась черной жидкости уцелевшей рукой, та в ответ подалась в стороны, открыв вид на полувосстановленные механизмы, на интерфейсе кироши тут же появилась надпись: «Задержка ремонта, отложить задание по восстановлению?» Рысь отдернула руку, выбрала «продолжить выполнение восстановления». Через несколько минут она уже могла узреть полностью восстановленную руку. Оптическая кожа на ладони была кристально белой, мягкой, словно только что появилась на свет. Рысь пошевелила пальцами, сжала ладонь в кулак до скрипа в титановых костях. Обновленная ладонь передавала все чувства. — Охренеть, Рысь, ну просто охренеть! — Соломон был в шоке, такого ему точно не доводилось видеть. Хотя Рысь была удивлена не меньше. — Так ты и не гепард, выходит, ты как ящерица теперь. А голову она тебе восстановит в случае чего? — Может быть, но проверять как-то не хочется, знаешь. — Тебе точно надо менять кличку. — Очень смешно. — Ну это просто охренеть же, разве нет? — Да, я ещё с десятого раза поняла. Мы обо мне явно что-то не знаем, — Рысь встала на ноги, чувствуя себя намного лучше. Темная жидкость, закончив работу, впиталась в поры кожи, утекла куда-то по венам и скрылась в пределах ее полумеханического организма. «Восстановление прошло успешно. Жидкостная конструкт-система завершила работу» — сообщил интерфейс. — Ну что, идём? — спросил Соломон, — излучения инопланетного сканера я больше не наблюдаю. Рысь тихо подошла, приоткрыв дверь выглянула наружу — парковка пустовала. Вокруг не было ни единого звука. После сканирования всегда становилось подозрительно тихо, словно сама природа боялась инопланетного вторжения и не хотела лишний раз напоминать о своем присутствии. — Соломон, ты видишь кого-нибудь? — Никак нет, — отсканировав округу, он возник рядом с ней бесплотной тенью. — Тогда идём, башня Арасаки совсем неподалёку. — Да, с парковки можно подняться к надземному переходу, миновать шоссе и будем там. Сервер выключился, безопасная зона в комнате перестала быть безопасной. Рысь проскользнула в узкий проем между приоткрытой дверью и стеной. Влившись в огромное, пустое пространство подземной парковки, она тут же встретилась с громким эхом. Любое ее движение, даже самое тихое, отражалось сразу ото всех стен, потолка, пружинило, как мячик. От этого становилось не по себе. Она не знала, что ее ждёт в глубине здания, в такой ситуации шуметь было совсем не кстати. — Соломон, ты тут? — шепнула она. — Да, я тут, куда мне деться? Я от тебя так просто не отстану. — Что-то мне тут как-то не по себе, твое нетраннерское чутье что-нибудь подскажет? — Нет, все тихо. Нам надо только добраться до противоположного выхода и все будет хорошо. Инстинкт подсказал Рыси двигаться вдоль стены, чтобы закрыть хотя бы один фланг от возможной атаки. Она нутром чуяла, что тут что-то не так. Слишком тихо, слишком подозрительно. Тьма была повсюду, уходила все дальше и дальше, Рысь плыла по этому «морю», как заплутавший дайвер, казалось, выхода отсюда нет и никогда не было. Когда кироши наконец-то догадался перейти в инфракрасный режим, стало немного полегче. Помещение впереди и правда пустовало. Может она зря паникует? Хотя лишняя настороженность ещё ни одному AL-хантеру не помешала. — Слушай, а когда вернёшься с добытой той штукой из Арасака-тауэр, что собираешься делать? — задал вдруг странный вопрос Соломон. Продолжая осматриваться по сторонам и тихо идти вперёд, Рысь не сразу нашлась, что ответить. — Ну ладно, не молчи, ты же сразу героем будешь, легендой Найт-сити. Рысь усмехнулась. — Не, ну а прикинь? Типа такой постер на главном экране в нашем бункере, — цифровой Соломон шел спиной вперёд, разводя руками в воздухе, рисуя воображаемые контуры голограммного монитора, — CyberLynx — прошедшая ад. Или… Не-не, вот так: CyberLynx — укротившая апокалипсис. — Да, точно, книжки про меня напишут, игру сделают. Какой-нибудь озабоченный фикрайтер будет писать порно, где меня AL натягивает. — Именно так, идиллия, а ты шаришь, — он ткнул ее пальцем в грудь, Рысь ничего не почувствовала, — осталось только до башни Арасаки