Часть 16

Эльза вошла в дом и ещё с порога услышала громкий смех. Она пошла на звук. В гостиной работал телевизор. На экране Белоснежка что-то пела птицам, а на диване Алик беспощадно щекотал Еву. Девочка извивалась, пытаясь вырваться, и заливалась смехом. — Нет! Нет! Пожалуйста! Сдаюсь! — Никакой пощады преступникам! — Мама! Спаси меня! В этот момент улыбающийся Алик поднял голову и заметил Эльзу. — О, мама пришла, — он театрально вздохнул. — Тебе повезло, зайчонок, она отвлекла меня от исполнения наказания. — Но за что мне все это? — простонала Ева между приступами смеха. В попытке отбиться она случайно заехала ногой Алику прямо в челюсть. — Ай, — он схватился за лицо, осторожно подвигал челюстью. — А за то, что ты мне наврала, что Белоснежка интересный мультик а я говорил, что надо смотреть Чебурашку и Гену. Алик улыбается еще шире, протянув руку к Эльзе. — Иди сюда. Эльза тоже не может сдержать улыбку, она без колебаний принимает руку и устраивается рядом. Алик тут же целует её в щёку. Эльза обнимает Алика за талию, прижимаясь к его грудь, закрывает глаза, наслаждаясь моментом. — Спасибо, что забрал Еву. — Конечно. Только завтра не смогу. — Как это не сможешь? — удивилась Ева. — У меня были на тебя планы. — Я завтра целый день в клубе на работе. — В каком клубе? — Ева моментально села. — В боксерском. Я тренер по боксу с недавних пор. — Ого! — Ева тут же вскочила на диван и принялась изображать боксёра и воображаемый противник явно проигрывал. — Я тоже хочу! Папочка, возьми меня с собой! — Ты серьезно хочешь? — Конечно! Договорились! Я буду учить тебя английскому а ты меня боксировать! Алик и Эльза иронично посмотрели друг на друга. Эльза сразу подумала о количестве синяков, которые она могла заработать. — Ева, какой ещё бокс? — возмутилась Эльза. — Со следующего года я вообще-то хотела отдать тебя на танцы или на гимнастику. — Как скучно! — трагически взвыла Ева, хватаясь за голову. — Папа, скажи ей! А если ко мне снова будет приставать этот противный Кристиан, что я ему станцую, чтобы защититься? Алик рассмеялся. — Точно не будешь его бить, — сквозь зубы процедила Эльза и зло зыркнула на Алика. — А ты чего ржешь? Скажи ей. — Прости, Эльчонок, но в этом нет ничего плохого. Завтра придет, покажу ей пару простых приемов, может ей и не понравится. — Предатель, — нахмурилась Эльза. — Ура! — Ева бросилась на шею к Алику. — Ну ладно. Раз уж вы решили без меня… — Мы демократично проголосовали, — сообщил Алик. — Вас двое против одной. — Демократия сурова. — Ненавижу вашу демократию. Ева захихикала. — Привезу её после трех. — Хорошо, будет весело. Через несколько минут Ева убежала, так как мама её подружки по соседству пришла забрать её к ним в гости. Эльза отскочила от Алика, будто от электрического заряда, он нахмурился. — Мда, очень приятно, — фыркнул Алик, как только закрылась дверь. — Прости-прости, — Эльза убедилась, что в доме больше никого нет и бросилась к Алику. Забралась к нему на колени, обнимая ногами его торс. Алик демонстративно закатил глаза но все же улыбнулся. — Вот теперь привет, — Эльза затянула его в долгий поцелуй. Его руки скользнули на талию, прижимая её к себе. — Привет. — Ты не представляешь как я соскучилась, — глаза светились чем-то теплым и бесконечно нежным. — Представляю. Алик смотрел на неё снизу вверх, не моргая. Он убрал прядь волос за её ухо и медленно коснулся губами шеи в самое чувствительно место, он точно знал, где оно находится. Эльза закатила глаза от удовольствия. — Как бы я хотел просто увезти тебя куда-то, где будем только ты и я. И не выпускать из своих объятий. Он