Начало, 1

— Прошу, проходи. Мисс Саманта была важной, даже Адам раньше её уважал. Женщина была проста и волшебна одновременно и что-то в этом заставляло Лют видеть в ней авторитет. Авторитет понимающий и в то же время мисс Саманта имела своё мнение, которое не стыдилась говорить своим мягким голосом. Её узкие светлые серые глаза всегда смотрели на собеседника, а блондинистые локоны будто парили вокруг неё. Она последний авторитет Лют. Поэтому она и делала, как мисс Саманта ей говорит. А женщина мягко ей улыбалась. Хоть улыбка и не была показателем того, что Лют делает правильно, но было приятнее, когда мисс Саманта улыбалась. Теперь это была её единственная цель. Которую в скором времени Лют потеряет. Мисс Саманта была главой полицейского отдела, у которого было дело о ней, её сёстрах и Адаме. Правда это было сложно для всех этих жучков, которых Адам говорил уважать, ведь сам их лидер был частью того отдела. Никто ничего бы не сделал ему, если бы полицейские не смогли бы заручится поддержкой парочки заключённых. Жалкие ничтожества обязанные умереть жестоко и кроваво за всё. Адам мёртв. Смысл ворошить прошлое отсутствует, говорила ей одна женщина на психотерапии. Лют её ненавидела. А её и оставшихся сестёр, даже предательницу, взяла под своё крыло мисс Саманта. В первый день женщина сказала, что это не надолго. У неё просто не хватает возможностей на столько человек. Поэтому в скором времени к ним начали приходить разные взрослые. Что на самом деле было глупо. Лют и её сёстры тоже взрослые, им всем как минимум шестнадцать, а их расскидывают по семьям как котят. Но по закону это не так. И теперь снова пришла очередь Лют. Она всегда вела себя хуже всех девушек. Некоторые были просто тупыми, некоторые расскрывали таланты, некоторые были красивы, некоторые хотели получить нормальную жизнь. Она злилась и ругалась, вела себя как последняя скотина, чтобы никто не захотел её брать, не соответсвовала правилам этикета, который так любила мисс Саманта. Лют хотела остаться с ней. Ведь она сможет потянуть одного человека, так? Лют осталась одна, сестёр разобрали как зверушек, женщина переживала из-за количества девочек, но теперь Лют одна и... Мисс Саманта извинилась в тот день, когда у Лют случилась истерика из-за этого. Извинилась впервые. Лют тогда стала плакать. Мисс Саманта не сможет. Она не в состоянии содержать букетик херни. Инвалид с агрессией и множеством психотравм, как называл её один человек из органов опеки. Такому сложно найти семью. Но вот Лют идёт по коридору участка в комнату, которая давно принимает будущих родителей и девочек. От неё отказались целых четырнадцать семей. Их город большой, нашлось не мало глупцов, что пытались. Этот раз будет пятнадцатым. Лют надеялась последним. Как бы жестоко это не было, она не хотела уходить от мисс Саманты. Женщина открыла заученным движением деревянную дверь. Лют по просьбе прошла внутрь. Недо-родители молчали, пока Лют, склонив голову, прошла к дивану напротив них. Мисс Саманта спокойно устроилась рядом. Спустя минуту молчания, когда звучали только шорохи со стороны напротив, мисс Саманта откашлялась и сказала: — Лют? Стоит познакомиться с твоими возможными опекунами. - её голос спокойным и уверенный, но нотка боли прозвучала в её тоне. Ведь Лют не просто так надеялась на то, что это последний раз. Мисс Саманта сказала, что после этой встречи, если ничего не выйдет, Лют придётся отправиться в детский дом. - Ты поднимешь голову? Обычно мисс Саманта не сидела с ней, но сейчас женщина была настроена серьёзно. Лют её послушала. Её янтарные глаза уставились на двоицу напротив с привычным гневом, от которого как минимум две парочки вздрогнули. Перед ней сидели двое мужчин. Один был тёмненький, видимо смешанный. С мягкими на вид кудрями, янтарными как у Лют глазами и острой, как лезвие ножа, улыбкой. Он сидел ровно, руки на коленях, спина прямая, глаза сосредоточенны на Лют, не мигая. На его носу очки в золотой оправе и с цепочкой, которые придовали его молодому лицу больше зрелости. На нём был опрятный тёмно красный как кровь пиджак, красный галстук, белая рубашка и более тёмного красного брюки. Другой мужчина, который был слегка выше первого, выглядел бледным и почему-то знакомым. Гетерохромные глаза спокойно осматривали её с ног до головы. Выражение лица скучающее и оценивающее. В отличии от другого, этот сидел более развязно. Ноги