Глава 7: Его старания не напрасны.

Куромаку не нашел какого-нибудь лёгкого кресла, чтобы подвинув его в комнату, он мог бы дремать на нём, поэтому ему ничего не оставалось как спать рядом с ней. Хоть он и волнуется за Николь, но спать рядом с ней, у него не было особого желания. Он лёг сзади неё, перед этим зашторил шторы. Он знает, что вот только-только начнёт вечереть, но будет лучше если он сейчас немного отдохнёт, потому что чувствует, что ночь будет не простой. Мог бы, в принципе, и на диване в гостиной переночевать, но ему надо быть поближе к Николь. Снова потрогал её лоб, всё ещё холодный. Куромаку тяжело выдохнул, накрыл её одеялом чтобы она согревалась и лёг с другого края кровати глядя на неё. За окном идёт дождь, убаюкивает. В доме тихо, еле слышно как посапывает Николь, но в принципе и этого ему достаточно, чтобы знать что она жива. Потому что кто её знает, выживет она или нет. Поэтому Куромаку и беспокоится за неё. А так слышит как она сопит, поэтому более менее спокоен. Лежит и думает, в сон его не особо тянет. Думает, может это простуда, просто она так её тяжеловато переносит? Не знает, наверное... В любом случае она заболела, а значит ему надо её лечить. Николь крепко спит, не двигается даже. Стабильно проверяет её лоб, теплее не становится. Может наоборот, её не надо согревать? Или надо... Трефовый перевел задумчивый взгляд в потолок, интересно... Интересно как он привязался к ней. Почти ничего о ней не знает, но привязался. Снова посмотрел на неё, что ему делать...? Ночь обещала быть тяжёлой. Через минут так двадцать, Куромаку начал будить Николь чтобы дать той лекарство, но снова Николь наотрез отказалась пить таблетки. Он потряс её за плечико, Николь начала мычать просыпаясь. - Николь, я понимаю что тебе нужно спать, но тебе надо выпить таблетку. - сказал он тихо, но серьезно. - Не будууу...! - промычала Николь. Она отвернулась и залезла с головой под одеяло. - "Как ребёнок...!!" - Подумал про себя Трефовый нахмурившись. Хотя Николь и вправду ребёнок. Маленький брошенный ребёнок. Куромаку резко дёрнул её за плечо развернув к себе, затем снял с неё одеяло. Николь свернулась клубочком зажмурившись. - Куро! Я ценю твою заботу, но у меня просто голова болит! Оно само пройдёёт...!! - Простонала Ника когда он достал пузырёк с лекарством. - Ничего не пройдёт само, Николь. Мне пару дней хватило чтобы понять, что ты без меня не справишься. Николь, не думай даже что я отстану! Почему ты думаешь что это отрава? - Трефовый закрыл пузырёк вытащив оттуда одну белую таблетку. Николь вся сжалась, на её глазах заблестели слёзы. Она снова отвернулась, Куро заметил что она дрожит. - Я когда болела в приюте, меня хотели... о-отравить!!!... - Девятая взяла подушку и недолго думая кинула её в Куромаку. Куромаку, мягко говоря, не ожидал что в его лицо прилетит подушка. Он задумался над её словами, и резко в его лицо прилетела подушка, от чего его очки упали на пол. Куро что-то недовольно фыркнул себе под нос, наклонился чтобы поднять очки, Николь победно снова заползла под одеяло с головой и свернулась калачиком. Король надел очки, прищурившись посмотрел на девушку. Опять зарылась в одеяло, но на этот раз слышит тихие всхлипывания. Куромаку снова попытался снять с неё одеяло, но она вцепилась в него обеими руками. Куромаку перестал её трогать после нескольких тщетных попыток вытащить её из под одеяла. У него появилась идея. К Николь нужен особый подход, и он кажется понял какой... Николь маленькая, и учитывая её характер, ему будет легче давать ей лекарства через игру. Для начала ему нужно её убедить что он не причинит ей вреда. - Николь, если бы я хотел тебя убить, я бы это сделал ещё раньше, вспомни. Я не причиню тебе вреда, я пытаюсь тебе помочь! - Король в этот раз не стал её вытаскивать самостоятельно. Девушка долго не шевелилась, но потом выползла из под одеяла. Всё равно Николь не поддавалась, пока Куромаку не сказал ей: - Николь, давай с тобой поиграем в одну