Часть 47 До встречи с вами

Глава 47. До встречи с вами Вечер. Поместье Гремори. Гостиная. После истории Итачи прошло несколько дней. Жизнь постепенно возвращалась в привычное русло. По крайней мере для большинства. — Джирайя: Иссей. — Иссей: Да, сенсей. — Джирайя: Сегодня мы обсудим величайшую трагедию мужского рода. — Сона: Нет. — Джирайя: Я ещё ничего не сказал. — Сона: Именно поэтому нет. — Иссей: Дискриминация. — Конеко: Заслуженная. — Джирайя: Меня окружают тираны. — Цунаде: Замолчи. — Джирайя: За что? — Цунаде: На всякий случай. БААААААМ!!! — ДЖИРАЙЯЯЯЯ!!! — Иссей: Справедливо. Акено медленно посмотрела на него. — Иссей: ... — Иссей: Я ничего не говорил. — Акено: Но подумал. БААААААМ!!! — ИССЕЕЕЕЕЙ!!! Раздался смех. Даже Итачи слегка улыбнулся. Что само по себе было редким событием. Рядом с Наруто сидела Риас. Как обычно слишком близко. Но уже давно никто не обращал на это внимания. — Риас: Он опять ворчит. — Наруто: Он всегда ворчит. — Риас: Справедливо. — Наруто: Полностью. Сона некоторое время наблюдала за ними. Потом слегка нахмурилась. — Сона: Можно вопрос? — Наруто: Можно. — Сона: Почему вы двое периодически разговариваете сами с собой? Наступила тишина. Наруто и Риас переглянулись. — Наруто: Привычка. — Риас: Да. — Сона: Очень странная привычка. — Акено: Я тоже давно хотела спросить. — Конеко: Согласна. — Иссей: Я думал это любовь. — Конеко: Нет. — Конеко: Это безумие. — Наруто: Спасибо. Раздался новый взрыв смеха. Но спустя некоторое время атмосфера стала спокойнее. Риас посмотрела на Итачи. Потом на Сону. Потом перевела взгляд на Наруто. — Риас: Знаешь... — Наруто: М? — Риас: Мы увидели жизнь Итачи. Наруто кивнул. — Риас: Узнали его прошлое. — Риас: Узнали через что он прошёл. — Сона: Теперь я понимаю его намного лучше. Итачи ничего не ответил. Но едва заметно кивнул. — Риас: А вот о тебе... Она ненадолго замолчала. — Риас: Мы почти ничего не знаем. Наступила тишина. — Акено: А ведь правда. — Конеко: Согласна. — Иссей: Я знаю только отдельные истории. — Цунаде: Если задуматься... — Цунаде: Это действительно так. — Джирайя: Очень даже так. — Орочимару: Любопытно. Наруто сразу насторожился. — Наруто: Мне не нравится как вы это сказали. — Джирайя: А мне нравится. — Орочимару: Мне тоже. — Наруто: Вот поэтому и не нравится. Риас слегка улыбнулась. Потом посмотрела ему прямо в глаза. — Риас: Покажешь? Улыбка исчезла с лица Наруто. Наступила тишина. Очень долгая. — Наруто: ... Он смотрел куда-то в сторону. Будто вспоминал что-то. Что-то очень далёкое. Что-то очень неприятное. — Наруто: Хорошо. В комнате стало тихо. Слишком тихо. — Наруто: Но предупреждаю сразу. — Наруто: Весёлого там мало. Наруто медленно закрыл глаза. Риннеган вспыхнул. Мир исчез. Гостиная растворилась. Пол ушёл из-под ног. Наступила темнота. Полная. Абсолютная. — Иссей: Мне это уже не нравится. — Джирайя: Мне тоже. — Орочимару: А мне нравится. — Цунаде: Это многое объясняет. Тишина. Потом пространство дрогнуло. Один раз. Второй. Третий. И вдруг в темноте открылись глаза. Огромные. Алые. Древние. Сона застыла. Азазель тоже. Сазекс медленно поднялся на ноги. Венелана непроизвольно шагнула назад. А затем появились