1.Выбор

Я сидела в тёмном переулке, стараясь слиться со стеной и не издать ни звука. Холодный камень неприятно упирался в спину, а дыхание всё никак не хотело становиться ровным. Совсем рядом пробежал служебный отряд — тяжёлые сапоги глухо стучали по мостовой, эхом разносясь по улицам. Я задержала дыхание и лишь спустя несколько секунд осторожно выдохнула. — Вроде пронесло… — едва слышно прошептала я. Но стоило мне немного расслабиться, как в тишине вновь послышались шаги. Сердце тут же ухнуло вниз. — Рия, бежим, ты пойдёшь с нами, — быстро проговорила Энни. Не дав мне и слова сказать, она схватила меня за руку и потянула за собой. Я сорвалась с места следом за ней, едва успевая ориентироваться в узких улицах. Ветер бил в лицо, дыхание сбивалось, а мысли путались одна за другой. Как вообще всё дошло до этого? *** Рия Ламмар — девочка тринадцати лет с длинными чёрными волосами и такими же тёмными глазами. Она была выше большинства детей своего возраста, но при этом оставалась быстрой и ловкой. Не самая сильная физически, зато юркая и выносливая. Воин Марли. С самого детства её готовили к одной цели — стать наследницей титана. Когда-то Рия гордилась этим. Ей казалось честью служить своей стране, быть полезной, сильной, нужной. Она тренировалась до боли в мышцах, терпела наказания, старалась быть лучше остальных и с нетерпением ждала дня отбора. Но в один момент всё изменилось. *** Уже завтра нам должны вручить наших титанов. Всю жизнь я готовилась к этому дню. Каждый день тренировок, каждый синяк, каждая бессонная ночь — всё было ради этого момента. Я так сильно хотела, чтобы меня выбрали, но теперь, когда это произошло, внутри будто что-то сломалось. В голову впервые закрались сомнения. Раньше всё казалось таким простым: есть враги, есть мы. Нас учили этому с детства. Люди за стенами — чудовища, угроза, зло, которое нужно уничтожить. Но почему тогда мне так страшно? Я ведь буду убивать людей. Да, нас уверяли, что жители острова опасны. Что они заслуживают ненависти. Но ведь там есть и дети. Такие же, как мы. Они смеются, плачут, боятся темноты, держатся за родителей. Неужели и их мы должны уничтожить? От одной этой мысли внутри всё холодело. Так не должно быть. Я обязана что-то сделать, пока не стало слишком поздно. Единственный выход — сбежать. Даже думать об этом было страшно. — Это неправильно… — тихо прошептала я, обращаясь к Энни. — Мы не должны просто так разрушать чужие жизни. Я не хочу этого. Энни серьёзно посмотрела на меня. В её взгляде не было осуждения — только тревога. — Но ты же понимаешь, что это будет считаться изменой? — тихо сказала она. — Тебя убьют, если ты откажешься. Одумайся. Я не хочу, чтобы это произошло. — Да, но я уже решила. Я не буду в этом участвовать. Понимаешь? Я не могу… Голос предательски дрогнул. Тело начало мелко трясти, и Энни осторожно взяла меня за руки. — Я бы помогла тебе… — после паузы сказала она. — Но боюсь, здесь я бессильна. Я отвела взгляд. — Рано утром я сбегу. У меня нет другого выбора… прости. Больше всего было больно от того, что я оставляю её одну. Мы всегда должны были поддерживать друг друга, а теперь я просто исчезну, бросив Энни разбираться с последствиями. — Удачи, Рия, — тихо произнесла она. После этого мы легли спать. Точнее, попытались. Я долго смотрела в потолок, не в силах сомкнуть глаз. Мысли путались и становились всё тяжелее. Какого чёрта я творю? Неужели я действительно собираюсь отказаться от всего, ради чего жила? Но сильнее всего меня мучило другое. Если я сбегу, Энни придётся занять моё место и унаследовать Женскую особь. Вместо спокойной службы внутри страны её отправят на далёкий остров выполнять миссию, которая изначально предназначалась мне. Мои грехи достанутся ей. От этого становилось ещё хуже. Утро наступило слишком быстро. Я резко распахнула глаза, и на мгновение показалось, будто вовсе не спала — просто лежала с закрытыми глазами, бесконечно прокручивая в голове возможные исходы этого дня. В комнате было тихо. Энни спала, отвернувшись к стене. Я медленно поднялась с кровати, стараясь не шуметь, взяла заранее подготовленную сумку и так же тихо вышла из комнаты. Коридоры встретили меня мёртвой тишиной. Каждый шаг отдавался в ушах слишком громко. Казалось, стоит кому-нибудь выглянуть из-за угла — и всё закончится. Но охраны было немного. Ещё слишком рано. Да и кто вообще заподозрит в побеге человека, который всю жизнь посвятил службе стране? Именно поэтому мне удалось выбраться наружу. Холодный утренний воздух ударил в лицо. Город только