Часть 1

Сумерки опускались на Древо Жизни, заливая его золотисто-алым светом заката. Длинные тени растекались по земле, напоминая ручейки, спускающиеся с горных вершин. В воздухе витал тонкий аромат свежей травы и влажной земли после недавнего дождя, а где-то вдалеке раздавался слабый плеск воды — река лениво катила свои потоки между камнями, отражая последние лучи уходящего солнца. Рани любила такие вечера. В эти часы королевство замирало в тишине, и каждый зверь находил себе место для отдыха. Её же, напротив, влекла ночная прохлада — прохлада, в которой можно было раствориться, оставшись наедине со своими мыслями. Однако в этот раз она вышла не потому, что хотела побыть одна. Сверху, с одной из выступающих скал, открывался вид на равнину, где вдалеке на фоне разгорающегося закатного неба тёмным силуэтом выделялся Кайон. Он стоял, неподвижный, словно каменная статуя, и, казалось, даже не замечал приближающейся ночи. Это было уже не в первый раз. Рани спустилась вниз, ступая легко и бесшумно, но, несмотря на её осторожность, Кайон, похоже, услышал её шаги. — Ты опять здесь, — негромко сказала она, подходя ближе. Кайон слегка повернул голову, но в его взгляде не было удивления. — А ты опять за мной следишь? Его голос был мягким, даже с оттенком улыбки, но в нём всё же звучала усталость, которую он не пытался скрыть. Рани молча опустилась рядом, глядя вдаль. С этой высоты Древо Жизни казалось величественным и неподвижным, как вечный хранитель времени, наблюдающий за сменой поколений. — Мне кажется, — заговорила она, не отрывая взгляда от горизонта, — что в последнее время ты всё чаще уходишь один. Кайон коротко вздохнул, будто собираясь что-то сказать, но передумал. Вместо этого он провёл когтями по камню, задумчиво водя лапой по шероховатой поверхности. — Просто… иногда мне нужно побыть одному, — сказал он спустя мгновение. — От чего ты хочешь убежать? Он резко поднял на неё глаза, но в них не было гнева, только лёгкое замешательство. — Я не бегу, — ответил он, но даже самому себе показался не до конца уверенным в этих словах. Рани внимательно всматривалась в его профиль. — Тогда что тебя тревожит? Кайон долго молчал, затем тяжело вздохнул и перевёл взгляд на горизонт. — Это сложно объяснить, — сказал он наконец. — Но… у меня внутри какое-то странное чувство. Как будто что-то вот-вот изменится. Рани слегка нахмурилась. — Ты имеешь в виду… что-то плохое? — Не знаю. Может быть. Может, это просто усталость. Он говорил спокойно, но Рани знала его достаточно хорошо, чтобы понять — он сам не верит в свои слова. — В последнее время, — продолжил Кайон, — мне стали сниться вещи, о которых я давно не думал. — Какие вещи? Кайон помедлил. — Прошлое. Мой отец, семья, то время когда я был лидером в отряде Хранителей что защищают земли прайда… Даже Шрам. Рани чуть прищурилась. — Ты скучаешь по ним? — Это не в этом дело. Я знал, что оставляю их позади, когда решил остаться здесь. Я принял этот выбор. — Он замолчал, проводя когтями по камню. — Но всё равно… иногда мне кажется, что прошлое не уходит насовсем. Рани задумчиво посмотрела вдаль. — Оно всегда остаётся с нами. Просто не всегда даёт о себе знать. Кайон хмыкнул, но не возразил. — Думаешь, мне просто нужно время? Она мягко коснулась его плеча кончиком хвоста. — Думаю, тебе нужно не бояться поделиться этим со мной. Кайон наконец посмотрел на неё, и на этот раз в его глазах мелькнуло что-то тёплое. — Я знаю. Они снова замолчали, наслаждаясь тишиной. Ветер трепал их гривы, ласково обвивая их, будто пытаясь что-то сказать. Но далеко, в самой глубине ночи, где темнота скрывала всё живое, уже просыпалось нечто, о чём они пока не знали.