Затишье перед бурей

В тронном зале стояла мёртвая тишина, за узорчатым окном виднелись остатки былого "радужного мира", наполненный нелепыми мелкими и не очень существами, по какой-то необычайной причине, имеющие полное господство над такими преступниками как молодой император, что лишь всю жизнь мечтал о справедливом возмездии всем, кто вместо него выбирал "идеального" Нереуса. С самого мгновения, когда их холодные сердца загорелись пламенем жажды власти, Айси и Тританнус точно знали: они уничтожают их идеальный мир взамен на свой, где нет места всему яркому и красочному, есть лишь тьма и безысходность, где нет места противным феям, есть лишь безмозглые, от легко подчиняющиеся мутанты, где нет места выборочной любви к детям, ведь единственный ребёнок перед которым с самого её рождения склонились все обитатели океана — Стэвия. Тританнус стоял перед окном задумчиво размышляя о чём-то своём, он часто любил вспоминать свою "драгоценную семейку" и свою никчёмную жизнь до встречи с единственной, кто не сочла его мечты о злобном возмездии простой обидой, с той, кто кажется, стала единственной полюбившей его такого, каким он есть, даже "великим" королю и королеве океана Андроса не хватило на это любви. С необыкновенной гордостью он вспоминает тот день, когда все его враги добровольно или нет, склонили перед ним головы, когда мир, который будто с момента рождения отказался от Тританнуса, безысходно пал на его глазах. И только Айси с тех пор не особо вспоминала их победу, цель всей её жизни достигнута, но спустя годы это не доставляет ведьме такого удовольствия. Она ни раз замечала за собой как изменилась, нет, не в худшую сторону как можно подумать после кражи ею сил сестёр...а в светлую. После появления в её жизни маленькой русалочки с прекрасным именем Стэвия, она стала совсем другой, более мягкой и несходительной, хоть и в первые годы старалась это отрицать. Безусловно, прежнюю жестокость и холодную голову она сохранила, но только по отношению к мелким хорькам под названием "селки", и к глупым мутантам. Она никогда не видела себя в роли жены и матери, перед её глазами будущие было ледяное и безвыходное, где нет места феям и чему-либо светлому, только она, ледяной трон и подчинённые. Но после встречи с Тританнусом она почувствовала как ледяное сердце, не содрогавшееся годами, неожиданно стало биться сильнее с каждым его присутствием. Возможно эта искра могла показаться со стороны простым хохотом ради власти, но это была искренняя любовь, искренняя...не пропавшая даже после позорного поражения, впрочем, трудно забыть об неудавшемся романе зная, что в животе уже во всю слышится стук маленького сердца. — Что с тобой? Ты как-то подозрительно притихла — заметил не присущее молчание любимой император, повернув на неё голову. Айси флегматично колдовала над небольшим ледяным шаром сидя на троне, как-то грустно опустив глаза. — Беспокоюсь о Стэвии, чем может быть вызвана эта головная боль? — вздохнула ведьма, подняв голову в сторону правого окна. Тританнус молча подплыл а ней, нежно обхватив руками её холодные ладони, приковывая к себе холодный взгляд. — Мы же помним, в последний раз такое было когда она только родилась — ведьма льда задумчиво отвела взгляд. — Когда феи ещё жили.... — промямлила она — но этого не может быть.... — Конечно, наша армия уничтожила всех фей, ведьм, специалистов, волшебных зверей....всё, что могло бы нас остановить и причинить вреда нашей дочке. Возможно, всё дело в химикатах, они могли бы добраться до неё через тех же мутантов? Кто знает где они плавают и какую заразу на себе переносят? — едва слышный разговор прервал внезапный удар яркой молнии прямо из потолка, на месте которой словно снежный ком появились.... — Сторми? Дарси?! — удивлённо воскликнула императрица вскочив с трона.