игру, это должно сработать с вероятностью в девяносто девять целых, девять десятых процента. Ты выпиваешь три таблетки когда надо, этим зарабатываешь себе один трюфель. Куромаку полностью угадал, Николь заинтересовалась таким предложением. Она развернулась лицом к нему, взгляд карих глаз зацепился за серые глаза. - А что такое трюфель? - Поинтересовалась Ника пытаясь понять, соглашаться ей или нет. - Это дорогие шоколадные конфеты. Я больше люблю из горького шоколада, но тебе вряд-ли он понравится, и я куплю тебе из молочного. Ты согласна? Николь немного помолчала сведя взгляд в сторону. - Я вообще не знаю что такое шоколад, но думаю я согласна. - Ответила девятая. - Шоколад это такая сладость. Отлично, давай начнём. Если хочешь, я могу принести тебе воды. Только прошу тебя не грызи её.. Не успел Куро закончить, как Николь взяла таблетку и уже вовсю жевала её. Трефовый шокированно смотрит на её немного покошенное лицо от кисло-горькой таблетки. - В-водички принести? - спросил тихо парень. Николь покачала головой морщась от вкуса таблетки. Куро не может понять, ей нормально или нет? Всё-таки он решил сходить на кухню и принёс чашку с водой. К тому времени Николь уже справилась с таблеткой и охотно выпила всю чашку с водой. Уже вечер. Куро еле-еле уложил Николь спать, перед этим дал ей другую таблетку светло-коричневого цвета. На этот раз, Николь без всяких уговоров её съела, но вкусом она, правда, не отличалась. Даже ещё хуже. Николь ведёт себя довольно активно, учитывая тот факт, что она болеет. Девушка никак сама не засыпала, а, соответственно, не спит и Куромаку. Он не очень хочет чтобы Николь знала, что он спит рядом с ней, как-то некомфортно только от этой мысли. Но всё равно Куро будет с ней лежать рядом, пока будет её укладывать. Николь очень понравилось когда он ей читает вслух. От этого она спокойна и быстрее засыпает. Куро поджёг пару свечек чтобы было лучше видно текст, взял книгу облокотившись спиной о стену. Ника прижалась к нему накрывшись одеялом. Читает он без особой интонации, но четко и понятно. Николь даже этого достаточно. "...И она разрыдалась. Упав на стул возле стола, она сложила руки, уткнулась в них лицом и расплакалась. Марилла и Мэтью растерянно переглянулись через печку. Ни один из них не знал, что сказать или сделать. Наконец Марилла нерешительно шагнула к ней. — Ну, ну, не надо так плакать. — Нет, надо! – Девочка быстро подняла голову, показывая заплаканное лицо и дрожащие губы. – Вы бы плакали тоже, если б были сиротой и приехали в место, где, как вы думали, будет ваш дом, и обнаружили, что вас не хотят брать, потому что вы не мальчик. Ох, это самая трагическая вещь, которая когда-либо со мной случалась!" Куро пробежался глазами по этим строчкам не решаясь это прочитать. Он мысленно пытался перефразировать данный отрывок текста, но все мысли никак не могли собраться и слова никак не связывались между собой. Но его спасло тихое сопение Николь. Куромаку облегчённо выдохнул, тихонько потрогал её лоб. Стал чуть теплее. Его старания не зря. Он выбрался из её объятий и задул свечку. В комнате сразу же стало темно, потому что уже поздний вечер. Куро подошёл к окну, отшторил шторку. За окном так и льёт дождь. Стоит тишина, разве что слышен только дождь, и только ему слышное посапывание Николь. Куромаку тяжело выдохнул, а затем подойдя к кровати, лёг с другого края... Время 01:49. Куро проснулся от тихого мычания сбоку. Он резко открыл глаза, но ничего сразу не увидел, потому что темно. Немного привыкнув к темноте, Трефовый подскочил. Тут же его ладонь упала на запястье Николь, его взгляд начал быстро и бегло оглядывать её. Пульс то тихий, то громкий. Николь спит, не может проснуться. Коснулся её лба, её лоб в холодном поту, сам по себе ледяной. Скорей всего, на человеческом языке, у неё поднялась температура. Она вся вспотевшая, руки немного трясутся, мычит от боли. Парень начал тихонько трясти её за плечо пытаясь разбудить. Потому что она не понимает, что