Перемирие

До деревни путь оказался коротким. Они не сразу заметили поселение за полуразрушенным храмом, до которого можно было дойти и в ночи. Но Вейлис в любом случае бы устроила привал, на котором они потеряли время. Тащить на себе рюкзак, палатку и оружие — дело не простое. А терпеть рядом манерные фразочки вампира — еще тяжелее. Воровка редко с кем-то объединялась, максимум на несколько недель, когда понимала, что путь будет непростым. Получив и разделив награду, продав голову болотной твари торговцу, они снова разделились. Вейлис пополняла запасы, сбивала цену на зелья и травы, пока Астарион пытался найти вино по своим запросам. День прошел быстро — в деревню они пришли к обеду, а солнце стремительно уходило за деревья, опуская тень на площадь. Торговцы сворачивали столы, убирали товары, но народ стекался в трактир. Там и они нашли ночлег. Вейлис, выпив пару кружек какого-то пойла с медом, перешептывалась с местным кузнецом. Астарион, так и не найдя подходящего вина, купил на заработанное то, что подавала хозяйка. Вокруг было шумно и по-своему весело. Обычно человеческие деревни этим и славятся. Можно было влиться в общий балаган за несколько минут, и остаться другом на веки. — Да ладно, — Вейлис игриво и мягко постучала пальцами по груди мужчины, сидевшего рядом. Ее янтарные глаза блеснули вблизи камина. — И ты всего лишь подмастерье? — Ты бы удивилась, узнав, что на это можно потратить всю жизнь, но так и не выковать что-нибудь приличное, — Ларс тихо рассмеялся ей в волосы, вдыхая их аромат костра. — Насколько ты здесь? — Завтра ухожу, — наемница, чуть склонив голову, провела пальцем по предплечью кузнеца, покрытому шрамами. — Мне нужно добраться до Глубоководья. — Напомни-ка, — Астарион, отыскавший их в толпе, склонился над столом. — Зачем мы туда идем? — Чтобы распять тебя и вывесить на главной площади, — холодным голосом ответила Вейлис, даже не посмотрев на него. — И брать плату за просмотр? — усмехнулся Ларс. Вейлис легко шлепнула его по плечу. — Быстро схватываешь. — Я не собирался так далеко уходить от Балдура, — почти простонал вампир, трагически приложив ладонь к груди. — Туда идти почти месяц. — Так тебя никто и не тащит, — она сделала глоток из кружки, а затем все же посмотрела на Астариона. — Что тебе надо? — Не знаю, чем заняться, — он почти сел на стул рядом, но Вейлис быстро задвинула его под стол. — Местные не особо блещут умом, а девушки — красотой. — Еще хоть слово — и я тебя переплавлю в что-нибудь нормальное, — Ларс смотрел на вампира снизу верх. Игривая атмосфера разрушилась к чертям. — Вон же, — Вейлис указала куда-то в сторону. — Совсем молодые. Точно поверят твоим сладким россказням. Иди давай. — Где? — Ларс подался чуть в бок, высматривая тех, о ком они говорили. — Это мои сестры. — Да что ж такое, — прошипела воровка, когда кузнец, обругав их последними словами, ушел к своим сестрам. — Тебе не живется, и ты решил другим жизнь портить? — Какой тонкий каламбур на тему моей сущности у тебя получился, — Астарион занял освободившееся место, ставя свой кубок на стол. — Просто как-то нечестно, что тебе повезло быстрее найти кого-то. Вейлис поперхнулась, отставляя от себя чашку. Она громко, хрипло закашлялась. Так долго, что картежники за соседним столом обернулись. Астарион, откинувшись на стуле, наблюдал за ней, как за мышью, которая вот-вот перестанет дышать. — Ты влез, — она утерла рот рукавом. — Потому что не смог кого-то подцепить? — Все это, конечно, глубже, но можно сказать и так, — он обернулся на народ. — Ты посмотри. Одни трудяги вокруг, воняющие мокрой землей и железом. — Будешь так говорить и нас выгонят, — Вейлис приложила холодные пальцы к горячей щеке. — Просто снизь планку. Ты ищешь приключение на одну ночь, а не любовь всей жизни. — И что, теперь копаться в отходах? — Астарион брезгливо отмахнулся. — Может, тебе стоит планку поднять? Достать ее из Подземелья? — И перейти на аристократов? — в