добраться и все — ты царица. — Оптимизма тебе и правда не занимать. Соломон ухмыльнулся. — Ну я же тебе говорил, я вообще редко пиз… — Ну-ка тихо! — шикнула вдруг Рысь и замерла. Голограмма Соломона исчезла, он унесся в киберпространство, облетел всю небольшую сеть и вернулся обратно. — Ты чего, вокруг никого нет, Рысь, ни одного инопланетного кода. — Нет, тут что-то не так, — она сняла метательный нож с посадочного места на бедре, перекрутила его в руке, прислушиваясь к каждому шороху, подозрительному звуку. — Впереди точно что-то есть, смотри, — она указала остриём вдаль, в самую темноту. Инфракрасной подсветке кироши не хватало сил, туда она не добивала, Рысь не могла различить, что именно находилось перед ними. — На радаре чисто, — Соломон не понимал, как такое возможно, он видел глазами Рыси, впереди явно что-то двигалось, неужели эта хрень не оставляет цифрового следа? — Я думала, все ALы подключены друг ко другу. — Видимо, мы опять чего-то не знаем. Рысь стояла, словно статуя, наблюдая за неизвестным движением впереди. Это нечто явно приближалось, она оглянулась, продумывая пути отхода. От безопасной комнаты ее отделяло расстояние около пятисот метров, если и бежать, то только на сандевистане, а добром это не кончится. Все вокруг стихло ещё сильнее. Неизвестно, как может стихнуть и без того тихое место, но только что произошло именно это. Рысь словно в вакууме оказалась, отчётливо слышалось, как бьется в груди искусственное сердце. Вдалеке, метрах в трёхстах от нее, в небольшую трещину на потолке с первого этажа здания, под которым находилась парковка, просачивался дневной свет, образуя на полотне тьмы белый колодец. — Дневной свет? — шепнула Рысь. — Что? — тихо отозвался Соломон, неясно зачем, ведь кроме нее его никто не мог слышать. — Мы ведь зашли сюда ночью, нет? — Я, блядь, уже ничего не понимаю, но вроде да, ночью. — Опять инопланетная сеть в небесах чудит что ли? — Без понятия. Сначала в свете показался парящий, извивающийся, серебристый корпус внеземного существа. Оно крутилось в воздухе, сжималось, щетинилось металлическими шипами и нараспев издавало тянущиеся звуки, в которых присутствовали до боли знакомые две буквы: A и L. У него не было ни одной конечности, кроме длинного металлического хвоста, который лежал спиралью вокруг вытянутого эллиптического тела, украшенного посередине красным прожектором. Рысь стояла, как вкопанная. Дрожь пробрала до самых костей. Ей хватило бы увидеть только одного такого ALа, но останавливаться лишь на нём, конечно же, никто не собирался. Сначала средь похоронного реквиема ALа она смогла разобрать странный булькающий звук, что-то подобное раньше ей доводилось слышать, когда забивался слив в раковине. Однако, сейчас этот звук, подхваченный крыльями эха, вызвал ужас и полное непонимание происходящего. Сейчас она сама находилась в огромной раковине и выбраться из нее не представлялось возможным. К бульканью вскоре примешался вязкий звук текущей слизи, затем на свет показались люди, по крайней мере, Рыси хотелось так думать. Однако, от привычного облика людей мало что осталось: они плелись вперёд, еле передвигая покореженные ноги, руки безвольно болтались в воздухе, остатки изорванной одежды не могли скрыть изуродованные тела. Сбившись в три колонны, они больше напоминали какой-то вид домашней скотины, чем бывших жителей Найт-сити. В полумраке, под ногами жертв, Рысь разглядела движущееся, темное пятно этой мерзкой жидкости. Сверкая бесчисленным множеством зрачков, сидящих в полупрозрачных пузырчатых глазах, она собралась в высокий плоский комок или, вернее сказать, черный пласт неясной субстанции. Люди брели, утопая в ней по колено, она словно преследовала их или… Управляла ими. Невозможно было с точностью сказать, жидкая она или твердая: шумела, как жидкость, держала форму — как держат твердые тела. Физика вышла из современного Найт-сити. Люди медленно приближались, расстояние между Рысью и жуткой процессией становилось все меньше. Существо парило над людьми, передвигаясь с помощью хвоста, отталкиваясь им