хвосты. Один. Второй. Третий. Четвёртый. Пятый. Шестой. Седьмой. Восьмой. Девятый. Исполинская фигура медленно поднялась над горизонтом. Даже небо рядом с ней казалось маленьким. Наступила тишина. — Азазель: ... — Азазель: Какого хрена? — Сазекс: Невероятно. — Венелана: Боже... — Зеотик: Это существо... — Сона: Что это такое? Риас улыбнулась. Совсем немного. — Риас: Знакомьтесь. Она посмотрела на родителей. Потом на Сону. Потом на Азазеля. — Риас: Это Курама. Тишина. — Сона: Курама? — Азазель: У него есть имя? — Курама: У тебя тоже. — Азазель: Справедливо. Раздался смешок. Лис перевёл взгляд на Джирайю. Несколько секунд молчал. — Курама: Так значит это и есть Джирайя. — Джирайя: Так значит это и есть Девятихвостый. — Курама: Хуёво выглядишь. — Джирайя: С первых секунд? — Курама: С первых секунд. — Цунаде: Уже нравится. — Джирайя: Предательница. Лис перевёл взгляд на Иссея. Наступила пауза. Очень долгая пауза. — Иссей: Что? — Курама: Ничего. — Иссей: Нет. — Иссей: Вот это сейчас было обидно. — Курама: Ты похож на молодого Джирайю. Наступила тишина. — Иссей: ... — Иссей: Это оскорбление? — Курама: Это приговор. Акено тихо рассмеялась. Конеко тоже. — Иссей: Почему все смеются?! — Конеко: Потому что он прав. — Иссей: Даже ты?! — Конеко: Особенно я. Раздался новый взрыв смеха. Но Сона уже не слушала. Она смотрела на Наруто. Потом на Риас. Потом снова на Кураму. И вдруг замерла. — Сона: Подождите. Тишина. — Сона: Так вот с кем вы разговаривали. Риас улыбнулась. — Риас: Да. — Сона: Всё это время? — Наруто: Ага. — Сона: ... — Сона: Теперь всё стало понятно. — Иссей: Что именно? — Сона: Почему они отвечали воздуху. — Иссей: Я всё ещё считаю что это любовь. — Конеко: Нет. — Конеко: Это безумие. — Курама: Согласен. — Наруто: Спасибо. Даже Итачи слегка улыбнулся. Орочимару же смотрел на лиса не отрываясь. — Орочимару: Любопытно. — Курама: Нет. — Орочимару: Но я ещё ничего не— — Курама: Нет. — Орочимару: ... — Курама: Особенно тебе нет. Раздался смех. Даже Цунаде прикрыла лицо рукой. Потом лис внезапно стал серьёзным. Улыбка исчезла. Веселье тоже. Он посмотрел на Наруто. — Курама: Готов? Наруто молча кивнул. — Наруто: Да. Наступила тишина. А затем мир снова начал меняться. Воспоминания открылись. Началось детство. Мир изменился. Темнота исчезла. Появилась Коноха. Яркая. Спокойная. Живая. По улицам ходили люди. Дети играли. Кто-то смеялся. Кто-то разговаривал. Обычный день. Обычная деревня. — Иссей: Выглядит вполне нормально. — Азазель: Согласен. — Сазекс: Мирное место. Курама ничего не ответил. Именно это почему-то насторожило Наруто. Потому что лис молчал. Воспоминание продолжалось. По улице шёл маленький мальчик. Совсем маленький. Светлые волосы. Голубые глаза. Широкая улыбка. — Риас: ... Она сразу узнала его. — Риас: Наруто. Маленький Наруто улыбнулся прохожему. — Наруто: Здравствуйте! Мужчина вздрогнул. И быстро ушёл в другую сторону. Улыбка ребёнка слегка дрогнула. Но не исчезла. Через несколько минут он подбежал к другой женщине. — Наруто: Здравствуйте! Женщина побледнела. Схватила ребёнка за руку. И поспешно ушла. Словно увидела чудовище. Улыбка стала ещё слабее. Но всё ещё держалась. — Акено: ... — Сона: ... Никто ничего не говорил. Потому что все уже начали