Так вот вы какие, Акацуки или Пополнение в банде головорезов

Маленькая девочка лет пяти радостно бежала по кварталу, обегая прохожих и весело смеясь. И ведь был повод - несмотря на предвоенное время, Наори смогла выделить время на свою дочь, которую так яро охраняла от Конохи и своего клана. О существовании Икибари Инузуке знал только Третий Хокаге – Хирузен Сарутоби. Сейчас же Учиха смогла выпросить у Сандаймё Хокаге небольшой отпуск на долгожданную встречу с дочерью. Только Наори пересекла вход в деревню и дошла до территории клана Инузука, как почувствовала одну шумную и быстро приближающуюся чакру маленькой Ики, которая была рада увидеть маму. — Мама! — крикнула девочка, после чего, в один прыжок оказавшись около женщины, повисла на ней. — Я скучала! Легко посмеявшись, Наори несколько раз провела по чёрным непослушным волосам малышки. — Я тоже скучала, Ики. — теплая улыбка сохранилась на её устах. — Мам, а папа учил меня призыву нинкена! — весело оповестила девочка, счастливо смотря на мать. — Да? — Ага! У меня получилось призвать маленького серого щеночка, но он быстро исчез… — уже более расстроено продолжила Ики. — Может, я ему не понравилась… — Не говори глупостей. Я думаю, что он просто устал и лёг спать, а ты его потревожила, — предположила женщина, поднимая малышку на руки. После её слов ребёнок заметно повеселел и активно закивал. — Да, наверное, ты права. Ну ничего! Я попозже попробую снова! — Хорошо. А теперь пошли домой, а то твой отец будет очень сильно нервничать, — хохотнула девушка, медленно вышагивая к дому главы клана и своему мужу Динаро Инузуке. Мужчина стоял на пороге двухэтажного дома средних размеров вместе со своим нинкеном Ёгиримару. Уголки его губ дрогнули, и, сойдя с крыльца, он медленно двинулся на встречу своим любимым девушкам, ради которых был готов отдать жизнь. — Наори… — только и смог тихо вымолвить он, рассматривая любимую с необычными фиолетовыми волосами. — Дин… — так же тихо ответила Учиха, смотря на мужа. "Ох уж эта её привычка сокращать имена… Как же я по ней соскучился - и по Наори, и по привычке", — подумал Динаро, в один шаг преодолевая оставшееся расстояние. Как только между ними двумя не осталось и метра, глава клана тепло заключил в крепкие объятия жену и дочь. Ёгири довольно вилял хвостом, смотря на эту картину. После нескольких минут соединения семьи он зевнул, как бы напоминая своему товарищу об обеде, над которым они трудились. — Спасибо, что напомнил, Ёгири. Пойдемте в дом. Я приготовил вкуснейший обед, — ласково и тихо промолвил шатен, выпуская из стальной хватки Наори и Икибари. — Ого, ты умеешь готовить? Не знала, — хохотнула девушка, обходя Инузуку. — Да! Папа умеет готовить! Он всё время готовил мне сладости, пока был со мной! — защитила отца малышка, сильнее обнимая мать за шею. — Даже так? — на этот вопрос девочка активно закивала головкой, взлохматив и без того растрепанны пряди, в большей степени спадающие на правый глаз. — Тогда поможем папе помыть посуду, ладно? — Ага! — радостно воскликнула Ики, лучезарно улыбаясь матери.

***

После сытного и вкусного обеда всё семейство собралось на веранде, коротая время за разговорами, потому что говорить действительно было о чем. От банальных слов о любви и безмерной скуке до увлекательных случаев на миссиях и различных историй из жизни. За полгода их достаточно накопилось у всех троих. — И он, как ни в чём не бывало, чистит свои кунаи, представляешь? — смеясь, полушепотом спрашивает мужчина, вытирая выступившую слезу. — Серьёзно? — Наори тихо посмеялась, поглаживая сопящую дочку по голове. — А Киоки что? — Да ничего. Отошёл в сторону и закурил. Мне кажется, что скоро он просто плюнет на всё и переведётся в другую команду, — ответил шатен, отпивая из тявана остывший чай. — Удивительно, что он всё ещё вас терпит, — усмехнулась девушка. — Ничего удивительного. Наш отряд один самых продуктивных. — Динаро приобнял свою жену за плечи, носом утыкаясь в её фиолетовые волосы. Его взор упал на мирно спящую дочь, что во сне прижималась к матери. — Пошли спать. Она вымоталась за день, — прошептал он. — Да, — кивнула Наори, покрепче обнимая Ики. — Я тоже подустала. — Тогда идём? — мужчина встал и, повернувшись в пол оборота, посмотрел на Учиху. Девушка только кивнула, поднимаясь следом и прижимая к себе ребёнка. — М… Мам? — сонно прошептала Ики, приоткрывая один чёрный глазик с узким зрачком. — Тс-с. Спи, уже ночь, — сказав это, глава клана забрал с рук матери дочь. — Я отнесу её в комнату и уложу спать. Иди пока в спальню, — негромко попросил он, обращаясь к жене. Она, кивнув, медленно направилась в из общую спальню. Уложив девочку спать, Динаро направился в другой конец дома, к своей любимой жене, с которой не виделся шесть месяцев. Наори, уже переодевшись, стояла около большого окна, рассматривая полуночный пейзаж с редкими огоньками домов, укрытых, словно шарфом, облаками Едва слышно подойдя к девушке со спины, мужчина носом зарылся в её волоса, с наслаждением вдыхая аромат сирени, что всегда его успокаивал, и нежно обвил её талию руками, прижимая к себе. — Ты надолго? — полушепотом интересуется он, смотря в её чёрные глаза. — На неделю, — так же тихо отвечает она, боковым зрением наблюдая за печальной полуулыбкой мужа. — Ты же знаешь, она достаточно умна для своих лет. Только нужно подобрать подходящую программу обучения. — Думаешь, что она будет кого-то слушать кроме нас? Уже сейчас можно сказать, что управлять ей будет трудно до невозможности. И это она только пятилетний ребёнок… — усмехнулся Инузука, вспоминая недавний инцидент, когда Икибари начал отчитывать один старичок, но в итоге, он получил огромную кучу игнорирования и недовольные бурчания самой девочки. — За эту неделю я научу её Огненному шару и хождению по поверхностям. — И зачем ей в пять лет твой шар? — А зачем ей в пять лет твои призывы? — передразнила мужа Наори, разворачиваясь к нему лицом и складывая руки под грудью. — Ладно, убедила. Но нинкены сами от неё отказываются. Может, это из-за него? — Может. Насколько я знаю, ещё не было таких случаев, чтобы у носителя появлялись дети, унаследовавшие чакру Шумару. — А у него самого спросить не проще? — Сейчас он спит, — она отрицательно качнула головой. — Разбудить его можно, но потом три дня слушать его бурчания и ругательства будешь ты, Дин, — прервала все дальнейшие расспросы Наори. — Ладно, — протянул Динаро, резко подняв жену на руки и направляясь вместе с ней к кровати. Аккуратно положив девушку на постель, он лёг рядом, укрывая обоих одеялом. Мужчина невесомо поцеловал её в лоб, обнимая за талию. — Спокойной ночи, Наори. — Спокойной, Дин, — Наори в ответ крепче прижалась к телу супруга.

