Глава 2.

Я уже давно узнала график Виктора. Каждое утро перед парой, примерно в 8:15, он заходит в кофейню «Рассвет» и заказывает капучино на миндальном молоке. После того как напиток приносят, он медленно его попивает и пишет что-то в тетрадке. Видимо, это записи с пар, которые он ещё не успевал записать. Я делала вид, что тоже каждое утро прихожу в эту кофейню — сделать какие-нибудь отчёты на ноутбуке, попивая свой вкусный латте тоже на миндальном молоке. На самом же деле я аккуратно следила за Виктором. Спустя некоторое время в эту кофейню регулярно стала заглядывать девушка. По стаканчику, на котором было написано её имя, я узнала, что её звали Луиза. Спустя ещё некоторое время уже стало понятно, что это не просто случайности: она приходит сюда ради Виктора. Каждое утро она заказывала не только себе кофе, но и Виктору, с предлогом официантке, что это передали от соседнего столика. Это всё продолжалось, пока она не решила всё-таки подойти к нему. Из-за далёкого расстояния между ними я слышала лишь обрывки фраз: — Здравствуйте, я бы очень… Можно? — Не заинтересован. А после этого она вернулась на своё место — за столик, за которым сидела ранее. Это не прекращалось. Каждый божий день я ходила по пятам за Виктором и наблюдала издалека. У неё был карамельный блонд, волосы до поясницы где-то, неплохая фигура — видимо, ходит в зал — и она одевала одежду офисного стиля. Эта девушка не отставала: дарила ему еду, одежду, открытки, пыталась заводить диалог с ним. С самого начала Виктор говорил ей отстать, но она, видимо, была не способна этого понять. Она любила его. Она смотрела на Виктора так, будто имела на это право. Она меня бесила. Глупая, не понимала: на него нельзя просто так смотреть. Им нужно дышать, его нужно оберегать от таких, как она. Я стала копать под неё информацию. Изучение её профиля заняло всего 4 минуты. В социальных сетях она была известна как «лу-лу». Ей было двадцать лет, день рождения у неё был 28 апреля. Я остановилась на интересной фотке: на ней изображена Луиза и, как я поняла, её подруга. Они показывали язык, но самое главное, что меня зацепило, было то, что фотка была сделана в моём колледже — возле главного входа с моего факультета. «Мило, значит, она со мной на банковское дело учится», — подумала я. У неё на аккаунте было 348 постов — тщательно отфильтрованные селфи в зеркалах спортзалов и «атмосферные» фото кофе с той самой кафешки «Рассвет» с цитатами о любви. Слишком идеальная, прям до тошноты. Каждый её пост — это крик о внимании, адресованный в пустоту. В её списке подписок — куча пабликов с бесполезными, на мой взгляд, советами «как удержать мужчину». Её можно легко прочитать, прям как книжку, — настолько очевидная, что мне почти жаль тратить время на изучение этой ленты. Она не человек, она лишь образ из лайков и комментариев, который решил, что может претендовать на что-то большее, чем простые деньки. Покапав чуть более, чем её профиль в ВК, я узнала, что до этого у неё был брак. «Ха, разведёнка, как весело, оказалось», — подумала я. Из-за этого брака у неё появился довольно крупный долг. Видимо, мальчик не дурень — через брак свесил на неё долги и смылся. Весело получается. Ещё я узнала, что она сумасшедшая пьяница — стала пить после того самого брака. Хотя образ в соцсетях был совершенно другой. На следующий день был моросящий дождик. Я, придя в кафе как обычно с ноутбуком, Виктора там не обнаружила. «Странно», — подумала я. Посмотрев по сторонам, я увидела Виктора через стекло. Он стоял не слишком далеко от кафешки, а рядом с ним была, конечно же, Луиза. «Ха, ну какой же день и без неё», — я закатила глаза и наблюдала. В её руках была какая-то папка и довольно красивый пакет. Из него виднелась бутылка какого-то шампанского; больше из пакета ничего не виднелось. Они о чём-то говорили. Судя по эмоциям Виктора, он был не очень заинтересован в этом разговоре и хотел поскорее избавиться от собеседницы. Она же была чем-то встревожена, как будто специально разговаривала не в здании, а за его стенками, несмотря на раздражающий мелкий ливень. Её взгляд устремился на меня, затем и взгляд Виктора. Я успела отвернуться от них, но это было довольно опасно. Я достала зеркальце и стала делать вид, что прихорашиваюсь. Луиза несколько раз оборачивалась на меня и нервно показывала ладонью. А Виктор лишь отводил и закатывал глаза. Так в кафешку никто не зашёл — ни Виктор, ни Луиза. Придя в колледж после всего этого, я долго думала. «Значит, Луиза с моего факультета, на год младше, с первого курса вышки. Надо думать, что с ней делать». Отсидев пары и по пути домой, ко мне подошёл парень, на вид лет двадцати семи, захотел познакомиться. Я отказала. Придя домой, я легла спать. «Убийство», — с такой мыслью я проснулась от звонка в дверь. «Кого сегодня так рано принесло? Мне сегодня никуда не надо — пары отменили». Я посмотрела в глазок, но никого не было. Открыв дверь, я приятно удивилась: цветы. Там стояла безумно красивая корзинка моих любимых цветов — бордовых тюльпанов. Я их любила, потому что они очень отражали меня. Они были как зеркало, отражающее мой интеллект, силу, скрытность и даже некоторую мрачную эстетику. «Странно, от кого этот букет?» Хотелось верить, что эти цветы подарил Виктор. Вряд ли, конечно: буквально вчера он косился на меня с Луизой. Впрочем, неважно. Так как они были моими любимыми цветами, я не выбросила их, а оставила и попыталась снова заснуть. Я не смогла. Время было восемь утра. Меня заполняли мысли об убийстве Луизы. Я зашла на её страничку в ВК. Как и ожидалось, пост был выложен три минуты назад. Она смотрела ужастик одна дома. На фотке были изображены её ноги с попкорном и экран телевизора, на котором был какой-то из фильмов серии «Крик». Скорее всего, недавно вышедшая седьмая часть. «Ну что ж, Луиза, любишь ужастики — будет тебе ужастик в реальной жизни, с твоим участием», — и я сладко улыбнулась. Узнать её номер телефона не вызвало никаких сложностей. Я решила действовать вечером, а чтобы скоротать время, пошла в магазин покупать одежду для желаемого убийства. Купила даже нож — как из «Крика». Когда я вернулась домой, время было около четырёх часов. Да… Поиски одежды оказались довольно долгими. Осталось лишь подождать…