Часть 1 Запах дождя и старой полыни

Дождь в переулках старого города всегда пах сыростью, бензином и гниющими листьями. Но для Пика этот коктейль запахов перекрывался одним-единственным, едва уловимым ароматом, который заставлял его клыки зудеть под деснами. Запах живой, горячей, пульсирующей крови. Пик стоял в тени полуразрушенной кирпичной арки, сливаясь с ночной темнотой. Его длинные фиолетовые волосы намокли и тяжелыми прядями липли к лицу, а янтарные глаза, светящиеся в полумраке, были прикованы к фигуре, застывшей под козырьком закрытого магазина. Это был Вару. Человек. Несносный, шумный и абсолютно не знающий страха подросток из местной неформальной тусовки. На нем были дурацкие зеленые очки со спиралями, насквозь промокшая джинсовка с дурацкими нашивками и грязные кеды. Он крутил в руках полупустой баллончик с зеленой краской, оставляя на стене кривые граффити. — Эй, рогатый! — внезапно крикнул Вару в пустоту переулка, даже не повернувшись в сторону арки. — Я знаю, что ты там торчишь. От тебя несет тухлыми шмотками и пафосом за милю. Пик внутренне подобрался. Его раздражало, как легко этот смертный его замечал. Вампиры должны быть бесшумными тенями, но Вару, казалось, обладал каким-то шестым чувством на неприятности. Или конкретно на Пика. — Тебе пора домой, человек, — глухо отозвался Пик, делая шаг вперед. Свет одинокого фонаря выхватил его бледное лицо, резкие скулы и тяжелый, давящий взгляд. — Ночной город опасен для таких, как ты. — Ой, испугался, прямо в штаны наложил! — Вару резко развернулся, наставив на вампира баллончик, словно пистолет. На его губах заиграла привычная ехидная ухмылка. — Ты мне угрожаешь, что ли? Ну давай, сделай кусь. Или ты только пугать умеешь, летучая мышь-переросток? Пик оказался рядом с ним в один миг. Человеческий глаз не смог бы уловить это движение — просто смазанный силуэт, и вот уже холодная, как лед, ладонь вампира намертво сжимает запястье Вару. Баллончик с глухим стуком покатился по асфальту. — Ты не понимаешь, с чем играешь, — прорычал Пик, наклоняясь к самому уху парня. Он чувствовал, как бешено забилось сердце Вару, как по венам на его шее толчками потекла сладкая, манящая жидкость. Пик сглотнул вязкую слюну, борясь с голодом, который лавиной накрывал разум. Вару замер. На секунду его ухмылка дрогнула, а сквозь зеленые стекла очков промелькнуло нечто, похожее на настоящий, первобытный страх. Но уже через мгновение он дернул рукой, пытаясь вырваться, и громко цыкнул: — Пусти, придурок. Руку сломаешь. От тебя холодом прет, как из морозилки. Пик не отпускал. Его взгляд намертво прикипел к тонкой коже на шее Вару, где под воротником куртки билась жилка. Голод, копившийся неделями, требовал выхода. Он приоткрыл рот, обнажая острые, хищные клыки, и подался вперед, вдыхая аромат чужого тепла. — Стремно, да? — вдруг тихо сказал Вару, перестав дергаться. — Жрать хочется, а нельзя? Кусай, если надо. Мне пофиг. Только не дыши так, щекотно. Эта фраза, сказанная с абсолютным, граничащим с безумием безразличием, отрезвила Пика лучше ледяного душа. Он резко разжал пальцы и отступил на три шага назад, тяжело дыша. На запястье Вару уже наливался багровый синяк. — Убирайся, — хрипло бросил вампир, разворачиваясь спиной к человеку. — Больше я тебя спасать от самого себя не стану. — А я и не просил, — буркнул Вару, поднимая с земли свой баллончик. Он потер ушибленную руку, хмыкнул и, накинув капюшон, зашагал прочь по лужам, насвистывая какую-то дурацкую мелодию. Пик смотрел ему вслед, пока зеленая куртка не скрылась за поворотом. Сердце вампира не билось уже триста лет, но сейчас в груди странно и болезненно тянуло. Он понял, что этот ненормальный человек только что прочно засел в его мыслях.