***

С момента приезда Наори в деревню Скрытого Облака прошло два дня. За это время она успела наверстать упущенное за полугодовое отсутствие. Сейчас же она собиралась обучить дочь одной из важнейших техник шиноби – хождению по поверхностям с помощью чакры. — Мам, а эта супер-крутая техника действительно настолько крутая, да? — с любопытством расспрашивала свою мать девочка, держась за её руку. — Конечно. Или ты считаешь, что лазить по деревьям без рук не круто? — Что? Нет, конечно нет! Это о-очень круто! Я же правда так смогу, да? — восторженно говорил ребёнок, с надеждой смотря на мать. Немного посмеявшись, а после улыбнувшись, Наори присела рядом с дочерью и ответила: — Ты всё сможешь, Ики. Что бы ни случилось, никогда не теряй веру в то, что ты можешь всё. Ты унаследовала гены двух известных кланов. Никогда не загоняйся по поводу своей внешности и способностей. Ты найдешь место и среди Инузука, и среди Учиха. Оба клана примут тебя, — Наори щёлкнула малышку по острому носику, а после, не торопясь, стала подходить к тренировочному полю клана. Ики слушала маму с не совсем свойственной себе серьёзностью, анализируя эти слова. — Не задумывайся об этом. Пока ты маленькая, у тебя есть я и папа. Немного позже мы тебе и нинкена подберём, — заметив задумчивость ребёнка, ответила женщина, потрепав девочку по голове. — Мы уже почти пришли. Икибари увидела огромное поле с манекенами, мишенями и разбросанными кунаями и сюрикенами. — Ого… — удивлённо протянула девочка, с интересом рассматривая, как она их называла, "все эти штуки для ниндзя". Учиха усмехнулась. Мать немного подтолкнула Ики в спину, обходя дочь. — Пошли, сейчас всё расскажу. С запозданием кивнув, маленькая химе пошагала за мамой, идущей к неподалёку растущему дереву. — Смотри. Встаёшь ровно и складываешь печать концентрации. Потом ты накапливаешь чакру в ступнях и… — повторив все вышесказанные действия, она сначала одной ногой наступила на ствол дерева, потом второй и, опустив печать, медленно пошла вверх по дереву, словно по обычной дороге. — Идёшь по поверхности без рук. Маленькая химе удивлённо, не моргая, наблюдала за действиями матери, стараясь не упустить ни одной детали и запомнить всё до мельчайших мелочей. Будто скоро этого не будет, исчезнет и больше никогда не появится. Словно во сне. Единственными мыслями в этой чёрной головке были только: "— Невероятно… Неужели я тоже так смогу…" Женщина, дойдя до самой верхушки дерева, без особых проблем спрыгнула с него под восторженные возгласы дочери. — Мама! Мама! Мама! А можно теперь я попробую! Я тоже хочу лазить по деревьям без рук! — верещала малышка, прыгая вокруг мамы. Лишь улыбнувшись, Наори потрепала её по непослушным волосам, отвечая: — Конечно, можно, и даже нужно, — обладательница шарингана присела около радостного ребёнка, взяла её маленькие нежные ладошки в свои и как нужно складывать печать концентрации. Лицо Икибари тут же изменилось. Вся радость и беззаботность исчезли, сменяясь серьёзностью и вниманием. Осторожно и неуверенно повторив за материнскими движениями, она вопросительно посмотрела на неё, мол, что делать дальше. — Дальше тебе нужно сконцентрировать чакру в ступнях, но для начала попробуй её почувствовать. Погрузись в себя. Папа же показывал тебе, как это делать? — утвердительный кивок. — Ну вот, делай то же самое, а потом представь, что эта энергия скапливается в ногах, а затем мысленно перегони ее туда. Поняла? — снова положительно кивнув, Ики закрыла глаза и сложила нужную печать. Далее она представила потоки чакры и то, как они передвигаются по тенкецу. Затем она стала мысленно гонять чакру по всему организму, накапливая её в ногах. Покончив с подготовкой, Икибари открыла свои чёрные, сосредоточенные очи и, подойдя к дереву, неуверенно наступила на ствол. Покачнулась, ступила второй ногой на дерево, медленно и шатаясь пошла по нему. Осознав свои действия и положение, она радостно засмеялась и уже более уверенно пошагала по стволу. Радуясь успехам дочери, Наори улыбалась, смотря, как её маленькое чудо вышагивало по коре и задорно смеялось. — Мам, я же молодец, да? — весело спросила девочка, повиснув на одних ногах вниз головой около матери. — Конечно. Не у всех получается с первого раза просто удержать в горизонтальном положении, не говоря уже про спокойные прогулки или бег, — ответила женщина, наблюдая за реакцией ребёнка. Сначала на лице малышки было непонимание, потом удивление, а затем бесконечная радость, ведь она смогла. У неё получилось. Она действительно молодец. Родители могут ей гордиться. Она же постаралась, и у неё всё получилось. Но из-за переизбытка эмоций и потери контроля над чакрой, Икибари потеряла связь с веткой, на которой стояла, и почти упала бы на землю, если бы не Наори, которая вовремя поймала свою дочурку. — Осторожней. Если используешь чакру, чтобы передвигаться по деревьям или воде, то лучше не переставай скапливать её в ступнях, — щёлкнула она дочь по носу, опуская ее на землю. — Хорошо, мамочка, я поняла, — лучезарно улыбнувшись, ответила малышка, показывая свои маленькие клычки. — Ладно. Это ты поняла и запомнила? — для убедительности Ики несколько раз кивнула, внимая речи мамы. — Значит, пора бы тебе показать одну очень важную технику клана Учиха, — и тут глаза ребёнка загорелись. Это какая ещё очень важная техника Учих? Шаринган? Да нет, это же вроде особенность глаз людей из этого клана, которая когда-нибудь проявиться и у неё самой. — Эта техника называется, — интригующая пауза, — Техникой Великого Огненного Шара. Глаза ребёнка загорелись в непонимании, удивлении и шоке. Конечно же, она слышала про знаменитый Учиховский шар, но вот просто обучиться ему в пять лет… Это вообще законно? Она ведь всего лишь ребёнок. Всего лишь ребёнок, что умён не по годам, и понимает гораздо больше взрослых, которые просто зажрались. Нет, конечно, Икибари была рада овладеть этой техникой, но… Она ведь опасна, да и ликвидировать её будет сложновато. А для этого, как говорил папа, надо отлично владеть Стихией Воды. Чёрные глазки с вытянутым зрачком странно смотрели в такие же чёрные, выгнув бровки вверх, как бы интересуясь, а не шутка ли это. И зачем вообще пятилетнему ребёнку техника такого уровня? — Ики, ты можешь не пользоваться ею сейчас. Ты можешь оставить её до экзамена на звание чуунина или до тренировочного боя. Но знать ты её обязана. Если ребёнок может создать шар, который будет сложно потушить