Часть 24 компромисс

Крик Тенгена Узуя «ВЫ ТОМИОКУ СОСВАТАЛИ?!» ещё долго эхом отдавался от стен поместья. Столп Звука уже картинно закинул руки за голову, прикидывая, сколько блёсток и фейерверков понадобится на эту свадьбу, Санеми яростно тёр виски, а бедный Гию, на котором всё ещё висела Алёна, мысленно выбирал себе самый красивый гроб. Но внезапно со стороны главного деревянного поместья раздался мягкий, едва слышный стук раздвижных дверей. Атмосфера во дворе мгновенно изменилась. Паника, крики Узуя и шипперский экстаз Алёны улетучились в одно мгновение. Столпы, подчиняясь многолетнему инстинкту, синхронно и идеально ровно опустились на одно колено, склонив головы. Санеми, Обанай, Ренгоку, Мицури, Химиджима, Шинобу и Узуй замерли, демонстрируя абсолютное почтение. На веранду, поддерживаемый под руки своими маленькими беловолосыми дочками, медленно и плавно вышел мужчина в белом кимоно с фиолетовым градиентом. На его лице играла та самая умиротворяющая, полная безграничной доброты улыбка, а голос, прозвучавший над притихшим садом, заставил сердца всех присутствующих затрепетать. — Мои дорогие дети… Я вижу, у нас сегодня очень оживлённое утро. Рад видеть вас в добром здравии. — спокойно проговорил он опускаясь на крыльцо. Томиока, который тоже должен был упасть на колено перед Главой Корпуса, попытался это сделать, но… Алёна, мёртвой хватом вцепившаяся в его шею, весила она прилично. В итоге Гию просто неуклюже завалился набок, тихо охнув, но блондинку из рук так и не выпустил. Вернее, она его не выпустила… Кагая Убуяшики посмотрел своими незрячими глазами прямо туда, где копошился Столп Воды и две наши героини. — Ояката-сама! — вперёд резко подался Санеми, чей голос всё ещё слегка подрагивал после сидения на его коленях Алёны. — Извините за этот неподобающий балаган! Эти две… нарушительницы, Алёна и Зорина, мало того что опоздали, так ещё и применили против нас неизвестное психическое оружие! Они скрывают свои истинные техники! — прокричал Шиназугава, видимо его девчонки слишком сильно напугали. — Алён, шрамированный нас расколоть пытается. Сдаём пароли или косим под местных? — тихонько хмыкнула и шёпотом, едва шевеля губами, процедила Зорина, стоявшая на одном колене рядом с этой кучей-малой из Томиоки и Алёны. Алёна, которая наконец-то могла открыть глаза после режима «прожектора», победно улыбнулась, уткнувшись подбородком в плечо замершего Томиоки, и так же тихо шепнула в ответ: — Ты дура? Конечно нет! Так же интереснее! — Санеми… Не нужно строгости. Я наслышан о подвигах Алёны-сан и Зорины-сан на горе Натагумо. Они спасли многих наших людей. И… мне показалось, или я слышал что-то о свадьбе? — по двору разнесся мягкий голос главы с небольшим интересном. Поняв, что его судьбу решают прямо на глазах у верховного главнокомандующего, Гию издал настоящий крик души, который, кажется, услышали даже демоны на окраине Токио. — Ни за что! — истошно закричал Томиока, тщетно пытаясь отцепить от себя русую коалу. — Тебя уже продали за рецепт блинов! — ничуть не смутившись, поудобнее перехватила его за шею Алёна и авторитетно заявила прямо ему в ухо. Столпы синхронно сглотнули. А Зорина, стоявшая рядом, победно вскинула кулак и радостно подхватила. — Да! Я чур подружка невесты! — восторженно объявила Зорька смирившись что подруга женится на нем любой ценой. — Отлично! А я принесу кольца! — тут же громогласно подхватил Узуй, сверкнув своим налобником. Томиока посмотрел на этот состав свадебного комитета и в полном отчаянии перевёл взгляд на улыбающегося Оякату-саму. — Вы ненормальные?! — сорвавшимся голосом проорал Гию. Алёна же хитровато прищурилась, наклонила голову набок и включила режим тяжёлой артиллерии… — То есть… мне надо достать разрешение твоей сестры? — невинным, но пугающим голосом спросила русая. Томиока от такого заявления натурально побледнел. — Я не собираюсь на тебе жениться! — из последних сил упрямо выкрикнул Гию, хотя в его голосе уже отчётливо слышались нотки обречённости. Алёна тяжело и великодушно вздохнула, похлопала Столпа Воды по плечу и с царственным видом пошла на компромисс. — Гию, я повторяю: всё уже решено, — спокойно и непоколебимо констатировала она. — Но ладно, оставим свадьбу до победы над Майклом Джексоном… — тяжело вздохнула девушка отпуская Томиоку и становясь на колено. На дворе Штаба снова повисла тишина, но на этот раз глубокомысленная. Столпы переваривали услышанное. — А кто такой Майкл Джексон? — Канроджи, которая до этого преданно слушала планы Узуя на кольца и фейерверки, робко подняла руку и, искренне хлопая ресницами, спросила. — А, ну… его вроде Музя зовут… — почесав затылок, авторитетно пояснила для местных Зоря. Санеми от такой формулировки чуть не подавился собственным языком. Глаза Столпа Ветра округлились до размеров чайных блюдец, а изо рта чуть не пошла пена. — Вы прародителя демонов называете Музей?! — в полнейшем шоке и ярости проорал Санеми, тыча пальцем в сторону девчонок. — Да, — абсолютно спокойно и с самым серьёзным видом кивнула Зорька. — Да ладно тебе, его Алёнка уже взглядом травмировала, так что не страшно. — добавила Зорина смотря на трясущегося от гнева Шиназугаву. — Вроде там управляющий, а даже кофе оплатить не может, жмот настоящий! — твердо заявила русая. Обанай на дереве тихо сполз по стволу, Ренгоку впервые в жизни не нашёл, что сказать, а Химеджима просто молча и очень усердно затрещал своими чётками, молясь за душевное здоровье прародителя демонов. Ему впервые в жизни стало кого-то искренне жаль. — Вам хватило наглости разводить прародителя деманов на кофе?! — проорал Санеми просто взлетая с места.