понимать. Следующая сцена. Детская площадка. Качели. Несколько детей играли вместе. Маленький Наруто осторожно подошёл ближе. — Наруто: Можно с вами? Наступила тишина. Один из детей посмотрел на родителей. Те сразу поднялись. — Не подходи к нему. — Пойдём домой. Через минуту площадка опустела. Остался только один ребёнок. Наруто. Сона медленно опустила голову. — Сона: ... — Риас: Я знаю. По голосу было понятно. Она уже плакала. Совсем немного. Но плакала. Картина снова изменилась. Кабинет Хокаге. Маленький Наруто сидел за столом. Перед ним стояла большая тарелка еды. Напротив находился Хирузен. На лице старика была мягкая улыбка. — Хирузен: Как прошёл день? — Наруто: Нормально. — Хирузен: Врёшь. — Наруто: Немного. Хирузен тихо усмехнулся. — Джирайя: ... — Цунаде: ... Они молча смотрели на учителя. Потому что никогда не видели этого. Не видели этих разговоров. Не видели этих встреч. Не знали. — Орочимару: Старик. — Джирайя: Ага. — Орочимару: Ты всё-таки пытался. Хирузен ничего не ответил. Потому что это было воспоминание. Следующая сцена. Тот же кабинет. Поздний вечер. На улице уже было темно. Хирузен работал с документами. А маленький Наруто спал рядом. Прямо на диване. Укутанный в плед. Тишина. Настоящая. Спокойная. Без страха. Без ненависти. Без одиночества. — Венелана: ... По её щекам потекли слёзы. — Венелана: Он просто хотел быть ребёнком. Тишина. Никто не смог возразить. Потому что это была правда. Воспоминание изменилось. Кабинет Хокаге исчез. Появилась другая часть деревни. Небольшая улица. Магазины. Люди. Обычный день. Маленький Наруто медленно шёл по дороге. В руках он держал несколько монет. Очень бережно. Словно настоящее сокровище. — Сона: Что происходит? — Наруто: Смотрите. Маленький Наруто остановился возле витрины. За стеклом стоял торт. Совсем небольшой. Но ребёнок смотрел на него так. Словно перед ним находилось величайшее сокровище мира. Наступила тишина. — Риас: ... Она уже начинала понимать. Следующие воспоминания начали сменять друг друга. Один день. Потом второй. Третий. Неделя. Месяц. Потом ещё один. Каждый раз Наруто откладывал деньги. Очень осторожно. Очень бережно. Иногда отказывая себе даже в еде. — Акено: Нет... Тихо прошептала она. — Цунаде: ... Цунаде уже поняла. И ей это совершенно не нравилось. Картина изменилась. Маленькая квартира. Календарь на стене. Особенная дата. День рождения. Наступила тишина. Маленький Наруто сидел перед зеркалом. И пытался улыбаться. Очень старательно. — Наруто: С днём рождения. Тихо сказал он самому себе. Улыбка получилась не очень. Но он всё равно старался. По щекам Венеланы потекли первые слёзы. — Венелана: Боже... — Венелана: Он поздравлял сам себя... Никто не ответил. Потому что никто не мог. Следующая сцена. Тот самый магазин. Наруто протянул продавцу монеты. Все до последней. И получил торт. Небольшой. Совсем простой. Но для него это был лучший торт в мире. Он улыбался. По-настоящему. Счастливо. Именно поэтому следующая сцена ударила ещё сильнее. Улица. Крики. Чьи-то шаги. Удар. Наруто упал на землю. Торт вылетел из рук. Наступила тишина. Потом раздался смех взрослых. Торт лежал в грязи. Раздавленный. Разбитый. Улыбка ребёнка исчезла. Мгновенно. — Нет... Тихо