Часть 2

–– Смоленск, здание городской администрации, 6 марта 2020 года, полдень ––

– Внученька, нам назначено, – в приемной заместителя мэра по ЖКХ дед Слава склонился перед секретаршей в угодливом полупоклоне и улыбнулся. – Проходите, пожалуйста, – секретарша дежурно кивнула. – Вас уже ждут. Иван с силой толкнул входную дверь и, пройдя мимо секретарши, флагманом вошёл в кабинет. Вслед за ним вошла Анна и просеменил дед Слава. Во главе стола сидел Костик, сменивший свою мать, властную Ирину Витальевну, не только на этой должности, но и на посту Хранителя, негласного главы города. Бредихин был немного возбуждён. Хотя в его семье в увеличении численности проживавших в Смоленске вампиров никогда не видели ничего хорошего (чем меньше вампиров, тем и спокойнее, да и работы поменьше), начинать карьеру Хранителя тайны существования вампирского нелюда лучше с регистрации нового члена семьи Святослава Вернидубовича, нежели с казни Ольги Воронцовой – самого неприятного и неудобного кровососа Смоленска. – Рад приветствовать нового подопечного, – Костик нервно улыбнулся и вынул лист из заранее приготовленной папки. – Кто обративший: Вы, Анна Петровна, или, как обычно, Вы, Святослав Вернидубович? Кстати, можете садиться. Костик кивнул на стулья, стоявшие вдоль Т-образного стола, и гости сели по левую руку от Хранителя: дед Слава, затем Иван и Анна. – Ванечка человек. Вот сука! Права была мать: ни в чём нельзя этим упырям верить! Хоть говорят, что людей не жрут по идейным соображениям и что хотят жить так, как раньше людьми жили, но всё равно чудовище есть чудовище: договоришься с ними, а они тебе обязательно подлянку выкинут. Костик вздохнул, стараясь успокоиться, хватит того позора во время казни Дятлова. – Так, Святослав Вернидубович, что-то я ничего не понимаю. Вы сказали мне, что приняли Ивана Алексеевича в свою семью. Так? – Всё так, Костик… то есть Константин Сергеевич, приняли. – Так в чем же дело? Почему он до сих пор не вампир? Вы решили исключить капитана Жалинского из членов своей семьи? Если это так, то так уж и быть, зачислим Ивана Алексеевича, как знающего о вампирах, в ряды хранителей. Только в этом случае Вам, Иван Алексеевич, придется отказаться от какого-либо общения с Анной Петровной кроме, само собой разумеется, по работе. – Я не покидаю семью деда Славы, – ответил Хранителю Иван, а Анна демонстративно вместе со стулом придвинулась поближе к Ивану. Несколько озадаченный Костик, который за неделю на должности Хранителя усвоил, что единственные люди, которым разрешено знать о существовании вампиров – это хранители, закрыл лицо руками, протёр ладонями лоб, словно стараясь ускорить ход мыслей в подзависшем в такой непонятной ситуации мозге, вновь положил руки на стол, слегка прихлопнув ладонями. – Иван Алексеевич остаётся человеком, из семьи вампиров не уходит и не хочет быть хранителем. В дурке отдохнуть Вы, Иван Алексеевич, как Зеленцов тоже не планируете? – Бредихин бросил взгляд на Жалинского. – Нет, – категорически ответил Иван. – Я всё ещё ничего не понимаю… – Так мы и пришли, чтобы всё объяснить, Константин Сергеевич. Дело в том, что Ольга беременна… – Причем здесь Воронцова! – резко перебил старого вампира молодой Хранитель. – Мы уже договорились, что пока она беременная, её не казнят. – Мы всей семьёй посоветовались, – дед Слава обернулся к домочадцам, и Иван и Анна дружно кивнули в знак согласия с главой семьи. – Что с обращением Ивана следует погодить до тех пор, пока Ольга не разрешится от бремени. – Каким образом беременность Воронцовой связана с обращением Жалинского? – Мы считаем, что в Ольге во время беременности будет всё меньше вампирского и всё больше человеческого и что рожать она будет обычной человеческой женщиной, – повторила Анна то, что Иван этим утром сказал деду Славе. – А… вот в чём дело, – Костик вспомнил, как неделю назад читал досье на каждого смоленского вампира. «Быть вампиром плохая идея» всплыла из памяти строчка из досье на Анну Остроумову. – Понимаю. Вы, Анна Петровна, – хотите вновь стать человеком? – Вас удивляет желание быть обычной женщиной, жить обычной жизнью и не зависеть от вас, хранителей? – как всегда резко бросила Анна. – Нисколько, Анна Петровна, – Костик выдавил из себя вежливую улыбку. – В Вашем случае нисколько. – Бредихин переключился на Жалинского. – А Вы, Иван Алексеевич, вампиром