Глава 4 — Разговор

30 сентября, понедельник, 8:44 — Малфой ЧТО сделал? Гарри остановился посреди коридора и уставился на Гермиону так, будто она только что призналась, что всё это время была троллем. Они только что вышли из Большого зала. Всё воскресенье упорно готовили отчет по трансфигурации и поговорить времени не было. У Гарри через десять минут прорицания, у Гермионы — нумерология в другом конце замка. Она собиралась уже бежать, но Гарри перехватил её после завтрака, желая разобраться в том, что же случилось, и видела ли она что-то. Гермиона вздохнула. Она надеялась, что этот разговор будет позже, но раз уж началось... — Я же говорю, — терпеливо повторила она. — Я видела, что он специально спикировал, чтобы тебя поймать. Гарри смотрел на неё и молчал. В его мыслях носилось что-то — недоверие? Растерянность? — Ты уверена? — спросил он наконец. — Гарри, я сидела на трибуне и смотрела прямо на тебя. Я всё видела. Он тебя поймал. Гарри отвернулся к окну. За мутным стеклом моросил дождь, серое небо нависало над Хогвартсом, как тяжёлое одеяло. — Значит, правда, — сказал он тихо, — Я не был уверен, но теперь.. Гермиона молчала, давая ему время. Гарри постоял ещё секунду, потом усмехнулся — без веселья, скорее зло. — Ещё не хватало быть обязанным этому... — Гарри... — Ладно, — перебил он резко. — Мне пора на пару. Потом поговорим. И он быстро пошёл по коридору, даже не обернувшись. Гермиона смотрела ему вслед. Лохматая голова мелькнула в толпе студентов и скрылась за поворотом. Она вздохнула и побежала в другой конец замка.

***

тот же день, 13:44 Малфой сидел в кресле у камина в гостиной Слизерина и смотрел на помятый пергамент в руках. Письмо пришло только что, прямо после обеда. Отец, как всегда, писал коротко, но сегодня в каждой строчке чувствовалось что-то ещё — не то раздражение, не то холодное любопытство: «Дошли слухи о твоём падении на тренировке. Надеюсь, ты не опозорил семью своей неловкостью. Я знаю, что этот Поттер был рядом. Если он как-то в этом замешан — я с ним разберусь. Малфои всегда держат своё лицо. Жду подробностей». Драко сжал пергамент. Отец явно знает больше, чем пишет. Или не знает, а просто догадывается? Скорее всего, слышал, что они упали вместе, но не в курсе, как именно. И теперь грозит разобраться с Поттером, даже не представляя, что на самом деле случилось. Драко посмотрел на свою руку. Зажила. Даже следа не осталось. Но внутри что-то ныло — не физически, а так, противно, под ложечкой. Он вдруг поймал себя на мысли, что впервые хочет ответить отцу. Не отчитаться, а возразить. Написать, что Поттер тут ни при чём. Что всё не так, как кажется. Но что он скажет? Правду? «Я кинулся его ловить»? Хотя, с другой стороны, если отец знает всё — так даже проще. Не придётся самому объяснять. Драко отложил пергамент и уставился в камин. Возможно, стоит написать пару строчек...но позже, не сейчас. Он сунул письмо в карман мантии и встал. — Ты идёшь? — крикнул Забини от двери. — На зелья опоздаем. — Иду, — буркнул Малфой. По дороге в подземелья он почти не слушал, что мололи Гойл с Крэббом про обед и про то, какие дурацкие задания задаёт Снейп. Мысли были заняты другим. Драко тряхнул головой, отгоняя их. Не время. Сначала зелья, потом остальное. Он вошёл в класс и увидел Поттера. Тот сразу поймал его взглядом, и в его глазах Драко прочитал что-то похожее на... — Проходите, мистер Малфой, не задерживайтесь, — елейно проговорил Снейп. Его глаза задержались на нём на секунду дольше обычного. Драко передёрнуло — ощущение, будто профессор видит его насквозь. Драко прошёл на своё место, сел, достал учебник. Краем глаза заметил, что Поттер как-то слишком активно ёрзает на своём месте. Странно. — Открываем учебники на странице двести тринадцать, — начал профессор. Драко заставил себя сосредоточиться на зелье. Получалось плохо. Мысли то и дело возвращались к письму в кармане и к Поттеру, который сидел через три парты и, кажется, вообще не слушал профессора. Гарри сидел за своей партой и смотрел в учебник, но строчки расплывались. Мысли были не здесь. Они крутились вокруг одного и того же: Малфой. Гермиона сказала, что он специально спикировал, что поймал его в воздухе. Гарри помнил только падение, ветер в ушах, а потом — удар и темноту. Но если Гермиона сказала... значит, так оно и есть. Малфой спас его. Гарри покосился на слизеринский ряд. Тот сидел через три парты, уткнувшись в котёл, и, кажется, вообще не замечал ничего вокруг. Обычно в такие моменты он хоть огрызался, хоть смотрел с привычной насмешкой, но сейчас — просто сидел и помешивал зелье. Как будто ничего не случилось. — Поттер! — рявкнул Снейп, и Гарри дёрнулся. — Вы спите? Ваше зелье сейчас выкипит. Гарри торопливо убавил огонь, бросил взгляд на Малфоя. Тот даже не поднял головы. «Ну и что?, — подумал Гарри. — Ну спас. И что с того? Я теперь буду ему обязан до конца жизни?» Но внутри что-то ёкало. Не благодарность даже, а какое-то странное чувство. Гарри не понял. И разбираться не стал. Он снова посмотрел на Малфоя. И в этот раз их взгляды встретились. Секунда. Две. Малфой первым отвернулся, уставился в свой котёл. — Мистер Поттер, — раздался над ухом вкрадчивый голос Снейпа. Гарри поднял глаза. Снейп стоял прямо перед ним, сложив руки на груди. — Вы слишком много внимания уделяете мистеру Малфою. Может, вам стоит обсудить это наедине? Гарри почувствовал, как уши начинают гореть. — Я не... — Молчать, — перебил Снейп. — Раз уж вы оба такие рассеянные сегодня, останетесь после уроков. Вы, Поттер, и Вы, Малфой. Будете чистить котлы. С вами ещё... — он обвёл взглядом класс, — мистер Нотт и мисс Булстроуд. Чтобы не расслаблялись. Гарри краем глаза увидел, как Малфой дёрнул щекой, но промолчал.