произнесла Риас. — Нет... По её щекам уже текли слёзы. Но воспоминание продолжалось. Удар. Ещё один. Ещё. Наруто свернулся на земле. Закрывая голову руками. — Пожалуйста... — Не надо... — Пожалуйста... Сона отвернулась. Но это не помогло. Слёзы всё равно потекли по щекам. — Сона: Хватит... — Акено: Пожалуйста... Но воспоминания не остановились. Они никогда не останавливались. Удары прекратились не сразу. Даже когда Наруто перестал сопротивляться. Даже когда перестал плакать. Даже когда просто лежал на земле. Торт был уничтожен. День рождения тоже. Воспоминание медленно сменилось. Больница. Белый потолок. Белые стены. Маленький Наруто лежал на кровати. Перебинтованный. Один. Как всегда. Дверь открылась. В палату вошёл Хирузен. Наступила тишина. Маленький Наруто сразу попытался улыбнуться. Но не получилось. — Хирузен: Наруто. — Наруто: Привет, дедуля. Голос ребёнка дрогнул. — Хирузен: Как ты? — Наруто: Нормально. — Хирузен: Врёшь. — Наруто: Да. Наступила тишина. — Наруто: Почему? Хирузен замер. — Наруто: Почему они меня ненавидят? Тишина. — Наруто: Что я сделал? По щекам ребёнка снова потекли слёзы. — Наруто: Почему со мной всегда так? В комнате стало очень тихо. Сона закрыла глаза. Акено уже плакала открыто. Риас не отрывала взгляда от воспоминания. Хирузен медленно подошёл к кровати. Положил руку на голову ребёнка. — Хирузен: Прости. Тишина. — Хирузен: Прости меня, Наруто. По щекам Цунаде потекли слёзы. — Цунаде: Учитель... Джирайя молчал. Орочимару тоже. Потому что впервые видели этот разговор. Впервые видели насколько тяжело было старику. И насколько бессилен он оказался. Следующая сцена. Поздняя ночь. Та же палата. Маленький Наруто сидел на кровати. Один. Смотрел в окно. А потом неожиданно начал плакать. Тихо. Очень тихо. Чтобы никто не услышал. Чтобы никто не увидел. Риас резко отвернулась. Но слёзы уже текли по щекам. — Риас: Дурак... — Риас: Маленький дурак... Акено всхлипнула. Конеко опустила голову. Даже Венелана уже не пыталась скрывать слёзы. Следующая сцена. Утро. Палата. Кровать была пустой. — Иссей: Подождите. — Иссей: Где он? Картина изменилась. Маленький Наруто бежал по улице. Босиком. В больничной одежде. По щекам текли слёзы. Он бежал. Сам не зная куда. Лишь бы подальше. Лишь бы никого не видеть. Лишь бы никого не слышать. — Акено: ... — Сона: ... Никто уже не говорил. Потому что становилось только хуже. Гораздо хуже. Маленький Наруто бежал. По щекам текли слёзы. В груди болело. Но останавливаться он не собирался. Потому что если остановится... То придётся снова думать. Снова вспоминать. Снова чувствовать. Картина изменилась. Следующее воспоминание. Ещё один день. Ещё одна улица. Ещё один вечер. Маленький Наруто шёл домой. В руках находился пакет с продуктами. Наступила тишина. Курама закрыл глаза. — Курама: Блять. — Курама: Опять. Наруто ничего не сказал. Потому что тоже узнал это воспоминание. Слишком хорошо. Появился первый человек. Потом второй. Потом третий. Маленький Наруто сразу остановился. Он уже знал этот взгляд. Слишком хорошо знал. — Демон. — Мерзость. — Почему он вообще жив? Наруто сделал шаг назад. Потом ещё один. А затем побежал. — Риас: Нет... Она уже понимала чем всё закончится. Позади раздался