от воздуха, словно гигантским плавником. Некоторые люди не могли идти, их лопнувшие вены на ногах свидетельствовали о долгом пешем походе. Откуда оно вело их? И куда? И зачем… Когда первый ряд колонн поравнялся с Рысью, она не рискнула сдвинуться с места, активировала оптическую кожу. Свет теперь проходил ее насквозь, она обратилась в едва различимое прозрачное дополнение к местному декору, слилась со стеной не хуже хамелеона. — Какой пиздец, — шепнула Рысь себе под нос, — ты тоже это видишь? — Да, — ответил Соломон в связной чип, — омерзительное зрелище. Теперь ей удалось рассмотреть людей гораздо детальнее. Они были исхудавшими, кожа, лишённая всяческой жировой клетчатки, натянулась на костях подобно полиэтиленовому мешку, лица осунулись, больше походили на черепа. Из ран, вызванных, по всей видимости, контактом с черной жижей, торчали металлические пластины, шипы. У многих из них тело было покрыто металлом чуть ли не целиком, они стали больше напоминать какой-то механизм, нежели человека. Металл сидел на коже словно неизвестный науке вид грибка-паразита, его неровные, шероховатые, матовые части небрежно срослись с кожей, кое-где разорвав ее, неестественно растянув. У большинства этот металл словно поднимался от самых ног, подчиняя себе все больше живой плоти, и изо всех сил стремился поскорее захватить голову и область в районе позвоночника. У некоторых людей головы и вовсе больше не было, максимум — уцелела нижняя челюсть, видимо металл сделал-таки свое дело. Теперь на месте головы был отчетливо виден четко сформированный, неровный кристалл из той самой многоглазой черной жижи. У них в голове словно граната взорвалась с ней: она лилась из остатков ушей, из трещин в черепах, изо рта, струилась по поросшим металлом телам и капала в лужу под ногами. Назвать этих людей живыми у Рыси язык не поворачивался, но и мертвыми они явно не были — что-то между, бывает такое в природе, когда существо и живое, и мертвое одновременно? Теперь Рыси довелось стать свидетелем подобного редкого явления. Она стояла, прижавшись к стене, не смея лишний раз пошевельнуться. Соломон окружил ее антирадарной защитой, успешно путал инопланетный сканер. Он действительно был профессионалом своего дела, Рысь находилась в такой близости к источнику сканирования, а ее до сих пор не раскрыли. Когда люди доплелись до ближайшего поворота, AL остановил их хвостом и заставил изменить направление — все полуживые члены построения синхронно повернулись на девяносто градусов и двинулись в другую сторону. Один из них, поросший металлом сильнее других, вдруг споткнулся и рухнул на бетонный пол парковки, подняться уже не было сил, из-за металла тело оказалось невыносимо тяжёлым, а израненные ноги не справлялись с такой массой. Тогда AL раскрутил длинный хвост и с размаху всадил человеку прямо в спину, пробив его насквозь. Потемневшая кровь фонтаном брызнула вперёд, смешавшись с черной жижей. Рысь сморщилась, на такое больно было смотреть. Человек не издал ни звука, AL резко поднял его и рывком поставил на ноги. После этого колонны продолжили медленное движение. Рысь присмотрелась к ним внимательнее и вдруг узнала в толпе того самого корпората, что совсем недавно набросился на нее с кулаками. Он плелся за остальными, из головы, покрытой черной жижей, торчал огромный шип, который, как она наивно полагала, должен был лишить его жизни. Рысь даже не могла себе представить, как такое возможно, но, тем не менее, факт оставался фактом. Они уже почти скрылись, Рысь готовилась отключать маскировку и постепенно продолжить движение по направлению к противоположному выходу из парковки. В самый последний момент AL вдруг застыл на месте, колонны людей снова остановились. Что-то явно было не так. По спине Рыси пробежали мурашки. Через белую вспышку ей явилось киберпространство, «запрос» в знакомом облике кружил на полем битвы, Эрик дрался в сети, словно берсерк. Он ломал пакеты данных, отправляемые инопланетным сканером, с таким остервенением, что становилось как-то не по себе. В ход шли все доступные средства, он