Пролог: "Вопли в цветении тополя"

Д. Начало мая в этом году выдалось жарким почти как лето, на улице цветет тополь, а трава, которая недавно была сухая и бледная стала приобретать зеленый оттенок. Вышедшее из-за облаков солнце режущими глаза лучами осветило школьный кабинет, из открытого окна которого был слышен мужской голос. Д.А. Такими темпами мне не светит спокойное лето...с моей аттестацией придется летом ходить сюда и догонять программу... Ну хоть сегодня здесь не по этом поводу. Д. Парень, лет четырнадцати, в военной форме берет чемодан стоящий около учительского стола и, положив его на стол, достает из него дрон, раскладывает его и ставит на стол. На боку дрона нарисован знак какой-то организации который так же приклеен липучкой к правому плечу парня. Д. В пустом кабинете парень был единственной живой душой. Отойдя от стола, он подошёл к открытому окну, из которого веяло весенним теплом и свежестью. Внезапно тишину нарушил стук в дверь, лёгкий, но достаточно уверенный. Д.А. Да-да, войдите! Д. Дверь открылась и в класс вошла невысокая девушка, светлые волосы которой развеялись от сквозняка из открытого окна. Коричневые брюки и голубоватая рубашка колыхнулись, маятником от того же ветра качнулся черный галстук. Скромность одежды никогда не скрывала её красоты, даже, можно сказать, подчёркивала её. От её очков отразились лучи майского солнца, на мгновение ослепив парня. М.А. Даня? Ты то что тут делаешь? Д. На пороге стаяла Маша, его одноклассница. Девушка двинулась в глубь класса, попутно осматривая дрон на столе. Д.А. Да я тут по заданию, жду детей на занятие, буду рекламировать свою организацию. А ты чего пришла? М.А. Да я дневник занести, Саввовна попросила... Кстати я говорила, что тебе идет форма? Д. Её губ еле заметно коснулась мягкая улыбка, по-дружески теплая, как и сам этот день. Д.А. Форма? Кхм..спасибо... К-кстати, смотри какая птица, дорогущая, зараза! Д. В его слышалась нотка смущения, но она исчезла почта так же резко как и появилась М.А. Та самая? А ты не боишься, что дети сломают? Д.А. Боюсь, но выбора у меня нет. Д. Вдруг, тихую обстановку в классе нарушило строевое пение за окном. Парень обернулся к окну, облокотившись на подоконник. Подошедшая следом девушка встала около парня и выглянула в окно. На улице шагали классы, прогоняя последний раз свои песни перед началом выступления. Эхом раздавалась песня "Катюша", ставшая уже символом Дня Победы, пусть и негласно. Было что-то каноничное в этой обстановке: май, цветение, военные песни… Д.А. Кстати, а почему ты не маршируешь? Ты же, вроде, должна быть командиром в нашем классе на строевой подготовке, разве нет? Д. На некоторый промежуток времени повисла тишина нарушаемая лишь звуками с улицы. Явно было что-то не так, и он это понимал. Но она всё же начала говорить, понизив голос почти до шёпота. М.А. Помнишь Краснова Сашу? Д.А. Ну да, у него же батька вроде богатый? М.А. В том то и все дело, все же знают, что за лучшего командира отряда могут на пост президента школы поставить, поэтому меня убрали и поставили этого... подонка. Д. На последнем слове голос Маши надломился. Хоть она и редко себе такое позволяла, проступило нескрываемое отвращение к предмету обсуждения, её плечи опустились, а глаза девушки стали влажными от слёз обиды. Одна слеза спешно скатилась по щеке и разбилась об подоконник, точно стекло. Даня же, уже достаточно привыкший к её нередким перепадам настроения, не растерялся и спокойным голосом обратил её внимание на себя. Д.А. Ну-ну, Маш, не плачь ты из-за этого урода. М.А. Да я не из-за него. Я должна была выступить, уже родителям обещала, что я...что я..выступлю...я должна была...я... Д. Её голос всё больше искажался от неотступных слёз, которые уже градом сыпались из её лазурных глаз, а руки чуть заметно подрагивали. Д.А. Маш… Д. Девушка отступила от окна, подошла к парню и осторожно, словно спрашивая разрешения, обняла его, уткнувшись заплаканным лицом ему в плечо. На форме, на том плече остались едва видимые влажные следы её слёз, словно доказательство, что это не его сон. Парень стоял в ступоре, не зная, что делать в сложившейся ситуации, но через пару секунд он медленно, стараясь не спугнуть, поднял руки и обнял ее за спину и талию. Маша же, почувствовав, что он ей ответил, лишь крепче обхватила его руками, сжимая ткань его куртки и тихо всхлипывая. Д.