свист. КУНАЙ. Лезвие ударилось в стену рядом с головой ребёнка. Наступила тишина. Потом ещё один. Ещё. Ещё. Появились сюрикены. Сона побледнела. — Сона: Они... — Сона: Они бросали в ребёнка оружие? — Курама: Да. Тишина. — Акено: Господи... Наруто продолжал бежать. Кунай полоснул по руке. Потом по плечу. Потом ещё один. Сюрикен ударил в ногу. Ребёнок упал. И впервые за долгое время в комнате никто не мог отвести взгляд. Потому что происходящее выглядело слишком страшно. Слишком реально. Следующая сцена. Маленькая квартира. Ночь. На полу сидел маленький Наруто. Один. Перед ним лежал окровавленный кунай. Потом ещё один. Потом сюрикен. Руки дрожали. По щекам текли слёзы. Но рядом никого не было. Никто не поможет. Никто не вытащит их за него. Он взялся за рукоять. И потянул. По квартире разнёсся крик боли. Риас резко закрыла рот рукой. Акено уже плакала. Сона тоже. Даже Конеко отвернулась. Потому что смотреть на это было невозможно. Но воспоминание не останавливалось. Маленький Наруто вытаскивал их сам. Один за другим. Кунаи. Сюрикены. Осколки металла. Сам. Потому что больше было некому. Тишина. Абсолютная. А потом неожиданно заговорила Цунаде. Её голос дрожал. — Цунаде: Торт... Все посмотрели на неё. По щекам женщины текли слёзы. Много слёз. — Цунаде: Меня больше всего бесит именно торт... Тишина. — Цунаде: Не побои. — Цунаде: Не кровь. — Цунаде: Не больница. Она сжала кулаки. — Цунаде: Этот ребёнок полгода копил деньги. — Цунаде: Полгода. — Цунаде: Ради одного чёртового торта. По её щекам потекли новые слёзы. — Цунаде: Ради одного дня рождения. — Цунаде: Ради одного счастливого дня. Наступила тишина. — Цунаде: А они отобрали даже это. В комнате никто не смог ничего сказать. Потому что она была права. Абсолютно права. Даже Курама молчал. Лишь спустя несколько секунд он тихо заговорил. — Курама: Именно тогда я впервые захотел их всех сожрать. Тишина. — Иссей: ... — Иссей: Знаешь. — Иссей: Впервые в жизни я тебя понимаю. — Курама: Поздравляю. — Курама: Ты развиваешься. Обычно кто-нибудь бы засмеялся. Но сейчас никто не смеялся. Потому что воспоминания продолжались. И впереди ждало самое тяжёлое. Воспоминание снова изменилось. Наступила ночь. Коноха спала. По крайней мере большинство. Маленький Наруто сидел на крыше дома. Один. Ноги свисали вниз. Ветер слегка трепал светлые волосы. Он смотрел на деревню. На огни в окнах. На семьи. На людей. На жизнь. К которой не принадлежал. Наступила тишина. — Риас: ... Она уже не пыталась скрывать слёзы. — Акено: ... — Сона: ... Никто не говорил. На экране маленький Наруто обхватил колени руками. И тихо заговорил. Сам с собой. — Наруто: Может... Тишина. — Наруто: Может проблема во мне? В гостиной стало холодно. Очень холодно. — Наруто: Может я правда монстр? Сона резко закрыла глаза. — Сона: Нет... Но воспоминание не слышало её. — Наруто: Если все так говорят... — Наруто: Может это правда? По щекам ребёнка текли слёзы. Он даже не пытался их вытирать. Потому что рядом никого не было. Некому было увидеть. Некому было помочь. Некому было обнять. — Венелана: Боже... — Венелана: Ему же всего несколько лет... Зеотик молча сжал кулаки. Слишком сильно. Следующая сцена. Маленькая квартира. Пустая. Тёмная. На