21 Глава Услуга, которую мы должны оказать

— Понятно… значит, с нами Шиина-сан. С Ичиносе-сан — Канеда-кун, а с классом D — Ибуки-сан. В этом нет ничего удивительного, но подтверждение того, что Шиина-сан здесь только для разведки, всё равно не сулит ничего хорошего, — сказал Кацураги, делая заметки в блокноте. Он делал это и на прошлой встрече, подводя итоги обсуждений. Вернувшись в лагерь и поразмышляв о стиле одежды Кацураги, или, по крайней мере, об отсутствии у него рубашки, мы собрали Хашимото и Камуро на очередную встречу между фракциями. На этот раз нам нечего было обсуждать, но шпионы Рьюэна в каждом классе определённо заслуживали отдельного разговора. — Я бы сказал, это хорошо, не так ли? Пусть класс С угадает лидеров других классов, а Шиину-сан мы оставим здесь любой ценой. Ничего страшного, правда? — сказал Хашимото. — Это довольно нагло с моей стороны, учитывая, что сегодня Шиину вывели из лагеря, — сказал я ему, и Кацураги вопросительно посмотрел на Хашимото. Однако он не стал его об этом спрашивать. Что было удивительно, но, честно говоря, это было правильным решением. — Ну же, Аянокоджи-кун. Нужно попытать счастья, пока есть возможность, верно? Шиина-сан совсем неплоха. — Хашимото подмигнул мне. После этого Камуро лишь посмотрела на Хашимото, как на отбросы общества, а затем преувеличенно закашлялась. — Бедная девочка, мне её почти жаль, — сказал Камуро. — По крайней мере, зная это, мы можем следить за ней ещё внимательнее. Если она действительно шпионит за нами, я думаю, нам не стоит проявлять к ней милосердие. Давайте просто будем постоянно держать её под охраной. — Вообще-то, я планировал взять её с собой завтра, — сказал я им. — Возьмёшь её с собой? Куда? Ты же завтра не на смене, Аянокоджи-кун, не так ли? — спросил Камуро. — Ха, не слишком удивительно. Если ему нравятся такие девушки, как Ямамура-сан, то и Шиина-сан тоже не кажется чем-то невероятным. Тебе действительно нравятся тихие девушки, Аянокоджи-кун, — сказал Хашимото, имея в виду свой вопрос, заданный мне в мае, о том, какие девушки мне нравятся. Он до сих пор об этом говорит? — Ты имеешь в виду посещения лагеря, верно? Одна из наших групп, занимающихся сбором дикорастущих растений, всё-таки получила сегодня приглашение от Ичиносе-сан, — сказал Кацураги. — Хорошо. Но я также планирую навестить классы С и D. Я примерно могу предположить, где находится лагерь класса С, судя по тому, куда отправились Токито и его группа после того, как мы столкнулись с ними на сторожевой башне. Что касается класса D, Ичиносе наверняка их видела. Я обязательно спрошу у неё, — сказал я им. — И зачем ты взял с собой Шиину-сан? — спросил Камуро. — Если они все действительно шпионы, Шиина может попытаться связаться с Канедой и Ибуки, чтобы обменяться информацией. Если мы сможем их подслушать, то, возможно, узнаем от них лидеров классов В и D, — сказал я им. Хотя технически мы могли бы узнать имена их лидеров, я не особо на это рассчитывал. Честно говоря, я просто не хотел, чтобы она снова оказалась в лагере без меня. Оставлять Хашимото наедине с ней даже на короткое время — не лучшая идея. Я бы не слишком удивился, если бы он каким-то образом уже связался с Рьюэном. — Хорошо, я разрешу тебе взять с собой Шиину-сан. Хотя я бы посоветовал тебе взять с собой ещё одного человека, Аянокоджи-кун. Я не сомневаюсь в твоей способности присматривать за Шииной-сан, но если ты захочешь поговорить с людьми во время посещения других классов, тебе будет трудно сделать это, одновременно присматривая за ней. Просто сообщи мне, кого ты возьмёшь с собой завтра, прежде чем уйдёшь, — сказал Кацураги, закрывая свой блокнот, что ознаменовало конец нашей встречи, а также нашего второго дня на острове. --- {Следующий день} --- Проснувшись на третий день и потратив примерно полчаса на умывание и перекус, я отправился к Шиине, чтобы рассказать ей о сегодняшних планах. К счастью, она большую часть утра провела с Фукуямой. По-видимому, они сразу нашли общий язык в первую ночь, так как спали в одной палатке. — Шиина, ты уже поела? — спросил я её. Хотя я был почти уверен, что она меня уже замечала, я ошибся и снова немного её напугал. Неужели