Глава 4

Юми немного нервничала, когда стояла перед дверью квартиры Ойкавы. Все эти сомнения и неуверенность по поводу их отношений не давали ей покоя. Но в то же время она чувствовала, как ее сердце сильно бьется в предвкушении встречи с ним. Когда она наконец вошла внутрь, ее сразу же окутал приятный аромат. Юми глубоко вдохнула, улавливая знакомые нотки специй и чего-то еще, очень аппетитного. Прошагав по коридору, она оказалась на кухне, где застала Ойкаву колдующим у плиты. Он что-то готовил, полностью погруженный в процесс. Юми не могла сдержать улыбки, наблюдая, как он сосредоточенно помешивает содержимое сковороды. Ее взгляд невольно задержался на его крепких, ловких руках. Девушка вспомнила, как они нежно обнимали ее раньше, как Ойкава ласково прикасался к ней. Это пробудило приятное, но и болезненное тепло внутри. – Ты умеешь готовить? – спросила Юми с легким удивлением. – Думаешь, что могу не уметь?  Юми встала рядом, оперевшись столешницу спиной, сложила руки на груди и стала наблюдать за парнем. В какой-то момент парень отвлекся от готовки и придвинулся к девушке. Он навис над ней, положив руку на полку выше. Юми слегка смутилась, а на щеках чуть-чуть выступил румянец. – Мне нужна приправа, а она прямо в шкафу над тобой. Сердце Юми разочарованно йокнуло. Стоп… она разочаровалась? Что происходит? Ойкава осторожно снял с плиты сковороду и бережно перенес ее на стол, накрытый белоснежной скатертью. Он явно постарался, чтобы все выглядело идеально. Юми с интересом наблюдала, как Ойкава разливает горячее блюдо по тарелкам, добавляя к нему свежую зелень и легкие овощи. Аромат, распространяющийся по комнате, был просто невероятным. - Прошу, садись, - Ойкава мягко улыбнулся Юми, отодвигая для нее стул. - Я специально приготовил твое любимое карри. Девушка благодарно кивнула и опустилась на место, не сводя восхищенного взгляда с тарелки. Ойкава действительно постарался - блюдо выглядело безупречно. Он налил им обоим по бокалу красного вина, создавая уютную, романтическую атмосферу. Юми с трепетом взглянула на него, замечая, как тепло его глаза смотрят на нее. – Можно было и немного проще все устроить. – смехом сказала девушка. – Мне нужно произвести на тебя впечатление.  Юми улыбнулась в ответ и осторожно попробовала карри. Вкус был просто восхитительным - сочетание специй и нежной говядины просто таял во рту. Она довольно прикрыла глаза, наслаждаясь каждой ложкой. Ойкава следил за ней с выражением искренней радости на лице. Кажется, он был счастлив, что его старания не пропали даром. Гляда на эту романтическую атмосферу вечера, на секунду Юми заметно погрустнела. Ей вспомнилось прошлое до разлуки, когда такие вечера считались обыденностью их быта. С тяжелыми воспоминаниями она закончила есть свою блюдо. Ойкава убрал пустые тарелки и сел обратно, устремив серьезный взгляд на Юми. Он первый начал тему. – Я хочу серьезно поговорить. Я знаю, что сделал тебе больно… По ночам мои мысли возвращались к тебе, и я метался от мысли к мысли правильно ли я поступил. Я хочу, чтобы ты знала, как сильно я жалею о том, что сделал два года назад. Я не смог отпустить тебя и избавиться от чувств к тебе. Я хочу, чтобы ты дала мне шанс все исправить. Если тебе нужно время, неважно сколько, я буду ждать тебя и делать все, чтобы ты дала мне его. На глазах девушку проступили слезы. Юми чувствует, как внутри борются разные эмоции - тревога, волнение, но вместе с тем и желание простить и довериться Ойкаве снова. Она смотрит на него, видя искреннее раскаяние в его глазах. - Ойкава... - Юми начинает мягко, ее голос чуть дрожит. - Я помню, как тяжело мне было, когда ты тогда ушел. Я была опустошена, не знала, что и думать. Я не знаю… не могу понять, что чувствую к тебе. Меня к тебе тянет, но ты сделал так больно моей душе, что твои слова режут меня как ножи. Я боюсь. Ойкава переплел руку Юми со своей и принялся нежно поглаживал тыльную сторону ладони большим пальцем. Он молча слушал. В