Часть 1

«Драко Люциус Малфой — инвалид и трудный подросток или это маска, чтобы спасти отца из Азкабана?» Наш корреспондент взял интервью у помощника у одного из судей Визенгамота. Согласно сведениям из Министерства Магии, Драко Малфой появился на последнем слушании в инвалидной коляске…       Гермиона Грейнджер с печальной усмешкой отложила Ежедневный пророк в сторону, на главной странице она увидела своего бывшего сокурсника в довольно плохом состоянии. Но разве должно это волновать Риту Скитер? Это её уже третья статья, женщина как-будто не видит других событий в мире, все её статьи крутятся об одном и том же. К большому сожалению Гермионы, Рита — лишь капля в море среди тех, кому интересно читать эти сплетни важные новости. Желтая пресса всегда вызывала интерес публики. И мало кто задумывался, как могли бы обстоять дела на самом деле.       На колдографии слабый и больной человек, даже по его взгляду понятно, что он не в порядке. Как тут вообще может идти речь про маскарад и обман суда с целью спасти своего отца?       Бред.       Грейнджер откинулась на спинку кресла, несколько раз бросив взгляд на довольно резкую статью в газете. Потом так вообще смяла и выкинула в мусорное ведро. Обед подходит к концу, нет времени рассиживаться и читать это. Через несколько минут в её небольшой кабинет придет Парвати Патил и её стажер. Нужно заняться работой.       Грейнджер поднялась с места, направляясь к вешалке. На неё одиноко разместился белый халат, чем-то напоминающий халат врачей из обычной больницы. Она накинула одеяние на плечи и направилась в соседнее помещение. Её рай. Обитель и, наверное, всё-таки первый дом. Свою лабораторию девушка очень обожала. Стоило ей устроиться в Министерство Магии, раскрывая секреты различных артефактов и навсегда запечатывая в них темную магию, карьера Грейнджер стремительно пошла вверх. Минул уже второй год со дня победы над Воландемортом. В первый послевоенный год многие вернулись в Хогвартс и, наконец-таки, окончили своё обучение. На второй же — все её сокурсники разошлись по своим путям, кто куда. Грейнджер видела часть студентов с её потока в Министерстве. Для многих эта война открыла двери в самую мощную и прогрессирующую структуру. Она сразу же подала резюме. И её практически сразу же взяли сперва стажером, потом лаборантом, а потом и на полную ставку в отдел тайн. Да ещё и в один из самых интересных подразделений. Изо дня в день Гермиона только и занималась тем, что разгадывала загадки артефактов, лишая из темной магии и навсегда запечатывая её. На случай, чтобы какой-нибудь волшебник не решился украсть атрибут и использовать в своих личных целях.       Забавно, не правда ли?       И даже сейчас, на столе лежал обычный кубик рубика, над которым она билась практически неделю. С какой стороны не подойти — казалось бы, она только-только разгадала его секрет и всегда появляется какое-то новое проклятие. Чем-то даже напоминает её расширенную до размеров склада какого-нибудь гипермаркета сумку, которой Гермиона пользовалась, пока они с Гарри и Роном искали крестражи. И пока что, Гермиона не могла понять этот секрет. Нет смысла даже скрывать, что многие предметы, что попадали на этот стол, использовали Пожиратели Смерти в своих личных и темных целях.       Прошло два уже почти два года, как война кончилась, но к ним всё так и продолжали поступать их примочки. И до сих пор продолжаются суды над преступниками. До сих пор Аврорат отлавливает, одного за другим, пожирателей. До сих пор Рита Скитер пишет свои дерзкие статьи, как-будто понятия цензуры и корректности её совсем незнакомы.       Взгляд снова вернулся к очередной дерзкой статье, валяющийся в мусорном верде.       Надеюсь, ей там удобно.       Девушка коснулась кончиком палочки к кубику, тот стремительно начал складываться. Большим минусом было то, что он не имел цветных граней. И в какой последовательности складывать — Гермиона понятия не имела. Кажется, она испробовала уже вариантов двести. Если не больше.       — Ты всё с ним возишься, — в лабораторию зашла Парвати, натягивая на себя такой же «медицинский» халат. — Кажется, Падма говорила утром, что они ещё целую коробку нашли похожих, Гарри должен будет занести их на днях.       Она подошла ко второму аналогичному металлическому столу, на котором под волшебным куполом разместился небольшой клинок. Он работал очень интересным образом, не нужно было обнажать лезвие, от одного только взгляды на теле появлялись порезы. Не раз Парвати задавалась вопросом, как им пользовались Пожиратели, сами не изрезавшись. На правой руке у девушки было уже с десяток пластырей.       — Посмотри, Хельма, если ты уйдешь со своего рабочего места и не накроешь артефакт защитным куполом, здесь всё разнести может, — она обратилась к стажеру, которого прислал из начальник не прошлой неделе.       — Да, поэтому в первый месяц своей работы здесь, ты, Парвати, чуть без глаза не осталась! — усмехнулась Гермиона, в очередной раз неправильно складывая кубик. Как только грани перестали поворачиваться, из них посыпал дым. Явно, это не освежитель воздуха, Гермиона быстро убрала дымку, включая увлажнитель воздуха, стоящий у двери. — Черт!..       — Конечно, я поэтому и говорю, что безопасность рабочего места — это святыня. — она снова посмотрела на блондинку, стоявшую от неё в нескольких шагах. Стоило ей повернуть голову, как на щеке появилась царапина и кровь потекла к подбородку. — Ну вот опять! Я уже вся изрезалась им, это просто невозможно!       — Я… Я всё поняла, — пробубнил стажер, морщась. Странно было наблюдать за неё, Гермиона девушка казалось очень закрытой и стеснительной. Про себя девушка делать ставки, на сколько же её ещё хватит. Когда она зашла сюда впервые, ей в лицо литер самый настоящий еж, да только касаться его было нельзя. Все иглы, которыми он был покрыт, были смазаны дом. Удивительно, как только животное не погибло от этого.       Девушки молча продолжили работу. Они стояли спиной друг к другу, каждая, склонившись над своим столом. Раньше с ними ещё работал Невилл, да только он перевелся к несколько иное подразделение, показав невероятные успехи в работе с ядовитыми растениями. Его направили в соседнюю лабораторию. И, кажется, он хорошо сработался со своими новыми коллегами. Стрелка на часах уже близилась к 5 часам вечера. Гермиона уже несколько раз сложила кубик рубика. В первый раз в неё выскочили ножи, во второй раз кубик взорвался, хотя ни одного повреждения на нем не осталось. Возможно, это был защитный механизм от воров. На случай, если этот темный артефакт попадет не в те руки. В третий раз её стол залила непонятная жидкость, расплавляя стол.       Просто прекрасно.       — Ты видела? — спросила Парвати, когда они обе вышли из лаборатории и уселись за свои рабочие столы. — Я когда прочитала статью, просто взорвалась! Как бы там не было, это же просто зверство!       Взгляд Парвати наткнулся на смятую газету. Гермиона лишь горько усмехнулась.       — Когда нибудь, она только получит за такие статьи, — спокойно ответила она, заполняя отчет о проделанной сегодня работе. — Малфой сильно помог нам всем в битве за Хогвартс, он признан точно таким же героем, как другие студенты. Сам Министр его награждал. То, что уже второй год идут все эти суды… Я и представить не могу, в каком он состоянии.       Дверь в их кабинет открылась и на пороге появился Гарри, он тащил за собой увесистую коробку:       — Дамы, — с улыбкой произнес Поттер. — Несу вам подарки.       Парвати указала ему на стол, куда он мог бы разместить свою ношу. На лбу выступила испарина. Парень ладонью смахнул пот, выдыхая, когда, наконец-то, положил коробку в указанное место.       — Мы только что закончили ещё одно расследование, — начал он, облокачиваясь о стену. — Это всё, что нам удалось извлечь после осмотра поместья Макнейров. Уолден приговорен к пожизненному заключению в Азкабане, поэтому осталось избавиться от того, чем он пользовался в своих темных делах.       