начинал просыпаться: где-то скрипели ставни, слышались далёкие голоса, шаги, звон посуды. Я быстро шла вперёд, стараясь держаться теней. Главное — не останавливаться. *** Через час в нашу с Энни комнату зашёл солдат, чтобы разбудить нас и забрать на утреннюю тренировку. — А где Ламмар? — спросил он, нахмурившись и оглядывая комнату. Энни медленно поднялась с кровати и посмотрела на него сонным взглядом. — Спать ложились вместе. Не имею понятия, где она, — холодно ответила она. Солдат резко выругался. — Вот чёрт… Развернувшись, он быстро выбежал из комнаты. Уже через несколько секунд по коридорам послышались торопливые шаги и приглушённые голоса. Меня начали искать. *** Прошло совсем немного времени, а по всему городу уже бегали солдаты. Кто-то проверял улицы, кто-то расспрашивал прохожих, кто-то осматривал переулки и дворы. Я же почти ничего не спланировала. Единственное место, куда я могла пойти, — дом Клэр. *** Клэр — так звали девушку, с которой мы познакомились несколько лет назад. Невысокая, с русыми волосами и светло-голубыми глазами. Она работала на рынке, продавала цветы и всегда пахла чем-то сладким и свежим — травами, лепестками, дождём. *** Клэр никогда не понимала моего желания стать воином. Она не могла представить, как вообще можно добровольно согласиться на подобную жизнь. — Я бы не смогла убивать людей, — однажды сказала она. Тогда я лишь отмахнулась от её слов. Теперь же сама думала точно так же. Сейчас у меня в голове была только одна мысль — добраться до неё раньше, чем меня поймают. Я быстро сворачивала с улицы на улицу, стараясь не попадаться на глаза военным. Несколько раз приходилось буквально вжиматься в стены домов, когда мимо проходили патрули. Сердце колотилось так сильно, что начинало подташнивать. Наконец впереди показался знакомый дом. Я почти подбежала к двери и начала быстро стучать. — Кто в такую рань пришёл?.. — сонно пробормотала Клэр, открывая дверь. Она потёрла глаза, но, увидев меня, резко замерла. — Боже… Рия?! Клэр тут же схватила меня за руку и быстро втянула внутрь, захлопнув дверь. — Что ты тут делаешь? — прошептала она. — Прости… Я… я передумала и решила сбежать. Мне больше некуда идти, — нервно затараторила я. Несколько секунд Клэр просто смотрела на меня, а потом тяжело выдохнула. — Я ведь говорила, что всё это плохо кончится, — тихо сказала она. Но злости в её голосе не было. Только беспокойство. — Оставайся у меня, сколько сможешь. Тут тебя вряд ли станут искать. Она слегка улыбнулась и прошла вглубь дома, словно это решение было для неё очевидным. Я замерла на месте. — Ты… правда поможешь мне? Клэр удивлённо обернулась. — А как иначе? В груди вдруг стало тепло и тяжело одновременно. Я не заслуживала такой доброты. И правда, кому вообще придёт в голову искать солдата Марли в доме обычной продавщицы цветов? О нашем знакомстве знала только Энни, и я была уверена — она никому не расскажет. Мы познакомились несколько лет назад на рынке. Тогда Клэр продавала цветы, а я после тренировки случайно остановилась возле её лавки. Не знаю почему, но меня заинтересовала эта девушка. Она казалась слишком спокойной для этого мира. С тех пор мы иногда разговаривали, когда у меня появлялось свободное время. С Клэр было легко. Рядом с ней можно было хоть ненадолго забыть, кем тебя пытаются сделать. Когда я прошла в гостиную, ко мне тут же подбежал рыжий кот и начал тереться о ноги. — Привет, хороший, — тихо сказала я, присаживаясь. Я осторожно взяла его на руки и начала гладить мягкую шерсть. Кот довольно замурлыкал и уткнулся мордой мне в плечо. Мне всегда хотелось завести животное, но в условиях подготовки воинов это было невозможно. — Это Рики, — сонно улыбнулась Клэр. — Теперь нас трое. Я невольно усмехнулась. — Можешь быть спокойна, мы с Рики тебя прикроем. Она выглядела такой уставшей, будто ещё не до конца проснулась, но всё равно пыталась меня поддержать. — Раз уж встала, пойду на рынок. А вы сидите тихо и не шумите. — Спасибо тебе огромное… — устало пробормотала я. — Я у тебя в долгу. Клэр лишь махнула рукой. Через полчаса она собралась и ушла на работу. Я закрыла дверь изнутри и наконец позволила себе расслабиться. Ноги дрожали от напряжения. Я медленно опустилась на диван и прикрыла глаза. Ребята, наверное, уже получили своих титанов. Через месяц подготовки их отправят на остров. Интересно… они сейчас думают обо мне? С этими мыслями я незаметно провалилась в сон. Так прошёл месяц. Странный, тихий месяц, который одновременно тянулся бесконечно долго и пролетел слишком быстро. Я