уткнулся ей в шею. Вдыхая запах свежих духов в перемешку с запахом её тела, от Эльзы пахло кремом для тела, свежевымытыми волосами и чем-то родным, необъяснимым. За годы он забыл многое, но этот аромат помнил до последней ноты. — Ммм, как же прекрасно звучит, я уже там, — Эльза закрыла глаза, зарываясь пальцами в его волосы. — Давай это устроим, пожалуйста… — умоляющим голосом просил Алик. — Алик, как ты это представляешь? Он приподнялся и опрокинул её на диван, навис сверху, смотря желанными глазами. Провел вдоль декольте пальцем, Эльза задрожала. — Обожаю твое „Алик“, — он смотрел прямо в душу своим проницательным взглядом. — Оно мерещилось мне, оно меня убивало и одновременно спасало. — Обожаю твое „Эльчонок“, — ответила Эльза. — Не могла представить для Евы другое прозвище. Они улыбнулись друг другу. Эльза смотрела и не могла поверить, что это наяву. Она удобнее улеглась на подушку, взяв его лицо в свои ладони. — Какая я была дура. Как я могла отказываться от тебя, — Алик улыбнулся на секунду. — Я бы никогда не была счастлива без тебя. Он обнял её, крепко. — Ты не дура, Эльчонок. Ты делала все правильно, как знала. Как умела защищала нашу дочь, — он улегся рядом, целуя её в лоб. — И как бегала от меня, — он улыбнулся, закивав головой. Эльза тихо застонала. — Но если бы поступала иначе, это была бы уже не ты. А я люблю именно тебя. — Мы чуть не потеряли друг друга, — Эльза проговорила это с обидой на саму себя. — Не потеряли бы, — серьезно сказал Алик, провел тыльной стороной ладони по её щеке. — Я бы этого не допустил. Когда я узнал, что ты жива. Что всё ещё любишь меня… — На что я рассчитывала? — она спрятала лицо. — На это и рассчитывала, — уголки его губ дрогнули. — Ты же знаешь меня. — Знаю, — вздохнула Эльза. — Я хотела этого но не могла даже себе признаться. — Забудь, — сказал Алик. — И я забуду эти пять лет. Я будто в вакууме жил. Эльза обернулась на бок к нему всем телом, подложила руку под голову. Смотрит, будто ждет. — Что? — Расскажи мне. Все, что с тобою было. — Эльчонок… — он отвернул голову, она мягко, но настойчиво повернула его обратно. — Пожалуйста. Ты говорил про наркотики. Алик помолчал секунду. — Было дело, — вздохнул он. — После ранения пуля застряла возле позвоночника. Боль была адская. Меня держали на морфине. И я подсел. Алик скривился, было видно что ему это было физически тяжело вспоминать. Взгляд уходил в сторону, в стену, в никуда, только не на неё. Эльза успокаивающе провела ладонью по его щеке. — Крепко так, — он потупил взгляд. И вдруг поднял глаза на неё. — Я видел тебя в приходах. Поэтому тоже не очень то и хотел слезать. Её рука замерла. — Что я делала? — спросила Эльза немного неловко. — Ничего, — он откинулся на спину. — Улыбалась, смотрела на меня. Один раз убрала волосы со лба а там след от пули. — Ком встал у Эльзы в горле так резко, что она едва не задохнулась. — Я просил у тебя прощения. Алик рассказывал это вполне буднично. Слёзы из её глаз покатились беззвучно, прежде, чем она успела что-то почувствовать. — Пока сидел, видел тебя а когда слезал на ломках слышал, как ты зовешь меня по имени. Это меня вытащило. Ты будто взяла меня за руку и вывела из темноты. Майка Алика промокла от слёз. — Эй, — он коснулся заплаканного лица. — Ты чего? — Это я должна просить прощения у тебя. — Перестань. — Нет, это так. — Она шмыгнула носом. — Я сам виноват. Во всем. Я выбрал себе такую жизнь. До конца не понимал последствий. Из-за того, что я тянул из переездом, нас обоих чуть не убили, — Алик прочистил горло. — Мне тяжело было уезжать, мне нравилась та жизнь, я не хотел