столе лежала фотография Четвёртого Хокаге. Одна из немногих вещей. Которые Наруто любил. Он смотрел на неё очень долго. Потом улыбнулся. Совсем немного. — Наруто: Ты крутой. Тишина. — Наруто: Хотел бы я быть похожим на тебя. Джирайя вздрогнул. Цунаде тоже. Орочимару закрыл глаза. Потому что только они трое понимали. Насколько жестокой была эта сцена. Насколько жестокой была правда. А маленький Наруто продолжал смотреть на фотографию. Не зная. Что говорит с собственным отцом. — Джирайя: ... Старый саннин впервые за всё воспоминание опустил голову. По его щекам текли слёзы. Он даже не пытался их скрывать. — Джирайя: Прости меня... Тихо произнёс он. — Джирайя: Прости, Минато. Тишина. Следующая сцена. Ещё одна ночь. Маленький Наруто сидел на кровати. Не спал. Уже давно. Он смотрел в потолок. Очень долго. А потом тихо задал вопрос. В пустоту. — Наруто: Почему я вообще родился? Наступила абсолютная тишина. Риас замерла. Акено закрыла рот рукой. Сона отвернулась. Цунаде заплакала ещё сильнее. Даже Конеко больше не могла смотреть. А Курама... Курама впервые за всё время отвёл взгляд. — Курама: ... Тишина. — Азазель: ... — Сазекс: ... Никто не мог найти слов. Потому что некоторые вопросы ребёнок не должен задавать. Никогда. Именно поэтому они били сильнее любых побоев. Сильнее кунаев. Сильнее сюрикенов. Сильнее крови. Потому что показывали. Что маленький Наруто медленно начинал сдаваться. Тишина продолжалась ещё несколько секунд. Потом воспоминание снова изменилось. Наступило утро. Коноха жила своей обычной жизнью. По улицам ходили люди. Работали магазины. Смеялись дети. А маленький Наруто снова был один. Но на этот раз что-то изменилось. Он выглядел чуть старше. И уже не плакал. Почти. Следующая сцена. Продуктовый магазин. Маленький Наруто осторожно положил покупки на прилавок. Продавец посмотрел на него. Потом на деньги. Потом снова на него. И его лицо изменилось. — Это он. Наступила тишина. — Демон. Следующие секунды прошли быстро. Продукты полетели обратно. Монеты ударились о пол. Наруто замер. — Но я... — Пошёл вон. — Пока я сам тебя не выкинул. Наступила тишина. Маленький Наруто несколько секунд стоял неподвижно. Потом молча собрал монеты. И ушёл. Не сказав ни слова. — Акено: ... Слёзы снова потекли по её щекам. — Сона: Как он вообще выжил? — Цунаде: Не знаю. — Цунаде: Правда не знаю. Следующая сцена. Ночь. Квартира. Пустой холодильник. Настолько пустой. Что внутри почти ничего не было. Маленький Наруто долго смотрел внутрь. Потом закрыл дверцу. Сел на пол. И попытался уснуть. Голодным. Наступила тишина. — Венелана: Нет... — Венелана: Нет... Она уже плакала не скрываясь. Зеотик обнял жену за плечи. Но сам выглядел не лучше. Следующее воспоминание. Улица. Поздний вечер. Наруто сидел возле стены. Обняв колени руками. Проходившие мимо люди делали вид. Что ребёнка не существует. Один. Второй. Третий. Десятки. Сотни. Никто не остановился. Никто не спросил. Никто не помог. — Риас: ... По щекам девушки текли слёзы. — Риас: Почему... — Риас: Почему никто ничего не сделал... Ответил Курама. Очень тихо. — Курама: Потому что так проще. Тишина. — Курама: Проще ненавидеть. — Курама: Проще отвернуться. — Курама: Проще сделать вид, что