После окончания Хогвартса, Гарри пошел сразу же в Аврорат, его там приняли с распростертыми руками. Кажется, с его появлением, дело пошло стремительно в гору. Его желание податься в мракоборцы наконец-то сбылось. Последние два года, они только и делают, что отлавливают бежавших пожирателей смерти, временам отвлекаясь на другие «происшествия». После окончания очередного расследования, он лично приносил девушкам темные артефакты, которые раскрывали свою сущность в последний раз, чтобы пояснить то, как они работали, и уже потом навсегда запечатывались, передаваясь в архив.       Несмотря на то, что Гермиона не пошла следом в мракоборцы, как многие ожидали, они все равно часто пересекались. Бывало даже и такое, что Грейнджер во главе со своим начальником выдвигались делегацией прямо на место столкновения, работая в полевых условиях. На её памяти, таких выездов было четыре.       Поттер обмолвился парой слов с Парвати, их обоих уж сильно интересовал недавний матч по квиддичу. А потом парень обернулся к Грейнджер:       — Кстати, Гермиона, — он поправил съехавшие по переносице очки. — Я видел сегодня Кингсли, он хотел, чтобы ты к нему заглянула.       Девушка кивнула, устремив взгляд на настенные часы. До конца рабочего дня оставалось всего какие-то двадцать минут.       И свобода.       Дописав последние строки в отчете, она убрала его в папку и отложила в сторону. Выключила компьютер и вместе с Гарри направилась к выходу, заранее попрощавшись с Парвати. Та лишь махнула на них рукой, переклеивая очередной пластырь на руке. Она в компании Поттера направилась в сторону резиденции Министра. Он хорошо проявил себя как в период войны, так и её после, переизбравшись Министром уже во второй раз. Большая досада была только в том, что, сражаясь, бок о бок с Кингсли, тяжело было после воспринимать его как Министра.       — Мне тоже к нему нужно.       Они зашли в лифт, устремившись на первый уровень Министерства. Кинсли встретил их с распростертыми руками, приглашая в свой кабинет. Гермиона и Гарри разместились в креслах, выжидающе посмотрев на министра. Тото присел за свой стол напротив и устремил заинтересованный взгляд вперед:       — Я уверен, что вы уже читали сегодняшнюю статью, — начал он.       — Да, сэр.       — Я бы хотел попросить вас обо одной услуге, — мужчина перевел взгляд с Гарри на Гермиону. — Мистер Поттер и мой советник подсказали мне одну очень интересную идею, мисс Грейнджер.       Видя, как девушка кивнула, бросив взгляд на друга, молча ожидала продолжения.       — Дело в том, что Малфой мэнор неоднократно подвергался осмотру и изъятию всех темных артефактов. Со многими вы уже работали, и довольно успешно, — он поправил перо, лежащее по правую руку. — Однако, сколько бы мы изымали оттуда темных предметов, дом продолжает излучать темную магию. К моему большому сожалению, она оказала на Драко Малфоя очень большое влияние. Я недавно посещал Нарциссу в Мунго. Она очень беспокоится о своем сыне и почти что отчаянно просит о помощи.       — Так это правда? — девушка поддается вперед. — Он действительно парализован? Не может ходить?       Темнокожий мужчина кивнул. Его брови сомкнулись.       — Я понимаю, что для мистера Малфоя очень больй стресс посещать Министерство Магии, но его явка была необходима практически на всех слушаниях, чтобы получить необходимые показания. В последний раз он был в визенгамоте четыре месяца назад, но с тех пор он не может посещать нас. Колдомедики неоднократно посещали его, и все они как один утверждают, что основной причиной этого… недуга… стала темная магия.       Кингсли замолчал. Теперь и он и Гарри испытывающие смотрят на Гермиону.       — Мисс Грейнджер, — продолжил министр. — Учитывая, как успешно вы справлялись со своей работой, можем ли мы возложить на вас это?.. Мистер Поттер дал мне ясно понять, что вы справитесь с этой задачей на отлично.       Гермиона скосила взгляд на Гарри. Тот лишь молча дернул бровями.       — Подождите, — начала она после минутной паузы. — Вы хотите, чтобы что я сделала? Подняла его на ноги?       — Мы просим Вас разобраться в этой ситуации. Что именно происходит, и как так вышло, что Драко Малфой стал парализован. Вполне возможно, что мы могли что-то пропустить при осмотре, но вторгаться в поместье в очередной раз, не имея более… основательных доказательств, мы не можем. Нам нужно понять, что именно там происходит.       — Неужели, — тихо начала она. — Неужели вы думаете, что в Малфой-мэноре продолжает что-то происходить?       Она снова посмотрела на Гарри, не веря происходящему. Совсем недавно было награждение, совсем недавно Драко и Нарцисса получили благодарность от Министра в оказании помощи. И тем не мене… они подозревают, что что-то может происходить за их спинами. Девушка отвернулась от Поттера, снова посмотрев на Кингсли, но с губ так и не сорвался волнующий всех вопрос.       Черт.       Она часто заморгала, пытаясь понять, что происходит. Это же просто смешно! И… нагло? Неужели министерство думает, что несмотря на всё пережитое, темные вещи продолжают происходить?       — Мы просто ходим найти источник темной магии, — Бруствер кажется понял о чем думает девушка. И поспешил объясниться. — Мы сомневаемся в том, что со стороны мистера Малфоя и миссис Малфой продолжаются правонарушения, но среди общества вызывают вопросы бегство Пожирателей смерти и их продолжительное сопротивление оказаться в руках правосудия. Есть опасения того, что в поместье находится источник силы, который может быть использован против общественности. — мужчина вздохнул, проводя рукой по затылку. — Нам нужно избежать того, чтобы что-то поистине темное и запретное, что-то, что скрылось от глаз Министерства, попало в плохие руки.       Ахуеть.       — Гермиона, — её внимание привлек Гарри, до этого как-то виновато странно посматривая на подругу. — Когда мы приехали для осмотра, это закончилось срывом Нарциссы Малфой. Она оказалась в Мунго, а несколько недель спустя стало известно, что Малфой парализован. Дело не в том, что мы их в чем-то подозреваем, просто нам необходимо понять, что там происходит. — он потупил взгляд. Кажется, нитка на рукаве стала ему гораздо интереснее, чем смотреть на Грейнджер. — Нам просто нужно без шума понять, что это. Ты специалист в разрушении проклятий. Кроме того, если это плохо влияет на Малфоя, только сможешь ему помочь встать на ноги. Ведь нет проклятия — нет болезни, разве не так?       Голова Гермионы разрывалась тысячами вопросами и абсурдностью ситуации. Но ни один вопрос она не задала, ни одного возмущения не озвучила. Рот как-будто склеился, а мозг просто забыл как разговаривать. Она удивленно смотрела на обоих мужчин. Отчасти девушка понимала их, как и то, что эта ситуация должна разрешаться скрытно. Иначе ожидай она уже завтра статью от Риты, которая только усугубит ситуацию. В обществе действительно сложились довольно противоречивые мнения. Не все получили признание, хотя оно могло быть действительно заслужено. Да и дело не в самом признании обществом, а в отношении к человеку. Когда Гермиона прочитала статью про арест Люциуса Малфоя, она чуть ли не задохнулась от возмущения. Каким-бы плохим не был человек, сколько бы преступлений он не совершил, у него могут быть родные и близкие, которые переживают горе и потерю. Да и не одних Малфоев это касается. В целом к выпускникам Слизерина относились скептически, когда как Гриффиндорцев восхваляли и, наверное, даже молились. Девушка не отрицала, что эта теория может оказаться правдой. Что в поместье могут быть и другие артефакты, оказывающих плохое влияние на жителей. Возможно, именно поэтому Нарцисса сорвалась и теперь на реабилитации находится в Мунго, а Драко оказался парализован. Стремление Министра разрешить этот вопрос скрытно, не привлекая внимание публики, понятно. Но её больше возмущает то, что мнение о причастности Малфоев к побегу пожирателей смерти стремительно возрастает.       Они просто могут оказаться жертвами обстоятельства. Они просто могут быть больны и им нужна помощь.       Но никак не подозрение.       — Что я должна буду делать?