почти не выходила из дома. Лишь иногда осторожно выглядывала в окно, наблюдая за жизнью снаружи. Утром улицы наполнялись голосами торговцев, днём мимо проходили уставшие люди, а по вечерам город становился спокойнее, будто наконец мог выдохнуть после тяжёлого дня. Всё это время Клэр скрывала меня. И чем дольше я жила рядом с ней, тем сильнее понимала, насколько многим ей обязана. Она работала с утра до вечера, чтобы прокормить нас обеих, а я почти ничем не могла помочь. Только убиралась по дому, готовила то, чему она успела меня научить, и заботилась о Рики, пока хозяйки не было дома. Иногда становилось тошно от самой себя. Клэр рисковала всем ради меня. Если бы солдаты нашли меня здесь, её бы точно не пощадили. Но даже несмотря на это, она ни разу не пожаловалась. Лишь иногда возвращалась домой особенно напряжённой. — Сегодня на рынке опять были военные, — тихо сказала она однажды вечером, снимая обувь у двери. У меня внутри всё тут же похолодело. — Они… что-то спрашивали? Клэр молча кивнула и устало опустилась на стул. — Показывали твою фотографию. Я почувствовала, как пальцы невольно сжались. — И что ты сказала?.. — Что никогда тебя не видела, — спокойно ответила она, хотя по её лицу было видно, насколько тяжёлым оказался тот разговор. — Не переживай, они ничего не заподозрили. Я опустила взгляд. — Прости… — Даже не начинай, — перебила Клэр. — Ты уже здесь, значит, будем разбираться с этим вместе. После таких слов становилось ещё тяжелее. Большую часть времени я проводила дома. Рики быстро ко мне привык и теперь постоянно ходил следом. Иногда он запрыгивал ко мне на колени, пока я сидела у окна, или укладывался рядом ночью. Наверное, только благодаря ему и Клэр я окончательно не сошла с ума за этот месяц. Но мысли о ребятах всё равно не уходили. Сейчас они наверняка уже готовятся к отправке. Я пыталась убедить себя, что поступила правильно, но чувство вины продолжало душить изнутри. Особенно когда вспоминала Энни. Вечером перед тем самым днём я почти не находила себе места. Очень хотелось увидеть ребят хотя бы ещё раз. Просто убедиться, что с ними всё в порядке. На следующее утро Клэр, как обычно, ушла на рынок. До отправки солдат оставалось около двух часов. Я долго сидела на диване, смотря в одну точку. Не ходи. Это слишком опасно. Но чем дольше я думала, тем сильнее понимала — всё равно пойду. В конце концов я быстро поднялась, оставила Клэр записку с благодарностью на случай, если не вернусь, оделась и подошла к Рики. — Присмотри за ней, ладно? — тихо сказала я, погладив кота. Тот недовольно мяукнул, словно почувствовал, что происходит что-то плохое. Я глубоко вдохнула и вышла из дома. Город был наполнен военными. Одни патрулировали улицы, другие следили за порядком возле площади, а некоторые, судя по всему, всё ещё искали меня. Сегодня был слишком важный день. Никто не хотел допустить ошибок. Я быстро двигалась вдоль домов, стараясь держаться в тени и лишний раз не смотреть людям в глаза. До места отправления оставалось совсем немного. Пятнадцать минут. Может, меньше. Я уже почти добралась, когда какой-то мужчина внезапно остановился посреди улицы и уставился на меня. Сердце пропустило удар. — Эй… — нахмурился он. — Это же… Не успела я среагировать, как он резко закричал: — Она здесь! Всё внутри оборвалось. Несколько солдат тут же обернулись в мою сторону. — Стоять! Я сорвалась с места раньше, чем они успели подбежать. Лёгкие моментально обожгло холодным воздухом. В ушах шумела кровь, шаги и крики преследователей становились всё ближе. Я резко свернула в переулок и, заметив старые ящики и коробки, быстро спряталась между ними, прижавшись к стене. Снаружи послышались торопливые шаги. — Куда она побежала?! — Ищите внимательнее! Я закрыла рот рукой, стараясь дышать как можно тише. Шаги постепенно начали отдаляться. — Вроде пронесло… — едва слышно прошептала я. Но в следующую секунду снова послышались шаги. Кто-то остановился совсем рядом. Я замерла. — Так вот ты где. Я резко подняла голову. Передо мной стояла Энни. — Пошли, — тихо сказала она. — Ты поедешь с нами. *** Надев капюшон поглубже, я осторожно шла за Энни, стараясь не смотреть по сторонам. Сердце всё ещё бешено колотилось после погони, а ноги дрожали от напряжения. До сих пор не верилось, что меня не поймали. Впереди уже виднелся корабль. Солдаты суетились у пристани, проверяли груз, переговаривались между собой. Кто-то таскал ящики, кто-то следил за посадкой. Шум моря смешивался с голосами людей и скрипом дерева. — Не отставай, — тихо бросила