Любопытной Варваре...

Яна стоит у порога, а в руках прозрачные шуршащие пакеты. Дверь открывается и один океан вливается в другой. Синие глаза радуются, руки переплетаются. Вьюгина, на цыпочках, обнимает Арсения. Она торопливо заходит в уютную, уже обжитую, съемную квартиру актера. Пахнет хлопком и мятным шампунем. Мужчина забирает принесённые пакеты на свою светлую кухню. Разувшись и сняв пальто, Яна скользнула к Арсу. Ещё тёплый хлеб, кочан капусты, стеклянная банка томатной пасты. Всё строго по списку. Молодые люди договорились попробовать приготовить борщ, поболтать и просто приятно провести время. Его пальцы коснулись ее нежной ладони. Вьюгина перевела на него свой яркий взгляд, уголки рта поплыли вверх. Она осмотрела нос, который чуть припух и покраснел, и поджала губы. - Голова не кружится? — Тихо проронила Брюнетка. - Я в полном порядке! — Заявил Попов. - Ага, я вижу — Цокнула Яна — Может посидишь? Я за тобой поухаживаю — Она возвращает взгляд на продукты. - Давай лучше я — Он подносит свежий хлеб к розовым губам Вьюгиной. Девушка откусывает кусочек и пережевывая говорит: - Так всегда вкуснее. О, Боже, давно такой вкусный хлебушек не ела! — Потянулась за добавкой Брюнетка. - Не-не-не — Отмахивается Попов — Аппетит перебьёшь. - Хорошо, мамочка — Засмеялась девушка. Сотовый завибрировал в кармане штанов. Яна извинилась и удалилась в коридор, поправляя свободную рубашку цвета фисташки. «Алексей Зуёнок» Менеджер тяжело выдохнула и приняла звонок. - Давай быстро, я занята — Сухо поторопила Яна. - Яна, послушай меня. Я его не трогал! — Засуетился голос в трубке. - А я летать умею, что ещё? — Нахмурилась девушка. - Поверь мне... Он сам себя так! - До свидания, Алексей — Сбросила она. Сердито топая в белых носках, вернулась на кухню Вьюгина. Заметив изменения в лице девушки, Арсений поинтересовался: - Кто звонил? - Никто — Бросила Яна. Телефон вновь начал вибрировать. На экране высветилось то же имя. Арс подхватил ее телефон, не слушая претензий. - Слушаю — Уверенно произнёс мужчина. Голос в трубке молчал. - Ваш звонок очень важен для вас, до свидания — Закончив, он вернул мобильный Вьюгиной. Девушка лишь улыбнулась и продолжила раскладывать продукты. - Ты доставай мясо, я займусь овощами. У тебя глаза чувствительные, лук буду резать я — Сконцентрировалась модель. - Слушаюсь и повинуюсь! — Удалился в сторону холодильника Попов. Рекламные съёмки проклятого шампуня были окончательно отменены. Парням заплатили в полной мере, поэтому все остались довольны. В тот же день Яна позвонила Арсению, удостовериться о его нормальном самочувствии. Заболтались, решили поужинать вместе. На часах 16:43, на улице пахнет влажностью. Готовка именно этого блюда займёт несколько часов, так почему они выбрали именно борщ? Потому что им обоим просто захотелось домашнего красного борща. И уже не помня вкуса домашнего бульона, сделали единогласный выбор в сторону этого восхитительного блюда. Арсений достал из холодильника, заранее размороженное мясо. Говядина. Девушка поморщилась от яркого запаха красного мяса. Пока юная дама шинковала капусту, брюнет промывал говядину на кости и готовил кастрюлю. Ощущение, будто так и должно быть, будто это правильно. Так же уютно, как укутаться в мягкий плед холодной зимой. Запах мяса растворился, на замену пришёл легкий шлейф весеннего розового сада после свежего дождя. Острый нож застыл в воздухе, а кастрюля наполнилась через край. Они застыли всего на