Часть 6

Ночь. Та самая тишина, что давит с особым спокойствием, будто вытягивает мысли наружу, развешивает их в воздухе, оставляя Айри один на один с собой. В окне покачиваются тени деревьев, звёзды рассыпаны по небу небрежно, как будто кто-то в спешке пролистал дневник — и случайно выронил мысли между строк. Айри лежала, уставившись в потолок. Комната, казалось, дышала вместе с ней: ровно, мерно, медленно. В ушах ещё звенело эхо прошедшего дня — то ли от тишины, то ли от избытка мыслей, которые никак не хотели угомониться. Кулон. Его не было. Пальцы скользнули по шее, снова и снова, и каждый раз — ничего. Только кожа и пустота. «Может, я просто сняла его перед сном? Может, он где-то в сундуке или под подушкой?..» — мысленно прокрутила она, но знала — нет. Она не снимала его. Никогда. С первого дня, как он оказался у неё, этот странный, змеиный подарок был как будто частью её самой. Она поднялась с кровати, на цыпочках прокралась к сундуку, пошарила в его глубине. Тишина комнаты подрагивала от её движений. Нет. Ни на дне, ни в тетрадках, ни в складках мантии. «Исчез. Просто… исчез. Или — кто-то взял его?» Думать об этом казалось чем-то болезненно личным. Как будто с кулоном исчезла часть её… уверенности? Защиты? Или чего-то, что было не до конца понято, но отчаянно ощущалось важным. Где-то справа послышалось сонное бормотание одной из соседок. Айри затаилась, присела обратно на кровать, натянула на себя одеяло до подбородка. Пальцы невольно прижались к груди, где обычно лежал кулон. Сейчас там пусто. «Кто мог его взять?..» Перебрала в уме всех, кто приближался к ней за последние дни. Много учеников, случайных прикосновений, пересечений в коридорах. Но никто не задерживался настолько близко, чтобы… разве что… Вспомнилась встреча с Гарри. И рядом с ним — Драко. Холодные глаза, изучающий взгляд. Мимолётный момент, когда он подошёл ближе, чем было нужно. Что-то в этом было странным. Неопасным — нет. Но тревожным. Как будто он что-то знал. Или что-то сделал? «Нет. Это было бы… слишком прямолинейно. И слишком дерзко. Или нет?..» Вздохнула. Голова болела от перегруза. И всё же, сердце замирало от одной мысли, что он мог коснуться её не просто взглядом. Айри легла обратно, уставившись в потолок, но не на долго. В груди что-то давило. Будто тревога обняла изнутри. Она достала палочку, зажгла лёгкое «Люмос» и посмотрела на часы. Было чуть за три. «Через два дня день рождения», — напомнило ей внутреннее эхо. – «И я снова не хочу его. Совсем. Не хочу праздника, не хочу торта, не хочу сюрпризов. Хочу тишины. И покоя. Хочу кулон». Губы скривились в кривой усмешке. «Да кого я обманываю. В глубине души я всё равно жду, что кто-то сделает что-то… особенное. Не потому что я хочу. А потому что надеюсь». Она погасила палочку и снова повернулась на бок. Но мысли продолжали клубиться. Упрямые, навязчивые. Как заклинание, которое не сработало, но не развеялось — просто осталось висеть в воздухе. «Если он действительно взял его… Зачем? Чтобы вернуть потом? Или… чтобы проверить мою реакцию?» «И зачем мне вообще об этом думать? Я что, настолько повернута на каком-то подарке, что строю из этого драму?..» — рассердилась сама на себя. Соседка на соседней кровати застонала, перевернулась, потом что-то пробормотала вроде: — Айри… хватит шебуршать… Айри прикусила губу, сдерживая хмык. — Спи. Я почти не двигаюсь, — тихо ответила она, лёжа с широко открытыми глазами. — Ты вообще не спишь… — донеслось с укором, но усталость перевесила, и снова повисла тишина. Айри ещё долго лежала в полудрёме, пока наконец не услышала первые признаки пробуждения школы. Где-то внизу хлопнули двери, в коридоре послышались шаги. Девочки в комнате начали ворочаться. Время вставать. И только в этот момент она осознала — будильник давно звонил, а она его… отключила. «Прекрасно. День начинается с философии, потерь и проспанного утра». Айри, наскоро умывшись и почти не чувствуя вкуса зубной пасты, на автомате натянула школьную мантию. Серо-синяя ткань словно легла на плечи тяжестью, от которой не хотелось ни избавляться, ни снимать. Она ловко заколола волосы, бросила взгляд в зеркало и почти сразу отвернулась. Отражение не отвечало — просто смотрело. Слишком прямолинейно. Слишком честно. В Большом зале было шумно, как всегда. Утренняя каша, тыквенный сок, разговоры, смех. Всё это казалось далёким. Айри села на своё место, привычно взяла ложку, но не сделала ни одного движения. Взгляд упал на стол, потом — на ожерелья других учеников, на оживлённые лица, на пустые разговоры. «Что, если это был намёк? Что, если кто-то хочет, чтобы я нашла этот кулон сама, как часть какого-то… плана?» Рядом присел Энтони Голдштейн. Он что-то спросил про домашнее задание по трансфигурации. Она ответила автоматически, но сама уже мысленно перебирала пути, по которым могла бы пройти за последние сутки. Места, где могла уронить, снять