водой, то он достоин носить фамилию Учиха, — вздохнув, оповестила дочь Наори, теперь окончательно понимая, насколько тяжело будет её сенсеям, что в Академии, что в команде. — То есть… Её нужно знать на случай, если что-то пойдёт не так? — тихо уточнила девочка, с виной смотря на маму. — Да, именно так. Но я думаю, что она тебе понравится. Огонь красив, когда знаешь, как с ним обращаться, — снова растормошила волосы на макушке малышки, поправляя причёску. Встав с корточек, Наори поправила и немного отряхнула одежду от пыли. Отошла от дочери, встала ровно. Сложила нужные печати: Змея, Тигр, Обезьяна, Медведь, Лошадь и снова Тигр. После последнего движения руками, она выдохнула большой поток пламени в другое дерево. Послышался треск горящей древесины. После того, как пламя развеялось, а на земле остался крупный кратер, в котором, по подсчётам Ики, должны поместиться трое нинкенов размером с Ёгиримару, который, к слову, был крупнее остальных представителей нинкенов. — Это сложнее, чем ходить по деревьям… — тихо прошептала малышка, начиная сильно сомневаться в своих силах. — Ты справишься. Давай, сначала складываешь… — Наори даже мысль закончить не успела, как её маленькое солнышко стало неуверенно складывать нужные печати, но остановилась на Обезьяне. Посмотрела на маму, как бы спрашивая, что дальше. Слегка улыбнувшись, прикрывая глаза, женщина ещё раз повторила все печати, а Ики лишь внимательно наблюдала за этим, запоминая, в какой последовательности всё идёт. Кивнув, черноволосая начала, тихо проговаривая: "Змея, Тигр, Обезьяна, Медведь, Лошадь и снова Тигр". Кивнув самой себе, как бы запомнила, она выжидающе посмотрела на мать. — Тебе нужно собрать чакру со всего организма, затем на предпоследней печати собрать её во рту, а на последней выдохнуть, — сказала ей мать. Даже факт того, что мама не закончила с объяснениями, не волновал Икибари. Ей хотелось опробовать эту опасную, сложную, от того и таинственную, завораживающую технику. Повторив все свои предыдущие действия, она приложила чакру и выдохнула маленький шарик, добавив последнее действие, которое ей казалось правильным — это поднятая на уровень груди правая рука, с прижатыми к ладони мизинцем и безымянным пальцами, придерживаемыми большим пальцем, остальные же были подняты вверх. Названия этому жесту она не знала, и увидела его случайно у какого-то пацанёнка из Академии. "Наверное, он важен для ниндзя, если его знают даже дети", — решила для себя Ики. Но результатом от этой техники осталась крайне недовольна. "Почему не получилось?! Я же всё сделала правильно! Может, я просто не способна? Может, мне не стоит становится шиноби?" — от своих же мыслей девочка поникла так сильно, что её пока что слабая чакра стала отдавать чернотой негативных эмоций. "Странно. Её чакра позволяет создавать техники C ранга в её возрасте", — сама Наори была удивлена и озадачена не меньше дочери. Вообще, она мало удивилась тому, что Ики знает печать Противостояния. По рассказам мужа, этот маленький ураган носится по всей деревне Скрытого Облака и бывает везде, где только можно и нельзя. Мало ли, может, забрела на тренировку генинов, где и увидела этот жесть, посчитав его обязательным. Отговаривать и ругать её она точно не собиралась. — Ты всё сделала правильно. Не нагружай себя, — выйдя из раздумий, ответила женщина, заботливо поглаживая тёмную макушку. — Попробуй сделать то же самое левой рукой, только в самом конце используя тот жест, скручивать пальцы кольцом, — решила всё таки подправить её. "Мала ещё слишком, чтобы без должных тренировок шары делать." Получив новые указания и поправки, Ики с надеждой, что ещё не всё потеряно, принялась усердно складывать печати, изменяя лишь одно действия и меняя руку. И о чудо! У неё получилось! Она смогла сделать довольно большой огненный шар, наверное, в целых шестерых Ёгири! Наори в этот момент просто "улетела в каплю". Но отойдя, быстро сообразила, что техника получилось такой мощной благодаря эмоциям разочарования в себе, жалости и сильной печали от мыслей, что ей никогда не стать ниндзя с такими навыками. Это радовало и пугало одновременно. Радовало мыслью о том, что благодаря этому она станет сильнее многих сверстников, но пугало тем, что может появится зависимость и Ики будет постоянно искать негативных чувств ради собственной силы. "Может, чакра Шумару всё-таки передалась и ей?" — спросила у самой себя, как неожиданно получила ответ от самого демона, что наблюдал за тренировкой с самого начала. — Думаю, она станет прекрасным вместилищем для меня. — довольно протянул волк в голове женщины, ухмыляясь, и прикрыв глаза. Учихе пришлось оставить дочь, что с шоком пыталась выяснить сколько отцовских нинкенов уместится в этом огромном кратере. — Если ты так говоришь, значит, в ней есть часть твоей чакры? — решила уточнить девушка. — Может быть, — загадочно ответил демон, окончательно закрыв глаза. — Как думаешь, в этом Ками забытом месте есть люди, знающие о моём существовании, как хвостатого зверя, и о твоём, как о моём носителе? — вдруг спросил Десятихвостый, открыв один глаз. — Не знаю. Дин точно не мог сказать, я даже заблокировала тот участок памяти шаринганом, чтобы никто не мог забраться и узнать. В ответ Наори услышала то ли хмык, то ли рык, а после её плавно переместило из подсознания в реальность, где Ики, уже высчитав в кратере пять с половиной Ёгиримару, радостно скакала вокруг этого, уже несчастного, углубления, визжа что-то про шиноби, мечту и силу. Придя в себя, Наори быстро схватила Икибари на руки и щёлкнула по носу, со словами: — Ты молодец, Ики. Мало у кого получалось с первого раза так удачно завершить Технику Огненного Шара. Думаю, тебя вполне можно назвать гением, — после слов матери девочка нахмурилась. — Я не хочу быть гением. Это больно, — малышка нахмурила бровки и насупилась. Хоть и выглядело это довольно-таки мило, но её глаза были полны серьёзности и осознания своих слов. — Ёкими-сан тоже гений, но у него умерли товарищи по команде, брат, возлюбленная и родители. У гениев всегда кто-то умирает, и они остаются одни. Поэтому я не хочу быть гением. Не хочу оставаться одной. Если бы кто-то услышал эти слова, то подумал, что либо их просто внушили маленькому ребёнку, либо это говорит максимум подросток, прошедший Вторую Мировую Войну Шиноби, но нет. Это была пятилетняя Икибари Инузука, химе побочной ветви своего клана, которая любит слушать рассказы ветеранов.