А. Все хорошо будет, не переживай. Хочешь, я этому уроду челюсть сломаю? М.А. Как в тот раз, твоему теске? Тебе еще сколько? Пять месяцев на учете стоять? Еще хочешь? Д. Она подняла голову от его плеча. Её голос хоть и был заплаканный и немного прерывался, но она явно не одобряла его предложение, что прекрасно ощущалось и даже пугало. Д.А. Если тебе это хоть чем-то поможет, то почему бы и нет. Пять месяцев – не так уж и много. М.А. Идиот! Не вздумай! Д.А. Ладно-ладно, шучу... Наверное И еще, эта мразь мне не теска. Я Даня, он Данила, и вообще, не люблю, когда меня по имени зовут, Сэм я. Д. «Сэм». Позывной ставший чуть ли не второй кожей и полученный в патриотической организации под названием «Центр военно-спортивной подготовки имени героев войны», где Сэм уже успел стать лидером. Иронично, что своё собственное имя он почти не использовал. Да и никто по имени, за исключением старшего поколения, к нему не обращался. Но она… М.А. Но мне же ты разрешил тебя по имени звать? Д.А. Тебе да... Но ты же знаешь, что это исключение. Д. Она знала. Они были знакомы с малых лет, чуть ли не с пелёнок, а сколько прошли вместе даже вспомнить уже будет сложно. А сколько ещё пройдут? Кто знает… Сэм слегка отстранился, но его руки остались лежать на её талии, будто если бы он отпустил, то она бы исчезла, растворилась, оставшись лишь воспоминанием. М.А. Ладно... Думаю, ты прав. Все хорошо будет. Д. Шмыгнув носом начала она. М.А. А у тебя когда занятие заканчивается? Д.А. С учетом того что оно еще не началось, осталось ещё около часа или того больше… А что? М.А. Да я подумала, может... прогуляемся после школы? Д.А. Ну я не против... Только вот я в форме. Не очень, наверное, подходит для прогулок? М.А. Я тебе уже сказала, что тебе она идёт, так что даже не думай. Всё нормально. Д.А. Ну тогда ладно, где встретимся? М.А. Давай... около библиотеки на 4-ом? Я хотела книгу сдать. Вот и повод. Я прямо сейчас туда пойду, чтобы не опоздать. Д.А. Хорошо! Иди тогда, мне всё-таки надо закончить с подготовкой к этому уроку. Д. Девушка обняла парня на прощание, уже легко, непринуждённо, и, в предвкушении встречи, с радостью во всё ещё красноватых глазах побежала к двери, помахав рукой. Д. Раздалась тихая вибрация телефона. Смотря в дверной проём, где только что стояла Маша, Сэм отвлекся на сообщение. Д.А. Кому приспичило? Д. Открыв телефон и зайдя в чат, он увидел одно короткое сообщение "привет". Д.А. Катя? Ничего себе новость, давно не писала. *Далее переписка* Д.А. Привет, давно тебя не слышно, а тут неожиданно написала, что-то случилось? К.С. Ну почему именно случилось? Может я соскучилась, или время свободное появилось. Как у тебя дела? Д.А. Да все хорошо, жду детей. Буду вести рекламное занятие для своей организации, а у тебя там как дела? Соскучилась, поди, по родному Чехову?) К.С. Да ты у нас детей уже учишь?) Много я пропустила... А по Чехову да, соскучилась. Двенадцать лет прожила там как-никак. Хотя и Питер уже родным стал... Кстати, что я написала то, новость у меня есть! Д.А. ДА? Что за новость? К.С. Я прямо сейчас еду в Чехов на поезде! Д.А. Вот это нихера себе новость! Почему раньше не сказала? К.С. Я сюрприз хотела сделать. Получилось?) Д.А. Не то слово! В прошлый раз виделись последней зимой ведь. К.С. Да, давно было. Жаль, что я ненадолго. Родителям по работе нужно, одним днем, а я за компанию. Хоть с тобой увижусь. Д.А. Я польщён, только почему именно со мной? У тебя же остались друзья в Чехове? К.С. Друзья? Нет, есть пара знакомых, не более. Если так подумать, ты и вовсе один остался. Д.А. А Алина? Вы же вроде хорошо общались, когда ты переехала. К.С. Мы перестали общаться. Я уже устала постоянно с того света её вытягивать. Она мне постоянно в красках рассказывает про свою тяжелую жизнь, а как я к ней за помощью не приду, так она находит классические отмазки. Пожалуй, с меня хватит. Д.А. М-да...я конечно всей картины не вижу, но надеюсь, что ты сделала правильный выбор. К.С. Благодарю. Ты уж прости, у меня интернет пропадает, давай позже спишемся? Д.А. Конечно, как тебе удобно будет. К.С. Тогда пока) Д.А. Да, давай) (Катька Был(а) в сети только что) Д. Сэм выключил телефон и положил на стол, посмотрел на часы на руке. Время тянулось с невероятно медленной скоростью, что вполне свойственно для школы. Прошло не так много времени с ухода Маши, около пяти, может шести минут. Д.