какой-то момент из все время работающего для расслабляющей музыки радио заиграла песня, которую раньше они считали за «свою». Мягкие ноты гитары и печальные переливы виолончели наполняли комнату, создавая атмосферу меланхолии и глубоких чувств. Под эти завораживающие звуки Ойкава и Юми медленно закружились в танце. Их движения были неспешными и плавными, будто они растворялись в музыке. Ойкава нежно обнимал Юми, прижимая ее к себе, а она в ответ порывисто обвила руками его шею, уткнувшись лицом в изгиб его плеча. Их тела двигались в унисон, будто сливаясь воедино. Миг за мигом они отдавались во власть звучащих вокруг них эмоциональных волн. В душераздирающих нотах песни слышались сожаление, боль утраты и тоска по прошедшим временам. Юми чувствовала, как участилось дыхание Ойкавы, а его объятия стали еще крепче. Она знала, что в этот момент он вкладывает в танец всю свою тоску, раскаяние и любовь. Их танец был похож на безмолвный диалог двух пылающих сердец - диалог, в котором не было нужды в словах. Каждое движение, каждое прикосновение говорило о том, через что им пришлось пройти, о том, как они страдали и как, в конце концов, нашли друг друга. Припев песни звучал все громче, рождая ощущение горькой сладости воспоминаний. Ойкава и Юми замедлили шаг, будто не желая, чтобы этот момент когда-нибудь заканчивался. Парень наклонился к девушке и остановился в сантиметре от ее губ, будто спрашивая, не против ли она. Юми хлопнула ресницами и прижалась к его губам сама.  Их губы встретились в нежном, трепетном поцелуе. Сначала это было легкое, почти невесомое касание, полное затаенной нежности. Ойкава осторожно обхватил лицо Юми ладонями, будто боясь спугнуть этот хрупкий момент. Его большие пальцы ласково поглаживали ее скулы, а в глазах плескалось неприкрытое обожание. Юми чувствовала, как ее сердце замирает от этой трепетной близости. Она потянулась к Ойкаве всем телом, прижимаясь к нему так близко, как только могла. Их поцелуй постепенно набирал силу, становясь все более страстным и жадным. Ойкава зарылся пальцами в ее волосы, сминая их, а Юми, не сдержавшись, тихо застонала ему в губы. Она чувствовала, как внутри разгорается пожар, охватывающий все ее тело. Желание, годами сдерживаемое, теперь пылало ярким пламенем, рождая дрожь предвкушения. Юми обвила руками его шею, прижимаясь еще теснее. Их языки переплелись в чувственном танце, наполненном нетерпением и жаждой. Ойкава сжал ее талию, притягивая к себе, и Юми задрожала, ощущая его пылкую реакцию. Она таяла в его объятиях, захлебываясь в этом всепоглощающем поцелуе. Ойкава резко подхватил Юми, крепко обхватив ее талию. Глаза его сверкали неприкрытым желанием, а дыхание сбилось. Не разрывая жадного, страстного поцелуя, он усадил девушку на ближайшую поверхность - широкую столешницу. Юми ахнула, ощутив, как Ойкава прижимается к ней всем телом, практически укладывая ее на спину. Его руки скользнули вниз, обхватывая ее бедра, и Юми жадно выгнулась навстречу его ласкам. Она раздвинула ноги, позволяя Ойкаве устроиться между ними, наслаждаясь его близостью. Ойкава оторвался от ее губ, но лишь для того, чтобы прижаться горячими поцелуями к шее Юми. Девушка запрокинула голову, дрожа от волнующих ощущений. Она цеплялась за его плечи, комкая рубашку, ощущая, как внутри нее разгорается почти невыносимое желание. Юми хотела Ойкаву так сильно, что это почти сводило ее с ума. Ойкава осыпал ее лицо быстрыми, горячими поцелуями, его руки скользили по бедрам и спине Юми, творя с ней что-то невообразимое. Девушка выгибалась, прижимаясь к нему всем телом, желая стереть последние крохи расстояния между ними. Она жадно ловила его губы, забывая обо всем на свете, кроме этого всепоглощающего наваждения. Ойкава навис над ней, обдавая горячим дыханием, его глаза потемнели от страсти. Он жадно впился в ее губы, целуя Юми почти исступленно, будто вбирал в себя весь ее пылающий жар. Юми едва сдерживала стоны, задыхаясь от накрывшей ее волны