***

— Папа, представляешь? Я теперь могу лазить по деревьям без рук! — восторженно вещала девочка за семейным ужином, палочками держа кусок курицы из рамена. — Да? — удивлённо спросил Динаро, пережёвывая кусок говядины из миски с гюдоном. — Получилось? — Ага! Я смогла залезть на са-амую верхушку дерева! Но потом не удержалась и чуть не упала. Но мама меня поймала! — продолжала вещать Ики, уплетая рамен. — А ефо я науфылас клуфой тефныке! Она нафываетца Тефныкой Велыкова Охненнова Шафа!Я пошитала, фто там помещица чэлыф февсть Ёшилымалу! — не прожевав, отвечала чёрноволосая, запихивая в рот больше лапши. Здесь глава клана уже напрягся. "Обучать пятилетнего ребёнка техникам C ранга? Серьёзно? Да так, что она получилась такой крупной!" — недоуменно думал Динаро, вопросительно смотря на жену, взглядом говоря "Какого чёрта, Наори? Мы же хотели обучать Ики таким техникам с её шестилетия!". Сама Наори, лишь скрытно от дочери махнув рукой, мол, после ужина всё объясню, продолжила есть свою пиалу с мисо-супом. Собрав себя в кучу после неожиданных вестей, Динаро придал своему голосу то вселенское спокойствие, которое было в начале разговора. — Что ж, я рад за тебя, Икиба-ша. Но будь осторожнее, эта техника C ранга и довольно-таки опасна, как для противника, так и для пользователя. Ты можешь случайно сжечь себе горло, руки или саму себя. — предупредил отец дочь, наблюдая за реакцией. — Хорошо, папочка, я буду очень-очень осторожна с ней! Честно-честно! — клялась малышка, залезая на колени к мужчине. Счастливо улыбаясь, маленькая химе протянула свою ручку с палочками и украла из пиалы отца кусочек говядины. — М-м-м, остренько! Мне нравится! — восторженно пропищав, она посмотрела на мать. — Мам, а можно ты будешь и мне готовить гюдон? Пожа-а-а-алуйста! Немного посмеявшись, женщина положительно кивает, вставая из-за стола и убирая в раковину уже пустую миску из-под рамена. Лучезарно улыбаясь обоим родителям, Икибари вскакивает с ног отца и подбегает к матери, предлагая свою помощь. После этого нелёгкого дела Динаро и Наори уложили спать своё маленькое чудо, перед сном рассказав одну поучительную историю о шиноби. Оставив уже мирно сопящую дочь в её комнате, супруги направились в свою спальню, чтобы полюбоваться приближающимся полнолунием. — Наори, скоро… — тихо начал мужчина, боясь нарушить этот прекрасный момент, когда он со своей любимой женщиной наблюдает за ночным светилом, ласково прижимая её к себе. — Да… — так же тихо отвечает Учиха, размышляя о чём-то своём. — Уже скучаешь? — неожиданно интересуется, чувствуя небольшое напряжение мышц мужа. — Уже да. Опять пропадёшь на полгода без вести. Да и меня скоро будут на миссии отправлять. Я больше переживаю за вас обеих. Страшно… оставлять её одну на пару дней, — честно признался глава клана Инузука, отводя взгляд тёмных глаз в сторону. Что-что, а признать свой страх всегда тяжёло. Особенно, когда на тебе лежит ответственность за двадцать человек, которых ты можешь назвать своей семьёй и ещё пару сотен мирных душ, не приспособленных к жизни ниндзя. — Не переживай. За оставшийся день мы должны показать ей, что любим её всегда и при любых обстоятельствах, и что бы она ни выбрала, мы будем на её стороне. — Наори нежно проводит рукой по щеке Динаро, ласково улыбаясь одними уголками губ, и прикрывая глаза. Мужчина, закрывая глаза, тяжёло вздыхает. — Ты всё-таки показала ей Огненный Шар, — слегка грубо проговаривает Дин, сердито смотря на жену. — Она и Учиха тоже. Не забывай. Когда-нибудь она может попасть в Скрытый Лист, и возможно, ей понадобится помощь клана. Они не признают её только по одному шарингану. Ей необходима эта техника, — проговаривает Наори, схмурившись. — Хочешь сделать её наследницей двух великих кланов? Да ты та ещё чертовка, дорогая! — ухмыляясь, произносит Динаро, сразу же страстно впиваясь в губы жены, на что мгновенно получает не менее страстный ответ. Супруги, не прекращая терзать свои уста, перенеслись на кровать. В эту последнюю встречу они провели жаркую ночь.