глазах Вейлис скользнула игра. Должна же она хоть как-то отыграться за сорванный вечер. — С томным взглядом и бархатным голосом? — Ну, звезд с неба сразу не схватишь, — пальцы вампира все еще сжимали кубок. Он подался вперед всего немного. — Но возможности у тебя есть все. — Ты так меня на место ставишь? — девушка, притворно обиженная, спрятала усмешку за кружкой. — Бьешь прямо в сердце. — И не пытался, радость моя, — Астарион коснулся руки Вейлис, но та легко увела свою руку в сторону. — Но сейчас, здесь, ты покоришь любого. — Ох, все, — зашлась в смехе Вейлис, потирая горячий от алкоголя лоб. — Не могу… Ты слишком серьезно это все говоришь… Астарион выругался на языке, который девушка не знала. Судя по его злобному шипению, он явно ее не хвалил. Поднявшись и забрав свое вино, ушел на поиски любовной добычи. Или просто подальше от нее. Вейлис, почти забыв про собственный провал, решила присоединиться к картежникам. Выиграв несколько партий и стащив кошель у одного из игроков, девушка вернулась в оплаченную комнату. Отдернув занавески, она завалилась на кровать. Сон сморил ее быстрее, чем она ожидала. Утро, принесшее яркое солнце и теплый воздух, началось тихо. Вейлис, натягивая броню, удивлялась, как трактир почти не звучал без гостей. Только в коридоре скрипнули половицы. Она приоткрыла дверь, когда в нее постучали. Астарион, едва появившись на проходе, юркнул обратно в тень коридора. Воровка выглянула, подмечая сладкий запах опаленной плоти. — Ты подожгла меня! — зашипел он, прижимая ладонь к щеке. Вейлис шумно выдохнула, так и не переступив порог. Астарион сделал шаг ближе, с опаской косясь на свет, разделяющий их. — Там внизу Огненный кулаки. Я поболтал с ними немного. Думал, они по мою душу, а они, оказывается, за тобой. Любишь ты внимание перетягивать. — Больше ничего не узнал? — Вейлис, вернувшись в комнату, надела рюкзак. — Я тебе не зверек для проверок, — раздраженно бросил вампир. — Нам надо уходить. — Я пойду через окно, — забравшись на кровать, она уже открыла створку. — А про меня не забыла? — Астарион приблизился к двери, но луч света его остановил. — Или у тебя план — бросить меня здесь как отвлекающий маневр? Вейлис не ответила, уже пробираясь по толстой балке на другую сторону, подальше от входа. Спустившись по ящикам у заднего выхода трактира, она шмыгнула в полосу леса, где ее не будет видно. Достав карту из-за пояса, она воровка пыталась сориентироваться. Если идти по солнцу, то добраться до Глубоководья можно быстрее. Только бы найти, где переправить через реку, чтобы не идти вброд, как в прошлый раз. Пробираясь через лес, Вейлис надеялась, что Астарион сможет задержать Кулаков. Или, хотя бы, они выберут его новой целью. Девушка редко становилась тем, за кого назначают награду — просто не притягивала к себе внимание. Выполняла заказы четко, загоняя свою же совесть куда подальше. Стоило один раз пойти у нее на поводу и твоя голова нужна всем. Она замедлила шаг, выходя на тракт. Впереди, преградив дорогу, несколько человек что-то обсуждали. По узорам, высеченным на брони, Вейлис поняла — охотники. Она уже собиралась снова спрятаться за деревом, но один из них ее заметил, подзывая ближе. Воровка только успела спрятать палатку в высокой траве, затем вышла к ним навстречу. — Я немного заплутала, — она осторожно вытащила карту, осматривая охотников так, будто видела впервые. — Хочу добраться до Амна. А что тут у вас? Охотники осмотрели ее с головы до ног, оценивая. Вейлис знала — так надо, поэтому немного сжалась под их взглядами, как простой путник. Один из охотников вышел чуть вперед, сжимая в руке кинжал. Воровка скользнула по лезвию взглядом с почти неподдельным страхом. — Зачем тебе туда? — спросил он, заглядывая в ее карту. Искал пометки. — К своим друзьям из гильдии торговцев, — ее пальцы слегка дрожали от его тяжелого взгляда. — Они обещали подыскать работу. Лучше ведь, чем здесь чахнуть? Кто-то глухо