раздвинуты, одна рука на спинке дивана, вторая лежала на коленке и постукивала пальцем в немонятном ритме. Его волосы чёрные и слегка растрёпаны, в них виднелась седая прядь... Точно. Этот уебан был одним из тех, кто помог уничтожить их армию. Видимо заметив, что его узнали, мужчина фыркнул насмешливо. Но его взгляд на мгновение бросился на человека рядом, и наглая улыбка снова сменилась скукой. Лют сжала кулаки, но не хотела вести себя как генерал перед мисс Самантой. Она лишь бросила непонимающий взгляд с нотками отчаянного предательства на мисс Саманту. Та впервые не смотрела на неё, а немного настороженно следила за двумя напротив. Тишину снова прервали. На этот раз милодичным мужским голосом, словно человек умел петь и говорить подобающе. — Думаю, раз юная леди не хочет начинать разговор, то мы хотя бы представимся, - улыбчивый мужчина слегка поменялся в лице и его улыбка стала до зуда милой. - Меня зовут Аластор Хартфелл, а это, - он поднял руку в сторону другого, будто презентуя. - Винсент, мой муж... Мужчина явно хотел сказать что-то ещё, но был прерван Винсентом. Более высокий мужчина сложил руки на груди. — Винсент Уитманн. - тон слишком самоуверенный, словно он не знает, что Лют может его блять убить. - После усыновления можешь выбрать фамилию, которая больше понравиться либо обе. Его слова заставили дёрнуться её глаз. Напыщенность и уверенность этого ублюдка вымораживала. Гнев раскалённой лавой тёк по всему её телу. Из-за него Лют здесь, а он ведёт себя так, будто она теперь спокойно пойдёт с ним домой. Из-за него Лют потеряла всё, а он выглядит так, будто ничего не сделал. Из-за него Лют... Её мысли прервал звук удара. С тихим шипением Уитманн потирал грудь, куда Хартфелл его ударил. Мужчина с очень раздражённой улыбкой опустил руку на колени. Уитманн теперь молчал. Видимо мистер Хартфелл был главой в их... отношениях. Но Уитманн совсем не выглядел как умеющий готовить или человек, который убирается. Как говорила мисс Саманта, не стоит судить людей по обложке. Но Лют всё равно не собирается есть еду этого ублюдка. Мистер Хартфелл продолжил. — Так вот, мы с мужем, - он бросил на Уитманна предостерегающий взгляд. Мистер Харфелл приложил руку к груди. - всю нашу жизнь хотели иметь девочку в нашей скромной семье. Но увы и ах с послужным списком этого идиота, это довольно сложно. Уитманн собирался что-то пробурчать в ответ но, бросив один взгляд на мистера Хартфелла, продолжил молчать. Он сидел, сложив руки на груди и сползя ниже по спинке дивана. Он дулся, а говорят, что Лют — ребёнок. Мистер Хартфелл был более зрел, хоть и выглядел на десяток лет моложе Уитманна. Вот в этом слова мисс Саманты были более подходящи. — Так что когда одна наша знакомая предложила помочь дорогой Саманте, забрав кого-то из её подопечных, мы с радостью согласились! - Он говорил радостно, но мисс Саманта всё равно была слегка напряженна. Мистер Хартфелл сжал руки в кулак и положил их снова на колени. Теперь его глаза смотрели на Лют с любопытством, а голова слегка наклонена, будто имитирует детёнышей животных. Эта случайная невинность его взгляда была странной для его поведения, но удивительно подходящей к его лицу с этими большими оленьими глазами. - Как выяснилось, ты последняя, дорогая, поэтому мы надеемся, что сможем найти общий язык. Ты будешь так добра рассказать нам что-нибудь о себе? Мисс Саманта теперь смотрела на неё в ожидании. Мистер Хартфелл тоже. Даже Уитманн смотрел на неё в ожидании и с поджатыми губами. Мисс Саманта никогда не оставалась с ней во время этого мероприятия. А теперь её присутствие сильно влияло на Лют. Она хотела огрызнуться, отказать или злобно молчать дальше, но это бы разочаровало женщину. Поэтому сквозь неприязнь и злость Лют сказала. — Меня зовут Лют. - она говорила спокойно, но не громко. Как говорила с важными людьми. Она попыталась сказать побольше, но у неё просто ничего не было. - Я хорошо сражаюсь... Могу сама ухаживать за собой и своим протезом. - С каждым своим словом Лют замечала, как мисс Саманта слегка расслаблялась. Это хорошо. - Я была лидером всех своих сестёр, - На это Уитманн выгнул бровь, заинтересовавшись больше. - Мне... Мне нравиться заниматься... спортом. Мистер Хартфелл улыбнулся более живо. — Очень приятно познакомиться, дорогая! Мой муж тоже постоянно занимается спортом. Винсент почти каждое утро ходит на пробежку. Иногда он берёт с собой нашего