***

В свой последний день пребывания в Кумогакуре-но-Сато Наори собирала вещи, которые успела раскидать по всему дому. Икибари с Динаро ей помогали. Даже Ёгиримару иногда приносил предметы, которые никто из этих троих не мог найти. Собравшись, семейство направилось к воротам деревни. Шли молча, ведь сказать было нечего, кроме банального "будь осторожней" и "отошли сокола, как доберёшься". Что ещё можно было сказать, когда супруга и мать твоего ребёнка уходила на полгода, и есть возможность, что уже не вернётся обратно? Хотелось порвать и Хокаге, и Райкаге, лишь бы сделать так, чтобы семья была цела. Чтобы пятилетняя дочка всегда улыбалась и стала хорошим шиноби и достойной главой клана. Неожиданно к Динаро подлетел ниндзя отряда Анбу, тем самым вырвав его из раздумий. — Динаро-сама, вас срочно вызывает к себе Райкаге-сама, — протараторил шиноби и перед исчезновением странно посмотрел на Икибари с мамой, будто извиняясь за это. — Чёрт… — выругавшись, мужчина выновато посмотрел на жену с дочерью. — Наори я… — Я понимаю. Иди, — перебив, ответила женщина и положила на голову девочки ладонь. — Да, я тоже понимаю! — кивнула малышка, улыбаясь. — Ладно. Я постараюсь ненадолго, — обняв обеих на прощание, Инузука тоже испарился в Шуншине. — Пошли? — немного грустно проговорила Наори, взяв дочь за руку. Малышка, снова кивнув, пошагала к воротам, что были не так далеко. Нахмурившись, она думала, анализировала, пыталась сложить какие-то факты и свои мысли с таким странным решением главы деревни. "Зачем он вызвал папу? Ведь знал, что сегодня мы провожаем маму, и провожали её до этого. Всегда, в её последний день. Тем более… Этот ниндзя. Он странный. От него пахло… Жалостью и отчаянием. Будто он винил себя в чём-то… Да нет, бред какой-то!". — Мам?… Мне не нравится это… — тихо проговорила девочка, пиная камушки, что попадались на пути. — Мне кажется, что произойдёт что-то плохое, — уже более уверенно заявила девочка, останавливаясь и смотря в чёрные глаза матери. — Не переживай. Всё хорошо. Возможно, Третий-сама решил созвать собрание и присутствие твоего отца там необходимо, — теплая женская рука опустилась на голову девочки, плавно поглаживая её. Это помогло малышке немного успокоиться, но осадок всё равно остался. Уже выйдя за ворота и пройдя пару сотен метров, Наори заметила отряд Анбу Корня, что стремительно приближался к ним. Зная, кто руководит этой организацией и догадываясь о его намерениях, она сказала дочери при любом странном действии со стороны этих людей бежать в деревню. Как только Учиха и Корень встретились лицом к лицу, из переднего ряда вышел ниндзя в маске воробья. — Учиха Наори-сан. Данзо-сама приказал привести вас для приватного разговора по поводу вашего перехода в Корень, — чётко доложил парень, иногда посматривая на прятавшегося за спиной матери ребёнка, решая убить его или нет. — Я уже отвечала на этот вопрос. Нет, — холодно прозвучал стальной голос женщины, пока та рукой прижимала малышку к себе, защищая её от всех бед. — Данзо-сама настаивает на том, чтобы вы подумали ещё, — уже более настойчиво произносит юноша, наконец определившись с выбором: убить обеих. — М-мам…? — тихо проговаривает девочка, смотря то на маму, то на этих странных людей. Непроизвольно её радужка вытягивается, образуя круг ярко-красного цвета с маленьким чёрным зрачком в середине. "Она пробуждает шаринган. Данзо это понравится. Если повезёт, то заберём её в Коноху на воспитание в Корень и сделаем её хорошим оружием против деревни", — быстро подумал капитан отряда, возвращая взгляд голубых глаз от девчонки к Наори. — Мой ответ: "Нет", — ответила Учиха, замечая резкий скачок чакры у дочери. Понимая, что теперь их с этого места никуда не пустят, Наори приготовила к сражению, резко отталкивая от себя дочь и доставая танто. Активировав свой шаринган, она сканировала каждое движение членов отряда, не забывая поглядывать на малышку Икибари. — Не трать на это силы. Я смотрю за ней, — раздался грубый голос волка в голове девушки, когда она в очередной раз из-за плеча проверяла территорию вокруг дочери. Вздохнув, она решила доверить безопасность своего солнышка биджуу. Всё-таки он ни разу её не подводил. Сразу же после этого несколько человек из Корня, достав катаны и кунаи, кинулись в бой. Пока Наори сражалась с одной частью Анбу - вторая пыталась добраться до Икибари, за что была убита дополнительными руками Наори, которые были образованы из чакры Шумару и им же управлялись. За всю карьеру как простого шиноби, затем члена Анбу и элитного джонина это был первый бой, в котором Наори не пыталась скрыть Десятихвостого Волка. Когда полностью доверила ему самое ценное, что когда-либо было в её жизни. Малышка Ики была парализована страхом за себя и маму. Ей казалось, что вот-вот и маму убьют, но женщина в последний момент уворачивалась от удара, нанося свой. Это действительно завораживало. Где-то внутри себя Икибари решила стать такой же сильной, как мама, чтобы защищать уже своих родных или членов команды. — Ики, беги! — неожиданно выкрикнула Наори, в очередной раз протыкая своим оружием врага. Этот крик выбросил девочку из раздумий, и она побежала. Бежала настолько быстро, насколько могла. А когда решила повернуться и посмотреть назад, увидела лежащую на земле маму, которая пыталась встать, но каждый раз падала, сплёвывая кровь. Это заставило Икибари упасть, смотря, как мама улыбаясь ей, пыталась сказать, что любит её и всегда будет рядом. Но эту прощальную речь прервала катана, что вонзилась в сердце Наори. Прошло несколько секунд, как по полю битвы вихрем разнёсся душераздирающий крик ребёнка. Теперь в её глазах горел шаринган с одним томое, а тело окутала странная тёмная чакра. Поднявшись с земли, она рванула к матери, но была грубо остановлена… отцом. Когда она посмотрела на него полными слёз глазами, Дина передёрнуло. "Шаринган…" Не медля, он прижал к себе дочь, стараясь унять её. Пытался сказать, что рядом и всё хорошо. А после заметил Наори… Из её глаз, рта и тела текла кровь, образовывая под ней большую лужу. Из спины торчала та самая катана, которая пронзила сердце девушки. Но обратив внимание на её лицо, он, помимо появившихся мешков под глазами, заметил улыбку. Настолько чистую и искреннюю, что вся эта картина и ситуация в целом казалась запланированным планом суицида. "Для любого шиноби — честь умереть за что-то, что дорого его сердцу…" — шатен вспомнил слова, которые пытались им внушить в Академии и только сейчас он осознал их. Наори улыбалась, потому что умирая, знала, что с дочерью всё будет в порядке, она не одна, и никто не будет её обижать. Когда к месту битвы подоспели другие ниндзя и ирьёнины, то увидели странную картину: тела нескольких шиноби, что лежали в хаотичном порядке, главу клана Инузука, что сидел на земле, прижимая свою дочь к груди и сдавленный плач последней. Группа медиков разделилась: одна направилась проверять тела на наличие жизни, а другая к девочке, что пыталась понять, почему. "Почему… Они убили маму? Она же ничего не сделала… Почему…? Почему?!" — П-пап… Мама больше не придёт, да? — на мужчину смотрел ребёнок, потерявший самого доброго человека. В её глазах горела ненависть, вселенская печаль и уже два томое на фоне алой радужки. — Да… мама больше не придёт… Осознание смерти в пять лет. Явно не этого Динаро хотел для своей дочери. Но они с Наори знали, на что шли, когда решили завести ребёнка. — Пошли домой, — тихо проговаривает мужчина, прижимая к себе девочку. Ему не нужно было, чтобы остальные узнали о её шарингане. В ответ лишь всхлипывания, беспокоящие и рвущие сердце Динаро. После этого Динаро встал и поплёлся в квартал, не обращая внимания на радостные и сожалеющие взгляды… Пустым взглядом глядя в ночное небо, Икибари прокручивала в голове тот день, виня себя в неспособности помочь матери, позволив ей умереть. "Данзо и его Корень. До них мне пока далековато. Надо сначала с одними делами закончить, а потом за другие хвататься", — размышляла брюнетка, прикрыв глаза и закидывая руки под голову. "Кари. Мы скоро подойдём к Стране Волн. Где тебя ждать?" — Обито, стараясь не слишком сильно шуметь, вошёл в сознание девушки. — У местных поспрашиваете про рёканы. Есть тут один. "Ночлегом Дьявола" называется. Там встретимся, — ответ последовал быстро и больше на "автомате". "Понял. До встречи."

***

Сразу же после разговора с Икибари Обито направился к блондину, чтобы донести всю важность миссии. — Дейдара-семпай! Дейдара-семпай! Лидер-сама попросил предупредить вас о миссии в Стране Волн! Он сказал, что нужно завербовать какого-то Курского Зверя! — пищал Тоби, обеими руками колотя дверь в комнату подрывника. — Ой! Тоби ошибся! Кумогакурского Зверя! — тут же "поправил" себя брюнет, приложив к месту, где по законам анатомии должен быть рот, руку. Нанеся двери ещё несколько особо сильных ударов, он отошёл, давая блондину возможность посмотреть на себя красивого. — Что? — раздражённо-удивлённо произносит парень, забирая волосы в высокий хвост. Он явно не верил словам напарника, решая самому сходить и всё узнать от самого Пейна, чем от надоедливого Тоби. "Вот же петух длинноволосый! Хоть бы раз послушал!" — мысленно бурчал Учиха, ожидая блондина около выхода из убежища. Буквально через десять минут из здания не торопясь выходит Дейдара, одаривая напарника самым злобным взглядом из своей копилки "Для идиота Тоби". — В этот раз ты оказался прав. Но почему мы направляемся в Туман, когда этот зверь из Облака? — больше у самого себя спросил парень, ловко вылепливая из глины большую птицу. - Ну, может он гастролирует? - предположил Тоби, присаживаясь позади блондина. Дейдара, повернувшись, одарил брюнета убийственным взглядом, незаметно доставая из кармана взрывную глину. - Тоби… Пешком до Скрытого Тумана дойдёшь! - крикнул юноша, кидая в напарника паука из взрывной глины. - Кац! - СЕМПА-А-А-А-АЙ, ЗА ЧТО-О-О-О?? - проорал "взрослый ребёнок Акацуки", улетая за горизонт. По приземлению в лесочке, Обито встал, отряхнулся и, словно маленький ребёнок, пиная камни, ругал всех: себя, чертовку Икибари, нервного подрывника и всех остальных, кто мешал выполнению плана Вечного Сна. Успокоившись через несколько минут, брюнет определил своё местоположение и направился в сторону "треклятого Тумана". Впрочем, долго идти ему не пришлось. Благодаря своему мангёке шарингану и личному измерению камуи, он быстро оказался на территории Страны Волн. Парню оставалось только дождаться блондина и направиться на поиски "Ночлега Дьявола". Подрывник не заставил себя долго ждать и, встретившись недалеко от входа в деревню, преступники зашли внутрь.