Энни. Я кивнула. Райнер и Бертольд уже ждали неподалёку. Заметив нас, они быстро переглянулись. — Всё чисто, — негромко сказал Райнер. — Давайте быстрее. Пока парни отвлекали военных разговорами, мы с Энни незаметно проскользнули внутрь корабля. Только когда за спиной закрылась дверь каюты, я смогла нормально вдохнуть. — Это моя комната, — сказала Энни. — Сиди тихо. Если что — прячься в шкаф. Она быстро поправила волосы и уже собиралась уходить. — Энни… Та обернулась. Я на секунду замялась. — Спасибо. Она лишь слегка пожала плечами. — Потом поблагодаришь, если нас всех не поймают. После этого Энни вышла, оставив меня одну. Я медленно опустилась на пол возле шкафа и наконец позволила себе расслабиться. Тело казалось тяжёлым, словно из меня разом вытащили все силы. В каюте было тесно, но не смотря на это уютно. Небольшая кровать у стены, деревянный стол, несколько полок с вещами. Корабль слегка покачивался на волнах, и от этого становилось странно спокойно. Я прикрыла глаза. Интересно… как сейчас отреагирует Клэр, когда вернётся домой и не найдёт меня? Наверняка будет волноваться. От этой мысли внутри неприятно сжалось. Я так и не смогла нормально попрощаться. Всё произошло слишком быстро. Если бы была возможность, я бы с радостью вернулась к той тихой жизни. К вечерам на кухне, запаху выпечки, сонному Рики и разговорам с Клэр. Но такой жизни у меня никогда и не было по-настоящему. Рано или поздно прошлое всё равно бы меня догнало. Спустя какое-то время дверь тихо открылась, и в каюту вернулась Энни. Она сразу закрыла дверь на замок и только потом села рядом со мной. — Чудом всё прошло нормально, — сказала она, устало выдыхая. — Тебя не заметили. Парни хорошо отвлекли охрану. Я удивлённо посмотрела на неё. — Так они знали?.. И всё равно решили помочь? Почему-то после моего побега я ожидала чего угодно — злости, презрения, ненависти. Но точно не этого. Энни усмехнулась. — Конечно знали. Как бы ты без нас справилась? Я невольно опустила взгляд. — Огромное вам спасибо… Правда. Несколько секунд в каюте стояла тишина. — Конечно, хотелось бы остаться там, — тихо сказала я. — Но, видимо, спокойная жизнь мне не светит. Может… так даже лучше. По крайней мере, я буду рядом с вами. — Что ни делается — всё к лучшему, — спокойно ответила Энни. — Мы тебя не бросим. Я лишь слабо улыбнулась и кивнула. Странно. После всего случившегося именно эти слова почему-то успокоили сильнее всего. Плыли мы недолго. За это время к нам несколько раз заходили Райнер и Бертольд — проверить, всё ли в порядке. Каюта сразу становилась теснее, когда они появлялись внутри. — Ну как ты тут? — спросил Бертольд, неловко присаживаясь рядом со стеной. — Живая, — тихо усмехнулась я. — Уже неплохо, — вставил Райнер. Я посмотрела на ребят и на секунду задумалась. Наверное, после моего побега у них могли начаться проблемы. Их ведь тоже наверняка допрашивали. Но они всё равно помогли мне. — Спасибо вам, — серьёзно сказала я. — Правда. Всем вам. Райнер тут же махнул рукой, будто я сказала какую-то глупость. — Да ладно тебе. Мы же семья. После этих слов в груди стало тепло и одновременно больно. Семья. Страшно было даже представить, что однажды кого-то из нас может не стать. Охраны на корабле оказалось немного, поэтому, когда мы наконец приплыли, мне удалось незаметно выбраться наружу. Я стояла чуть в стороне и ждала остальных, кутаясь в плащ от прохладного ветра. Перед нами раскинулся остров. Тот самый. Место, о котором нам рассказывали с детства. Но почему-то сейчас он не казался чудовищным или пугающим. Просто чужая земля. Леса, холмы, ветер и далёкие стены. — Ну вот и начинается новая жизнь, — тихо сказал Бертольд. В его голосе чувствовалась тревога. — Да ладно тебе, — тут же отозвался Райнер, оглядывая местность. — Быстро тут управимся и вернёмся домой. Домой. Я невольно напряглась. А смогу ли я вообще когда-нибудь вернуться? Или после окончания миссии мне придётся остаться здесь одной? От этих мыслей по коже пробежали неприятные мурашки. Я быстро отвела взгляд и сосредоточилась на окружающем пейзаже. Карту местности мы знали хорошо, поэтому сразу двинулись к первой стене. Чтобы добраться быстрее, Энни пришлось превратиться в титана. Даже зная, что это она, я всё равно невольно замерла, когда огромное тело появилось перед нами. Земля дрогнула под ногами, а воздух словно стал тяжелее. Рядом с ней мы действительно казались крошечными. Энни осторожно подняла нас и побежала вперёд. Ветер тут же ударил в лицо с такой силой, что стало трудно дышать. Меня