💔

Мякотью граната раскрывается с треском моя душа. Сочные капли текут по тонким пальцам, застывают на белоснежных рукавах свадебного платья, впитываются, пачкают, и мне жаль, мне правда жаль. Как же я был глуп. Ты сегодня красива, как счастье, как закат в горах, как первый глоток воды. Не хочу быть твоим клеймом, но я мог бы украсть тебя на первый и последний танец, чтобы не проронить в этот вечер ни слова, будто даже разомкнуть губы для меня наказание. Так оно и есть, по сути, так оно и есть… Я беру бутылку водки, иду в твою сторону, чтобы снова струсить и в последний момент подойти к отцу, который вовсю развлекается с закусками. Делаю вид, что меня сильно интересует канапе и попутно получаю бесценные советы от бати, но голова просто разрывается. Меня трясёт. Ты и Костя. Под веками лишь песок и слезы. А ты смотришь мне в спину, качаешь головой, поджимаешь губы. Моя хорошая, знаю…я все знаю. Но скажи... Ты веришь в эти песни о любви? Я готов найти и посадить каждого поэта за решётку за доведение до самоубийства. — Но кому они сделали больно? — спросишь ты и затаишь дыхание, ожидая ответа. Добрая, милая, тебе жалко всех, кроме меня, но чем я так провинился, что сделал тебе, что ты так мучаешь без ножа и гарроты? — Мне. Сегодня, — скажу я и буду почти прав. От меня осталось лишь тело, биологически пригодное для жизни, оболочка, чтобы ходить на работу или есть мамины пироги... Лишь когда темнота моей квартиры прольется на занавески, на ладони, за грудину, я зажгусь вместе с ней, воспарю за избавлением на шаткий табурет с потертой вязаной сидушкой, чтобы у горла блеснула нить, а может это будет именной пистолет...Эта рана будет тринадцатая. Нет, нет, не печалься. Я просто пойду вперёд. И ты зовёшь, протягивая руки к моему лицу.