эмоций. Она таяла в его руках, отдаваясь во власть его прикосновений и жадных поцелуев. Юми со стоном потянулась к Ойкаве, обвивая его руками за шею. Их губы сомкнулись в глубоком, жадном поцелуе, полном страсти и нетерпения. Девушка выгнулась, прижимаясь всем телом к Ойкаве. Она чувствовала, как его руки крепче обхватывают ее талию, притягивая еще ближе. Оторвавшись от его губ, Юми жарко выдохнула: — Ойкава... Пойдем в спальню. Я хочу тебя... Прямо сейчас. В ее глазах плескалось столько нескрываемого желания, что Ойкава почти задохнулся от накрывшей его волны страсти. Он подхватил Юми на руки, не разрывая горящего взгляда. Девушка обвила ногами его бедра, притираясь теснее и дразня ритмичными движениями. Ойкава низко зарычал, чувствуя, как сходит с ума от нахлынувшего желания. Он жадно впился губами в шею Юми, ощущая, как ее пульс бьется отчаянно быстро. Не разрывая объятий, они направились в спальню, оставляя за собой шлейф горячих, нетерпеливых поцелуев. Ойкава осторожно опустил Юми на кровать, нависая над ней и не в силах оторвать взгляд от ее сияющих глаз и припухших, соблазнительных губ. Девушка потянула его на себя, жадно скользя ладонями по широким плечам. Ойкава накрыл ее собой, ощущая, как сердца их бьются в унисон. — Я так долго ждал этого, - прошептал Ойкава, устремляя на нее горящий взгляд.  Ойкава замер на мгновение, а потом стремительно склонился, сокращая последние крохи расстояния между ними. Их губы встретились в жарком, полном страсти поцелуе, стирая все мысли и оставляя лишь жгучее желание. И в этот миг для них больше ничего не существовало, кроме обжигающей близости двух переплетенных тел. Ойкава и Юми погрузились в водоворот страсти и желания, их тела сплелись в едином порыве. Они отдавались друг другу без остатка, наслаждаясь долгожданным единением после долгих лет разлуки. Их движения были плавными и чувственными, будто они танцевали свой собственный, интимный танец. Юми выгибалась навстречу Ойкаве, ловя каждое его прикосновение, каждый жадный поцелуй. Ойкава осыпал ее лицо и шею нежными, трепетными ласками, стремясь запомнить каждый изгиб ее тела, каждую реакцию. Он жадно ловил каждый ее вздох и тихий стон, словно они были для него самой желанной музыкой. Они двигались в едином ритме, как будто их души и тела были сотканы из одной нити. Эта связь была столь глубокой и всеобъемлющей, что в этот момент для них не существовало никого, кроме друг друга. В конце концов, они замерли, тесно обнявшись, их сердца бились в унисон. На лицах обоих блуждали умиротворенные улыбки - ведь они, наконец, вновь обрели друг друга. Юми, чувствуя сладкую истому во всем теле, бережно опустилась на грудь Ойкавы, устраиваясь у него под боком. Она положила голову на его сильное плечо, наслаждаясь теплом и близостью его тела. Ойкава обнял Юми, нежно поглаживая ее обнаженную спину. Ему так хотелось сохранить эту хрупкую идиллию, уберечь ее от любых невзгод. Спустя несколько мгновений тишины Ойкава тихо спросил: - Юми... Ты все еще любишь меня? В его голосе слышались нотки едва заметного волнения. Казалось, что Ойкава боится услышать ответ, который может разрушить эту ускользающую гармонию. Юми подняла голову и заглянула ему в глаза. В ее взгляде плескались неподдельная нежность и искренность. – Это вопрос? – мягко улыбнулась она.  Ойкава притянул ее ближе, крепко прижимая к себе. Он уткнулся носом в ее волосы, жадно вдыхая знакомый аромат. — Нет. - хрипло выдохнул он. — Я люблю тебя больше жизни. И обещаю, что больше никогда не отпущу тебя. Я знаю, что причинил тебе много боли… Я и сам страдал… Скажи, у меня есть шанс? Юми растаяла в его объятиях, ощущая, как ее наполняет безграничное счастье. Она знала, что Ойкава говорит искренне, и поэтому ее сердце заполняла надежда на их новое, не отягощенное прошлым будущее. И она прошептала: – Да. Они так и лежали, крепко обнявшись, не желая расставаться даже на миг. В этот момент для них не существовало никого, кроме друг друга.