оставлять парней, родню, весь этот адреналин, ты точно сказала. Сидел на нём как на игле и кайфовал до последнего. А всё, что случилось потом — это просто счёт, который рано или поздно приходит. Это всё мои выборы, Эльчонок. Не твои. — Но я ведь… могла тебе признаться, потом уже, когда Зураба убили. И тогда, когда встретились. Алик молчал. Ведь правда могла. — Я всё время думала, что так будет лучше. Но лучше для кого? — Оставь прошлое в прошлом, — его голос стал жестче. Он взял её за подбородок. — А теперь просто поцелуй меня еще раз, — она незамедлительно припала к его губам. — И после тысячу таких поцелуем я возможно прощу тебя… — уже больше расслабленно проговорил Алик. — Я люблю тебя, — прошептала Эльза. Алик прижал лоб Эльзы к своему подбородку и они закрыли глаза. — Ой, извините, — из проема послышался голос Екатерины Ивановны, она отвернулась. К удивлению Алика, Эльза даже не попыталась отскочить в сторону. Не вырвалась из его объятий. Не начала судорожно оправдываться. — Мам, ты уже приехала, — неловко улыбнулась Эльза, поднимаясь. Екатерина Ивановна повернулась обратно. — Извините что помешала, — глаза у мамы были по пять копеек. — Привет, Алик. — Здравствуйте, — Алик тоже поднялся, почёсывая затылок. — Не скажу, что не рада тебя видеть, — женщина внимательно посмотрела сначала на него, потом на дочь. — Но неожиданно это очень мягко сказано, — Екатерина пожала плечами. — Меня не было всего месяц и я вообще не в курсе, что тут у вас происходит. А матери позвонить нельзя? — она укоризненно посмотрела на дочь. — Прости, мам, — Эльза переминалась с ноги на ногу. Глаза сияли, как никогда раньше, скрыть было невозможно. Екатерина Ивановна указала пальцем в сторону террасы и направилась туда. Эльза моментально поняла этот жест и послушно направилась следом. На полпути остановилась, быстро вернулась назад и чмокнула Алика в губы. — Я слушаю, — строго сказала женщина. — Очень внимательно. Эльза сложила руки за спиной и невинно посмотрела на мать. — Что? — Как он здесь оказался?! — Самолетом. — Очень смешно. Ты дала ему адрес? — Нет, он сам. — Вот же… — Екатерина Ивановна огляделась по сторонам. — Светится стоит, — более мягко сказала мама, оглядев Эльзу с головы до ног, та энергично закивала. Мама невольно улыбнулась. Слишком уж счастливой выглядела её дочь. Такой она не была очень давно. — Он все знает? — Да. — А Джош? Эльза тяжело вздохнула. На неё вдруг пришло осознание, что она должна была кое-что сказать Алику но как только коснулась его губ после ухода Евы все напрочь забыла. Сейчас же мама вернула её в реальность. Она поняла, что дела с Джошем не очень. — Ты же говорила, что не можешь с ним быть, что его жизнь опасна и ты боишься за Еву. Что изменилось? — Он все бросил ради нас. Мама смотрела на неё с опаской и недоверием. — Где-то я уже это слышала. И тот день, счастливым не оказался. — Мама. — Что? Я просто хочу… — Я счастлива, мам. Разве не это важно? — Детка, я очень рада за тебя… — Разговор окончен. Мы вместе, Ева все знает. В ближайшем времени я разведусь с Джошем и мы поженимся с Аликом. — Я надеюсь, что ты все обдумала. — Да не хочу я больше думать! — Эльза всплеснула руками. — Пять лет думала. Пять лет всё анализировала, просчитывала, сопротивлялась, убегала, убеждала себя, что так правильно. Хватит. Мы безумно любим друг друга и я не хочу больше с этим бороться. — Верю… — вздохнула Екатерина. — Неужели? — удивилась Эльза. — Ты всегда говорила, что наши отношения это фарс и детский лепет. Мама пожала плечами. — Ну это было до твоей мнимой смерти. Я думала, что он не серьезно к тебе