Глава 42

— Госпожа Химэ, — статная брюнетка оторвала взгляд от бумаг, которые изучала уже не первый час, и подняла его на дворецкого. — К вам пришли. Господин Химэ уехал несколько часов назад, поэтому гость попросил матриарха.       Кана нахмурилась, однако кивнула, приказав приготовить чай в малой голубой гостиной. Гостей она не ждала. С партнёрами они с мужем встречались чаще всего в ресторанах, изредка посещали банкеты, где можно было познакомиться с достаточно влиятельными людьми в той или иной сфере. Масами наплевала на жизнь родителей, на многовековые традиции их семьи, отказалась от наследства и жила в одном из районов Токио.       Госпожа Химэ не спускала глаз с дочери, пусть её глаза всегда держались на приличном расстоянии, чтобы их никто не засёк. Кана многое знала о жизни своего ребёнка, но, кажется, не всё.       Сидевший в малой голубой гостиной парень при появлении матриарха только взглянул на неё и кивнул, никак не поменяв достаточно вальяжной позы. Он излучал странную уверенность, которой у никак не должно было быть. Однако, она была, и заполняла пространство так плотно, что Кане было достаточно трудно делать вид, будто этого не замечает. Ещё и этот пронзительный синий взгляд, под которым она пересекла гостиную и села в кресло напротив гостя. — Госпожа Химэ, — низкий голос молодого человека заставил женщину невольно расправить плечи. — Я хотел встретиться с патриархом этой семьи, но, к моему сожалению, он отбыл из дома по делам. И теперь я имею честь говорить с вами.       Кана нахмурилась, пытаясь вспомнить, видела ли этого парня раньше, однако нет. Они совершенно точно встречались в первый раз, тогда почему в мужском голосе так много холода?       Кагеяма упёрся локтём в подлокотник и перенёс на него часть веса. Он внимательно изучал мать своей любимой женщины, пытался найти общие черты, однако нет. Ничего общего. Кана Химэ была холодной, на дне практически чёрных глаз таились презрение и некая надменность. Что же, Кагеяма планировал опустить её с небес на землю. И никто не обещал, что приземление будет мягким. — Тем не менее, этим фактом вы не очень довольны, — Кана взяла себя в руки, однако перетянуть на себя контроль ситуацией пока не могла. — В таком случае, я попрошу нашего дворецкого ознакомить вас с графиком патриарха, а потом вы удалитесь восвояси.       Тобио нахмурился. Эта женщина была его будущей тёщей, однако неприятности устраивала ещё до официального, так сказать, назначения. Неприятно, но можно справиться. — Сразу после того, как вы мне кое-что пообещаете, — волейболист не отводил взгляда от женщины, лицо которой перестало быть неподвижной маской с едва заметным пренебрежением.       Сейчас госпожа Химэ явно пыталась понять, кто он такой и зачем приехал. Тобио ей в этом помогать совсем не хотел. Пусть подумает, погадает. Вполне возможно, что выдаст что-то интересное.       И Тобио не ошибся. И теперь маску безразличия пришлось держать уже ему. Когда Кана начала весьма вальяжно рассуждать о будущем своей дочери, Кагеяме пришлось сжать руку в кулак. Просто банально для того, чтобы не схватить будущую тёщу за волосы и не ударить парочку раз о поверхность столика, что стоял между ними. А так хотелось. — Неужели вам безразлично будущее вашей дочери? — К счастью парня, его голос не дрогнул, когда он заговорил. — Вы так расписывали её таланты, однако хотите выгодно для себя и своей компании выдать её замуж, чтобы муж всего этого лишил.       Госпожа Химэ прикусила губу, пытаясь придумать, как вывернуться из этой ситуации. Синие глаза, сверкающие непонятной ненавистью из-под чуть нахмуренных бровей совсем не помогали. Наоборот, они только ухудшили ситуацию, давая понять, что она с этого провокационного вопроса не слезет. — Я была в такой же ситуации, когда выходила замуж, — Кана небрежно махнула рукой, откинувшись на спинку кресла. — У меня тоже были свои мысли, желания и цели, однако родителей это совсем не волновало. — И вместо того, чтобы подарить своей дочери лучшую жизнь, которой вас лишили, — Кагеяма упёрся локтями в колени и чуть угрожающе подался вперёд. — Вы поступаете ровно так же, как поступили с вами. Вместо того, чтобы разорвать этот порочный круг, дав своей дочери самой выбирать свой путь, вы вгоняете её в рамки, за которые и сами никогда не ступали. Что это, страх или банальное безразличие к будущему ссвего ребёнка?       Госпожа Химэ неловко поёрзала в кресле, пытаясь занять нападающую позу, однако ещё глубже ушла в защиту. Женщине нечем было возразить, потому что он был прав. В каждом слове. Но это была её жизнь до смены фамилии. Теперь она Химэ, теперь в её жизни нет места мечтам. Только холодный расчёт. — Кто вы такой, чтобы об этом со мной разговаривать? — Кана скрестила руки на груди в защитном жесте, вызвал на лице парня лёгкую ухмылку. — Я ваш будущий тесть, — Тобио позволил себе широкую улыбку, когда увидел широко распахнутые глаза будущей тёщи. — Кагеяма Тобио, если будут угодно. И я не позволю вам рушить жизнь вашей дочери. Масами отказалась от всего, лишь бы идти своей дорогой. Думаете, я не замечал слежки за ней? Думаете, они всё вам рассказывали? Тогда почему вам не было известно обо мне? Деньги. Любого можно купить, нужно лишь договориться о стоимости. И слежка за Сами не была исключением. Я заплатил им, а вы остались в неведении, что у дочери кто-то появился. И пока дочь с вашего позволения жила свою жизнь, вы тем временем подыскивали ей мужа в советском обществе. Под стать вам. Идеальную партию. Но я хочу вас расстроить. Масами моя, и я не отдам её никому, даже матери.       Кана сидела широко распахнув глаза и не знала, как реагировать на эти, без сомнения, дерзкие слова. Она была в своём доме, на своей территории, однако сейчас совсем не имела власти. Не контролировала ситуацию. — Жена моя, — в малую голубую гостиную вошёл статный мужчина, и вот в нём Тобио узнал любимые черты.       Тот же полёт бровей, выразительные глаза и даже направление роста волос. Господин Химэ, кажется, отдал своей дочери свои самые лучшие черты внешности. Пройдя вглубь комнаты, мужчина присел в кресло рядом с женой и взял её за руку, но она никак не отреагировала. — Господин Химэ, — Кагеяма качнул головой, однако позы так и не сменил.       Он всё так же упирался локтями в колени и смотрел в упор на госпожу Химэ. Женщина же старательно прятала взгляд, а её пальцы теребили складку на юбке. — Позвольте представиться, — Тобио всё же решил больше не давить на будущую тёщу и вальяжно откинулся на спинку кресла, кинув короткий взгляд на нахмурившему мужчину. — Я жених вашей дочери, Кагеяма Тобио. Масами ушла из семьи, и не хотела обсуждать это с вами, однако я хочу делать из этого тайну. Я люблю её и не позволю никому вставать на моём пути к счастью с ней.