рассмеялся, смотря куда-то на дорогу позади девушки. Она нервно обернулась понимая, что из-за поворота вышло несколько людей из Огненного кулака. Что ей делать против двадцати человек, у которых одна цель? Вейлис дернулась в сторону, сминая карту в руках, но тяжелый удар приложил ее к земле. Охотник, даже не смотря на отдачу защитного амулета, свалил воровку с ног, приложив по скуле ручкой кинжала. Вейлис, взвыв от тупой боли, поползла по дороге ближе к траве. Охотник позади хотел схватить ее за сапог, но девушка, дернувшись, врезала ему подошвой по лицу. Она скатилась вниз с пригорка, утопая в высокой траве. Позади голоса усилились, переросли в ругательства, но Вейлис все так же лежа на брюхе ползла дальше. Туда, где можно спрятаться за деревьями. Забравшись на одну из елей, она молилась богам, чтобы ее зеленая броня и дальше сливалась с иголками дерева. Вдалеке она видела свою палатку, которую уже не забрать. Внизу ходили красные плащи Кулаков. — Она должна быть где-то здесь, — донеслось до нее снизу. — Я чувствую. — Значит, это не шутка про артефакт? — спросил другой. — Я видел, как его отбросило назад от нее. Но Варгус все равно ей знатно зарядил. — Не понимаю, — протянул еще молодой охотник за головами. — Зачем делать амулет с защитой, а затем выслеживать по нему же? Как-то глупо. — Не твоего ума дело, — ответил его наставник. — Лучше смотри внимательнее. Вейлис, прислушиваясь, только больше поражалась своей глупости и наивности. Внутри, где обычно у нормальных существ сердце, загоралось что-то злое. Раздражение, смешенное с обидой и униженностью. Воровка стянула амулет, крепко сжимая его в руке, словно прощаясь. Замахнувшись, она бросила его подальше, лишь надеясь, что это отвлечет врагов. Минут через двадцать и правда они ушли в другую сторону по следу амулета, чем только подтвердили свои слова. Вейлис сползла по дереву на мягкую траву, чувствуя себя еще хуже, если бы ее поймали. Шагая в противоположную сторону от охотников, она проклинала себя на чем свет стоит, что постоянно таскала этот амулет. Она доверилась друидам, которые ее вырастили, сделали этот артефакт — подарок перед уходом из общины. Безделушка, изготовленная из обряда крови, чуть не погубила названную дочь друидов. Вейлис прикинула, что могло быть два варианта. Либо это сделал кто-то из друидов, либо кто-то со стороны, кому она могла быть нужна. Не обращая внимания на боль, которая пульсировала на щеке, отдаваясь каждым шагом, Вейлис только под вечер решила устроить привал. Когда поняла, что ушла достаточно далеко, а вокруг не слышно ничего, кроме тихого стрекотания сверчков. Она вышла к узкому устью реки, поежившись от холода воды. Палатка досталась лесу, но зато удалось спасти лежак, привязанный к рюкзаку. Вейлис развела костер, надеясь, что он не привлечет незваных гостей и отпугнет животных. Расправила лежал, закуталась сильнее в плащ и отыскала в закромах рюкзака остатки вина и сверток с вяленным мясом. Хоть что-то — часть припасов осталась в траве, завернутая в палатку. Вода по правую руку мерно шумела, перекатываясь об камни, алкоголь понемногу разгонял кровь. Через пару шагов, когда луна поднялась высоко, выглядывая из-за деревьев, Вейлис услышала шаги. Осторожные, тихие, но не скрытые специально. Костер выхватил фигуру Астариона, а Вейлис даже не повела плечом. У нее забот хватало. — Смотрю, день ты провела плодотворно, — он без спроса опустился на поваленное бревно чуть ближе к воде. — И кто расквасил твою милую мордашку? — Охотник за головами, — она коснулась пальцами горячей щеки, но сразу же сморщилась от боли. — Что, безделушка оказалась с неприятными последствиями? — намекнул вампир на артефакт. Заметив, как девушка потянулась к ножу, он спешно продолжил: — Подслушал разговор Огненных кулаков, когда ты меня бросила. Прятался до вечера на чердаке, как ночное отродье какое-то. Воровка усмехнулась, а Астарион одарил ее одним из своих высокомерных