А. Что-то в сон клонит... Ладно, разбудят, как придут. Д. Сэм зевает, прикрывая рот рукой и щурясь от яркого света с улицы. Он сложил руки на столе, положил на них голову и закрыл глаза, погрузившись в хоть и беспокойный, но всё же столь желанный сон. *** Незадолго до этого.... Д. Закрыв дверь квартиры и выйдя из дома парень остановился у подъезда и достал телефон. Экран вспыхнул и тут же показал два пропущенных от контакта «Мама». Молча он нажал на кнопку вызова и приложил телефон к уху, после чего послышались монотонные гудки столь привычные для слуха. Спустя несколько затяжных секунд послышался уставший, но от этого не менее обеспокоенный женский голос. «Мама». Ало? Сынок? ??. Да, мам, ты звонила. Извини, что не ответил, занят был. «Мама». Ничего, ты поел? Рубашку погладил, как я велела? ??. Да, не переживай ты так, с голоду точно не помру. «Мама». Ну всё, удачи тогда на строе. Я приеду поздно, так что не жди. ??. Хорошо, понял, люблю тебя. Пока. Д. Парень спешно убрал телефон в карман, собираясь идти в школу, как вдруг его остановил тихий звук со стороны подъезда. Это было почти жалобное мяуканье. Обернувшись, он увидел черную кошку которая медленно, слегка раскачиваясь, но всё также по-кошачьи вальяжно, подошла к нему. Её глаза были почти бесцветные, стеклянные как у слепого, а шерсть грязная, свалявшаяся в колтуны и жесткая на вид. Смутил ли его столь побитый вид кошки? Нет. ??. Бедолага… Ты голодная? Сейчас, подожди... Д. Он присел на одно колено, попутно сняв со спины рюкзак и достав оттуда небольшой пакетик с кошачьим кормом, парень открыл его и высыпал перед кошкой. Она медленно подошла к корму и начала его неторопливо есть. На удивление парня, она была спокойна и не торопилась поглотить предложенное ей угощение, будучи голодной на вид. ??. Ну вот, намного лучше. Хорошая, хорошая… Д. Пока кошка ела, парень протянул к ней руку, но едва он успел прикоснутся к ее жесткой, слипшейся шерсти, как вдруг кошка молниеносно дернула головой и впилась в его кисть своими маленькими зубками, почти полностью вонзив их в плоть парня. ??. Аааай! Сука! Аайй, за что?! Д. Парень резко одернул руку и отбросил кошку. Та, в свою очередь спешно скрылась за углом, мелькнув на последок своим облезлым хвостом. Парень схватился за укушенную руку, кряхтя и постанывая от боли, неестественно сильной для обычного укуса кошки, пульсирующей и растекающейся по всему телу точно яд. ??. Твою мать...больно то как, зараза... Ладно, промою водой в школе, а то и так опаздываю. Д. С этими словами парень вытер руку о черные брюки, на которых следов крови не было видно, взял рюкзак и быстрым шагом, переходящим на бег, направился в школу. Д. Во дворе, напротив школы, стоят строем ученики, весенний теплый ветер почти синхронно развивает галстуки юношей и девушек, с лиц некоторых капал пот, разбиваясь об горячий асфальт, разогретый палящим майским солнцем. До начала смотра остается около 10 минут, перед его началом проходит строевым маршем начальный класс с песней "Катюша". В одном из строев стоял тот парень, который практически ничем не выделялся среди других белых рубашек, за исключением того, что его кожа была бледная, почти того же цвета, что и рубашка, когда у всех остальных лица были красные от мучительной жары. Он издал странный хрип, после чего разразился кашлем. Вопреки строя, парень закрыл рукой свое белёсое лицо, на которой отчётливо были видны красные пятна. Это была кровь. Кровь, которую он только что откашлял. Отойдя от ступора, он вытер уголки рта другой рукой, заляпав край рукава ещё недавно белоснежной рубашки от крови и повернул руку тыльной стороной, чтобы никто не заметил кровь, незачем было наводить лишнюю панику, после чего, он вышел из строя и подошел к классному руководителю. ??. Надежда Саввовна, мне нужно в уборную. Разрешите покинуть строй. Учитель. Ну ты как всегда вовремя! Ладно, иди, только быстро! Д. Он быстро побежал к школе, обходя отряды других классов, а когда подошел к входной двери школы, он потянул за ручку, на которой осталось едва видимое пятно крови. Добежав до туалета, он завис над раковиной и снова начал кашлять, голова шла ходуном, мысли не складывались в единую картину. Когда он смог ненадолго передохнуть от режущего глотку кашля, парень посмотрел на свою окровавленную руку. Её неконтролируемо трясло, а с кончиков пальцев кровь капала на и без того красную от крови вперемешку с тягучей слюной раковину. ??. Твою мать, что происходит?...