Часть 7

Сев в машину, отец и сын поехали в торговый центр закупаться товарами к поездке к родителям Арсения. Им нужно было много одежды для Антона и чемодан, а также игрушки и вещи Арсу к морю. Приехав к ТЦ, у Антона глаза округлились: он был в шоке от такого большого центра, где можно всё купить, и цены нормальные. — Пап, а это нам зачем в такой большой торговый центр? Я думал, просто в магазин, — сказал Тошка, отойдя от шока. — Мы завтра ночью едем на море к моим родителям, а потом и в лагерь поедем. Ты будешь отдыхать, а меня пригласили поработать. Так что всё будет хорошо, — сказал Арс. — Поэтому тебе надо вещи купить, как и мне, и чемодан. — Хорошо, пап. А твои родители меня примут? А то не было ребёнка, и бац за пару дней я появился, — Тошка запереживал. — Примут, конечно. Они хорошие и добрые. Причём сами говорили: хотим дома слушать топот детских ног, а каких , не говорили, — с улыбкой сказал Арс и обнял сына. — Идём? — Идём! — радостно ответил Тошка, взял Арса за руку, и они пошли в магазин одежды. — Сынок, выбирай, что считаешь нужным. Но надо много футболок, шорт, обязательно джинсы, ветровку, и про бельё не забывай. Я буду подсказывать. — Хорошо, пап, я понял. Спустя час они вышли из магазина одежды с несколькими огромными пакетами одежды для Антона, и Арсений взял себе тоже некоторые элементы для моря. — Теперь за чемоданом и портфелем, сынок, — с улыбкой сказал Арсений сыну. — Хорошо, пап, а куда это идти? — Сынок, нам вот сюда. — Арсений завёл сына в магазин и вошёл сам. — Пап, вот этот комплект нравится: тут и портфель есть, и чемодан, всё строго чёрное, мне нравится, и вот чехол яркий, если прям надо красиво. — Хорошо, сынок, этот так этот, мне тоже нравится. Купив ещё много чего, они подъехали к жилому комплексу, состоящему из 25 этажек. Шлагбаум им открыл охранник. Во дворе было множество детских и спортивных площадок. Антон не верил своим глазам, что будет жить в районе, где такие дома. — Пап, а мы правда будем в этом доме жить? Он же крутой и дорогой. — Да, сынок, идём, мы доехали. Выйдя из машины, Арсений взял большинство пакетов и новый чемодан, а Антон взял свой портфель и тоже пакеты. Поднявшись в квартиру, они поднялись на самый верх, 25 этаж, и отец открыл дверь. — Добро пожаловать домой, сынок, ставь пакеты, и комнату тебе покажу. Арсений провёл экскурсию по квартире Антону: — Вот это будет твоя комната, тут можно так оставить, можно поменять. Комната была выполнена в нежно-зелёных цветах. В комнате была двухспальная кровать, рабочий стол, в котором очень удобно хранить всё для учёбы и творчества, также был большой шкаф для хранения одежды, комод и стеллажи, висевшие на стене, в которых можно было хранить всё, начиная от книг, заканчивая коллекцией лего. — Пап, мне нравится, я люблю тебя, — сказал Антон и обнял отца. — Я тоже тебя люблю, сынок, ты вещи разбирай, а я ужин приготовлю и позову тебя, — Арсений в этот момент тоже обнимал сына. — Я понял, пап. Спустя полтора часа был готов ужин с картошкой и запечённой курицей, и семья сидела ужинала. — Сынок, помнишь, дядя Паша анализы брал у тебя? — спросил отец, когда они уже доели. — Да, помню, пап, а что? Было не больно, — ребёнок ничего не понял, зачем спрашивать, если и так знаешь, что это делали. — У тебя есть нехватка витамина, поэтому дядя Паша назначил укольчики, это быстро и не больно, всё буду делать я перед сном, — со спокойным голосом сказал отец. — Надо, так надо. Мне обезболивающее уколы делали, не больно. Я тогда в душ и буду в комнате тебя ждать, — не отпираясь, сказал сын и убежал в душ. Арсений убрался на кухне, приготовил укол и пришёл в комнату к сыну, который читал книгу. — Сынок, солнышко, я пришёл, ложись на животик, я всё сделаю аккуратно, и штанишки от пижамы приспусти. Антон молча и без споров лёг на живот и спустил свои пижамные штаны. Хоть он и боялся всего этого, но отцу сопротивляться не стал, понимая, что папа больно не сделает, ведь он врач. Так и получилось: Арсений аккуратно и не так больно сделал укол сыну. Боль всё равно была, но это из-за лекарства. Антон повернулся к отцу: — Спокойной ночи, пап, люблю тебя, — сказал Антон и взял папу за руку. — Спокойной ночи, сынок, засыпай, — сказал Арсений и поцеловал сына в лоб. — Закрывай глазки. Антон закрыл глазки и начал засыпать. Арсений всё это время был рядом и, когда убедился, что сынок уснул, поцеловал его в лоб и вышел очень тихо из комнаты. После того как сделал свои вечерние процедуры, уснул, ведь завтра их ждёт трудный день и ночь.