Глава 5. Действие.

"Оно преследует тебя,

Во снах и наяву.

И лишь твой разум погубя,

Обретёт тишину."

Все утро голову клубники не покидала одна единственная мысль. Как же ему раздобыть еще немного мяса... Идеи сплетались в что то непонятное и отчасти страшное, наталкивая часть его разума на то, что это вовсе неправильно и он не должен причинять другим мультяшкам боль, а тем более устраивать какие то пытки с поеданием заживо. Но то тихое, зверское "хочу", что медленно расцветало в его голове как настоящий паразит, заставляло действовать, напоминая вкус, что столь понравился ягоде, и заставляя вновь желать отведать еще хотя бы один кусочек. А желание лишь росло и все никак не убавлялось, пусть как бы он не пробовал отвлечь себя от настырных, плохих мыслей. Да и Космо в последнее время выглядел как то неважно и нервно... Вся эта тема поисков давила на него, как камень на грудную клетку, не позволяя ему проживать свои дни в спокойствии. Он ярко ощущал вину за то, что он молчит... Роджер неспеша продвигался в своем расследовании. Обыскивал комнаты, расспрашивал тунов, с кем они в последний раз видели Дэндикуса. Правда никто толком и не видел, как цветок выходил в тот злосчастный коридор вместе со Спраутом из-за жуткого балагана в столовой в разгаре трапезы. Сидли тихо вздохнул. Размышления не слишком помогали ему, словно лишь подгоняли поскорей придумать чего нибудь, дабы поскорее вновь отведать свежего мяска и плоти. А затем тот чуть ли не подпрыгнул со стула, на котором сидел, и шустро схватил блокнотик с записями и зарисовками рецептов, которые он хотел попробовать. Отыскав чистую страничку, тот принялся писать рецепт для небольших, милых кексиков с клубничной начинкой и яркой посыпкой...

***

Тихое, еле слышное хныканье доносилось из-под стола в комнате шоколадного рулетика. Дрожащие ладони смазывали с глаз слезинки, что безустанно текли по щекам. Ощущение того, что он должен был уже давно рассказать правду тунам грызло его изнутри жгучим чувством вины. Обняв свои ножки, скрытые под разноцветными, мягкими чулками, Космо уткнулся лицом в коленки, тихонько плача в собственной комнате, что была укутана в полумрак: основной свет не был включен, лишь ночник на столе тускло светил мягким, голубым цветом, слегка освещая комнату. Как же ему не хотелось и дальше молчать, но он понимал, что если расскажет: Спрауту явно не поздоровится... А терять его рулет уж точно не хотел. Сама лишь мысль о таком заставляла испугаться и пустить слезу. Всхлипнув, Космо вновь вытер слезинки, лишь больше растирая по щеке и неспеша вылез из-под стола. Осторожно вытянув из стаканчика с разными ручками и карандашами канцелярский ножик, шоколадный высунул острое лезвие наружу. Оно блеснуло мягким, голубым светом, отбивая его. Взгляд впивался в ножичек, пока немного дрожащая рука крепко держала его. Он вновь уселся под столом, приспуская чулки и открывая взору довольно таки много небольших порезов. Они может и были небольшими, только вот их глубина была разной. Где то это были лишь царапинки, а где то порезы, что позже скорее всего превратятся в заметные шрамы. Все зависело от того, насколько много рулет ощущал в определенный момент, проводя очередную линию на своих ножках. Тихонько всхлипнув, Космо поднёс лезвие к мягкой коже, прижав и резко проведя линию, что вскоре окрасилась в темный, алый цвет, что в тусклом освещении казался черным. Движения повторялись, а слегка жгучая боль отгоняла навязчивые мысли, позволяя наконец отвлечься. Выпутывая его из клетки вины, что беспощадно давила на него. Слезы неспеша переставали течь по щекам, позволяя им наконец высохнуть. Милые звёздочки на его щечках тоже были влажными, слегка блестя в полутьме. Все бы и было так тихо и, казалось бы, спокойно, если бы Космо не отвлекся на шорох за дверью. Лезвие прошлось глубже всех прежних разов, и на этот раз уже было в разы больней. На мгновение рулету показалось, что он и вовсе задел что то, но все же, вроде как, это был лишь немного глубоковатый порез. С тихим пыхтением встав, шоколадный понял, что этот порез теперь неприятно отдается болью в ноге, когда он становится на неё. Нужно было быть осторожней... Вздохнув, Космо вытер остатки слез белоснежным рукавом и принялся искать в своей тумбочке моток бинтов, который он положил сюда несколько месяцев назад.