трясло. Парням, похоже, было всё равно — их почти невозможно убить, любые раны быстро затянутся. А вот меня Энни могла случайно раздавить одним движением. Я понимала, что она этого не сделает, но страх всё равно никуда не исчезал. Зато это был самый быстрый и безопасный способ добраться до стены. Пешком идти слишком долго, да и титанов вокруг хватало. Почти всю дорогу никто ничего не говорил. Лишь ветер шумел в ушах. К вечеру, когда мы наконец приблизились к цели, Энни остановилась и аккуратно опустила нас на землю. После этого она снова приняла человеческий облик. Небо уже начало темнеть. Мы дождались ночи и только потом перебрались через стену. Оказавшись внутри, я невольно замерла. Вот он. Мир за стенами. — Ну вот, тут нам придётся разойтись, — начал было Райнер. Я поняла, что это было адресовано мне, и молча кивнула. — Мы ещё встретимся, — сказала Энни. — Обязательно, — ответила я. Обняв всех на прощание, я пошла изучать город, а мои товарищи ушли готовиться к дальнейшим действиям. Была ночь, так что делать здесь особо было нечего — обычный маленький городок. Как нам и говорили, он был слабо развит: низкие кирпичные дома и ничего больше. Ну и, конечно, стены. Не могу поверить, что они живут, не зная, что находится за ними. Звучит как пытка. Пройдя ещё немного, я села между двух домов. Стояла приятная тишина, и я задремала. — Эй, ты чего тут сидишь, вставай скорее. Сквозь сон я услышала мягкий голос и попыталась открыть глаза. Солнце уже светило вовсю. Приглядевшись, я увидела перед собой пожилую женщину — она с волнением пыталась меня разбудить. — Ох, ты проснулась… что ты делаешь на улице, дитя моё? Я быстро заморгала, всё ещё не привыкнув к свету, и растерялась, не зная, что ответить. — Пошли в дом скорее. Я встала и, с просонья, даже не знала, что делать дальше. В итоге просто пошла за старушкой. Как оказалось, я уснула прямо у её дома. Она привела меня внутрь и усадила на диван. Дом был маленький, но уютный: пахло выпечкой, жёлтые старые стены, цветы на окне, небольшой диван и кресло рядом. Женщина вернулась из кухни с чашкой чая и тарелкой печенья, поставила всё на стол и села напротив. — Ну же, попробуй, не стесняйся, — сказала она. Я вообще не должна была заходить в чужой дом и тем более есть то, что предлагают незнакомцы. От людей с острова можно было ожидать чего угодно. Но всё же я осторожно отпила чай и удивилась — он был очень необычным, но при этом невероятно вкусным. — Вкусно… а что в нём? — Ох, дитя, я сама его заварила. Собрала разные листочки в лесу, вот и получился такой вкус. Могу потом показать, как делать такой чай. — Буду рада, — я улыбнулась. Чай я любила, так что отказываться было бы глупо. Я откусила печенье — свежее, мягкое, явно сделанное с заботой. После небольшой паузы женщина снова заговорила: — Давно у меня не было гостей… да и родственников нет. Некому пробовать мои «шедевры», — она усмехнулась. — Хорошо, что ты зашла. Я правда рада, что тебе нравится. — Так вы здесь одна живёте? — Да. Скучно, конечно, но я привыкла. Вот и начала больше готовить. — Я бы тоже хотела научиться готовить… я совсем не умею. — Конечно, мы бы могли приготовить что угодно. Только боюсь, твои родители будут волноваться, если ты пропадёшь. — Мм… у меня нет родителей. Я решила, что так будет проще. И почти не солгала. — Мне жаль… — старушка сочувственно посмотрела на меня. — А где ты тогда живёшь? — Я жила внутри стен, в лесу. Там было несколько домов. Когда-то там жила моя семья, но они умерли от болезни… и я осталась одна. К счастью, я знала местную карту, иначе пришлось бы придумывать что-то ещё хуже. — Бедняжка… тогда оставайся у меня, сколько хочешь. — Спасибо вам, — искренне улыбнулась я. Кажется, она действительно поверила. Даже странно, как легко люди впускают чужих в дом. Она оказалась просто одинокой доброй женщиной. И, наверное, остаться здесь ненадолго действительно было не худшей идеей. — Ладно, ты отдыхай, я потом приготовлю что-нибудь и схожу за травами. — Можно я помогу? — Конечно, буду рада. Кстати, можешь звать меня Роуз. А тебя как? — Рия. Приятно познакомиться. — Мне тоже, дорогуша. У тебя необычное имя. — Угу. Пока Роуз готовила, я осматривала дом. Потом мы поели, и она повела меня по городу. Сначала мы вышли на поляну. — Вон там мята, собери листья, а я займусь земляникой. — Хорошо. Я старалась запоминать всё, что мы собираем. Чай я любила, и хотелось научиться делать его так же хорошо, как и она. Потом мы пошли на рынок, купили мёд, малиновые листья и ягоды. По дороге я заметила троих ребят — двоих