относится. Но потом ты исчезла. И он начал приходить ко мне. Я поменяла свое мнение кардинально. Эльза смотрела на неё с улыбкой. Екатерина Ивановна обняла дочь. — Ты что уже тут поселился? — Джош безразлично кинул дипломат на диван рядом с Аликом. — А что, приглашаешь? — О нет, увольте. Наслаждайтесь гостеприимством в разумных количествах. — Зарублю себе на носу. — Это что значит? — удивился Джош. — А, ой, — Алик улыбнулся, вспомнив, что Джош то все таки американец, который не так давно практикует русский. — Ну, типа поставлю себе напоминание. Сделаю пометку, чтобы точно не забыть. — Как-то дурно звучит. Зачем рубить нос? Алик лишь пожал плечами. — Почему у русских всё так сложно? И язык, и отношения. — Это у вас слишком все просто. — Зато понятно. — И не интересно. — А что интересно? — прищурился Джош. — Похоронить свою девушку из-за своих разборок а потом обнаружить её живой так еще и с дочерью? Алик закатил глаза. — Чего ты злой такой сегодня? Парень со свиданием прокатил? — Эльза обрадовала новостью о вашей свадьбе. Знаешь, Алик, у тебя талант портить людям жизнь. — По-моему, Эльза сейчас вполне счастлива, — Алик поднялся с дивана, что бы быть наравне с Джошем, хоть тот был намного больше его. — Подожди, вы говорили об этом? — А что ты хотел присоединиться? — Ну вообще-то да. — Уже не получится. — Эльза! — донёсся из дома голос Алика. — Ой, — он звал её не ласкательным в редких случаях и они обычно были серьезными а еще чаще неприятными. — Алик? — Какого черта? Мы что, и правда будем ждать, пока этот хрыч не окочурится? — Алик вылетел на террасу так стремительно, будто его вытолкнули. — Попрошу, — спокойно заметил Джош, выходя следом с чашкой чая, которую оставила Ева. — Ты сказал ему? — Эльза уставилась на Джоша. — А что это был секрет? — невозмутимо пожал плечами Джош. — Ты должна была это сделать, — пробурчал Алик. — Видимо, вы были слишком заняты, пока дома никого не было, — сухо бросил Джош. — Что это за чушь? — Алик нахмурился и шагнул к Эльзе. — Это не чушь, это наш единственный выход, — она потянулась к его руке, но он отстранился. — Единственный?! Хочешь я расскажу тебе еще десяток выходов? — Твои бандитские методы никого не интересуют, — Джош сделал неторопливый глоток чая. — Заткнись ты уже, — рявкнул Алик. — Милый мой, ты сейчас находишься в моём доме и ещё позволяешь себе повышать голос? — Я бы рад отсюда свалил, — процедил  сквозь зубы Алик. — Но только с тем, за чем пришел. — Алик, пожалуйста, не надо... — Эльза заметила, как напряглась жилка у него на виске. Она слишком хорошо знала этот признак. Эльза быстро встала между ними. — В отличие от некоторых, нормальные люди умеют отвечать за свои слова и поступки, — Джош тоже сделал шаг вперёд. — Мальчики, ну чего вы… — Екатерина Ивановна тоже пыталась как-то поумерить пыл парней. — Чего ты нарываешься, а? — Алик обошёл Эльзу и снова оказался лицом к лицу с Джошем. — Что тебя так задевает? В любви не повезло? Завидуешь? — Да упаси Боже от такой любви. Вы оба больные, — Джош показал на них пальцем. — Еще и радуетесь этому. На скулах Алика заходили желваки. — Ты должен мне быть благодарен, — бросил Джош Алику. — Я спас её, вытащил из депрессии, дочь тоже. Она оказалась в этом дерьме из-за твоей милости! — Джош, перестань, — Эльза уже не знала как достучатся до них. — Я поклонюсь тебе в ноги, как только ты не будешь препятствовать разводу, — холодно ответил Алик. — Придется подождать. — Отлично, — кивнул Алик, бросил на Джоша последний тяжёлый взгляд, затем повернулся к Эльзе. — Ты реально будешь в этом дерьме участвовать? Эльза молчала, склонив