сына. Думаю и тебя возьмёт. - затем он и Уитманн переглянулись, будто общаясь одними глазами. - Мы могли бы записать тебя в какую-нибудь секцию по борьбе или другому виду спорта. Но мысли Лют остановились на одном слове. — Сын? Уитманн сразу повеселел, а глаза заблестели. Он выпрямился, стряхнул несуществующую пыль с костюма. Мистер Хартфелл молчал, поэтому почти сразу Уитманн начал тараторить. — Ох, ты его полюбишь! Это мой родной сын от первого брака. Роди просто прелесть, поверь мне, малышка. Его полное имя Кархародон, как белая акула по научному. Мы оба акул любим, но моя первая жена меня чуть не убила, узнав, какое имя я выбрал. - Уитманн снова сложил руки на груди. Мистер Хартфелл смотрел на него как на самого тупого человека, но Уитманн не смотрел на него, а продолжал: - Он увлекается математикой, спортом и биологией. Ему двенадцать, на четыре года тебя младше. Он кстати тоже инвалид, поэтому мы и... Его снова прервал удар по груди, на этот раз Уитманн поморщился сильнее, ударили явно больнее. Уитманн неприятно зыркнул на мистера Хартфелла. — Винсент хотел сказать, что у нас уже есть опыт работы с детьми, а также с детьми с некоторыми проблемами. Мальчик немой из-за старой травмы, но мы вполне хорошо его обеспечиваем и помогаем ему. Так что мы сможем полностью о тебе позаботиться, дорогая. Лют огромными глазами смотрела на него. Они были странными. Неужели все такие парочки странные? Один раз были две женщины, но они наоборот были слишком сладкие друг с другом, будто наигранно. Они не вели себя как реальные партнёры, скорее как парочка из сопливой драмы. Эти двое были настоящими друг с другом, но при этом оставались на местах в отношениях. Главный и ведомый. По их словам она явно права, считая Уитманна ведомым. Он воспитывал своего сына, занимался многими вещами, наверное также прибирал дом и готовил. Мистер Хартфелл ничего не упоминал о себе, значит большую часть времени он работает. Но странность была в другом. Уитманн явно был сильнее физически, но беспрекословно делал так, как просил мистер Хартфелл. Уитманн чем-то напоминал Лют её саму с Адамом. Они делились мнением друг с другом, но при этом соблюдали установленную иерархию. Она была уверена, что в битве без оружия выиграла бы. Но психологически? Она была слаба в битве с ним. — Так что скажешь? - спросил мистер Хартфелл. — Я рассказала о себе, и знаю об Уитманне. - она сложила руки на груди, незаметно копируя Уитманна, и немного нахмурилась. - О вас я знаю только имя. На это блеск появился в глазах уже мистера Хартфелла. Но блеск не радости или любопытства, а азарта. Это чем-то напомнило ей Адама, во время истреблений, его глаза блестели также, когда он открывал камеры заключённых, или находил новый переулок грязных глупцов и пускал её и сестёр на их грешные души. Мистер Хартфелл усмехнулся. Он принял более расслабленную позу, которая выглядела скорее как предложение о нападении. Будто он ждал её следующий шаг. — Мне тоже мало есть, что о себе рассказать, дорогая. - Он поднял руку, обрывая выпрямившегося Уитманна, который явно хотел снова перечислить список всего о партнёре. - Я могу сказать, что люблю готовить, танцевать, прогуливаться по ночным паркам. Этого тебе хватит? Готовить? То есть всё-таки мистер Хартфелл ведомый? Или это просто хобби? Развлечение? Он тоже не упомянул работу. Откуда тогда у них деньги? Кто из них кто в этих отношениях? Кто главный? Кто муж? Кто женщина? — Ты работаешь? - вопрос вышел сам собой, Лют даже не думала о нём. — Я радиоведущий, - ответил мистер Хартфелл без запинки. - Веду несколько программ на своей станции, но пытаюсь брать не слишком много, дабы было время и на отдых. Лют бросила такой же вопросительный взгляд на Уитманна. Тот скучающе ответил: — Я владею телеканалом, а также работаю на нескольких программах телеведущим. Неплохие бабки, поверь мне. Значит они оба работают. Но больший доход приносит кто? Видимо Уитманн. Может работа на радио для мистера Хартфелла больше как хобби?.. Был ещё один вопрос, который Лют хотела задать. Было бы некорректно и обидело бы мисс Саманту, но Лют нужно знать. — За что ты сидел? Мистер Хартфелл громко фыркнул, пытаясь сдержать смех. Мисс Саманта глянула на неё, словно ожидая извинений. Уитманн же раздражённо простонал. — Я был невиновен, бля- блин! - он вскинул руки, защищаясь, на лице обиженное выражение, будто ребёнок, которого пытаются