становиться не планируете? – Вы правы, Константин Сергеевич, не планирую. Я сильно потеряю в деньгах, если стану вампиром. Кроме того, – Анна положила свою ладонь на ладонь Ивана и слегка прижала, опасаясь, как бы Иван не наговорил лишнего. – Методы у вас… своеобразные. – События недельной давности повлияли на Ваш выбор? – Иван утвердительно кивнул. – Могу сказать, что при мне и моих потомках случившаяся с Дятловым трагическая ошибка не повторится. – Анна ещё сильнее прижала ладонь Ивана, чтобы он промолчал о ночи, когда вампиры в ожидании казни сидели в клетках. – Хватит скоропалительных маханий топором. За неделю, прошедшую между убийством Клима и приездом Ивана, дед Слава и Анна сходили к Хранителю с заключением эксперта о времени смерти друзей Барановского и распечаткой транзакций транспортной карты Женька, который несмотря на гибель, всё еще находился под следствием за убийство в Вешках. Костик согласился с невиновностью Женька, уехавшего в Смоленск за час до смерти друзей Барановского, но менять голову Женька на голову Ольги отказался наотрез, сказав, что судьба Дятлова будет уроком ему и всем будущим Хранителям. – Это была одна из причин, не самая главная. Я сломал жизнь человеку и теперь должен всё исправить. – ответил Иван на немой вопрос в глазах Хранителя. – После гибели родителей меня усыновил дальний родственник, и после моего усыновления все его отношения длились ровно до того момента, когда женщина моего приёмного отца узнавала обо мне. Костик в знак согласия кивнул, откинулся на спинку кресла и, выбивая дробь пальцами из подлокотника, задумался. С одной стороны, уменьшение численности вампиров города всегда плюс, да и Жалинский в деле ни разу не упомянул Клима, но с другой стороны нет стопроцентной гарантии, что капитан не проболтается если не в Москве, где всегда было полно всяких фриков, что не страшно, то здесь, в тихом и уютном Смоленске, где все всех знают. – Я готов дать отсрочку судьбы капитана Жалинского до родов Воронцовой, но… – Иван и Анна насторожились, прекрасно понимая, что главное – это то, что говорится после слова «но». – Но в этом случае для Вас, Иван Алексеевич, Смоленск будет закрыт, даже по работе. В городе Вы можете появиться только в одном случае: если вдруг станете вампиром. Анна Петровна может посещать Москву в любое время, – ответил Хранитель на немой вопрос в глазах Ивана и Анны. – Вот мои условия. – Мы согласны, – ответил за всех дед Слава. – А как насчёт Аннушки, когда она… – старый вампир показал руками округлившийся живот. – Если гипотеза, которую я услышал от вас, подтвердится, и Анна Петровна станет человеком, то договор с ней будет расторгнут. Как знающая тайну существования вампиров Анна Петровна будет вольна остаться в Смоленске под нашим надзором или уехать к Ивану Алексеевичу с обещанием никогда не возвращаться в Смоленск. – Константин Сергеевич, – дед Слава сейчас был сама любезность. – А ведь в этом случае Олька тоже станет человеком. Вы человека на плаху потащите? Бредихин закусил губу. Старый вампир переиграл чиновника на бюрократическом поле. Сказать, что казнят любого другого вампира семьи? Вопрос кого. Анну? Она наверняка к этому времени тоже будет беременной. Жана? Прощай лекарство для матери. Кривича? Тогда все вампиры уедут из города, и институт хранителей прекратится сам собой. Да и как казнить невиновного, когда Ольга останется живой?! А эта сука бешеная, как мать говорит, может и второй раз стать вампиром, с неё станется. Стоп! Как там в досье Дешама? Там же написано, почему он обратил Воронцову. «От старости нет лекарства» – её слова. Так это всё меняет! Быть безобразной старухой для неё хуже смерти! Бредихин хитро усмехнулся: посмотрим кто кого переиграл. – Если во время беременности Воронцова станет человеком, то она будет под нашим постоянным надзором. Мы позволим ей спокойно прожить в Смоленске отпущенный человеку век, состариться и умереть. Если она второй раз станет вампиром, то она будет казнена… И да, пусть лечится не у Жана Ивановича, а в обычной поликлинике, – Бредихин легонько ударил ладонью по столу. Дед Слава в знак согласия кивнул, давая понять, что его это предложение тоже устраивает. – Если на этом всё, то я вас, господа, не задерживаю. Святослав Вернидубович и Анна Петровна, до свидания, а Вы, Иван Алексеевич, прощайте. По крайней мере на это я надеюсь.