парней и девушку. Они о чём-то спорили. Миленькие. Вечером мы вернулись домой, и я помогла всё разложить. Роуз показала, как делать чай с мятой и малиной — получилось отлично. Я даже немного гордилась собой. — Я так рада, что ты появилась… мне снова стало не так одиноко, — сказала Роуз, обнимая меня. Я обняла её в ответ. Но на душе всё равно было тяжело. Я обманывала её. И понимала, что долго это не продлится. Ночью мы легли спать: она — в комнате, я — на диване. Пожелав доброго утра, Роуз дала мне кружку с напитком и ушла на кухню готовить, а я осталась сидеть в гостиной, медленно допивая чай. В доме было тихо. Только где-то за окном слышались голоса людей да редкий скрип телеги, проезжающей по улице. Я осторожно осматривалась по сторонам. Дом выглядел старым, но очень ухоженным. Всё стояло на своих местах, ни пылинки, ни беспорядка. На стенах висели маленькие вышивки с цветами, а возле окна стояли аккуратные горшки с какими-то растениями. Странно. Почему-то именно здесь я впервые за долгое время чувствовала себя спокойно. Через некоторое время Роуз выглянула из кухни. — Чего сидишь совсем одна? Иди сюда, поможешь мне. Я слегка удивилась. — Я? — Ну не я же, — усмехнулась она. — Или ты думаешь, что еда сама себя приготовит? Я тихо хмыкнула и всё-таки поднялась с дивана. Кухня была маленькой, но уютной. На полках стояли баночки с сушёными травами, мешочки с крупами и специями. От печи шло приятное тепло. — Вот, нарежь пока это, — сказала Роуз, протягивая мне овощи. Я неуверенно взяла нож, обычно я использовала его в других целях. — Сразу предупреждаю, готовлю я ужасно. — Значит, будем исправлять. Несмотря на её спокойный тон, я всё равно нервничала. В тренировочном лагере нас учили драться, выживать, подчиняться приказам… но уж точно не готовить. Первые кусочки вышли кривыми и слишком толстыми. Роуз лишь тихо посмеялась. — Да уж, тяжёлый случай. — Я же говорила. — Ничего, научим. И почему-то от этих простых слов внутри стало тепло. Мы провозились на кухне почти до вечера. Точнее, готовила в основном Роуз, а я скорее мешалась под руками, но она ни разу не разозлилась. Наоборот — спокойно объясняла, что и как делать, иногда поправляла мои движения или рассказывала что-нибудь по ходу готовки. Оказалось, она очень любит болтать. Особенно о травах, еде и чае. — А вот мята лучше пахнет после дождя, — рассказывала она, помешивая что-то в кастрюле. — И листья малины тоже надо собирать осторожно, иначе вкус будет горчить. Я внимательно слушала, стараясь всё запоминать. Никогда бы не подумала, что подобные разговоры могут быть настолько… уютными. Когда еда наконец была готова, мы сели ужинать вместе. Простая картошка с мясом почему-то казалась вкуснее всего, что я ела раньше. Может, дело было не в еде. — Ну как? — с интересом спросила Роуз. — Очень вкусно. Она довольно улыбнулась, будто услышала что-то невероятно важное. После ужина мы ещё немного посидели в гостиной. Роуз вязала что-то у окна, а я просто наблюдала за улицей. Люди постепенно расходились по домам, свет в окнах становился мягче, а город медленно погружался в вечернюю тишину. И чем дольше я сидела здесь, тем сильнее понимала одну страшную вещь. Мне начинало нравиться это место. Нравилась Роуз. Нравилась эта спокойная жизнь. А ведь через несколько дней всё могло исчезнуть. От этой мысли внутри неприятно заныло. — О чём задумалась? — вдруг спросила Роуз, не отрываясь от вязания. Я вздрогнула. — Да так… ни о чём. Она внимательно посмотрела на меня, но ничего говорить не стала. Позже мы разошлись спать. Роуз ушла в свою комнату, а я устроилась на диване в гостиной. Усталость навалилась почти сразу, но заснуть получилось не так быстро. Я лежала, смотря в потолок. Перед глазами постоянно всплывали лица ребят. Энни. Райнер. Бертольд. Интересно, где они сейчас? Наверное, уже готовятся к тому, что должно произойти. Я медленно закрыла глаза. Утром мы встали рано. Я проснулась от запаха чего-то сладкого и тёплого, доносившегося с кухни. Несколько секунд просто лежала, пытаясь понять, где вообще нахожусь, а потом вспомнила вчерашний день. Я медленно поднялась с дивана и, поправив волосы, вышла из гостиной. Роуз уже вовсю возилась на кухне. — Доброе утро, — сказала она, даже не оборачиваясь. — Я уж думала, ты до обеда спать будешь. — Доброе… — сонно пробормотала я. На столе уже стояли кружки и какие-то ингредиенты, а сама Роуз замешивала тесто. — Сегодня будем печь. Я удивлённо моргнула. — Что? — Имбирное печенье, — довольно ответила она. — Думаю, тебе понравится. Хорошо, что