***

Ягода шустро зашёл в лифт, надеясь, что никакая душа не видела того, как он сюда шёл. Возможно, появились бы вопросы, мол, зачем же он идет обратно на нижние этажи, когда только недавно из них вернулся? Складывалось ощущение, что кто то за ним наблюдает... Палец нервно нажал на кнопку на панели лифта, и дверь с неприятным грохотом закрылась. Тиша глядела на закрытую дверь железного гиганта, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Её немного беспокоило то, что пекарь вновь поехал куда то на лифте... Ладонь ягоды крепко держала стеклянную баночку, перекрашенную в красный цвет. Он хотел набрать в неё ихора. За его затеей, ихор должен был на определенное время отключить туна, и в то время, как мультяшка будет в отключке... Спраут сделает свое кровавое дельце. И боли никакой не будет. И шума тоже. Все будет отлично! Как только дверь лифта вновь открылась, перед ним показался пустой этаж с несколькими машинами где то впереди. Гробовая тишина была уже немного привычной, особенно после пребывания на том заброшенном этаже... — брр, даже вспоминать не хочется... — шепнул сам себе Спраут, подходя к машине и оглядывая её. Теперь главным вопросом было то, как же ему достать ихор... Машинами ведь они не очень уж и пользовались, лишь интересовались несколько раз. Легонько покрутив вентиль, который вскоре заклинил, Спраут раздраженно вздохнул. Ну и что же он сделал не так? Недовольство довольно быстро наполнило его, и тот крутанул вентиль в обратную сторону, после чего из трубки на верхушке внутри машины полился ихор с новой силой, так что это моментально привлекло внимание клубники. Интересно... Вновь начав крутить вентиль в ту же сторону, как и прежде, ягода глядел как ихор неспеша наполнял машину. Вентиль вновь заклинил и Спраут шустро прокрутил его назад, видя как ихор так же, как и в первый раз полился с новой силой. Когда набралось меньше половины машины ихора, пекарь прекратил крутить вентиль и жижа перестала течь. По крайней мере, теперь он знает, как можно налить ихора. Вопрос теперь, как его оттуда достать... Несколько минут раздумий, осмотра машины со всех сторон и ракурсов, и Сидли наматывает кусок ткани себе на ладонь, замахивались. Да, лучшей идеи чем пробить стекло у него не появилось... Раздался громкий треск стекла, а затем болезненное шипение туна. — блять, херня была идея... — тихо шепнул сам себе Спраут, потирая немного порезанную кожу. Ткань конечно немного спасла, но открытые участки ладони всеравно теперь были порезаны. Клубника вздохнул. Ему не хотелось возвращаться сюда, если ему не хватит ихора, поэтому Сидли собирался набрать полную баночку и хранить остаток у себя. Просунув руку с открытой банкой внутрь машины, тот набрал достаточное для него количество, почти полную банку, подождав пока остаток жижи с наружных стенок банки стечет вниз полностью. Пара минут и он уже быстро уходил прочь из этажа обратно в лифт. Он ещё прихватил с собой не очень большой мешок муки, который нашел в одной из комнат, дабы если что была отмазка. Вернулся назад он довольно таки быстро, и сразу же пошёл на кухню, таща с собой мешок муки и частично спрятанную баночку. Благо, по пути к месту назначения никто ему так и не попался, поэтому тот со спокойной душой дошел до кухни и принялся готовить клубничные кексы с "необычным" ингредиентом...

***

Слегка сдавливая в ладонях кондитерский мешочек, из которого плавно выходил розовый крем, Спраут забавно высунул язык: уж очень он увлекся процессом. Закончив с кремом, ягода аккуратно вылил немного ихора сверху на несколько центральных кексиков, оставляя другие кексики обычными, безопасными, вкусными сладостями. Шустро посыпав разноцветной, яркой посыпки на свое творение, пекарь наконец выдохнул, добавляя последние штрихи в виде маленькой половинки клубники и чутка полил её ихором. Просто для красоты. — все... Теперь написать записку и ждать... — шепнул сам себе Спраут, метнувшись за подготовленным куском бумаги и написав там жирным текстом "не трогать!", прекрасно зная что его жертва назло съест все са-а-амые красивые, центральные кексы, желая подпортить настроение ягоде, который с такими стараниями готовил кексы для тунов... Клубника тихонько отошёл к маленькому складу ингредиентов, прячась среди мешков и зелени, дабы листья на его голове не выдавали его присутствия. Сидли подозревал, что ждать придется долго, Шримпо ведь не пойдет как по приказу есть кексы Спраута. Поэтому, набравшись терпения, ягода смирно сидел в своем укрытии, выжидая нужного момента...

***

Прошло довольно таки много времени... Или это Спрауту так казалось. Но наконец около входа он услышал шорохи и шаги, вместе с недовольным, тихим ворчанием. Шримпо зашёл на кухню, видимо, в поисках чего то съедобного и сходу заметил кексы, подойдя к ним и сразу же выкинув записку прочь, даже не прочитав, что там было написано. Прям в манере этой злой креветки... Тун сразу же принялся загребать руками кексы, какие только попадались под руку и быстро съедать их, вовсе ни о чем не беспокоясь. Спраут тихонько вылез из своего укрытия. Благо, Шримпо стоял спиной к нему и очень увлекся поеданием выпечки, так что Сидли не составило труда шустро схватить сковородку и ударить ею креветку по голове, отчего второй успешно отключился, падая лицом в кексы и чуть ли не стягивая следом за собой поднос с остатками выпечки. Приподняв тело мультяшки, клубника оттащил его от стола, быстро прибрав следы всего происходящего прочь. Закинув поднос в мойку, ягода вновь подхватил тело Шримпо, с некими усилиями потащив его к старому лифту, что был совсем рядом. Ним никто не пользовался, но это не значило, что он не рабочий, не так ли? Двери с неприятным скрипом открылись. Клубника затащил тело внутрь, нажимая кнопку на панели, отчего железный гигант начал движение, что сопровождалось сомнительным скрипом... Только вот сейчас это не особо волновало ягоду. Взгляд впился в руку креветки, пока рот наполнился слюной. Желание отведать свежей плоти возросло лишь больше и, приоткрыв рот, Спраут оголил клыки, впиваясь ими в плоть руки Шримпо... На языке моментально появился металлический привкус крови. Челюсти сжались сильней, голова потянула плоть на себя, отрывая кусок и начиная пережевывать...