она была так поглощена разговором с Фукуямой? — Доброе утро, Аянокоджи-кун. — Шиина мягко улыбнулась мне. — Да, я здесь. А почему ты спрашиваешь? Мы куда-то идём? — Я собираюсь посетить другие классы. Мы уже договорились, что я возьму тебя с собой, так что будь готова, как только я найду кого-нибудь ещё, кто пойдёт с нами, хорошо? — П-правильно! — Шиина встала и начала отряхивать ноги от песка, который испачкал штаны и нижнюю часть рубашки. — Фукуяма-сан, вы пойдёте с нами? — спросила Шиина. — Ах, извините, не могу. Через 20 минут у меня дежурство по сбору корма. Берегите себя, Шиина-чан! — Фукуяма тоже встал и оставил меня и Шиину одних, но перед этим радостно помахал ей рукой. — Похоже, вы с Фукуямой хорошо ладите, — сказал я ей. — Она очень милая. Когда она и Тамия-сан нашли меня два дня назад, она изо всех сил старалась меня успокоить, и в итоге мы больше общались в тот вечер. — Понятно. К сожалению, мы не можем взять её с собой, но это не займёт много времени. Давайте просто посмотрим, кто... Прежде чем я успел предложить поискать студента, который мог бы пойти с нами, я почувствовал руку на своём правом плече. Оглянувшись, я увидел Моришиту, которая смотрела на меня снизу вверх с нежным выражением лица. — Не волнуйся, Аянокоджи Киётака. Я услышала твою просьбу о помощи, и я буду сопровождать тебя и Шиину Хиёри в этом походе к нашим врагам, — сказала она, не отрывая от меня взгляда. — Мы рады вас видеть, эмм...? — Шиина ответила Моришите с такой уверенностью, но тут же потеряла всю эту уверенность, поняв, что не знает имени девушки. — Шиина, это Моришита Ай. Моришита, это Шиина Хиёри, но ты это уже знала, — сказал я, представляя их друг другу. — Приятно познакомиться, Моришита-сан. Спасибо, что согласились сопровождать нас сегодня. — Шиина поклонилась, сложив руки перед собой. Она действительно очень вежлива, не правда ли? Я начинаю понимать, почему люди могли бы назвать её ангелом. По крайней мере, в общепринятом представлении о человекоподобных существах с крыльями. Надеюсь, именно это подразумевает её прозвище. Если же оно относится к библейски достоверным ангелам... Прости, Шиина. Перед тем как отправиться в путь, мы потратили несколько минут на сбор рюкзака, положив туда различные вещи, такие как фонарик, рация и немного еды. Еда показалась мне немного лишней, ведь я уверен, что Ичиносе с удовольствием поделится едой, когда наступит обед. Но Шиина настаивала, что это было бы невежливо. Хотя я и не совсем не согласен, если Ичиносе предложит помощь, кто я такой, чтобы ей отказывать? За почти пять месяцев нашей дружбы у нас сложилось неписаное правило: если Ичиносе что-то предлагает, ты это примешь так или иначе. Она удивительно искусно умеет заставить тебя принять её щедрость. Тем не менее, теперь, когда мы были готовы, мы втроём направились к лагерю Ичиносе и Кандзаки, который, по словам наших разведчиков, располагался у живописного водопада. --- Прибыв в лагерь Ичиносе, мы сразу же столкнулись с тем фактом, что лагерь класса А... возможно, даже уступает их лагерю. Лагерь класса А был хорош главным образом благодаря пещере. Если бы пещеру убрать, наш лагерь был бы уничтожен лагерем Ичиносе. С первого взгляда можно было сразу понять, где что находится и для чего это предназначено. С водопадом, о котором мы слышали, считающимся центром лагеря, всё было довольно аккуратно спланировано, особенно учитывая, что с начала испытаний прошло чуть больше 48 часов. С одной стороны лагеря находилась кухня, где можно было готовить всё: от подготовки и мытья продуктов до их непосредственного приготовления. В нашем лагере этого не было, так как мы отказались от всякого современного оборудования для разведения огня. Каждый вечер мы разводим большой костёр, чтобы согреть тех, кто находится снаружи, но он не подходит для приготовления пищи. Даже если бы у нас были места для готовки, большая часть нашей еды состояла из фруктов и кукурузы, которую нам удавалось собрать. Поэтому разводить костёр только для того, чтобы поджарить кукурузу, казалось слишком трудоёмким занятием. Вдоль водопада было организовано несколько мест для уборки всех видов. От чистки оборудования и