происходит, похоже сниться какой-то кошмар. Но Николь спит довольно крепко, от этого ему трудно её разбудить. Кое-как он её разбудил, Николь проснулась и сразу издала болезненный стон, чем напугала Куромаку. - Николь, Николь, как ты себя чувствуешь? - Больно-о-а пошевелиться-а...! - ответила со стоном девушка. Ломит кости... Николь, похоже, стало ещё хуже. Что ему делать!? Как помочь?... Он поднёс пальцы к ней, но тут же молниеносно отдёрнул, боится. Куромаку взял пузырёк с таблетками, прищурился. Ничего не увидев, он поджёг свечку. Затем убедившись что это те таблетки, достал пару штук. Николь послушно поддалась и встав, она выпила лекарство. Зонтик говорил про какой-то сироп, поэтому Трефовый быстро сходил на кухню, и принёс ей пузырёк с сиропом и стакан с водой. Николь нахмурилась чуть потреся стакан с водой. Жидкость по закону инерции также начала волноваться. Нике особо не вызывал доверие сироп золотистого цвета, но всё-таки она неохотно приняла лекарство. Но и после этого ей легче не стало. Ей самой не нравилось издавать много лишних звуков, поэтому она уткнулась носом в подушку и приглушённо мычала от боли во всём теле до судорог. Куромаку боялся к ней прикоснуться, потому что ей и так больно, возможно сделает сейчас ещё хуже. Куро долго слушал как она мучается, пытаясь что-то придумать, но после ему стало больно на душе. - Николь, я сейчас приду... - сказал он серьезно, но тихо. Ники лишь что-то промычала в ответ типо "угу". Трефовый вышел из комнаты, подойдя к стене сполз по ней на пол. Нахмурившись смотрит в пол поджав ноги. Ему больно на неё смотреть. Смотреть как она мучается. Он не хочет, чтобы она думала что он не пытается ей помочь, или как сейчас просто сидел в сторонке и смотрел в одну точку. Не хочет чтобы Николь подумала, что ему всё равно на неё. Уши режет её измученное мычание, не потому что это противно, потому что больно. Никогда ему не было так больно, как сейчас. Парень тяжело выдохнул уткнувшись носом в колени. Николь мучается, не только она, но и он. Ему уже плевать на своё здоровье и постоянные недосыпы. Снова в голову лезут мысли о том, чтобы её бросить. Лучше он ей уже всё равно не сделает. Не хочет видеть как она мучается и страдает. Он довольно глубоко погрузился в свои мысли, что не заметил как Николь затихла. Услышав почти оглушающую тишину он испугался. Николь засыпает ведь только под его чтение, не так резко. Замолчала? Уже не больно? Куромаку встал с пола вернувшись из своих мыслей, зашёл в комнату. Николь не спит, а просто смотрит куда-то в одну точку, будто не дышит и не шевелиться. Трефовый облегчённо выдохнул. Золотистый свет от свечки лежит на рыжих волосах Николь, а бледноватая кожа немного отражает свет. Куромаку сел рядом с ней не боясь заразиться. Всё-таки преодолел свой высокий барьер ограничений и страхов, немного неуверенно положил руку на её талию. Он уже снова хотел её отдёрнуть, но Николь вовсе не была против, и ей вовсе не было больно. Ему стало будто немного не по себе, зная тот факт, что он прикасается к совершенно чужому хрупкому телу без проса. Он еле прикасаясь провёл пальцами по её спине прямо по позвонкам, чувствуя некоторые неровности. Горячая кровь начала быстро-быстро заливать веснушчатые щёки девушки делая их тёплыми. Он сам не замечает, как простыми прикосновениями согревает её. Из малейшего любопытства засунул два пальца под воротник её бежевой ночнушки, её кожа холодная, примерно так он и догадывался. Николь немного удивил его неожиданно проявленный интерес к её телу, но она знает, что он вреда ей не причинит. А значит ей не о чём волноваться. В воздухе завитало некой теплой нежностью между ними. Николь посмотрела на него, будто не понимая что он делает и для чего. Куромаку зацепился взглядом за карие глаза, глядящие на него. Куромаку тут же отдёрнул руку и отвернулся. Его щёки предательски потеплели. Сердце бешенно колотиться, даже уши заложило. Весь напрягся. Николь нащупала его руку, просунула