вчера на рынке имбирь нашли. Она выглядела такой довольной, будто это было какое-то большое событие. Я невольно улыбнулась. — Тогда постараюсь ничего не испортить. — Поздно, ты уже пришла на кухню, — усмехнулась Роуз. Я тихо фыркнула и подошла ближе. Пока мы готовили, я всё больше замечала, насколько уверенно она всё делает. Каждое движение было точным и привычным, будто руки сами знали, что делать дальше. Она почти не задумывалась, сколько чего добавлять, когда мешать или доставать противень. Наблюдать за этим было даже интересно. Мне же всё давалось куда хуже. То муки просыплю слишком много, то тесто неровно раскатаю, то забуду, что именно нужно добавить следующим. — Рия, это печенье, а не оружие, не надо так агрессивно месить тесто, — с усмешкой сказала Роуз. — Я стараюсь вообще-то. — Вижу. Но несмотря на подколы, она терпеливо всё объясняла и помогала исправлять ошибки. Когда печенье наконец отправилось в печь, кухня быстро наполнилась сладким пряным запахом. Имбирь смешался с теплом теста, и от этого аромата сразу стало уютно. Мы сели ждать. Роуз что-то тихо напевала себе под нос, а я наблюдала за огнём в печи. Странно… ещё недавно я пряталась от военных в переулках, а теперь спокойно сижу на кухне и жду печенье. Будто это вообще моя жизнь. Когда всё наконец приготовилось, Роуз осторожно поставила противень на стол. — Только не хватай сразу, горячее. Я всё равно чуть не обожглась. — Ай… Роуз тихо рассмеялась. — Ну кто бы сомневался. Подождав немного, я наконец попробовала печенье и удивлённо замерла. — Мм… Как же вкусно. Я посмотрела на печенье в руках так, будто это было что-то невероятное. — Никогда бы не подумала, что у меня может получиться что-то подобное. И это была правда. Такие мелочи почему-то радовали намного сильнее, чем должны были. Наверное, потому что рядом с Роуз я впервые за долгое время чувствовала себя обычным человеком, а не будущим оружием. — Да, ты умничка, — довольно сказала она. — Я знала, что тебе понравится. Она выглядела такой счастливой, что у меня внутри всё неприятно сжалось. — Теперь у нас много времени, чтобы приготовить всё, что душе захочется. Я натянуто улыбнулась. — Конечно… Если бы она только знала, как мало у нас этого времени. Позже я решила пройтись по городу одна. Хотелось ещё немного осмотреться и заодно проветрить голову. Роуз спокойно отпустила меня, лишь попросив не уходить слишком далеко. На улицах было людно. Люди занимались своими делами, кто-то торговал, кто-то нёс корзины с продуктами, дети бегали между домами.Обычная жизнь. И от этого становилось только тяжелее. В какой-то момент мимо меня быстро прошёл человек в капюшоне, почти задев плечом. Я уже хотела возмутиться, но вдруг почувствовала что-то в своей руке. Листок. Я резко остановилась и осторожно развернула его. «Через три дня, утром. Будь как можно ближе к выходу из города. Э.» У меня внутри всё похолодело. Пальцы невольно сжали бумагу. Только я начала привыкать к этому месту, как всё снова рушится. Неужели ребята собираются действовать так скоро? Я медленно спрятала записку в карман и огляделась по сторонам, но человека в капюшоне уже нигде не было видно. Остаток прогулки прошёл как в тумане. Вернувшись домой, я старалась вести себя как обычно, хотя мысли беспорядочно крутились в голове. Мы с Роуз приготовили ужин, поели вместе, а потом разошлись спать. Но уснуть быстро у меня так и не получилось. На следующее утро встали так же рано. Позавтракав кашей, я решила заглянуть в комнату Роуз. Ничего необычного: старая простенькая мебель. Она была сделана в уютных тонах, преобладал пастельно-розовый. На маленьком комоде около кровати я заметила письма и детские рисунки. — Ты нашла их? Я резко обернулась, не ожидая, что кто-то подкрадётся сзади. — Не хотела тебя пугать, — сказала Роуз, проходя в комнату. — Я доверяю тебе и думаю, что хотела бы поделиться своей историей. Пойдём в гостиную. На столе около дивана уже стоял ромашковый чай. Женщина, как обычно, села напротив меня, тепло посмотрев мне в глаза. Я лишь ждала её рассказа, не думая, что там будет что-то интересное. — У меня был сын, Томми. Мой мальчик служил в разведкорпусе. Разведкорпус. Нам рассказывали о нём — люди, которые борются с титанами. Должно быть, они очень храбрые, раз идут почти на верную смерть. Ещё есть гарнизон и военная полиция, но о них я знала куда меньше. — А как попасть в разведкорпус? — спросила я. — Нужно закончить три года специальной подготовки. И если всё это время продержишься, сможешь пополнить их ряды. — Ясно. Роуз