Глава 32. Отец

Счастье продлилось недолго. Потому что через три дня Макарова снова вызвали к директору. --- — Только не это. Сухомлин перекрестился. — Если не вернёшься, мы тебя любили. — Идиот. Но внутри уже было тревожно. Очень. --- Когда он вошёл в кабинет, отец стоял у окна. Один. Без директора. Без преподавателей. Без свидетелей. --- — Садись. Максим сел впервые за всё время. Почему-то почувствовав, что разговор будет другим. --- Несколько секунд отец молчал. Потом неожиданно спросил: — Ты правда её любишь? Макаров даже растерялся. Совсем. Потому что ожидал чего угодно. Но не этого. --- — Да. Ответ прозвучал сразу. Без колебаний. Без сомнений. --- Отец медленно кивнул. Будто услышал то, что и так знал. --- — Знаешь... Он замолчал. Подбирая слова. И впервые за всё время выглядел не как мэр города. Не как строгий отец. А просто как человек. Уставший человек. --- — Когда-то я тоже любил одну девушку. Максим нахмурился. Потому что такого разговора между ними ещё никогда не было. --- — И что? Отец усмехнулся. Очень грустно. — Выбрал не её. Тишина. --- — Почему? — Потому что решил быть правильным. Эти слова почему-то прозвучали очень тяжело. Будто спустя много лет всё ещё болели. --- — И пожалели? Отец долго смотрел в окно. Потом очень тихо ответил: — Каждый день. Тишина ударила по кабинету. Такая, что стало трудно дышать. --- Максим никогда раньше не видел его таким. Никогда. --- — Поэтому... Отец наконец посмотрел на него. — Если это действительно любовь... Он сделал короткую паузу. И впервые за много лет между ними не было вражды. --- — Не повторяй мою ошибку. --- Макаров замер. Потому что услышал от отца то, чего не ожидал услышать никогда. Вообще никогда. --- — Перевода не будет. Сердце остановилось. На секунду. Наверное. --- — Что? — Я отменил документы. Максим смотрел на него и не мог поверить. --- — Почему? Отец усмехнулся. Устало. Тепло. Почти по-человечески. --- — Потому что иногда будущее — это не карьера. Иногда это человек. --- И впервые за очень долгое время Макаров почувствовал, что между ними появился шанс всё исправить. Пусть маленький. Но настоящий.