пальцы между его пальцы. Мимолётные лёгкие прикосновения вызвали у парня лёгкую холодную дрожь по коже, никогда ему не приходилось чувствовать нежность. Трефовый попытался расслабиться и посмотрел на Николь. - Голова болит? - спросил он устало. Николь ответить не могла. Нету сил. Она лишь кивнула рыжей головкой. - Ломит кости? Снова кивок. - Боль сильная?... Кивок.. - Холодно? Николь вновь кивнула головой устало глядя на парня. Куромаку свёл взгляд в сторону, задумался. - Силы есть? - спросил он сухо. Девятая промычала что-то по типу "нет". Трефовый тяжело выдохнул. Он дал ей ещё каких-то таблеток, нашел шерстяной шарф, помазал её шею согревающей мазью на какой-то неизвестной ни ему, ни Николь основе, одел на неё шарф. При каждом движении, Николь чувствует мучительную боль в костях. Поэтому Куромаку велел ей не двигаться и повязал шарф сам, чтобы ей не было больно. Вновь Николь прижалась к нему накрывшись одеялом. Куромаку взял и книгу и продолжил чтение. Николь уснула на половине главы, потому что устала. Куро прекрасно знает, что Николь не уснёт просто так, поэтому он ей читал вслух. Ему не трудно, если это как-то ей поможет. Когда Ники уснула, Куромаку долго наблюдал за её дыханием, за пульсом и температурой. Николь начала согреваться, это его порадовало. Осталось понять, сработают ли те лекарства. Минут через десять, уснул и Куромаку... Но остальная ночь была не лучше. Где-то через час это началось. Сироп подействовал как усыпительное, и когда Николь снились кошмары, она не могла проснуться. Она плакала во сне, кричала, стонала и крутилась. Куромаку проснулся тогда, когда Николь во всю снился кошмар. Его бросало в холодную дрожь слыша её стоны и крики во сне. Как бы он не пытался её разбудить, всё было бестолку. Николь никак не могла проснуться, а этим не может понять, что ей всё это сниться. Мало того что она кричала, она ещё и болтала. Куро вздрогнул когда он услышал в её крике: "Мелинда, забери меня отсюда!!..". Кто такая эта Мелинда? Ещё много чего Николь говорила, чего Куромаку понять особо не мог. Это из её жизни, или нет... Но он для себя понял, что эта некая Мелинда, сдала Николь в приют. Непонятно по какой причине и надолго ли, но сдала. Его сердце колотиться быстро-быстро, от её воплей. Он никак не может ей помочь. Он не может её разбудить, хоть и пытался. Ему больно слышать и видеть, как она мучается. Сердце дрогнет от каждого её вскрикивания. Ему оставалось лишь гладить её по руке и смотреть как ей плохо. Его и её мучения закончились через полтора часа. Николь наконец-то перестала издавать звуки и расслабилась. Куромаку долго не мог заснуть, потому что перед глазами будто всё вновь и вновь повторялось по кругу. Даже в ушах, будто эхо её стонов и воплей. Он снова следил за её дыханием, за температурой и состоянием. Через полчаса лёг спать. Утро было не лучше. От слова совсем. Куромаку привык не высыпаться. Поэтому его не удивило его усталое и вялое состояние. Девушка оказалось очень бледной и холодной и даже не просыпалась... Она чуть не довела Куромаку до инфаркта. Единственное, что успокаивало Куромаку, так это её сопение, уже еле слышное и тихое сердцебиение. Он пытался её разбудить, но и снова у него не получилось... Куромаку чувствовал себя виноватым. Он не смог ей помочь, хоть и Николь ещё жива. Сердце бешенно колотиться, аж уши закладывает. Опять появились мысли бросить её, но он лихорадочно выбросил их из головы, потому что пути назад уже не было. Её болезнь идёт слишком быстро, и почти не так, как она обычно идёт. Ему ясно было одно, - поход к врачу был неизбежен. Потому что он только мучает себя и её... Куромаку ожидает, что не каждый врач согласиться лечить рыженькую ведьмочку, но его ожидания были не оправданы. Тут же нашелся врач, кто согласился помочь. Дождь прошел ещё ночью, и сейчас была пасмурная погода. Тучи затмили всё небо, не пропуская ни один лучик света. Лишь редко виднелись искры молнии, а после неё громкое громыхание грома, словно