или… потерять. «Если бы кто-то нашёл его случайно, то, наверное, вернул бы. Или хотя бы обмолвился. Но… никто ничего. Словно он исчез как дым». Она отвлеклась только тогда, когда на неё уставился Гарри. — Ты сегодня какая-то… напряжённая, — произнёс он осторожно, явно не уверенный, стоит ли вообще влезать. Айри чуть пожала плечами, сдержанно улыбнулась. — Недоспала. Бывает. Он, кажется, хотел что-то сказать, но передумал. И правильно сделал. Сегодня её терпение было особенно хрупким. В течение дня Айри ловила себя на том, что делает всё автоматически. Уроки — на рефлексах. Ответы — машинально. Но всё внимание — на ощущениях. Где-то в груди всё ещё была пустота. Будто кулон действительно охранял что-то важное — и теперь этого не стало. Во время заклинаний она ненадолго осталась одна в классе — преподаватель ушёл в кабинет, а остальные высыпали в коридор. Айри подошла к окну, опёрлась о раму. Солнце клонилось к закату, заливало зал тёплым светом. И вдруг — отражение. В стекле мелькнула фигура. Серебристые волосы. Быстрый взгляд. Она обернулась — никого. «Мерещится. Или… он наблюдает?» Она слишком хорошо знала это ощущение. Кто-то рядом. Не снаружи, не внутри — а где-то на грани. Между взглядами, между шагами. Кто-то, кто не прикасается, но заставляет сердце биться на долю быстрее. К вечеру Айри решила, что нужно всё-таки убедиться. Она прошлась по всем местам, где бывала в последние дни — библиотека, класс зельеварения, лестница на третьем этаже. Даже заглянула в класс прорицаний, где не была уже неделю. Кулона не было нигде. В комнате перед сном она снова перерыла сундук. Подняла подушки. Проверила карманы всех мантий. Ничего. «Он не потерялся. Его кто-то взял. Но кто? И почему не вернул?..» Мысли переплетались в причудливый клубок. Драко. Гарри. Кулон. День рождения. О, да. День рождения. Через два дня. Она вспоминала об этом как о чём-то бесполезном. Но сейчас — это раздражало. «И что они опять придумают? Опять сюрпризы, ненужные подарки, странные поздравления. А я даже не хочу праздновать. Никогда не хотела. Это просто дата. Просто цифра». Она снова легла. На этот раз — лицом в подушку. Сердце глухо стучало, а в голове крутилось: «Ну а если это — Драко? Если он забрал кулон. Если это всё — начало какой-то странной игры?» Она прижалась к одеялу и закрыла глаза. «Ну и пусть. Всё равно я ничего не сделаю. Пусть думает, что выиграл. Пусть считает, что знает, как меня удивить. Я не позволю себе поверить в это». «Он мог украсть кулон. Но не мою реакцию». Утро следующего дня не принесло облегчения. Айри, не выспавшись, не почувствовала ни желания вставать, ни сил на очередной круг вопросов. Тело двигалось как по команде, разум — блуждал в тенях. Пустота на шее была почти физической. И уже не напоминанием — а обвинением. На занятиях она не старалась. Даже на защите от тёмных искусств, где обычно чувствовала себя уверенно, заклинания выходили с задержкой. Флитвик заметил и поднял бровь — но ничего не сказал. Кажется, он чувствовал, что что-то не так. В коридоре Айри столкнулась с Панси. Та смерила её быстрым взглядом и хмыкнула, но молча прошла мимо. Забавно: иногда даже враги ведут себя как друзья, когда чувствуют, что у тебя не всё в порядке. Возле библиотеки Айри заметила Драко. Он стоял спиной, что-то записывая в блокнот. Когда обернулся — увидел её. Их взгляды пересеклись. На мгновение — не больше. Но этого было достаточно, чтобы Айри почувствовала, как сердце упало вниз. В его глазах была тень. Какой-то нераскрытый смысл. Она уже не знала, ищет ли его там — или придумывает. Он не подошёл. И она не сделала шаг навстречу. «Хочешь играть? Играй. Но правила я буду задавать сама». Позже, в своей спальне, она снова села перед зеркалом. Ворот мантии чуть распахнут. Шея — открыта. Кожа там была слегка побледневшей. И — пустой. «Что ж, Айри, ты потеряла его. Никаких загадок. Никаких тайных поклонников. Просто не удержала». Она улыбнулась. Почти по-настоящему. «Даже если это кто-то сделал — мне не важно. Это просто кулон. Просто кусок металла. Я сама виновата. Надо было следить внимательнее». На столе лежала книга по заклинаниям. Она открыла её, водя пальцем по знакомым строкам. Слова словно стекали с бумаги. Магия была привычной. Стабильной. Безопасной. Только в груди ещё пульсировало странное чувство. Как нераскрытая глава, как незаконченный разговор. Она не хотела давать этому значения. Но где-то внутри знала: это ещё не конец. «Пусть я ошиблась. Пусть потеряла. Зато теперь знаю, каково — скучать по тому, чего не должно быть». Завтра будет новый день. Через два дня — день рождения. И, как бы она ни закрывалась, этот мир снова будет пытаться протянуть к ней руку. Слишком настойчиво. Слишком лично. Айри выключила свет, свернулась клубочком под одеялом и прошептала в темноту: — Только не смей возвращать его с пафосом… прошу. Но ответа не было. И, как ни странно… это её почти устроило.