***

Название полностью оправдывало внешний вид здания: тёмное, мрачное, немноголюдное. Зайдя туда, члены Акацуки увидели ещё более удручающую картину. Как оказалось, это место было сборищем аморальных уродов и малообеспеченных наёмников. Среди всего этого мусора и грязи была сильно заметна чёрноволосая девушка в скромной и небогатой одежде. Она сидела поодаль ото всех и смотрела в одну точку, будто задумавшись о чём-то. Обито сразу понял, что это была Икибари, но её поведение и поза немного запрягли его. Пролепетав что-то про конденфициальный разговор, Учиха дёрнулся вперёд, мастерски огибая других нукенинов, оставляя Дейдару в проходе. Оказавшись около девушки, тот слегка отодвинул маску, проверяя, не мерещится ли ему это. — Ну что? — тихо спрашивает, слегка наклоняясь к девушке. — Гато мёртв, его наёмники тоже. Когда Тазуна достроит мост население снова станет свободным. — Хорошо. А ты сама как? От тебя фонит чернотой. — Да так, прошлое вспомнила.. — Снова кошмары? — Нет. Просто меня сильно удручает состояние населения в Тумане. Нехватка еды, постоянное недоедание и ужасные условия жизни. Я проходила через это в Облаке. Икибари глубоко выдохнула, прикрывая глаза, стараясь отгородить себя от прошлого. — Ты размякла. Учителя на тебя нет. Хмыкнул Обито, слегка усмехаясь. Воспоминания о том, как Мадара гонял их за излишнюю сентиментальность слишком хорошо отпечатались в памяти. — Да пошёл ты, Учиха. — Икибари усмехнулась в ответ, откидываясь на спинку сидения. — Следи за языком. Мы тут не одни. Буквально после его слов появился жутко недовольный Тсукури, скрипя зубами от злости на напарника: — Тоби, идиот! Сколько можно тебя ждать?! — О-ой, семпай?… Голос Обито резко стал по-детски писклявым и чуть испуганным, ведь глупый Тоби "забыл" про своего семпая. От "страха" тот подскочил с места, не зная, куда себя деть, начиная нервно дёргать руками. Девушка же чуть не пролила саке через нос на стол, закашлявшись и прикрывая ладонью нижнюю часть лица — чего-чего, а такого анекдота от всегда собранного и серьёзного, иногда злорадного, Учихи она точно не ожидала. — Кхм. Надеюсь, он не доставил вам неудобств... Собрав себя в кучу, Инузука, сделав резкий вдох-выдох, бросила резко безразличный взгляд на блондина, внимательно изучая внешний вид. Обито очень тихим шёпотом, рассчитывая на хороший слух девушки, перечислил основные способности своего напарника. — Можешь называть меня Кари, семпай. Блондина передёрнуло от обращения Икибари, но он ничего не сказал. Слова Кисаме о силе Зверя Скрытого Облака хорошо отпечатались в памяти и злить её не хотелось. Особенно, когда не можешь просчитать приблизительную реакции на те или иные действия. Усмехнувшись, Кари встала с места, убирая руки за спину, и направилась в комнату. — Надеюсь, что за ещё пять минут ожидания с тобой ничего не случится. — бросила фразу из-за плеча, мило улыбаясь. Собирать особо было нечего, поэтому девушка довольно быстро с этим справилась, убирая свои хилые пожитки в переносные свитки. Сняв Хенге и нацепив маску, Икибари накинула неизменный плащ и вышла из комнаты рёкана, задвигая за собой сёдзе. Спустилась вниз и, кивнув спутникам, покинула "Ночлег Дьявола", не дожидаясь Дейдары и Обито. Как бы то ни было, а Учиха был прав и Инузука действительно размякла, что нужно было срочно исправлять.

***

Трое нукенинов за несколько часов покинули территорию Страны Волн, но никто не проронил ни слова. Ики иногда перебрасывалась колкостями с Обито по телепативному каналу между ними, а Дейдара попросту не решался на диалог что-то обдумывая. Через пару часов пути блондин не выдержал и на глиняной птице нагнал девушку, кашлем отвлекая её от спора с Учихой. — Кхм. Кари-сан, простите, что отвлекаю, хм. Но у меня есть несколько вопросов. — Тсукури начал осторожно, готовясь в случае чего быстро отдалиться. Хотя, что-то ему подсказывало, что это не особо поможет. — Спрашивай. — позволительно кивнула девушка, даже приближаясь к парню, дабы показать лёгкую заинтересованность и не пугать ребёнка. Блондина распирало любопытство. Хотелось узнать, почему Кисаме так напугался девушки, что выглядела вполне безобидно. Немного странно, но безобидно. — Кари-сан, Кисаме рассказывал, что ваша чакра невероятно мощная и ощущается на очень большом расстоянии, хм. Но сейчас, я не чувствую этой невероятной, по его словам, силы. Из-под маски раздался многозначительный хмык, плавно переходящий в одобрительное хеканье. — Правильный вопрос, на самом деле. — повернув голову к парню, Икибари приподняла уголки губ в улыбке. — А сам как думаешь? Вопрос застал Тсукури в расплох, что очень ярко отразилось на его лице. Нахмурившись, он попытался прикинуть несколько причин для ответа на свой же вопрос. Инузука тихо прыгала рядом по веткам, наблюдая за мыслительными процессами в голове блондина. — Хм... Вы скрываете её? — начал он, озарённый догадкой, но после опять нахмурился, недоверчиво хмурясь. — Но тогда всё равно должна была остаться какая-то часть этой нечеловеческой силы. К тому же, так долго подавлять её довольно сложно. Опытные шиноби-сенсоры давно бы заметили вас и подняли тревогу и вам бы просто нужно было убивать всех без разбора, чтобы не раскрыть свою личность. Даже Тоби притих, гадая, что ответит девушка на вполне логичный вопрос. Не то, чтобы он не знал многих тонкостей Инузуки, просто было интересно, что она наплетёт пареньку, ведь раскрывать их маленькую тайну было никак нельзя. Икибари хохотнула низким голосом, пробирающим до костей. В отверстии для глаз блеснули лукавые искры. — Если знать, как правильно, то очень даже легко. Не зря же некоторые особо чувствительные называют меня духом. — растянув губы в задорном оскале, девушка сделала несколько движений рукой под мантией и резко исчезла в дыме из поля зрения. О присутствии нукенина напоминал только тихий смех с нотками лёгкого злорадства и довольствования ситуацией. Члены Акацуки будто попали в затуманенную рощу, где видимость была минимальной. Увидеть что-то дальше десяти метров было нереально. По отдельному шелесту листвы с кроны деревьев было сложно определить местонахождение преступницы, поскольку звук исходил из каждой точки со всех сторон, а фигуры, отдалённо напоминающие Кари, мелькали то тут, то там, мешая сосредоточиться на чём-то одном.