стрелял из цифрового револьвера, рубил вражеский код клинком наотмашь, наносил смертельный удар за ударом, лишь бы только не пропустить ни одного за периметр антирадарной защиты, за которой прятался цифровой след Рыси. От бешеного боевого танца его плащ поднимался черными волнами. Она была без понятия, когда они с Соломоном успели смениться, но зрелище завораживало. Одно оставалось неясным: ведь от ALа, сопровождающего захваченных людей, не исходило цифровой атаки, откуда шли пакеты сканирования?! Их было все больше и больше. Она поняла, что Эрику не удастся удержать всех, когда один из пакетов смог уцелеть под нетраннерскими атаками и бросился прямиком к ней. Эрик с воплем настиг его и раздробил на мелкие кусочки, но было уже слишком поздно… — Рысь, беги, — на выдохе произнес он, его плащ опустился. После белой вспышки вернувшись реальный мир, Рысь встретилась взглядом с красным прожектором ALа. Он смотрел прямо на нее, невзирая на невидимость, однако, нападать не спешил. — Чего он ждёт? — тихо спросила Рысь. Они смотрели друг на друга, не понимая, как в условиях современного Найт-сити вообще возможна подобная встреча. Но… Если он понял, что она тут, то ведь и все поняли? — Беги отсюда!!! — вопил Эрик, он видел, как ближайший AL начал испускать мощный сигнальный импульс, он словно захотел подтвердить данные чьего-то сканера. Рысь догадалась, что происходит, когда где-то слева раздался вопль и грохот. Вся сеть ALов теперь увидела ее цифровой облик, сканер передал координаты с точностью до сантиметра. Огромный боевой AL вылетел из-за поворота, едва не сбив своего парящего собрата, неуклюже проскоблил лапами бетонный пол и стены, оставив глубокие следы. — Рысь!!! — взвыл Эрик через связной чип. Пленные люди, словно обезумев, синхронно повернулись в ее сторону. Боевой AL в один прыжок преодолел разделяющее их с Рысью расстояние, туча когтей взметнулась перед лицом с невероятной скоростью. За спиной раздался писк. Рысь стояла на месте, не шелохнувшись, перед лицом кружились зелёные пары иммунодепрессантов — противогаз автоматически распылил колбу. Когти ALа должны были порвать ее на британский флаг в мгновение ока, но это мгновение оказалось таким долгим, таким протяжным. Кто бы мог подумать… Зрачки расширились, когти неслись к ней так ме-е-е-едленно. Она запросто могла бы поймать их голыми руками. — РЫЫЫЫЫСЬ, Ч-Е-Е-ГО ТЫ СТО-О-И-ИШЬ?! — голос Эрика замедлился, стал неприятно басистым, искаженным. Единственное, что злобный мир мог противопоставить ее бешеной реакции — это время, а единственное, что она могла противопоставить времени — ещё более бешенную реакцию. «Неоновый вихрь» завелся за спиной, боевой AL ничего не успел понять. Образ человека, избежавшего влияния черной жидкости, вдруг оброс призмой хроматических аберраций. Сандевистан разогнал ее, разогнал мозг, разогнал все рефлексы, разогнал метаболизм, разогнал все, что только можно разогнать. Рысь рванула вперед быстрее света, растворившись в воздухе, вошла в подкат, с филигранной лёгкостью увернувшись от атаки, в три прыжка оказалась с другой стороны колонн полуживых людей, увидела выход с парковки. Сандевистан снизил уровень разгона, дал ей небольшую передышку. Парящий AL ударил хвостом по колоннам людей, приказал им атаковать. Они выбрались из черной жижи, с визжащими воплями кинулись к Рыси всей оравой. В бою под разгоном сандевистана эррата была чертовски неповоротливым оружием, Рысь выхватила короткий клинок, его металлический звук разнёсся по округе. Позади толпы ей на глаза снова попался сияющий дневным светом выход. Из него получился отличный мотиватор. Она вздохнула, чувствуя на спине свой страшный имплант, время в пределах ее головы снова замедлилось до неприличия. Враги, бежавшие на нее, что было мочи, вдруг практически застыли. Под сандевистаном Рысь была несравнимо быстрее них. Оставляя неоновый отблеск, она бросилась в толпу. Ей нужно было только пробиться к выходу и уйти от преследования. Первая серия взмахов клинком унесла сразу троих, лезвие клинка рассекало врагов так быстро, что