кто-то выронил алюминиевый тазик из рук. Дует лёгкий холодный ветерок. Врач, что согласился помочь, зашёл в темную комнату, в которой почти не было окон. Стены темные, свет лишь давали керосиновые лампы и свечи. В этой комнате просторно, есть две койки для пациентов. Стоят разные полки с лекарствами и хихургическими инструментами. Николь лежит на одной из коек, спит и не может проснуться. Врач худощавый телосложением, кожа светлая, глаза сине-голубые, взгляд которых словно читают твою душу. Хотя это почти так и есть. Волосы кислотно-зеленого цвета, кудрявые. Чёлка свисает над лбом, волосы длинные, одная кудрявая прядь лежит на левом плече, другая на правом. Над левым уголком губ точкой есть родинка. Одет он довольно простенько для врача: мятая светло-коричневая рубашка, тёмно-синие штаны и кожаный пояс. На ногах кожаные сапоги. По его внешности даже не скажешь, что он врач. Он подошёл к койке с Николь, осмотрел её с ног до головы. - Чем больна эта... рыженькая? - спросил он с некой язвительностью. - По правда сказать, я даже не знаю чем. Но явно смертельным... - ответил сухо Куро поправив очки на носу. Врач минут пять осматривал её, щупал, проверял пульс, потом что-то записывал в блокнот. Куромаку не собирался никуда уходить. Он не очень-то и доверяет врачу, даже сомневается что он поможет. - Я удивлен, что есть люди, которые помогают ведьмам. - сказал задумчиво зеленоволосый. Он закрыл блокнот, достал из полки шприц, а затем отдельно иголку. Встави иголку в шприц, открыл какой-то пкзырёк с лекарством, и набрал прозрачной жидкости. - Что ж, давайте поговорим об оплате, пока наша пациентка просыпается. - На последних словах резко воткнул шприц в запястье девушки, а затем внёс препарат внутрь. Куромаку не очень доверчиво посмотрел на его действие, но вряд-ли найдется другой врач, который захочет помочь. Пока врач разговаривал с Куромаку, Николь начала понемногу приходить в себя. Наконец-то она проснулась и сейчас слышит голос Куромаку и ещё чей-то.... знакомый. Николь чуть приоткрыла глаза, тут же усталым взглядом посмотрела на Куромаку, чей вид был будто растерянным. - ...вы же не хотите, чтобы я сообщил о том, что вы имеете отношения с ведьмой? - услышала Николь голос врача, который разговаривал с Куромаку. Трефовый нахмурился. - Я стражник при зимнем дворце её величества королевы Элианоры и начинающий офицер. Вы же не хотите себе проблем, после которых вы будете только помнить трепещущий народ, табуретку и петлю? - ответил Куромаку, у которого совсем нет настроения с кем-либо разговаривать. Николь с большим интересом прислушивается к разговору, где в конечном итоге определились с суммой лечения Николь. Сумма оказалась очень не маленькой, но Куромаку будто даже не жалел своих денег. А Ника, услышав об этом, даже вздрогнула. Сколько Куромаку в неё вкладывается... На наших деньгах, вышло на двадцать пять тысяч рублей. Трефовый сразу же отдал деньги парню. Когда они закончили разговор, Ника подскочила шокировано глядя на Куромаку. Её сердечко быстро забилось от волнения. Трефовый внутренне обрадовался увидев, что она проснулась. Врач подошёл к тумбочке, стоящей рядом с койкой. Николь никак не могла собраться с мыслями в голове, она вся будто немного трясется от нетерпения. Зеленоволосый набрал в шприц какой-то зеленоватый раствор. Девушка хотела что-то сказать, но в её руку резко что-то вкололи. Николь чуть сморщилась от боли, и через пару секунд она потеряла сознание. Куро смотрит не то удивлённо, не то не понимая. Зачем врач так сделал? Врач куда-то отошёл, а Куромаку всё-таки не смог пересилить любопытство и подошёл к тумбочке. Повернул пузырёк с раствором, и увиденное привело его в шок. На этикетке красовалась надпись "Яд". Его сердце бешенно забилось... Врач вовсе не хотел помочь, а всего лишь получить деньги. Что ему делать....? Сразу же после первого неизвестного ему врача, Куромаку нашел другого. Он был возрастом постарше первого и гораздо способнее. Но Куромаку