чужой боли не существует. Наступила тишина. Даже Азазель ничего не сказал. Даже Сазекс. Потому что ответ оказался слишком правдивым. Картина снова изменилась. Следующее воспоминание. Кабинет Хокаге. Маленький Наруто сидел напротив Хирузена. На столе стояла тарелка рамена. Настоящего. Горячего. И ребёнок смотрел на неё так. Словно видел величайшее сокровище мира. Хирузен улыбался. Очень устало. Но искренне. — Ешь. Наруто улыбнулся. По-настоящему. И впервые за долгое время присутствующие увидели. Насколько редко он улыбался в детстве. И насколько сильно ценил даже такие мелочи. Наступила тишина. А впереди уже приближалось событие. Которое изменит всё. Первая встреча с человеком. Который увидел в нём не монстра. А ребёнка. Картина изменилась. Небольшая улица. Старый деревянный ресторан. Над входом висела вывеска. Маленький Наруто стоял напротив. И смотрел. Очень долго. — Риас: Это? — Наруто: Ичираку. — Акено: Ичираку? — Сона: Никогда не слышала. — Иссей: Выглядит обычно. — Наруто: Для меня это было лучшее место в мире. Наступила тишина. Маленький Наруто нерешительно подошёл ближе. Потом остановился. Снова сделал шаг. И снова остановился. — Сона: Он боится? — Наруто: Да. Тишина. — Сона: Почему? Наруто ничего не ответил. Потому что ответ уже появился сам. Из ресторана вышел мужчина. Средних лет. С добрыми глазами. Он заметил Наруто. Несколько секунд смотрел. А потом улыбнулся. Просто улыбнулся. Без страха. Без ненависти. Без отвращения. Наступила тишина. Маленький Наруто застыл. Словно не понимал происходящего. — Теучи: Чего стоишь? — Теучи: Заходи. Наступила тишина. Риас почувствовала как сжалось сердце. Потому что увидела. Как сильно удивился маленький Наруто. Словно впервые услышал что-то хорошее. — Наруто: Можно? — Теучи: Конечно можно. — Наруто: Правда? — Теучи: Правда. Маленький Наруто медленно вошёл внутрь. А потом произошло нечто простое. Но именно поэтому очень важное. Теучи поставил перед ним миску рамена. Обычную. Самую обычную. Но Наруто смотрел на неё так. Словно перед ним находилось сокровище. — Теучи: Приятного аппетита. — Наруто: ... — Наруто: Спасибо. По щекам Акено снова потекли слёзы. — Акено: Боже... — Акено: Он благодарит за обычную еду... — Венелана: Потому что для него это не обычная еда. Тишина. Никто не смог возразить. Потому что это была правда. Следующее воспоминание. Тот же ресторан. Через несколько дней. Маленький Наруто снова сидел внутри. Улыбался. Рассказывал какую-то историю. Сбивался. Жестикулировал. А Теучи слушал. Просто слушал. Наступила тишина. — Риас: ... — Риас: Он первый. — Наруто: Да. — Риас: Первый кто отнёсся к тебе нормально. — Наруто: Да. На этот раз ответ прозвучал совсем тихо. Следующее воспоминание. Ночь. Наруто уходил домой. На лице была улыбка. Настоящая. Именно такая. Которую они почти не видели за всё его детство. — Курама: Старик был нормальный. Наступила тишина. Все посмотрели на лиса. — Азазель: Это похвала? — Курама: Нет. Пауза. — Курама: Но да. Раздался слабый смех. Первый за долгое время. Потому что впервые за всё воспоминание произошло что-то хорошее. Что-то светлое. Что-то человеческое. Но затем мир снова начал меняться. И улыбка постепенно исчезла с лица Наруто. Потому