Глава 10.

Обернувшись, девушка увидела, как из тёмного переулка показалась знакомая блондинистая фигура. - Корф. Я уже отказала тебе, не будь таким навязчивым! – Муравьёва пыталась выглядеть спокойной, но руки предательски начали трястись. - Да? А если я скажу, что мне всё равно? – нагло улыбаясь парень подходил всё ближе и ближе. Тоня начала пятиться, пока не врезалась спиной в кирпичную кладку. - Я кричать буду… - прошептала она дрожащим голосом. - Не думаю. Кричать стыдно… Ты же не хочешь, чтобы такие вещи стали достоянием общественности? – Корф стоял уже вплотную. Вдруг он резко схватил Тоню, зажав ей рот рукой, и потащил куда-то за дом. От страха всё тело Муравьёвой ослабело и все её попытки вырваться выглядели очень жалко. За домом оказалось какое-то маленькое заброшенное строение. Туда Модест и притащил вырывающуюся девушку. Кинув Муравьёву на пол, Корф схватил её за волосы и, присев перед ней на корточки, прошипел прямо в лицо: - Знай своё место, шлюха. Не будешь вырываться – больно не будет. Тоня дёрнула головой, в попытках освободиться, за что тут же получила по лицу. Из носа потекла тонкая струйка крови, а из глаз брызнули слёзы. Пока девушка пыталась прийти в себя, её опять швырнули на бетонный пол. Она услышала, как за её спиной звякнула пряжка ремня и зажмурила глаза, прекрасно осознавая, что с ней будет. Через пару мгновений мучитель прижал девушку к стене, задирая ей юбку. В следующую секунду тело девушки пронзила резкая боль, от которой она едва слышно вскрикнула, захлёбываясь слезами. Руки Корфа раздевали её, забирались под рубашку, трогали всё её тело. Тоне было мерзко. Ей было мерзко от всей этой ситуации. От Модеста. От себя. Закончив свои издевательства над девушкой, Модест закурил. - А строила из себя неприступную. Ну и где же твой любимый Ванечка? - взгляд мучителя упал на девушку, всё так же лежащую клубочком на бетоне. От упоминания Пущина девушка вновь зашлась в рыданиях. Модест закатил глаза, стряхивая пепел сигареты на тело девушки: - Типичная подстилка. Затем он потушил окурок о стену рядом и несколько раз для верности пнул девушку. Не сильно, но очень больно. После этого, матерясь, он ушёл. Пролежав в одном положении ещё минут 20, Тоня, шатаясь, встала на ноги, доковыляла до своих вещей, сваленных в кучу в пыльном углу. Зябко закутавшись в куртку, держа одной рукой портфель, а другой придерживаясь за стену, она медленно добралась до своего дома. Оставалось надеяться, что родители ещё не пришли. Хоть в этом девушке повезло. Когда девушка добрела до ванной и взглянула на себя в зеркало, то ужаснулась: внешне она была похожа на живой труп. Внутренне тоже. Кое-как раздевшись, девушка тут же залезла в душ. Хотелось смыть с себя весь этот ужас и позор. А лучше просто содрать с себя кожу. Ей казалось, что отпечатки пальцев Корфа огнём выжгли по всему её телу и избавиться от них уже невозможно. Одежду хотелось сжечь. Когда Муравьёва рухнула на свою кровать, то услышала, как на телефон пришло новое сообщение. Без особого желания она открыла чат. Любимый Кот: Тош, как дела? (14:34) Солнышко, ты в порядке? (15:48) Ответь пожалуйста (16:32) Тосечка: Привет, Вань. Всё хорошо. (16:35) Любимый Кот: Точно? (16: 40) Тосечка: Да. Приболела только немного… (17:02) Любимый Кот: Я приду? (17:05) Тосечка: Нет!!!! (17:06) То есть… (17:06) Прости, я имела ввиду – не стоит переживать) (17:07) Ваня чувствовал, что Тоня врёт, но давить на девушку не хотел, скинув всё на свои глупые предчувствия.