мне нельзя домой...нельзя... Д. После этих слов, он поднял голову и его взгляд впился в его собственное отражение в зеркале. Он все еще бледный, только теперь яркими акцентоми стали подтёки крови на дрожащих то ли от страха, то ли от судорог губах. Выйдя из оцепенения он умылся и смыл всю кровь с раковины после чего побежал на улицу. Рубашку так и не удалось реанимировать, но его уже это не так волновало. Его ждал класс, опаздывать нельзя. ??. Надежда Саввовна, я... Д. Не успев договорить, его жестом останавливает учительница, поторапливая. Учитель. Давай быстрее, скоро начинаем. Д. Парень встал в строй, в суматохе учитель не заметили красное пятно на его рубашке. Сейчас уже не до этого, класс начинал выполнять команды. - Здравия желаю, товарищи воспитанники! (Хором) - Здравия желаю, товарищ главный судья! -Поздравляю вас с 81 годовщиной Великой победы! Д. Звуки медленно затихали, сознание плыло, ускользая с невыносимой скоростью. Стоящий в строю бледный парень начал закрывать рот руками и кашлять кровью. Окружающие его ученики не обращали на это внимание, хоть некоторые и оборачивались до того момента пока он не упал на теплый асфальт и начал трястись как эпилептик, отхаркивая реку крови. Судороги сводили его конечности, изгибая их под неестественными углами. Грудь вздымалась со страшной скоростью, норовя разорваться. Глаза закатились и были видны лишь края радужки, дрожащие из стороны в сторону. Его хрипы утопающего в собственной крови нарушали эту череду испуганных вздохов и возгласов. ???. Что с тобой? ???. Вызовите скорую! ???. Какой ужас! Д. Вокруг бедолаги стали собираться ученики, учителя и судьи. Стоящая в толпе девушка присела около него, когда тот уже перестал трястись и лишь слегка дёргал головой в луже собственной крови. Она склонилась и неожиданно выкрикнула. Девушка. Он жив! Он подвинул головой! Ты как? Давай помогу встать. Принесите воды кто-нибудь! Д. Девушка протянула руку к парню, ту спасительную руку, что уже не сможет спасти, как бы она того не желала. Секунда, этого было достаточно. Только что лежащий парень развернул голову в сторону девушки и вгрызся зубами в её тонкое запястье. Его лицо было пустое, оно не выражало ни боли, ни страха, ни безумия и оттого становилось лишь страшнее. Глаза почти белые, словно смотрят в пустоту. Девушка. Аааааай! Ты что творишь! Аййй,больно!!! Д. Толпа начала кричать и те, кто стоял ближе к происходящему начали отходить как можно дальше. Парень прогрыз ей руку до кости, вырвав кусок плоти и тут же выплюнув его на асфальт. Кожа на руке свисала, напоминая жалкую тряпку. Девушка пыталась отползти на локтях, крича так, что вскоре голос сорвался на хрипы, и голос больше напоминал свист. Парень, если его ещё можно было таковым назвать, на этом не успокоился и стал разрывать зубами живот бедной девушки, из которого полезли внутренности, всё ещё отчаянно пульсирующие жизнью. Они сползали с ее живота и ложились на землю. Она перестала дёргаться, и бездыханная тушка двигалась только за счёт «существа» разрывающего её на части. В воздух поднялся омерзительный запах. Нападавший случайно одернул юбку девушки, оголив запачканные кровью прекрасные, но израненные об асфальт бедра, столь нежная кожа всё больше покрывалась мелкими кровоточащими порезами. Девушка, или скорее то, что от неё осталось, больше не издавала каких-либо звуков. Только воздух, выходящий из ее легких в последний раз издал едва слышный свист. Глаза закатились, как и у её убийцы, оставив на виду только белок глаз. Отойдя от шока, несколько крепких парней ринулись оттаскивать парня, они схватили его под руки, но это не остановило одичавшего, он укусил одного из храбрецов за руку, сдирая кожу под мелодичную симфонию криков. В этот момент девичья тушка, которой только что вспороли живот, встала, колени заваливались, ноги едва-ли держали тело, будто норовя переломиться как соломинки. Из остатков ее живота свисали и волочились по земле кишки, но это никак не помешало ей в нечеловеческой скоростью наброситься на одного из зевак поблизости, что не успел из-за толпы сбежать. Ах, этот чудный майский день! Палящее в вышине солнце, ясное нежно-голубое небо и… Вопли. Вопли в цветении тополя.