одежды до личной гигиены. Все зоны были разделены, чтобы избежать чрезмерного загрязнения воды. Место, где они установили палатки, находилось рядом с лесом, что обеспечивало им отличную защиту от солнца и позволяло отдохнуть, когда это было необходимо. Именно здесь мы и заметили Ичиносе, разговаривавшую с несколькими одноклассниками. Когда мы подошли к ней, она наконец заметила нас и радостно побежала к нам. — Киётака-кууун, доброе утро! Как дела сегодня? — спросила она с улыбкой, которая почему-то была шире, чем обычно. — У меня всё хорошо, учитывая обстоятельства. А как у тебя, Хонами? — спросил я. Ичиносе воодушевлённо кивнула. — У меня всё хорошо! Первый день был немного суматошным, но к концу вчерашнего дня мы пришли в себя. На самом деле, сегодня всё отлично! — У тебя сегодня отличное настроение, правда? — спросил я. — Угу! Такое ощущение, будто к нам в гости приехал хороший друг. Ты случайно ничего об этом не знаешь? — Ичиносе усмехнулась, пытаясь сдержать смех. — Ты слышала, Моришита? Хонами в восторге от твоего визита, — сказал я ей. Моришита несколько раз моргнула, не ожидая, что её упомянут в этот момент, прежде чем она повернулась к Ичиносе с бесстрастным выражением лица. — Моё присутствие, безусловно, является просветляющим опытом для большинства, но, пожалуйста, не пугайтесь. Я всего лишь смертная, как и все вы, Ичиносе Хонами, — сказала она и протянула руку к Ичиносе. Так она решила представиться? Ичиносе на мгновение уставилась на Моришиту, а затем быстро схватила её за руку и пожала. — Приятно познакомиться, Моришита-сан. Киётака-кун уже упоминал о вас, поэтому я рада узнать, что он с вами поговорил. Затем Моришита повернулась ко мне и прищурилась. — Ты распространяешь ложную информацию обо мне, Аянокоджи Киётака? — Ничего подобного, я просто упомянул, что раньше с тобой особо не разговаривал, и ты, кажется, ни с кем не общаешься на занятиях, — сказал я ей. — Понятно. В таком случае, я рада, что моё присутствие вас так забавляет, — сказала она. Чем больше я с ней разговариваю, тем меньше мне кажется, что я на самом деле понимаю Моришиту. — А? Разве не так...? — Ичиносе повернулась к Шиине, которая, судя по всему, во время нашего разговора прислонилась к дереву. — Ах, простите, меня зовут... Ой... — Шиина попыталась встать, чтобы вежливо поприветствовать Ичиносе, но слишком сильно надавила на лодыжку и поранилась. — Будь осторожна, твоя лодыжка ещё не полностью восстановилась. Просто оставайся здесь, хорошо? — сказал я ей, на что она застенчиво кивнула, стараясь не отрывать глаз от земли. Думаю, ей не нравится беспокоить людей из-за таких вещей. — Ты из класса С, верно? — спросила Ичиносе. — Ты в похожей ситуации, как Канеда-кун? — Она присела на корточки и жестом указала на лодыжку Шиины, спросив, можно ли ей посмотреть. Шиина кивнула и осторожно закатала штанины, показав, что на лодыжке всё ещё есть небольшая припухлость. — Хм... дайте мне секунду, хорошо? — Ичиносе встала и на мгновение оставила нас одних, но вскоре вернулась с Кандзаки, который держал в руках аптечку. — Это кажется слишком большим вложением ради всего лишь недели на острове, — сказал я им. Сама по себе покупка была неплохой, но покупать её за наши баллы имело смысл только после того, как кто-то действительно пострадал. — Это того стоило. Мы несколько раз использовали их, когда обрабатывали раны Канеды-куна. Особенно удобно иметь под рукой пакеты со льдом! — сказал Ичиносе, прежде чем отойти в сторону, чтобы Кандзаки мог подойти к Шиине. — Болит только лодыжка? Или болит ещё где-то? — Кандзаки достал из аптечки один из пакетов со льдом и осторожно приложил его к лодыжке Шиины. Та вздрогнула, но постепенно расслабилась, когда первоначальная боль прошла. После того как Кандзаки подержал пакет на месте несколько мгновений, Шиина сама взяла себя в руки. — Это всего лишь лодыжка, но всё равно спасибо, Ичиносе-сан, и...? — Она посмотрела на Кандзаки, надеясь, что он представится. — Извините, меня зовут Кандзаки Рюдзи. Приятно познакомиться, Шиина-сан. — Он улыбнулся ей, затем закрыл аптечку и в последний раз осмотрел лодыжку Шиины, слегка надавив на неё, чтобы проверить её реакцию. — Рьюэн-кун