поймать на краже конфет. - У них даже доказательства были хре- ужасные и не правдивые! - мисс Саманта хмыкнула, будто предупреждение. - Что? я прав! — Тебя спросили за что, а не правильно ли. - сказал резко мистер Хартфелл. Мисс Саманта вздохнула, словно от усталости. — Тск... - Уитманн снова сложил руки на груди. Он не глядел на партнёра, но послушался. - За глупое и не имеющее смысла предположение, что Я основал культ! Зачем мне это?! У меня есть всё, что нужно в жизни. Я же не какой-то идиот с синдромом Бо- Мистер Хартфелл закатил глаза и прервал гневную тираду. — Винсент. — Что?! — Замолкни. - проговорил тот сквозь зубы и бросил непонятный взгляд на мисс Саманту, которая следила очень внимательно за Уитманном. — Бля-... Да, да... - Уитманн опустил голову, а потом поднял с более доверительной и высокомерой улыбкой. - Ну так тебя удовлетворил ответ, малышка? Это обращение бесило Лют. В отличии от "дорогая" мистера Хартфелла, которое звучало довольно формально из его уст и спокойно, будто продолжение его речи и важная часть разговора, "малышка" было насмешливым, уничижительным и заигрывающим. Но Лют не собиралась попадаться на явную удочку. — Сойдёт... - буркнула она незаинтересованно. Уитманн снова цыкнул. В этот же момент мистер Хартфелл встал со своего места, хлопнул в ладони и радостно сказал: — Отлично, дорогая! Тогда мы займёмся документами прямо сейчас! А говорили с тобой будет сложно... Лют моргнула. Что? — Я не-... — Я очень рада, Аластор. - перебила её мисс Саманта, приложив руку к груди и тоже встав. Лют продолжала хлопать ртом, пытаясь вставить хоть слово, но взрослые уже во всю разговаривали о усыновлении с восторгом и надеждой. Уитманн потянулся и встал. Он подошёл к мистеру Хартфеллу и вклинился в разговор. Лют не слышала о чём, в ушах звенело. Что? Неужели эти глупцы посчитали это согласием? Хартфелл выглядел умнее, чем это. Она знала, что мисс Саманта так хочет закинуть её в какую-то семью, но не так ведь просто! Уитманн вообще отдельная песня!.. Лют встала. Она старалась сказать что-то против или сделать какую-нибудь гадость, но один взгляд мисс Саманты её остановил. Женщина смотрела на неё счастливыми глазами, полными надежды. Она уже словно видела, как Лют будет вести себя по-детски и наслаждаться жизнью. И Лют не хотела портить её мечты. В детских домах говорят очень хреново. Она видела своими глазами многих выходцев таких учреждений. Регистрация или как оно там в семье не повредит. Даст возможность не попасть в тот ад. Немного дискомфорта Лют переживёт. А потом от этих двоих она быстро сбежит. Может даже снова к мисс Саманте.

‧͙⁺˚*･༓☾　⚝　☽༓･*˚⁺‧͙⁺

Она кинула рюкзак на задние сидения и забралась следом. Уитманн, что-то напевая под нос, закрыл за ней дверь. Он также открыл дверь Хартфеллу на переднее пассажирское с привычной лёгкостью и игривым поклоном. Хартфелл, прошипев пару иностранных слов, сел. Уитманн, пританцовывая, обошёл машину и сел на водительское место. Лют следила за их движениями как ястреб. Двоица была слишком весёлой и счастливой, несмотря на то, что кидали друг другу колкости то там, то сям. Словно это была норма. Лют скрестила руки на груди, сидя в центре. Хартфелл повернулся к ней. — Советую пристегнуться, дорогая. Этот сумасброд водит просто ужасно. - Он повернулся обратно, проигнорировав "Эй!" От Уитманна. - В последний раз Дони после поездки побил его своими мягкими игрушками, а ты бы знала, как он обожает своего отца. — Роди не нравится, когда ты его так называешь, Аластор... - пробурчал Уитманн. Он уже заводил машину. Она была простой чёрной, Лют никогда не разбиралась в их марках. Только странная наклейка на заднем стекле будто говорящая "Осторожно, акула!" выделяла машину среди других. — Его здесь нет. — Тебе всё равно надо привыкать называть его Роди. — Я уже не называю его так перед ним. — А если я начну называть тебя фами-... — Я тебя сейчас ударю. — Молчу... Уитманн слегка усмехнулся и стал выезжать со стоянки. Мистер Хартфелл тем временем бросил взгляд на Лют, проверяя ремень на девушке, а затем протянул руку к радиоприёмнику. Включилась странная мелодия полная ритма и разных музыкальных инструментов. — Надеюсь ты не против джаза, дорогая..? Лют мотнула головой. Ей плевать. — А меня ты не спрашиваешь... — Винсент. Уитманн издал протяжный вздох, но промолчал. Они выехали на дорогу и поехали под звуки джаза в сторону окраины города.