не разрешили присутствовать на лечении, заверяя ему что всё будет хорошо. Куромаку пригрозил им пожизненной тюрьмой, если он нарушит данные ему обещания. Трефовый первым делом решил найти зеленоволосого парня, который развел его на деньги. Обыскал всю больницу, но не нашел. После ему сказали, что неизвестный зеленоволосый парень уехал сорок минут назад. Конечно же Куромаку жалко были его деньги, но Николь ему было жалко больше. Погода к тому времени более менее раскачалась, перестали мерцать молнии и громыхать гром. Куромаку сидит в пустом темном коридоре больницы, задумчиво глядя на довольно высокую перед ним дверь. Пахнет чем-то старым, но при этом ещё и свежим. Наверное с улицы тянет. Стены бледно-коричневые, как и пол. Уже прошло около двух часов. О Николь не видел и не слышно. Слышны лишь перекрикивания врачей. Но последние десять минут, Куромаку слышит знакомые мычания. Он прислушивается, пытается понять, всё ли с ней в порядке. Вновь врачи закапошились. Трефовый почти не дышит, прислушивается. По коже пробегает холодная дрожь, почти ни о чем не думает. Резко за дверью затихли. Сердце парня забилось быстрее, почувствовал некую слабость в ногах и пояснице от страха. Дверь открылась, и из комнаты неспеша вышел врач. Куромаку заглянул краем глаза в комнату дабы увидеть Николь, но не успел, потому что дверь быстро закрыли. Мужчина снял голубоватую медицинскую маску глядя на Куромаку. - Как она? - поинтересовался Куро внутри волнуясь. - Она могла бы умереть. - Ответил немного хрипловатым голосом мужчина снимая медицинские перчатки. - Считайте что вы спасли её. Куромаку впал в ступор. Он пытался углубиться в понимание сказанных врачом слов, но всё же не понимал. - Н-но.. у меня нет медицинского образования и вообще, я просто давал ей какие-то таблетки и сироп. Как я её этим спас? - Трефовый нахмурился переведя взгляд в пол. - Когда пациент доходит до последней стадии, его легче лечить. Я тебе так скажу, не все люди доживают до последней фазы. Почти никто, поэтому и называют эту болезнь "мучительная смерть". Ты довел её болезнь до последнего, и нам удалось её спасти. Много людей умирают из-за неправильного контроля и лечения над ними. Либо же люди, сами по себе, слабее болезни. Девушка жива, ей нужно хотя бы несколько дней на восстановление. Ты уделял ей много времени и сил, и это того стоило. - Но.... всё равно не пойму как я её... спас.. - Видишь ли, много людей бросают других, когда те заболевают. Боятся заразиться, или уже не живут надеждой что всё будет хорошо. Тут помогают не сколько лекарства, а сколько внимание и мотивация. Ощущение того, что близкий человек рядом. Восемьдесят процентов всех больных, умирают именно брошенные люди. "Мучительной" ещё называют потому, что больной тоскует по близким и осознаёт что он один. Чаще всего из-за этих мыслей и идут симптомы этой болезни. Эта болезнь лечится не только физически, но и психически. На самом деле, эта болезнь вполне излечима, но всё зависит от близких больного, хотят ли они, чтобы тот выздоровел, или нет. Куро внимательно выслушивает врача, затем мужчина открывает дверь в палату. Второй тут же рванулся в комнату. Николь лежит на койке, задумчиво смотрит в потолок. Она увидела краем глаза Куромаку, и Ника тут же посмотрела на него. - Куро! Врач сказал что через несколько дней я буду здорова! Я так рада, так рада! - Николь резко приняла положение сидя, но прищурилась, так как плохо видела. Уголки губ парня чуть приподнялись, и он сел рядом с ней. Взгляд приковал к её медовым глазам, видя некие мягкие огоньки озорства в них. Его радует, что все старания были не напрасны. Николь больше не могла ждать и обняла его уткнувшись носом в его грудь. Куромаку нахмурился, никак не привыкнет к этому, но поглаживая её по ладони дал ей знать, что ему приятно. - Спасибо, спасибо, спасибо!!... - прошептала Николь прижимаясь к нему. Парень поднял руку к её волосам, тихонько прикасаясь пальцами провел по рыжим растрепанным прядям...