Часть 1. Начало

Лаура молча смотрела на брата. Джеймс был всего-то на восемь лет младше её, но сейчас казался совсем ребенком. В его глазах плескалось растерянное отчаяние. С самого детства она чувствовала себя его защитницей, старшей сестрой, готовой на все ради него. Особенно после смерти родителей, когда мир вокруг них рухнул, и Лаура взяла на себя роль и матери, и отца. Но сейчас… — Ты просишь, чтобы я забрала Эмилию? — голос её прозвучал сдержанно, почти холодно. В нём не было ни намека на тепло, ни грамма сочувствия, хотя, возможно, стоило, ведь девочка была ей не чужой. — Да. Если Волдеморт нападёт на кого-то из нас… хотя бы одна из девочек спасётся, — ответил Джеймс, избегая встречи с её глазами. Лаура смерила брата долгим, оценивающим взглядом. В его словах она уловила не только решимость, но и отголоски страха. Она хмыкнула, не то выражая сомнение. — Ты что же… не доверяешь Дамблдору, братик? — Надо использовать все возможные средства, — тихо, но уверенно ответил он. Женщина усмехнулась, криво, почти с жалостью. Её брат был наивен, он слишком доверял своим друзьям… особенно одному. Она знала, что его преданность граничит с слепотой, и это могло их всех погубить. — И что ты намерен предпринять? Кроме моей помощи? — спросила она, стараясь скрыть тревогу в голосе. — Заклятие доверия. Мы всем скажем, что хранитель — Сириус, но на самом деле им будет Питер. Лаура только покачала головой. — Предлагаю ход конём. В вашем доме буду жить я с Эмили, а вы переедете в старый дом родителей. Я стану вашим настоящим хранителем. — А если… — Джеймс запнулся, в его голосе скользнул страх, словно он произносил запретное заклинание. Даже думать о таком было страшно. Он сжал кулаки, пытаясь унять дрожь. — С Волдемортом я справлюсь, — уверенно сказала Лаура, её глаза горели решимостью. — Но как же Лили?

---

Джеймс знал свою жену. Как оказалось, куда лучше, чем собственных друзей. Лили категорически отказалась отдать дочь — даже на время, даже родной тёте. Лаура наблюдала за невесткой, сдержанно, с лёгким сожалением. Бедная девочка, слишком молода для такого выбора, слишком рано столкнулась с необходимостью принимать такие решения. В её глазах читалась усталость, но в то же время – стальная решимость. Лаура понимала, что спорить бесполезно. Лили не отступит. — Джеймс, ты предлагаешь отдать нашу дочь… Лауре?! — Лили была в бешенстве, её голос дрожал от страха и ярости. — Лилс, Лаура — моя сестра. Я ей доверяю, как себе, — твёрдо сказал Джеймс, стараясь говорить спокойно, хотя внутри бушевала буря. Ему было необходимо, чтобы его слова прозвучали убедительно, чтобы в них поверили. Доверие к Лауре было единственным, что у него осталось, единственной нитью надежды. — Тунья тоже моя сестра, однако я бы не доверила ей даже игрушку моих девочек! — бросила Лили, сжав кулаки. — Лаура — не Тунья, — мягко, но настойчиво ответил он. В его голосе звучала твердость, несмотря на попытку смягчить удар. Лаура посмотрела на неё с сочувствием. В её взгляде читалось понимание и, возможно, даже жалость. Ситуация, очевидно, была деликатной, и слова, произнесенные им, лишь подчеркивали всю сложность. — Кроме того… если вы погибнете, хотя бы один ребёнок останется жив, — тихо добавила она, повторяя слова Джеймса, недавно сказанные ей. Повисла тяжёлая пауза. Лили стиснула зубы. Её глаза наполнились слезами, но голос звучал решительно: — Ладно. Ради детей... Лаура поняла — Лили всё ещё против, но уступает ради дочери. Взгляд, полный неодобрения, говорил сам за себя. Лили по-прежнему считала это безумием, ошибкой, чем-то, что принесет только боль. Тогда она ещё не знала, чем это всё для неё обернётся.

***

Да, верно говорят: «Всё будет так, как ты захочешь… но совсем не так, как ты себе это представляешь». Вечером 31 октября Лаура сидела в доме своего брата. На самом деле это был их общий летний дом, пропитанный воспоминаниями о детстве, уютный, немного обветшалый домик, — тот самый, куда они с Джеймсом приезжали с родителями на каникулы. Она помнила, как в детстве бегала по саду с подружками с соседней улицы, как играли в догонялки, а потом мама, мягко ругая, мазала йодом разбитые коленки. Этот знакомый запах, смешанный с запахом сада и маминой заботы, навсегда остался в ее сердце, как символ беззаботного и счастливого времени. Которое безвозвратно кануло в Лету. Мама… Юфимия Поттер умерла четыре года назад, как раз в канун Хэллоуина. А через полгода не стало и отца. Маму похоронили в Уэльсе, на её родине, а отца — здесь, на деревенском кладбище. Лаура осторожно поправила одеяло на спящей племяннице. Маленькая Эми спала безмятежно, не подозревая о надвигающейся беде. Лаура знала, что ей предстоит защитить эту маленькую девочку, во что бы то ни стало. Она ведь обещала Джеймсу, она обещала Лили. Взгляд метнулся в сторону. Рядом, на тумбочке, лежал пистолет. Не палочка. Не артефакт. Простое, немагическое оружие. Ровно в полночь за дверью послышались шаги. Сердце бешено заколотилось. Каждый удар отдавался гулким эхом в тишине комнаты, заглушая даже тиканье старых часов на стене. Лаура взяла пистолет в руки. Дверь она не запирала — в этом не было смысла. Замок не остановит Того-Кого-Нельзя-Называть. Дверь распахнулась. Сначала в комнату ворвался порыв осеннего ветра, закружив листву у порога, а затем вошёл Он. Высокая фигура в чёрном плаще. Его лицо было бледным, почти белым, в длинных тонких пальцах он сжимал волшебную палочку. — Ну здравствуй, Том, — произнесла Лаура тихо, но отчётливо. Специально подчёркивая его имя. — Я не знаю тебя, — сказал он, пристально глядя на неё. — Нам нет смысла враждовать. — Ты пришёл убить мою племянницу. Этого более чем достаточно, — Лаура не дрогнула. — Я даю тебе один шанс уйти. По-хорошему. Том Реддл взглянул на пистолет. — Похоже, ты много обо мне знаешь. — Я знаю достаточно, - строго сказала она. — Значит, ты понимаешь, что эта девочка должна умереть. — Я тебе этого не позволю, — произнесла она и подняла оружие. Он поднял палочку. Она выстрелила. Раздался оглушительный хлопок. Тишина... Вот и всё... Время возвращать дочь родителям.