действительно не стесняется в выражениях, не так ли? Сначала Канеда-кун, а теперь Шиина-сан? — сказал Кандзаки. — На самом деле, она третья. Насколько мы слышали, Ибуки из его класса сейчас находится в лагере класса D, — сказал я им. Думаю, заставить класс В быть начеку — не так уж плохо. Хотя было бы неплохо получить лидера Ичиносе от Канеды, первоочередная задача — не дать Рьюэну угадать, кто их лидер. Если он превзойдёт класс Ичиносе, следующей нашей проблемой станет он. — Понятно... — Кандзаки потребовалось некоторое время, чтобы осмыслить эту информацию, но можно с уверенностью сказать, что он определённо обратил внимание на мои слова и стал ещё больше подозревать Канеду. Думаю, он и так уже был под подозрением, но, возможно, это заставит Ичиносе тоже быть начеку. — Э-э... я понимаю, что уже вторгаюсь в ваш лагерь, но... можно мне поговорить с Канедой-куном минутку? Это нормально? — спросила Шиина. — Я очень волнуюсь за него и за Ибуки-сан... — Конечно, это не проблема, — сказал Ичиносе. — На самом деле, мне всё равно нужно поговорить с Киётакой-куном кое о чём, так что мне придётся ненадолго его отвлечь. А ты пока можешь поговорить с Канедой-куном, хорошо? О? Ну, это неожиданное развитие событий. Интересно, что могло произойти за те несколько дней, что мы не виделись, чтобы она захотела поговорить со мной о чём-то во время такого экзамена. В любом случае, Шиина согласилась, и Кандзаки пошёл за Канедой, который в данный момент помогал готовить еду с группой девушек из класса В. Когда Канеда подошёл к нам, он, казалось, был искренне шокирован, увидев Шиину. Такой шок трудно подделать, и это заставило меня задуматься, что же на самом деле происходит. Я думал, что Ибуки, Канеду и Шиину выгнали из лагеря вместе, но шок Канеды, похоже, говорит о том, что её выгнали после него. Прежде чем мы с Ичиносе ушли, чтобы поговорить, я подошёл к Кандзаки и на мгновение отвёл его в сторону. — Не могли бы вы оказать мне услугу и остаться с Шииной и Канедой? У меня нет никаких доказательств, но... — Прежде чем я успел закончить фразу, Кандзаки кивнул и открыл рот. — Я и планировал так сделать. Удобно, что три ученика класса С как раз распределены по каждому второму классу, верно? — сказал он, на что я кивнул в ответ. — Если что-то будет сказано или что-то покажется странным, я обязательно сообщу вам об этом, Киётака-кун. А ещё, насчёт того, о чём Хонами-сан хочет с вами поговорить... — Кандзаки на мгновение замялся, слегка приоткрыл рот, но тут же закрыл его, ничего не сказав. Спустя ещё несколько секунд он лишь вздохнул. — Неважно. Увидимся чуть позже, Киётака-кун, — сказал он и проводил меня до Ичиносе. — Мако-чан, я оставляю тебя ненадолго! Мне нужно поговорить с Киётакой-куном. После того, как мы закончим, ты можешь пойти на перерыв, хорошо? — Ичиносе отчаянно махала рукой Амикуре, пытаясь привлечь её внимание. В данный момент она присматривала за девушками, которые занимались подготовкой, следя за тем, чтобы никто не пострадал. Амикура обернулась, посмотрела на меня и Ичиносе, а затем одарила всех дьявольской ухмылкой. — Отлично! Веселись со своим парнем, Хонами-чан! — Я... этого не будет! Чёрт! — надула губы Ичиносе, пытаясь спрятать лицо руками и волосами, прежде чем повернуться и подойти к одной из палаток их класса. — Киётака-кун, следуй за мной, пожалуйста. Мы вошли в палатку, и Ичиносе быстро начала отодвигать в сторону сумки и запасную одежду нескольких учеников, валявшихся там. Я ожидал, что палатка будет немного чище по меркам класса В, но, возможно, это была одна из мужских палаток или что-то в этом роде. Хотя я не могу представить, чтобы Кандзаки допустил такое загрязнение в палатке. — Я бы предложила кофе или что-нибудь ещё, но сейчас у нас нет такой возможности, правда? — хихикнула Ичиносе, прежде чем сесть, используя одежду в качестве импровизированной подушки, чтобы не сидеть на твёрдом полу. — Ничего страшного, у нас с собой есть еда и напитки, так как после этого мы планируем посетить другие занятия. В такой щедрости нет необходимости, особенно посреди экзамена. — Я сел на пол палатки, решив, что использовать одежду незнакомого человека в качестве