что впереди ждала новая часть его детства. И она была гораздо тяжелее. Мир снова изменился. Последнее воспоминание. Самое важное. Самое страшное. И одновременно самое простое. Крыша Академии. Вечер. Маленький Наруто сидел один. Смотрел на закат. На деревню. На людей. На жизнь. Которая проходила мимо него. Наступила тишина. Он больше не плакал. Не задавал вопросов. Не надеялся. Просто смотрел. Очень долго. — Сона: ... — Акено: ... — Риас: ... Никто не говорил. Потому что все поняли. Самое страшное было не в побоях. Не в кунаях. Не в сюрикенах. Не в голоде. И даже не в одиночестве. Самое страшное произошло здесь. Когда ребёнок перестал ждать. Перестал верить. Перестал надеяться. Маленький Наруто поднял голову к небу. И тихо улыбнулся. Очень грустно. Очень устало. — Наруто: Ничего. Тишина. — Наруто: Когда-нибудь всё станет лучше. Наступила абсолютная тишина. Риас больше не могла сдерживать слёзы. Акено тоже. Сона отвернулась. Венелана плакала открыто. Цунаде сидела с опущенной головой. По её щекам текли слёзы. Джирайя молчал. Орочимару тоже. Даже Азазель больше не шутил. Даже Иссей. А Курама просто смотрел на воспоминание. Очень долго. — Курама: Глупый ребёнок. Тишина. — Курама: Очень глупый ребёнок. Но голос лиса дрогнул. Совсем немного. И этого оказалось достаточно. Потому что все поняли. Даже он переживал это вместе с Наруто. Все эти годы. Мир начал растворяться. Коноха исчезла. Крыша исчезла. Закат исчез. Воспоминания закончились. Гостиная вернулась. Но никто не двигался. Несколько минут. Вообще никто. Первой заговорила Риас. Она подошла к Наруто. И просто обняла его. Крепко. Очень крепко. Наруто ничего не сказал. Просто обнял её в ответ. Следом подошла Акено. Потом Конеко. Потом Сона. Даже Венелана. — Венелана: Прости... — Венелана: Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти. Наруто слегка улыбнулся. — Наруто: Всё нормально. — Все: Нет. Наступила тишина. — Иссей: Ладно. — Иссей: Теперь я официально ненавижу тех людей. — Конеко: Поздравляю. — Иссей: Спасибо. — Джирайя: Я тоже. — Цунаде: И я. — Орочимару: Согласен. — Азазель: Редкий случай. — Азазель: Но я тоже. Сазекс молча кивнул. Зеотик тоже. Тишина. Потом Наруто неожиданно посмотрел на всех. — Наруто: Это только начало. Наступила тишина. — Риас: Что? — Наруто: Вы увидели только детство. — Сона: Только? — Наруто: Ага. — Акено: Наруто. — Акено: Меня пугает слово "только". Раздался слабый смех. Первый настоящий смех за долгое время. — Наруто: Дальше будет Академия. — Иссей: Звучит не очень страшно. — Наруто: Потом экзамен на генина. — Наруто: Потом Забуза. — Наруто: Потом Хаку. — Наруто: Потом экзамен на чунина. — Наруто: Потом Гаара. Лица присутствующих постепенно менялись. — Иссей: ... — Иссей: Ладно. — Иссей: Я беру свои слова назад. — Курама: Правильное решение. — Риас: Мы увидим всё? Наруто задумался. Потом кивнул. — Наруто: Если захотите. Наступила тишина. — Сона: Хотим. — Акено: Очень. — Конеко: Согласна. — Цунаде: Теперь уже точно. — Джирайя: Ага. — Орочимару: Безусловно. — Азазель: Я слишком любопытен чтобы отказаться. — Сазекс: Мы посмотрим. Наруто слегка улыбнулся. Впервые за весь вечер. По-настоящему. — Наруто: Тогда в следующий раз. Конец главы 47.