взглядов. — Ты хоть представляешь, как легко привыкнуть к хорошему? — он подался чуть вперед, упираясь локтем в колено. — Как легко снова ощутить себя живым под светом солнца? Ну конечно, тебе даже представлять не надо. Посмотрим, кто посмеется, когда ты отживешь свое. — Все равно хождение под солнцем не делает тебя живым, — она отвернулась от него, переведя взгляд на реку. — Можно скелета поднять, но плотью он не обрастет. — Что тебя сподвигло на такие речи? — он бросил на нее заинтересованный взгляд, пытаясь разглядеть хоть что-то под ее эмоциональной броней. — Эльфийские корни? Вино? Или понимание, что тебя надурили? Вейлис бросила на него злобный взгляд. Попал. Астарион развел руками, пересаживаясь ближе к огню. Не настолько близко, чтобы по нему можно было попасть. — Дай мне подумать… — он приложил палец к подбородку, делая вид, что задумался. — Бедная сирота, выращенная друидами, решила узнать о родителях. Но вместо этого выбрала стать шарлатанкой, потому что деньги манили больше? Понимаю. Очень трагично. Не думала рассказать об этом барду, чтобы он написал слезливую балладу? Вышло бы неплохо. — Удивительно, как с тобой не только кто-то разговаривает, но еще и рассказывает что-то, — Вейлис прижалась к стволу дерева, делая глоток из фляги. — Все равно твоя история куда трагичней. Под стать тебе. В прочем, как и у любого вампирского отродья. — Раз уж мы зашли на тему крови, — губы Астариона растянулись в привычной хищной усмешке. — Не хочешь поделиться немного со страдающим, но очаровательным, вампиром? — Конечно, — выдохнула Вейлис серьезно. — Можешь пить сколько угодно сейчас, и каждый раз, когда тебе нужно будет. А потом мы пойдем поглубже в лес и предадимся плотским утехам покруче, чем орки в пещере. Она посмотрела на вампира. Тот с прищуром хищника, который упустил добычу, смотрел на девушку. — Это ты ожидал услышать? — Вейлис натянула капюшон, прячась от прохладного ветра. — Только попробуй напасть, пока я сплю. — Я уже начинаю сомневаться, что ты нужна мне живая, — его голос, до этого вполне мягкий, стал ниже, холоднее. — Всего полчашки — это много для того, кто мог тебя выдать? Для того, кто предложил помощь? — Ты мне помог — я дала кровь, — напомнила Вейлис. — Затем дала просто так. Мы в расчете. Астарион раздраженно выдохнул, подходя к девушке. Та приоткрыла глаза, лениво наблюдая за его действиями. Пальцы уже лежали на рукоятке ножа. — Зачем тебе сдалось это Глубоководье? — спросил он тише, присаживаясь рядом с ней. — Собираюсь убить барона, — металл легко звякнул, вынимаемый из ножен. — Зачем же еще? — Одна? — он усмехнулся. — На твоем лице след одиночной работы. Думаешь, барон остановится на одном ударе? Вейлис молчала, поджав губы. Он был прав, но признавать это не хотелось. Астарион видел, как воровка сомневается. Как тогда, в лесу, но знал, что в этот раз решение будет в его пользу. Ей нужна голова барона, ему — немного крови. — Хорошо, — через зубы бросила Вейлис. — Убьем его и все. — Прошу, — Астарион подал железную чашку, снятую с рюкзака девушки. — Но это не значит, что мы теперь команда мечты, — девушка, все еще сомневаясь, сделала тонкий разрез на коже. Капли застучали о дно чашки, когда она сжала кулак. — Перемирие, — согласно кивнул вампир, наблюдая за тем, как чашка медленно наполняется. — Как скажешь, душа моя. — А потом каждый идет своей дорогой, — продолжила Вейлис, но Астарион, казалось, ее не слышал. Она убрала руку от чаши, вытирая кровь об плащ. — Конечно, — ответил он с мягкой улыбкой, поднимаясь. Уходя в тень, легко махнул рукой. — Можешь спать спокойно. — Да уж, — проговорила себе под нос девушка, перематывая саднящую руку. Сжавшись в клубок на тонком лежаке, она не могла уснуть. Мысли все крутились в голове, как черви, думая, правильно ли она поступила. Когда она вообще поступала правильно? Через вечность, по внутренним ощущениям, сон все-таки забрал бразды управления беспокойным разумом.