подушки было бы невежливо. — Точно... щедрость на таком экзамене не очень-то приветствуется, да? — Ичиносе опустила взгляд на землю, слегка дрожа плечами. — Ты не сильна в такой обстановке, не так ли? Пытаешься обманывать людей и принижаешь другие классы ради собственной выгоды. Честно говоря, похоже, ты здесь не в своей стихии, — сказал я ей. — Сегодня мы немного прямолинейны, Киётака-кун? — Ичиносе натянуто рассмеялась, но даже она понимала, что таким натянутым смехом никого не убедит. — На самом деле нет, но, тем не менее, я уже решила попасть в класс А вместе со всеми одноклассниками, так что так и сделаю! — Разве можно так говорить нынешнему члену класса А? — спросил я её, отчего Ичиносе немного потеряла самообладание и, заикаясь, попыталась что-то ответить. — Я... я понимаю! Не очень-то приятно тянуть вас с Коухеем-куном вниз, но никаких обид, правда? — Улыбка всё ещё была на её лице, но снова казалась натянутой. На самом деле, она выглядела нервной. Как будто её слова «без обид» означали вопрос, не рассердимся ли мы, если она когда-нибудь займёт наше место в классе А. — Хорошо, без обид. Хотя, если ты попадёшь в класс А, тебе придётся угостить меня и Коухея хорошим обедом или чем-нибудь ещё на те новые богатства, которые ты получишь, — пошутил я, пытаясь разрядить обстановку, и, кажется, это сработало. Плечи Ичиносе заметно расслабились, и её улыбка снова стала немного искреннее. — Договорились! Кстати, раз уж зашла речь о классовых конфликтах, есть... кое-что, о чём я хотел с тобой поговорить. Изначально я собирался обсудить это, когда вы с Коухеем-куном были вместе, но, учитывая обстоятельства, надеюсь, ты передашь эту информацию и ему. Ичиносе закрыла глаза и глубоко вздохнула, задержав дыхание на несколько секунд, а затем медленно выдохнула. — Когда наступило 1 мая, у нашего класса было 810 баллов. На 320 баллов больше, чем у класса С, и всего на 130 баллов меньше, чем у класса А. Хосиномия-сэнсэй сказала нам, что это самое большое количество баллов, которое когда-либо было у класса В на старте. По слухам старшекурсников, максимальное количество баллов, с которым начинал обучение класс 1 мая до нашего года, составляло 874 балла. Учитывая, что класс В приближался к этой цифре, это говорит о том, что класс В в этом году исключительно силён. По крайней мере, на первый взгляд. — Всё это благодаря Коухею-куну. Уверена, ты это уже знаешь, но меня кое-что заинтересовало. — Улыбка Ичиносе сменилась на что-то другое, на меланхоличное, когда она продолжила: — Коухей-кун говорил нам раньше, что хочет вести свой класс вместе с Сакаянаги-сан, но она ему отказала. Я хотела узнать... а почему это произошло из-за нас? Меня не особо удивляет, что Ичиносе сама это поняла. В социальных ситуациях, в общественном мнении и во всём, что касается других людей, она невероятно умна и наблюдательна. Я уверен, что она поняла, что рассказ Кацураги о S-системе подорвал его репутацию гораздо раньше, но она просто не хотела пока сталкиваться с этой правдой. — Это сыграло большую роль. Сакаянаги затронула эту тему, и Коухей признался, что рассказал тебе об этом, что снизило его шансы в глазах многих наших одноклассников. Это главная причина, почему его фракцию составляют всего 5 человек из 40 в нашем классе. Но я не думаю, что Сакаянаги стала бы вести занятия вместе с ним. Она не похожа на человека, который бы так поступил, — сказал я. — Понимаю... вы, наверное, правы. Судя по тому, что вы мне рассказали, Сакаянаги-сан предпочитает делать всё по-своему. Полагаю, если бы Коухей-кун был на её уровне, это лишило бы её такой свободы. Но... всё равно спасибо, что сказали правду. Это значительно упрощает мне дальнейшие действия, — сказал Ичиносе. — Что будет дальше? — Я думал, она просто хотела поговорить об этом, но, похоже, у неё была другая тема для разговора. — После того, как мы узнали о системе S, я предложила кое-что своему классу, — сказала Ичиносе, и её улыбка снова стала прежней. Улыбка, которую можно было бы описать как полную надежды? Или, может быть, немного облегчённую. — Коухей-кун рассказал нам о S-системе, и мы извлекли из этого выгоду. Если наши два класса собираются бороться