мгновение. Вьюгина заторможенно принялась за лук, безуспешно пытаясь уловить исчезающий запах. Закружилась голова. Арсений прокашлялся и поставил мясо вариться на газовую плиту. Яна повернулась к хозяину квартиры. Серые трико, сквозь которые виднелись подтянутые ноги, свободная чёрная футболка без декора, слегка влажные угольные волосы. Мышцы спины чуть напряжены, плавно перекатываются. В до одури красивых руках ножик с деревянной рукояткой. Сочный хруст нарезаемой моркови, тихое шмыганье румяным носом. До чёртиков домашний, немного потрёпанный, успокаивающе спокойный. Сделав неаккуратное движение лезвием ножа, Яна слегка задела указательный палец. Запах металла, бордовая капля на кленовой дощечке. Негромко шикнув, девушка рефлекторно поднесла царапину к губам. Попов обернулся и поджав губы двинулся в поисках пластырей. В верхнем ящике было что то наподобие аптечки, в которой были лишь пару пластырей, аспирин и таблетки от укачивания. Спешно и рвано открыв пластырь, он, взяв ее ладонь, дрожащими руками заклеил рану. Брюнетка посмотрела на него виноватыми глазками. - Будь аккуратней — Строго наказал Арсений. - Это мелочь — Вернулась за нарезание репчатого лука она. - Давай лучше я докончу - Потянулся за ножом актёр. Яна невысоко подбросила нож, поймав его левой рукой и вновь перекидывая в правую, воткнула в доску самый кончик лезвия. - Я умею пользоваться ножом, просто отвлеклась — Непринуждённо пожала плечами голубоглазая. Движения были уверенными, будто сто раз отрепетированными. Попов закусил губу, удивленно распахнув синие очи. - И где ты этому научилась? На «Мастер Шеф’е»? — Заморгал мужчина. - Любопытной Варваре на базаре нос оторвали — Щелкнула по самому кончику забавного носа девица. А на самом деле по бледной коже прошёлся холодок, вызывающий табун мурашек. Ей пришлось учиться пользоваться ножом, перцовкой, шокером в целях безопасности. Одним поздним вечером, Кирилл, отец Вьюгиной, повёз девочек поесть мороженое в круглосуточную забегаловку. Совсем юная Яна в цветастых колготках, неподалёку сидящая девочка с двумя озорными хвостиками. Серые и сияющие, как две жемчужины, глаза. Волосы были невероятно кудрявые, глубоко чёрные. Лицо папы Яна не помнит, в воспоминаниях лишь размазанные пятна. А лицо Миланы будто осталось выжжено на сетчатке глаз. Маленькой Миле было 3 года, ей только недавно начали позволять немного сладкого. Шоколадное мороженое полюбилось ребёнку. Шестилетняя Яночка через пару недель должна была сделать огромный шаг в своей детской жизни - первый день в школе. Все взбудораженные, радостные и даже счастливые. Орехов Кирилл, любимый папочка, отошёл ненадолго за сладким угощением. Девочки остались в машине, болтая ножками в причудливых сандалетках. Редкие звёзды осыпали небо, освещение было тусклым. Кто то гулко топал, приближаясь к белой легковушке. Отец всегда шёл мерно и плавно, старшая напряглась. В окне показался широкоплечий незнакомец, сверкающий безумным взглядом. Он чем то узким и металлическим взламывал дверь, мерзко пыхтя. Машина качалась из стороны в сторону. Младшая вскрикнула, а Яна вцепилась короткими ногтями в ремень безопасности. Сигнализация предательски молчала. Страх сковал каждую клеточку тела. Дверь покорно распахнулась с жалобным скрипом. Коренастый мужчина приземлился на водительское сиденье. Он, обернувшись, вцепился в Милану и перенёс ее на переднее сиденье. Липкий и хриплый голос пригрозил: - Дёрнешься - задушу девочку! — И