смешалось в единое острое полотно непрерывных атак. Рысь опустилась на колено, ловко извернувшись. Вторая серия — лишила кого-то металлизированных ног. Было ощущение, что от ее скорости вокруг вскипел воздух. А третья серия… А третьей не случилось. Она резко поднялась, вогнала клинок прямо в голову ближайшего противника, покрытую черной жижей. Вот так просто, остриём — и без всякой фантазии. Боевой AL даже под действием сандевистана казался ей довольно быстрым, усилием инопланетно-звериной реакции он чудом смог оттеснить ее от толпы. Рысь без труда ушла из-под атаки, оказавшись ближе к выходу. Кибернетические ноги понесли ее прямиком к нему, она дала высокий прыжок, перелетела через темную жижу, вошла в перекат, снова поднялась и пустилась прямо к свободе, желая только поскорее уйти от преследования. Боевой AL бросился за ней, но догнать владелицу «Неонового вихря» не под силу даже инопланетянину. Она предстала перед ним в виде размазанного пятна, испещренного аберрациями. Даже мозг боевой единицы ALов не мог воспринимать столь быстрое существо как-то иначе. Рысь оставляла за собой неоновый след, она бежала и не могла с точностью определить, что она сейчас чувствует: то ли ей было хорошо, то очень плохо, то ли страшно… Пять десятых секунды — она преодолела всю парковку. Ещё одно мгновение — Рысь на лестничной площадке между этажами. Она перемещалась в пространстве так быстро, словно телепортировалась. На повороте разгон сандевистана ослаб, она смогла совладать с собственной скоростью и не потерять равновесие. Громкий писк на позвоночнике — казалось, что она сильнее всех на свете, никто не сможет её победить, НИКТО! Попав на первый этаж здания, Рысь оказалась в просторном офисном помещении. Ее разбирали всевозможные чувства, этот «коктейль» вскружил голову. Эрик пытался ей что-то сказать, но из-за разгона от сандевистана для нее его голос был сродни замедленной в десять раз аудиозаписи. Из огромной комнаты, заставленной офисной мебелью, отходил длинный коридор, заканчивающийся большим окном. В нем она смогла узнать знакомые черные стены небоскреба Арасаки. Вот он, до него рукой подать! Она рванула вперёд, не вполне отдавая отчёт своим действиям, изо всех сил толкая пол кибернетическими ногами. Окончательно лишившись здравомыслия, Рысь почему-то засмеялась, когда прямо под ногами разверзлись бетонные плиты. Боевой AL разметал их на части, тут же оказавшись на первом этаже здания. Он взвыл двумя буквами. Рысь впечатало в потолок с невероятной силой, она не успела выпустить воздух из синтетических легких. От удара изо рта потекла белесая кровь. Но она не чувствовала боли, под разгоном сандевистана было так хорошо, БЕЗУМНО хорошо! Ее снова настиг приступ киберпсихоза, клинки выдвинулись из предплечий сами по себе, она полоснула ALа по морде, развернулась и рванула к коридору, прямиком к окну. — Рысь, стой, не надо! — последнее, что она услышала от своего любимого нетраннера. Сандевистан отключился, сработала система противодействия перегрузке носителя. Мир сразу перестал быть таким красочным, время снова стабилизировало ход, Рысь замедлилась, пришла в норму. Все так не вовремя. Треск стекла, ливень осколков, грохот развалившейся стены. Она выпрыгнула в окно, разбила стекло, AL, несущийся следом, раздробил стену, ударил по спине двухтонной лапой. Титановый скелет не выдержал, сандевистан смяло, смешало в металлическую кашу со всеми прочими имплантами. Было чертовски больно. Перед встречей с болевым шоком, она увидела, как пространство вокруг нее изменилось, ее словно перенесло в другое место. Теперь она летела вниз примерно с высоты десятого этажа, AL вцепился в нее лапами, падал вместе с ней. Современный Найт-сити не поддавался описанию, он обезумел настолько, что можно уже неплохой свиток составить из его дуростей. Ветер свистел в ушах, барабанные перепонки всё ещё передавали звук в уцелевшие участки головы. Связь с Эриком, видно, оборвалась. Она стрелой летела вниз. Вот — асфальт. Удар. Темнота. Одно радовало: эта инопланетная сволочь сдохла вместе с ней.