за первое место, я хочу начать на равных условиях. Поэтому я предложил, чтобы мы были должны Коухею-куну и тебе услугу. По сути, мы будем должны классу А услугу, которую ты сможешь использовать, когда захочешь. Таким образом, когда ты это сделаешь, мы будем равны, и сможем сражаться в нормальной обстановке. Ичиносе драматично выдохнула, закончив свою речь, положила руку на грудь и тихонько хихикнула. — Я рада, что наконец-то смогла тебе рассказать. Мне было так плохо от мысли, что мы доставили тебе неприятности. — Она улыбнулась. Её рассуждения были странными. Ичиносе неоднократно представляла всё то, что Кацураги рассказал ей о S-системе, как свою вину или вину всего класса. Но на самом деле виноват только сам Кацураги. Ичиносе никогда не спрашивала подробностей о S-системе, он сам ей об этом сказал. И всё же, судя по тому, как Ичиносе это преподнесла, всё выглядело так, будто это её вина, и она должна нам услугу. Часть меня думает, что она понимает, что это не её вина. Если бы мне пришлось гадать, даже если Ичиносе не имела к этому никакого отношения, она всё равно переживает из-за случившегося и последствий для Кацураги, поэтому хочет утешить его или дать ему шанс сразиться с Сакаянаги, предложив ему эту «услугу», как она это называет. С рациональной точки зрения это не имеет смысла, но в её представлении это имеет смысл с эмоциональной. Так думает Ичиносе. — Хотя я не буду жаловаться на услугу и обязательно расскажу об этом Коухею, когда вернусь в лагерь, могу я спросить, почему вам потребовалось так много времени, чтобы сообщить нам об этом? Вы же сказали, что приняли решение 1 мая, верно? — спросил я. — Ага... да, насчёт этого... — вздохнула Ичиносе, надув губы. — Рюдзи-кун очень усложнил мне задачу, не дав сказать тебе об этом раньше. Даже после того, как мы приняли решение, он всё время пытался заставить меня передумать. Это, безусловно, логично. Если Ичиносе — эмоциональный лидер своего класса, то Кандзаки — рациональный заместитель. Я легко могу представить, как он будет против идеи Ичиносе и как бы прошёл этот разговор. Но у Ичиносе есть преимущество в том, что остальные одноклассники её поддерживают, поскольку она дружит со всеми. Между тем, у Кандзаки тоже есть друзья в классе, но далеко не так много, как у Ичиносе. — Он всё время говорил, что это иррационально и нам следует переосмыслить это, но я с этим не соглашалась. Затем, когда мы сблизились с тобой и Коухеем-куном, он постепенно начал склоняться к этой идее. Прошло много времени, прежде чем он наконец согласился. Я даже не думаю, что он сейчас на 100% за это. Вот о чём он хотел со мной поговорить, прежде чем я пришёл сюда с Ичиносе. Он хотел попросить меня не принимать эту услугу. Извини, Кандзаки, хотя я и согласен, что то, что делает Ичиносе, не идёт на пользу её классу, я не упущу такой возможности, когда она мне так нужна. — Я понимаю его точку зрения, но всё равно спасибо. Я обязательно скажу Коухею, и мы дадим тебе знать, когда ты нам понадобишься. По крайней мере, приятно знать, что Рюдзи начинает относиться ко мне и Коухею как к хорошим друзьям, — сказал я ей. — Да-да! На это потребовалось время, правда? Он так переживал, как это будет выглядеть, если мы вчетвером сблизимся, ведь мы из разных классов, но с тех пор, как мы сменили групповой чат на HKR Crew, он стал намного мягче. Особенно за последние две недели. — Ичиносе потянулась к рюкзаку, стоявшему рядом, и достала что-нибудь перекусить. Она предложила мне тоже, и я согласился, полагая, что наш разговор ещё не закончен, раз он не встал со своего места. — Кстати, какое новое название группы он предложил на прошлой неделе? — спросил я. С момента создания «HKR Crew» Кандзаки предлагал множество разных названий, и все они были категорически отвергнуты Ичиносе. — Хм, давайте посмотрим... — Ичиносе подперла подбородок рукой, пытаясь вспомнить названия, которые Кандзаки предложил для нашего группового чата. — Есть «Случайный квартет», «КиёХоРюКо», «К-ХКР», «Хонами-сан, пожалуйста, выбери другое название»... подожди, это не название... это он жаловался мне раньше. Ичиносе скрестила руки и снова надула губы. — Он думает, что HKR Crew — неудачное название, но сам ничего не понимает. Это раздражает! И ещё, жаль, что он не начал вам доверять раньше, может, тогда бы пригласил вас на мой день рождения! Хм? — Мы пропустили твой день рождения? — с любопытством спросил я. — Э? — Ичиносе, прервав свой беззаботный монолог о Кандзаки, посмотрела на меня с растерянным выражением лица. — Я... я не говорила тебе и Коухею-куну? — Насколько я помню, нет, — сказал я. — Ах, вот что я забыла упомянуть! Я чувствовала, что после вечеринки что-то не так! Я так и не сказала тебе и Коухею-куну! — Ичиносе в панике раздавила закуску, которую ела. — Когда у тебя был день рождения? И что это за вечеринка? — спросил я. — Это было 20 июля, то есть всего несколько недель назад. Мако-чан и Чихиро-чан устроили в конце дня большую вечеринку-сюрприз, было очень весело! Позже они сказали мне, что хотели пригласить тебя и Коухея-куна, но Рюдзи-кун отговорил их, потому что всё ещё боялся, как это будет выглядеть, если с нами будут два ученика класса А. — Плечи Ичиносе немного поникли, и её взгляд был опущен. — Я немного расстроилась, когда услышала об этом, но вечеринка была действительно весёлой! Рюдзи-кун извинился через несколько дней после случившегося, так что теперь всё в порядке. Я просто хотела бы, чтобы вы с Коухеем-куном тоже были там, ха-ха. — Она старалась не показывать этого, но Ичиносе действительно немного расстроилась, что мы пропустили её день рождения. — В таком случае, как насчёт такого варианта: день рождения Коухея в конце этого месяца. Мы отпразднуем его вчетвером, и мы с ним сможем компенсировать то, что пропустили твой день рождения. Как тебе такое предложение? — спросил я. — А? Но... Это особый день для Коухея-куна. Я бы не хотела испортить его, сделав его ещё и обо мне, — сказала она, не решаясь принять моё предложение. — Когда он узнает, что пропустил твой день рождения, я уверен, он с радостью согласится. Я даже спрошу его за тебя, если хочешь. Твой день рождения так же важен, как и его, не так ли? Ичиносе всё ещё выглядела нерешительной, но это не могло полностью скрыть улыбку, которая сейчас расплылась на её лице. — Х-хорошо, но только если он согласится! — Договорились, — сказал я. — Договорились! — радостно вскочила Ичиносе со своего места и запихнула обёртку от съеденной закуски в найденный рюкзак. — Пора Мако-чан отдохнуть. Пойдём, Киётака-кун. — Я иду прямо за тобой. — Я встал вскоре после неё, и мы вышли из палатки, чтобы увидеть Амикуру... которая уже была на перерыве. Куда же делось ожидание окончания нашего разговора? Оглядевшись по лагерю, мы увидели небольшую группу одноклассников возле водопада, бросающих камни в воду. Хотя это сейчас не было моим главным приоритетом. Я ещё немного огляделся и увидел Кандзаки, Шиину, Канеду и Моришиту, сидящих в тени и продолжающих разговор. К моему облегчению, похоже, ничего серьёзного не обсуждалось, поскольку Моришита использовала сильно преувеличенную мимику, чтобы рассказать историю. В середине своей странной игры в шарады её взгляд встретился с моим, и она на мгновение замерла. После этого она драматично указала на меня и жестом пригласила подойти ближе. — Аянокоджи Киётака, ты вернулся. Как тебе сиделось с Ичиносе Хонами? — спросила она. — Мы только что поговорили, Моришита. И, к твоему сведению, всё прошло хорошо. А как там дела? Шиина, твоя лодыжка? — спросил я. Шиина схватила пакет со льдом, сняла его с лодыжки, осмотрела себя и ответила мне: — Отёк снова спадает. Кандзаки-кун сказал, что я могу оставить пакет со льдом, если верну его, когда мы вернёмся в лагерь класса А. Так что, думаю, я справлюсь с оставшейся частью поездки. — Спасибо, Рюдзи. А ещё... — Я надеялся остаться с ним наедине, чтобы спросить, сказала ли Шиина что-нибудь важное, но прежде чем я успел это сделать, Канеда внезапно вмешался. — Мы не обсуждали ничего подозрительного в нашем классе, если вас это интересует. Мы не глупы, мы понимаем, что Кандзаки-кун здесь, чтобы присматривать за нами, и я вас за это не виню. Это логично, — сказал он, поправляя очки. Я посмотрел на Кандзаки в поисках подтверждения, и он просто кивнул. — Единственное, что он действительно упомянул о любом лагере