Глава. 19.Цена ошибок

Глава 19. Цена ошибок Они бежали по узкому коридору, освещённому лишь редкими вспышками защитных рун. Гермиона едва успевала следовать за Драко. Старый Малфой-мэнор оказался намного больше, чем она представляла. За последние недели она видела лишь небольшую часть дома, но сейчас они уходили всё глубже в те помещения, которые явно не предназначались для гостей. Позади раздался новый взрыв. Стены вздрогнули. С потолка посыпалась штукатурка. — Они слишком быстро продвигаются, — сказала Гермиона, стараясь не сбиваться с дыхания. — Я заметил, блядь. — Ты говорил, что защитные чары выдержат. — Должны были выдержать. — Но не выдержали. — Спасибо за наблюдательность. Они свернули за угол. В конце коридора находилась тяжёлая металлическая дверь. Драко направил палочку. Замки начали открываться один за другим. Первый. Второй. Третий. Руки у него заметно дрожали. Гермиона впервые обратила на это внимание. Не от страха. От усталости. Он выглядел человеком, который держался на одном упрямстве последние несколько недель. — Малфой… — Что? — Когда ты последний раз спал? — Не помню. — Я серьёзно. — А я, по-твоему, шучу? Последний замок щёлкнул. Дверь открылась. Они вошли внутрь. Помещение оказалось круглым. В центре возвышалась сложная магическая конструкция из серебра и чёрного камня. От неё расходились десятки светящихся нитей. Некоторые уже начали гаснуть. Драко выругался. Очень грязно. Очень искренне. — Что это? — Сердце защитной сети. — И? — И ему пиздец. Гермиона подошла ближе. Теперь она тоже увидела повреждения. Несколько центральных узлов были разрушены. Причём изнутри. Она резко подняла голову. — Это сделали не нападающие. Драко ничего не ответил. Но его молчание сказало достаточно. — Кто-то был здесь раньше. — Да. — Кто? Он сжал челюсть. — Не знаю. — Врёшь. — Да твою же мать, Грейнджер! Его голос эхом ударился о стены. Гермиона даже замерла от неожиданности. Последние дни он раздражался постоянно, но сейчас в нём словно что-то надломилось. — Думаешь, мне нравится происходящее? Он резко повернулся к ней. — Думаешь, я всё контролирую? — Я этого не говорила. — Зато постоянно смотришь так, будто именно я виноват во всей этой херне. — Потому что ты ничего не объясняешь! — Потому что если бы я объяснил всё сразу, ты бы сбежала ещё в первый день! Тишина ударила между ними. Гермиона почувствовала, как внутри поднимается злость. — Не решай за меня. — Тогда перестань вести себя так, будто всё знаешь лучше остальных. — Я хотя бы пытаюсь разобраться! — Нет. Ты пытаешься доказать, что я монстр. Слова прозвучали неожиданно тихо. Именно поэтому они оказались болезненнее любого крика. Гермиона открыла рот. Но не нашла ответа. Потому что какая-то часть её понимала: он прав. С самого начала она искала подтверждение тому, что Драко что-то скрывает. Что он виноват. Что именно он однажды предал их всех. И каждый новый факт рассматривала через эту призму. Драко отвернулся. Провёл рукой по волосам. Тяжело выдохнул. — Просто помоги мне стабилизировать систему. — А потом? — А потом можешь снова меня ненавидеть. Гермиона почувствовала знакомое раздражение. — Кто сказал, что я тебя ненавижу? Он коротко рассмеялся. — Серьёзно? — Да. — Ты смотришь на меня так, будто мечтаешь придушить. — Иногда. — Спасибо за честность. — Всегда пожалуйста. На этот раз усмешка появилась уже у обоих. На долю секунды. Не больше. Потому что в следующую секунду весь зал содрогнулся. Одна из магических нитей лопнула. Вспышка света ударила под потолок. Система издала низкий гул. — Чёрт. Драко мгновенно оказался возле центрального узла. — Что происходит? — Они пробили ещё один контур. — Сколько осталось? Он посмотрел на мерцающие линии. И Гермионе не понравилось выражение его лица. Совсем не понравилось. — Один. — Один? — Один. На несколько секунд оба замолчали. Ситуация стала предельно ясной. Когда падёт последний контур, убежище перестанет существовать как защищённая территория. Тогда их найдут. Окончательно. Без возможности скрыться. Внезапно одна из панелей конструкции вспыхнула. На её поверхности появились слова. Всего одна строчка. Но её оказалось достаточно. Гермиона почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Потому что система вывела сообщение именно для неё. “Наблюдатель №2 обнаружен.” А затем появилась вторая строка. “Запуск процедуры возвращения памяти.” — Малфой… Он уже смотрел туда же. И впервые за всё время Гермиона увидела, как его лицо становится по-настоящему бледным. — Нет, — тихо сказал он. — Что это значит? — Это значит… Он не договорил. Потому что конструкция вспыхнула ослепительным белым светом. И Гермиона почувствовала, как что-то внутри её сознания начинает ломаться. Или, наоборот, собираться заново.