***

Обито, если бы плохо знал девушку, сказал, что она либо играет с ними, как хищник с добычей, либо намеревается убить кого-то из них, преимущественно Тсукури. Но по сути, ни то, ни другое правдой не являлось. Икибари просто пыталась вернуться "в былую форму" за счёт молодого нукенина, попутно проверяя его на профпригодность, чтобы потом, уже в убежище, выкатить Учихе претензии по поводу выбора нарушителей законов Стран Шиноби. То, что сейчас устроила Инузука, было чертовски реалистичным гендзюцу, которое среднестатистический шиноби не смог бы удержать и пяти секунд, а условный Итачи Учиха свалился с сильным чакроистощением через пять секунд. Но урождённая Учиха, со знаниями и модификацией от самого Мадары, и близко не стояла с подобными личностями, являясь совершенным орудием для достижения мира. Для самой же Икибари конкретно эта техника не была чем-то особенным. Просто иллюзия, много чего меняющая и нещадно жрущая чакру, не более. Если брать в расчёт весь арсенал иногда зверских техник, то гендзюцу было чисто для дополнительного морального давления на жертв и применялось в качестве "отдыха от мордобоя". Впрочем, убедившись в адекватности выбора Обито, Инузука так же резко убрала иллюзию, достаточно медленно двигаясь чуть впереди, чтобы у напарников была возможность прийти в себя и нагнать её, что они, собственно, и сделали.

***

По прибытию в убежище Акацуки Дейдары, Тоби и некой девушки в маске волка, Пейн собрал всех оставшихся нукенинов в главном зале для представления нового члена их преступной группировки. У незнающих всех тонкостей, то есть Сасори, Какузу и Хидана, количество вопросов росло в геометрической прогрессии. Кисаме с Итачи были относительно "в теме", но сильно удивились, когда взрывной дуэт вернулся мало того, что без повреждений, так ещё и с самым неуловимым преступником Стран Шиноби, и существование которого подвергалось постоянному оспариванию. — Ну и нахуй нас здесь собрали? — фыркнул Хидан, закидывая чёрно-красную трёхлезвийную косу себе на плечо, едва не задевая ею Какузу. — Хидан, — рыкнул казночей, отвешивая своему неадекватному напарнику подзатыльник. Ответив что-то нечленоразборное, но явно оскорбительное, Мацураси встал в ряд с остальными нукенинами, переключая внимание со своего напарника-старпёра на прибывших Дейдару, Тоби и странную дамочку в маске. — А это ещё кто с вами, бля? — вопрос, в общем-то, был довольно подходящим для сложившейся ситуации и вполне описывал внутренне негодование остальных нукенинов. — Это Кари-сан, нукенин S ранга из Скрытого Облака, — коротко представил девушку Пейн, после чего слегка отошёл в тень к молчащей Конан, оставляя разборки и дальнейшее знакомство на мужчин. — Тот самый Зверь Скрытого Облака, — тихо, но чётко, произнёс Итачи, смотря в упор за создание - язык не поворачивался назвать его человеком. Кисаме кивнул, хмурясь в попытках найти хоть грамм той чудовищной силы, которую ощущал тогда, но всё было тщетно. Складывалось впечатление, что сейчас перед ним совершенно другой человек. — Я бы не был так уверен на вашем месте, Итачи-сан. Я не чувствую ничего схожего между тем Зверем и этим. Никакой нечеловеческой адской силы, — покачал головой Хошигаки, складывая руки на груди. — Не того прив... Договорить ему не дала резко выпущенная Ки Инузуки, что ввела всех присутствующих в ступор. Они не знали, как реагировать на такие выкрутасы со стороны странной фигуры в мантии и совершенно не ожидали подобной мощи от хлипкой дамочки. — Так лучше, Мечник-сан? — за чёрно-алой волка маской чувствовалась неприкрытая насмешка, явно провоцирующая на действия, которые Кисаме и сделал, резко кинувшись к Икибари с Самехадой на перевес. — Издеваться удумал?! Кто-то хотел было вмешаться и остановить Мечника от необдуманных поступков, но не успел: Икибари перехватила Самехаду, не давая разрубить себя на две половины. Меч, учуяв яркий источник чакры, начал раскрываться, чтобы впитать её в себя. Почувствовав, как чакра бесследно исчезает, она отскочила в сторону, выпуская из рук шипастое лезвие. Бросив на ладони быстрый взгляд, она тихо цыкнула — шипы задели чёрные кожаные перчатки, слегка разодрав их. Встав в такую привычную боевую стойку, Ики сделала лёгкий и незамысловатый жест кистью, выпуская из запястья чакропроводящую трубу. По внешнему виду она была похожа на трубы Пейна, но по своей сути являлась более серьёзным оружием в умелых руках. Столкнувшись с мечом, труба слабо засветилась, а в особо подсвечанных зонах можно было рассмотреть иероглифы 偉力 , 一太刀 , 悶死 , 一殺多生 , означающие "Мощь", "Удар меча", "Мучительная смерть", "Смерть одного — жизнь многим". Всё это имело прямое отношение к определённым событиям в жизни девушки и масштабным планам на будущее. Хмыкнув, Кисаме усилил напор, надеясь раздавить наглую девчонку своим немаленьким весом. К своему сожалению, он обнаружил, что она совсем не прочь таких действий и без особых проблем удерживает его на комфортном для себя расстоянии. Стойко уперевшись ногами в каменный пол, Инузука упрямо сдерживала гнев Мечника, не давая и шанса, чтобы спихнуть себя с пути. Меч опасно клацнул зубами, нетерпеливо елозя в руках хозяина, подбивая того на открытый бой. Кивнув своим мыслям, Хошикаги сделал резкий выпад, а демонический клинок попытался схватить или, хотя бы, задеть девушку, но наткнулся на совершенно невкусную чёрную трубу с гравировками. Другая такая же труба пролетела в опасной близости от головы Кисаме, ненавязчиво намекая на игривое настроение фигуры в маске.