сжал летнее платьице ребёнка. Дети кричали, захлебываясь в слезах. Мужчина усадил малышку к себе на колени, грубо придерживая шершавой рукой. Дверь автомобиля захлопнулась. Играла фоновая музыка из популярного радиоканала, работал кондиционер. Орехов совершил ужасную ошибку, которую никогда себе не просит: оставил детей в машине посреди парковки, покинул машину заведённой и попросил Яну закрыть двери кнопочкой у водительского места. Слишком небезопасно. При возвращении дочка должна была просто открыть двери отцу и мирно есть мороженое на заднем сиденье. Это сыграло на руку безумцу. Седоватый мужчина вырулил с парковки и мчался на бешеной скорости по пустующим дорогам. Мила пиналась и брыкалась, отвлекая мужика. Салон автомобиля заполнился удушливым запахом дешёвого алкоголя. Не сдержав управление он впечатался в столб светлым капотом. Вой клаксона гудел в ушах. Подушка безопасности раскрылась, но ни чем не смогла помочь. Жуткий хруст костей, металла и собственного носа. Кровь текла по ладоням, капала с виска и была на коленках. Перед глазами всё плыло. Может и к лучшему, что она не разглядела произошедшее на переднем сидении. Веки потяжелели, тело обмякло. Клонило в сон, во рту стало сухо. Открыв глазки на ослепительно белый потолок, девочка зажмурилась. Голова болела, тело ныло. Пахло медикаментами и хлоркой. Взгляд Яны зацепился за сидящих неподалёку отца и мать. Мама тихо рыдала, прикрывая лицо платочком, а папа закрыл глаза ладонями и тихо бормотал что то под нос. Капельницы, больничная палата. Сотрясение, ушибы, царапины и сломанный нос. Девочка быстро шла на поправку. Спустя пару недель родителям пришлось рассказать Яне, что случилось с Милой. Резкий удар, подушка безопасности сломала хрупкую шею малышки. Она погибла быстро, почти не мучалась. И чудовище тоже умерло, сломав рёбра, хоть он и заслуживал более строгого наказания. С того дня, вся жизнь перевернулась с ног на голову. Мать не простила отца, а тот запил. Надолго и буйно. Счастливая и дружная семья распалась на глазах. Развод. Ни встреч с отцом, ни алиментов. Он просто растворился и исчез из жизни маленькой Яночки, которая тогда так нуждалась в отцовской любви. Ее погладили по плечу. - Ку-ку, всё хорошо? — Вкрадчиво спросил Попов. - Задумалась — Она встряхнула слезинки с ресниц и кротко улыбнулась. Арсений приоткрыл рот, чтобы что то сказать, но его прервал дверной звонок. Попов направился к двери, шаркая пушистыми светлыми тапками. Яна выглядывала из кухни. Незваным гостем оказался двухметровый мужчина в чёрной куртке. В его окольцованных руках были два темно-синих пакета. Горлышки бутылок приветливо выглядывали и звенели, стукаясь друг об друга. Брюнет онемел и запоздало поздоровался с приятелем. - Оох, выглядишь неважно... Мощно ты себя хуярнул — Нахмурился Шаст. Арсений шикнул и зажмурился, будто от зубной боли. Актёр боязливо обернулся. Сказать, что глазами Яна убивала, не сказать ничего. Антон оцепенел и сделал шаг назад. - Продукты можешь оставить себе — Холодно и отстранённо бросила Вьюгина и двинулась к выходу. Арсений хотел было ее придержать, но язык не слушался, а оправдание просто не нашлось. Обувшись и накинув на плечи пальто, Яна вышла, несильно толкнув стоящего в проходе Шаста плечом. Попов закипел. - Какого хуя ты сюда приперся, а? — Сверлил его глазами Арс. - Я же не знал! Хотел поблагодарить за соучастие, отпраздновать нашу победу... — Стушевался Тоша. - В задницу запихай себе эту победу.