Chapter 1.

В запертом от внешнего мира помещении каждую ночь можно было услышать смех. Холодный, пробирающий до дрожи, злобный, нечеловеческий, словно это был сам демон, поднявшийся из ада. Но принадлежал этот смех вовсе не демону, хотя кто знает, чем обернулся его эксперимент. Джекилл уже и сам сомневался в реальности своего злого эго. Вдруг он просто сошёл с ума и сейчас находится в лечебнице. Хах, как же иронично: доктор и сумасшедший. Тут только смеяться и плакать. – Плакать по тебе будут только из жалости, – слышит он ядовитый хохот, – зато посмеются в удовольствие. – Замолчи, – шипит мужчина. Генри поднимает злой взгляд на зеркало, что стоит напротив него у стены, отражая почти всю лабораторию. В этом отражении он уже многие месяцы наблюдает одно и то же лицо, что так презрительно взирает на него из-за стекла, насмехается над ним, говоря, как жалок он, как порочен, насколько лицемерен, изображая из себя благодетеля. Каждый раз, смотря в зеркало, он видит в нём не себя, а Хайда, и каждый раз тот напоминает, что в этом виноват только он сам. – С чего вдруг? – Эдвард делает шаг вперёд, упираясь рукой в стекло. – Я не замолчу, даже если ты оторвёшь себе уши, Джекилл. Генри вздохнул и отвернулся. Увы, тут Хайд прав. Он не сможет избавиться от голоса в своей голове. А голос этот всё громче и громче насмехается над его бессилием. «Ты так жалок», – говорит он из раза в раз. «Заперся тут и думаешь, что твою волшебную соль найдут». Он просто хочет вывести его из себя. Он должен его игнорировать. «Отрицая моё существование, ты не избавишься от меня». Он не может сорваться и потерять контроль от этих провокаций. «Даже твой дружок Аттерсон больше не приходит навестить тебя. Ты всех потерял, Джекилл». Это всё ложь. Раздался звук разбитого стекла. Он вздрогнул и взглянул на зеркало. Оно треснуло, а рука Генри была в порезах и крови от мелких осколков, что уже упали на пол. Он даже не понял, когда подошёл и с силой ударил по отражению Хайда, который, как и ожидалось, ничего не почувствовал. Только со злобной и победной ухмылкой смотрел на него сквозь множество трещин разбитого зеркала. Боже, он и вправду сходит с ума. *** – Пул, это Хайд, ломайте дверь! Нет. Нет, только не это. Они не должны сюда войти. Не сейчас. В обличье Хайда его не станут слушать. Дверь от каждого удара готова разлететься на щепки, приближая его ужасный конец. Почему всё сложилось именно так? Джекилл метался из стороны в сторону по лаборатории с колбой в руках. Сыворотка ещё не готова, ему нужно немного времени, хотя бы пару минут, чтобы более или менее закончить. – У тебя было время, – Эго никак не улучшает его положения, – во всём виноват ты и твой чёртов эксперимент, Генри! Колба летит в стену, разбиваясь и оставляя после себя мокрый след на обоях и ковре. У него нет выхода. Он слышит последний удар и с громким скрипом открывшуюся дверь. Они идут сюда, за ним. – И что ты теперь будешь делать?! А Генри уже взял с полки с реактивами пузырёк с цианидом. Крики Эдварда и просьбы-приказы остановиться были проигнорированы. Закрыв глаза, он одним залпом опустошил его. Голова закружилась, а остатки сил покинули тело. Последнее, что он услышал, были голоса его друга и дворецкого.