голову. — Хорошо. Алик развернулся и направился прочь. — Алик! — Эльза бросилась за ним. Джош закатил глаза. — Пожалуйста, стой! — Она догнала его возле главного входа. — Что? Оглянувшись на дом, Эльза схватила его за запястье и потянула за угол, скрываясь от чужих глаз. — А, ну конечно, — с виду спокойно отреагировал Алик. — Обязательно надо спрятаться. Как же меня достал этот цирк. — Алик, пожалуйста. Ты должен меня понять, ты обязан. Ты знаешь меня. Я не смогу так поступить с Джошем. Для него это важно. — А я тебе не важен? Наша семья? — Конечно важен. — Она подошла совсем близко. Алик отвернул голову от неё. — Вы с Евой самое дорогое, что у меня есть. — Не надо. — Алик... — Не трогай меня. — Он дёрнулся, будто от ожога. — Достали твои штучки. Эльза отступила, задержав дыхание от обиды. Давно она не видела его таким безразличным к ней. — Прости, можешь ити, — голос свой она совсем не узнала. Какой-то совсем жалкий. Алик поднял взгляд на неё, она стояла уставившись в одну точку. — Договори. — Что? — Ты же хотела. — Ничего такого, что бы ты уже не слышал. — Прекрасно. Он кивнул. — Пока. Алик рванул с места.  Она его не останавливала, уперлась в стенку. Через несколько секунд на улице пискнула сигнализация. Щёлкнули замки, завёлся двигатель. Мотор взревел громко, шины скрипнули по асфальту. И наступила тишина. — Детский сад, — раздался рядом голос Джоша. — Пойдем, Эльза, мама заварит тебе час с мелиссой. Она молча кивнула, ноги словно налились свинцом. — Он просто неадекватен, — разводил руками Джош. — Что это он тут устраивает? Зачем? Почему нельзя наконец-то понять свою любимую женщину и уважать её решение. Эльза устало закрыла глаза. — Джош... Но тот уже завёлся. — Сколько там ему сейчас? Тридцать? Как-будто пять. Ева и то умеет лучше повести себя в подобных ситуациях. — Оставь это, Джош, — вздохнула Екатерина Ивановна. — Ты даже не представляешь, через что этому мальчику пришлось пройти. А сейчас, когда ему кажется, что все наладилось, снова кто-то хочет забрать его право на счастье. Джош хотел что-то возразить, но Екатерина Ивановна не дала. — Я не говорю, что он прав. Но и ты сейчас смотришь на него только со своей колокольни. Мама разлила чай по чашкам. — Да кто у него что забирает? — не выдержал Джош. — Речь всего лишь о времени. Эльза сидела опустошенная и смотрела в свою чашку. И не могла себе даже ответить почему настолько. Алик не собирался её понимать и как они будут строит будущее без понимания? А если он ей поставить ультиматум, что тогда? Она уже привыкла к мысли, что они вместе и у них все хорошо. А мысль о новом расставании причиняла почти физическую боль. Эльза сделала глоток чая. — Эльза, что ты вообще теряешь? Она развернулась к нему всем корпусом. — Алика. — Велика потеря, — фыркнул Джош. Эльза резко поставила чашку на стол. — Джош, прекрати обесценивать мои чувства! — Я ничего не обесцениваю. Я просто смотрю на ситуацию трезво. Он разрушает всё, к чему прикасается. Один раз ты уже пережила расставание с ним, думаю после второго тоже не умрешь. — Ты ведешь себя как урод, — сквозь зубы процедила Эльза. — Я понимаю, все вышло немного не так как ты хотел. — Немного?! — истерически улыбнулся Джош. — У меня забирают дочь, я возможно не получу компанию и ты хочешь что бы я не возмущался? — Ева не вещь, чтобы её забирали. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я. — Нет, Джош. По-моему, впервые за долгое время я перестаю понимать тебя. Он открыл рот, собираясь ответить, но Эльза уже поднялась. Сил спорить больше не осталось. Она молча вышла из кухни и направилась наверх.