***

После уроков в классе зельеварения было тихо и сыро. Подземелья всегда пахли холодом и камнем, а к вечеру этот запах становился особенно густым, заставлял зябко поводить плечами и морщиться. Гарри тёр щёткой котёл и старался не смотреть в сторону Малфоя. Рядом возились Нотт и Булстроуд, перебрасываясь редкими фразами. Работа продвигалась медленно. Нотт и Булстроуд закончили первыми. Они переглянулись, бросили щётки и, не прощаясь, вышли. Драко даже не поднял головы, когда дверь за ними закрылась. Продолжал тереть свой котёл — методично, с нажимом, будто старался отодрать не грязь, а сам факт того, что он здесь торчит. В классе стало тихо. Слишком тихо. Мысль, что Снейп всё знает и нарочно оставил их вдвоём, не отпускала. Поттер был здесь. Через пару метров. Драко чувствовал, как тот сверлит его взглядом. Это бесило. Бесило, что он вообще замечает Поттера. Раньше Драко цеплялся к нему по привычке, а теперь тот сам лез в голову, и от этого было тошно. Он тёр котёл и думал, что сейчас мог бы сидеть в слизеринской гостиной и спокойно играть шахматную партию с Забини. А вместо этого торчит здесь, с Поттером. Одна минута. Две. В висках стучало, в горле пересохло. Воздух в подземельях всегда был сырым и тяжёлым, а сейчас, казалось, его и вовсе не осталось. Он больше не мог выносить этой тишины. Драко швырнул щётку в таз, резко встал и направился к двери. Быстрее. Уйти. Подальше от этого класса, от Поттера, который сидел у него за спиной и молчал. — Подожди. Голос Поттера резанул по спине. Ну что ещё? Малфой замер у двери, вцепившись пальцами в косяк. — Чего? — выдавил он, не оборачиваясь. Шаги. Поттер подошёл ближе. Остановился в паре метров. — Я знаю, что ты сделал, — сказал Поттер. — На тренировке. Ты не случайно около меня оказался. Слизеринец медленно повернулся. Он встретился с глазами Поттера. В них не было привычной вражды. Только какая-то... решимость, что ли. Драко смотрел в них несколько секунд. Он так надеялся, что эта история умрёт сама собой — что Поттер не полезет разбираться, что слухи сделают своё дело, и всё забудется. А теперь Поттер стоял перед ним и смотрел так, что хотелось провалиться сквозь землю. Драко моргнул и сказал: — Грейнджер... проболталась значит? — он постарался, чтобы голос звучал недовольно. Получилось не очень убедительно. — А при чём тут...? — Поттер чуть повысил тон, но фраза повисла в воздухе. — Неважно. Я просто хотел сказать... — он запнулся. Драко видел, как он подбирает слова. — Это было... ну... спасибо. Я серьёзно. Внутри всё сжалось. — Что, совесть замучила? — только и спросил он. Колкость вышла вялой, почти жалкой. Поттер немного колебался, потом сказал: — Можно и так сказать. Драко хмыкнул. Поттер говорил очень искренне, это было видно. И от этого становилось как-то не по себе. — Не ожидал от тебя, — вырвалось у Драко, хотя он не собирался этого говорить. Молчание. Секунда. Две. — Я тоже от тебя не ожидал, — наконец-то ответил Поттер. Малфой молчал. Стоял, прислонившись плечом к косяку. В полумраке подземелья лицо Поттера было видно нечётко, но зелёные глаза блестели и, кажется, всё ещё чего-то ждали. — Ладно, — выдавил Драко. — Забей. Не ради тебя старался. Он развернулся и вышел в коридор, даже не обернувшись. Гарри остался один в пустом классе. Смотрел на закрытую дверь и думал, что, кажется, после этого разговора всё вернётся на круги своя. Но почему-то в это слабо верилось. За окном темнело. Надо было спешить на ужин. Гарри задержался ещё на секунду, прислушиваясь к затихающим шагам в коридоре, а потом вышел вслед за ними.