для сестёр, это то, что ему нравится помогать Ширанами-сан и другим девочкам готовить еду. — Действительно, Ширанами-сан особенно добра ко мне, и возможность помочь классу, который меня принял, — это приятное чувство. Мне даже хочется, чтобы меня определили в класс В, — сказал Канеда, и на его лице появился румянец. — Понятно, извините, что я сомневался в вас. Кстати, мне было любопытно… — я указал на Амикуру и её группу, которые всё ещё бросали камни в воду. — Что там происходит? Бросать камни в воду — это действительно так весело? Амикура же на перерыве, верно? — спросил я. — Они бросают камешки по воде, Киётака-кун. Ты никогда раньше этого не делал? — спросил Кандзаки. — Бросать камешки в воду? Не могу сказать, что пробовал. Какой в этом смысл? — Просто нужно постараться, чтобы камень как можно дольше скользил по поверхности воды, прежде чем утонет. Это хороший способ отвлечь наших однокурсников от экзамена и немного расслабиться. Кстати, если вам интересно, рекорд сейчас составляет 9 скольжений, и принадлежит самой Амикуре-сан, — сказал Кандзаки. — Вызов принят. — Без колебаний Моришита встала и подошла к Амикуре и остальным, чтобы попытаться побить рекорд Амикуры. Думаю, дружеское соревнование в такой обстановке не повредит. — Хочешь попробовать, Киётака-кун? — спросил Кандзаки, поднимаясь. — Пойдём, вы двое тоже. — Он жестом пригласил Шиину и Канеду встать. Канеда быстро поднялся и помог Шиине встать на ноги. Затем мы вчетвером отправились к Амикуре и Моришите к воде. — Мой потенциал раскрывается. Я это чувствую. Вот увидишь. — Моришита изо всех сил цеплялась обеими руками за плоский камень. Казалось, она молилась богам о даровании камню какой-нибудь чудесной силы. — Аянокоджи-кун, сюда! — Амикура появилась откуда ни возьмись и протянула мне плоский камень. — Попробуй! Посмотрим, сможешь ли ты побить мой рекорд в 9 прыжков! — Она указала на себя, гордо выпятив грудь. Я на мгновение посмотрел на других участников, чтобы понять, как это работает. Два самых важных аспекта, похоже, заключались в том, насколько плоским был камень, чтобы его было легче отскочить от земли, а также в том, чтобы при броске камень вращался, резко взмахнув запястьем в последний момент. Камень, который мне дала Амикура, на первый взгляд показался вполне приличным, но что-то подсказывает мне, что камень потяжелее был бы лучше. Я бросил камень, который она мне дала, в воду и присел на корточки, чтобы поискать другой камень. — Киётака-кун, сюда. — Пока я искал другой камень, в поле моего зрения внезапно появилась рука, держащая плоский, но довольно большой камень. Подняв глаза, я увидел Ичиносе, которая сидела на корточках передо мной. — Мако-чан слишком зазналась из-за этого. Убедись, что ты побьёшь её рекорд, хорошо? — спросила она, подмигнув. — Попробую. — Я встал и посмотрел на воду перед собой. Я твёрдо встал на ноги, стараясь не поскользнуться и чтобы меня никто не толкнул во время броска. Устроив такое эффектное представление, я внезапно оказался в центре внимания, и все, включая Амикуру, Кандзаки и Ичиносе, смотрели на меня, ожидая моего выступления. Излишняя задумчивость ни к чему хорошему не приведёт. Я крепче сжал камень в руке, пытаясь бросить его в воду, стараясь в последний момент резко взмахнуть запястьем, чтобы придать камню приличное вращение, когда он впервые отскочит от воды. Потом ещё раз, и ещё раз, и ещё раз, пока… — Одиннадцать прыжков! Киётака-кун установил новый рекорд! — гордо воскликнула Ичиносе, и окружающие её люди зааплодировали, а Амикура драматично упала на колени. — Это ещё не конец! Осталось четыре дня! Вот увидишь, Аянокоджи-кун! Я снесу этот рекорд… — ДВАДЦАТЬ ДВА ПРЫЖКА! МОРИШИТА-САН ПОБИВАЕТ ПРЕДЫДУЩИЙ РЕКОРД! — Группа, которая всего несколько мгновений назад болела за меня, внезапно замолчала, и все медленно повернулись к Моришите, которой каким-то образом удалось сделать 22 прыжка, а за ней наблюдали только Сибата и Кобаси из класса Ичиносе. — Возможно, когда ты будешь тренироваться ещё сто лет, у тебя появится шанс победить меня, Аянокоджи Киётака, — Моришита низко поклонилась, делая вид, что только что не унизила меня перед всем классом Ичиносе.