***

Сражение завораживало. Никто не собирался уступать, из-за чего зрелище становилось красочнее: искры от соприкосновений Самехады и, казалось, бесконечных чёрных труб с гравировками "на все случаи жизни"; тяжёлые вздохи обоих мечников с упрямыми попытками достать до оппонента атакой, чтобы выиграть сражение. Вот Икибари делает ложный выпад и, заманив взбесившегося мужчину в свою ловушку, ловко проскакивает мимо него, задевая трубой его голень в глубоком порезе. Зло рыкнув, Кисаме резко разворачивается и успевает дёрнуть за полу мантии, стягивая её с соперника. Перед всем составом Акацуки предстала фигурка девушки в черном топе под майкой-сеткой и чёрных коротких шортах. Всё её тело было покрыто печатями — что-то схожее с фуиндзюцу клана Узумаки, только на теле, а не на свитках. Под печатями можно было спокойно разглядеть в меру накаченное тело с видимыми мышцами, что говорило о долгих и тяжелых тренировках. На слегка загорелой коже были заметны белые пятна, разбросанные случайном порядке и находившиеся в большей концентрации на левой половине тела. Хидан удивлённо присвистнул, без зазрений совести разглядывая такое удивительное сочетание красоты и смертоносности. Он бы солгал, если бы сказал, что не считает это идеальным: "Джашин-сама будет доволен, если я смогу привести её в культ!". Итачи еле заметно выгнул бровь. Почему-то незнакомка казалась ему отдалённо знакомой. Будто они где-то уже встречались в его далёком детстве. Но где и когда?... Какузу неоднозначно хмыкнул и открыл книгу Бинго, ища там Зверя Скрытого Облака. Долистав до нужной страницы, мужчина усмехнулся: за неё давали круглую сумму с восемью нулями. Одно слово Лидера — и он лично сдаст девчонку властям Пяти Великих Стран Шиноби. Сасори всё это было не интересно. Он считал, что они тратят бесценное время в пустую, но где-то у себя пометил, что если от этой Кари-сан будет мало толка или она быстро умрёт, то он — величайший создатель марионеток из Суны — обязательно пополнит свою коллекцию кукол таким замечательным экземпляром. Ухмыльнувшись, Хошигаки без задней мысли стал складывать печати. Ярость и кровожадность затмили разум, делая его безжалостным убийцей, сражающимся до последней капли крови. Инузука же тоже не отставала. Руки привычным и, доведённым до автоматизма, движением быстро складывали печати для Великого Огненного Дракона. Но вспомнив, что данная техника совершенно не подходит для замкнутых пространств, лишь фыркнула, перекатываясь в увороте от Волны Дождевых Водяных Акул. Рядом с ней возник ещё один Кисаме, замахиваясь кулаком для удара. Действуя на опережение, Икибари уворачивается и атакует первой. Кулак, облачённый в кожаную перчатку, проходит сквозь Мечника, а его лицо расплывается, подобно кругам на воде. "Чёрт, водяной клон!.." — запоздало осознает брюнетка, так легко попадаясь в Водяную Тюрьму. — Ты не так уж и опасна, как о тебе говорят, — растягивает отступник, с садистким удовольствием наблюдая, как девушка предпринимает слабые попытки выбраться из западни. — Не люблю замкнутые пространства, — пытаясь выбраться, брюнетка изнутри ударяет в водяной шар, наблюдая, как по внутренней стене проходят слабые волны от достаточно сильного удара. Тихо рыкнув от безысходности, она упирается руками в стены шара, слегка опуская голову. Дыхание сбилось из-за небольшой паники от неожиданной атаки и медленно, но верно наступающего кислородного голодания. Что ни говори, а дышать надо всем, даже наполовину искусственным преступникам. Где-то в стороне слабо слышится тяжёлый вздох от Обито. "Я же говорил быть аккуратнее с ним," — так и сквозит от брюнета в маске, что сейчас, как заведённый, скакал вокруг Дейдары и что-то верещал, активно размахивая руками. Фыркнув, мысленно признавая свою ошибку, Икибари думает, как выбираться из непростой ситуации: ждать, когда у мечника закончиться чакра не вариант — его запасы не намного меньше её, а вот воздействовать изнутри на Тюрьму можно, но сложно. Какую технику использовать, чтобы не умереть и не упасть в грязь лицом? В голову неожиданно приходит очень странная идея: использовать свою старую, не очень эффективную технику, созданную ещё в подростковом возрасте, как одну из первых версий Великого Огненного Дракона. Покопавшись в памяти, Икибари медленно складывает печати, перед этим отодвинув маску вбок, чтобы огонь не задел изделие, раньше времени раскрывая личность девушки, и произносит название: — Техника Огненного Дракона. Языки пламени послушно вырвались из гортани, полностью окутывая фигуру. Огонь, схлестнувшись с противодействующей стихией, яростно боролся с ней, освобождая своего создателя из водяного плена. Сформировавшийся дракон зло рыкнул и, оскалившись, двинулся к Кисаме. На удивление Хошикаги, да и других нукенинов, что уж говорить, техники стихии Воды особо не вредили пламенному разъярённому демону, показывая достаточный уровень мастерства девушки в этой стихии. Водяные Акулы не могли пробиться сквозь чешую Дракона, испаряясь быстрее, чем успевали приблизиться на близкое расстояние и попытаться нанести вред самому зверю или его создателю. Не успел Кисаме придумать какой-нибудь другой способ избавиться от наглой девчонки, как огненная техника развеялась, а девушка, доставая своё странное оружие из печатей на запастьях, бросила очередную трубу прямо в Мечника. Атака была неожиданной, но достаточно открытой и прямой, чтобы легко уклониться и ехидно оскалиться. Но для кого? Девушки будто бы и не было здесь. Её зверская чакра чувствовалась где-то за спиной. Но откуда она там взялась?.. Не успев полностью повернуться, Мечник ощутил сильный удар в челюсть и отлетел на приличный десяток метров. Инузука приземлилась на ноги, сильно разъехавшись на них, и опёрлась левой рукой в пол, правой держа трубу со светящимся на ней иероглифом 悠遠. Растянув сухие искусанные губы в наглой ухмылке, Ики злорадно хихикнула, откровенно наслаждаясь состоянием нукенинов. Хоть они старались держаться стойко, слишком явная реакция знающих историю про Жёлтую Молнию Конохи и Второго Хокаге выдавали их с головой: удивлённо приподнятые брови, не верующий взгляд и очевидная настороженность в глазах: "Техника Летящего Бога Грома?!". Это был вполне закономерный вопрос для сложившейся ситуации. Как и, например, часть странного витиеватого алого узора заметного на щеке девушки. Что это, принадлежность к малоизвестному клану или просто рисунок, не имеющий смысловой нагрузки? — Ну как, достаточно неплохо для человека, выдающего себя за Зверя Скрытого Облака? — насмешка, приправленная ехидством, стала ещё ярче. В голову лидера, наблюдавшего за этим балаганом, стали закрадываться некие сомнения. Было не понятно, чего ожидать от незнакомки, явно не гнушающейся пользоваться негативными эмоциями людей в своих совершенно неясных целях. Так ли хорошо такое приобретение, как Зверь или Акацуки вполне могли обойтись без него? Тем более, то девушка победила Кисаме в спарринге ничего не доказывало — на вид ей было в пределах двадцати пяти лет. А в то, что она пережила слишком много, верилось с трудом. Впрочем, Пейн решил не делать выводов раньше времени, ведь если сам Учиха Мадара порекомендовал её, то на это были свои причины, верно?..