слабо улыбнулась и продолжила: — Так вот, мой сын был в разведкорпусе и отдал свою жизнь ради спасения человечества. Он четыре года провёл в разведке и был очень отважным воином. К сожалению, за всё время их службы они так и не смогли узнать ничего нового, но я всё равно всегда буду им гордиться. — Мне жаль. Думаю, он был хорошим человеком, раз посвятил свою жизнь ради других. — Да, мой сынок был добрым и честным человеком. Я поддерживающе улыбнулась. — Сейчас разведка опять за стенами, но сегодня должна вернуться. Хочешь посмотреть? — Было бы интересно, — сказала я, задумавшись. — Ох, там как раз должен быть капитан Эрвин и капрал Леви. — Капитан и капрал? — Да. Эрвин Смит — глава разведкорпуса, а капрал Леви Аккерман — сильнейший воин разведки. — Вот как… ясно. — Ну что, тогда будем собираться? — Угу. Мне и вправду стало интересно посмотреть на этих людей. Особенно на их сильнейшего воина. Собравшись, мы вышли и направились ко входу в город. Там уже стояла толпа зевак около центральной дороги. Протиснувшись в первый ряд, мы стали ждать. И вот ворота открылись. Показалась группа солдат на конях в зелёных плащах. — Вон там, по центру, Эрвин. Посмотрев туда, я заметила, что все они выглядели уставшими и разбитыми. Многие были ранены. Роуз помахала Эрвину, и тот устало кивнул. На секунду он задержал взгляд на мне, а потом молча проехал дальше. — Он как всегда серьёзен. А вон Леви. Я посмотрела туда, куда указала старушка. Леви немного отличался от остальных. Во всех чувствовались боль, страх и отчаяние, а в нём будто было полное безразличие ко всему происходящему. Он смотрел только вперёд, совсем не обращая внимания на людей вокруг. Взгляд у него был ледяной. — Ну вот, опять одни потери. И ради чего всё это?.. — проносились по толпе недовольные выкрики, пока солдаты не скрылись из виду. — Почему все так недовольны ими? — тихо спросила я. — Они просто не понимают, чего пытается добиться разведка. Мы же не можем всю жизнь сидеть за стенами. Эти люди хотя бы пытаются освободить человечество от страха. — Ну да… Меня и правда заинтересовало то, как люди здесь справляются с титанами. Эти несколько дней пролетели незаметно. Я научилась готовить обычное печенье, булочки и пирог с ягодами, а ещё делать несколько видов чая. Роуз относилась ко мне очень тепло, будто я всегда жила здесь вместе с ней. Я уже привыкла к спокойной жизни, где можно делать что захочешь, а не тренироваться днями и ночами. Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Наступил последний вечер здесь. Мы, как обычно, поужинали тем, что приготовили вместе, а перед сном я неожиданно для самой себя обняла Роуз. Та сначала удивилась, но потом лишь тепло улыбнулась и обняла меня в ответ. После этого мы разошлись по комнатам. Я долго ворочалась, но всё же смогла уснуть. Проснувшись раньше обычного, я тихо поднялась, написала Роуз записку, собралась и вышла. В записке я написала, что пошла прогуляться, на случай если она проснётся раньше, чем всё начнётся. Как и просила Энни, я направилась ближе к выходу из города. Людей там почти не было, только пара пьяных мужчин из гарнизона. Я села на лужайке неподалёку и начала плести венок из ромашек, снова задумавшись о своём. Наверное, бабуля Роуз уже проснулась и волнуется за меня. И ребята, наверное, уже готовы. Посмотрев на небо, я примерно поняла, сколько сейчас времени. Осталось совсем немного. Через пятнадцать минут над стеной поднялся дым, а затем появилась огромная голова титана. Вместо привычной тишины город тут же заполнили крики ужаса и паники. — Хах, долго же ты, Бертольд… Колоссальный титан, как и требовалось, разрушил ворота Сигансины, и внутрь города хлынули титаны. Люди в панике бежали от входа, а я спокойно ждала возле выхода, пока гарнизон наконец догадается начать эвакуацию. Через минуту солдаты всё же начали выводить людей. Я медленно поднялась с земли и пошла вместе со всеми. Жаль, Райнера я, наверное, уже не увижу. Пробираясь сквозь паникующую толпу, я вдруг вспомнила про Роуз. Скорее всего, она уже не успеет выбраться. — Простите… — тихо прошептала я, надеясь на лучшее. Из-за толпы меня быстро вытолкнули вперёд, и вскоре я уже сидела в первой лодке, отправляясь за следующую стену. Может, попробовать стать разведчиком? Я ведь воин. Не могу же я просто сидеть и прятаться по чужой указке. Хоть чем-то я всё ещё могу быть полезна. Не хочется разрушать планы ребят, но я должна хотя бы попытаться. Да и идти мне больше некуда. Решено. С этими мыслями я смотрела на то, как Райнер пробивает стену Мария.