Часть 3. Комната #7

Глава 3 Комната №7 В пятницу «Moon Velvet» превращался в ад. Музыка гремела так громко, что дрожали стаканы, официанты бегали с подносами как солдаты на войне, а Джун курил уже третью сигарету подряд, даже не замечая этого. — Сегодня без драк, — холодно сказал он персоналу. — Если кто-то опять выльет алкоголь на клиента, я лично выкину вас на улицу. Мила невинно подняла руки. — Почему все сразу смотрят на меня? — Потому что ты однажды ударила человека омаром. — Он изменял жене. — Ты познакомилась с ним пять минут назад. — И что? Джун устало закрыл глаза. ⸻ К десяти вечера клуб уже был переполнен. Никки снова работал “таинственной японкой” под сценическим именем Ника. И, к огромному унижению Лизы, у него появились постоянные поклонники. — Мне плохо от того, что мужчины считают моего мужа красивой женщиной, — пробормотала она. — Зато вы платите за квартиру, — заметила Кая. Это было правдой. Никки неожиданно стал звездой клуба. Он пел, флиртовал, драматично поправлял парик и каким-то образом умудрялся нравиться абсолютно всем. Даже Джун уже перестал спорить. — Если клиент счастлив — мне всё равно, мужчина он или нет, — сказал менеджер. Лиса после этих слов смотрела на Джуна так, будто готова была родить ему троих детей. ⸻ Но около полуночи атмосфера изменилась. К дверям клуба подъехали три черных машины. Даже охранник выпрямился. Из первой вышли мужчины в дорогих костюмах. Молодые, богатые, слишком уверенные в себе. От них пахло дорогим парфюмом и проблемами. А потом вошел он. Высокий парень в длинном темном пальто, с идеально уложенными волосами и таким спокойным лицом, будто весь клуб принадлежал ему. Джун сразу напрягся. — Чёрт… — Ты их знаешь? — тихо спросила Диана. — Хуже. Это сын владельца сети отелей “Mireon”. Даже Мила присвистнула. В Корее фамилию семьи Миреон знали все. Деньги. Политика. Скандалы. И абсолютно отвратительная репутация у мужчин семьи. — Который из них? — спросила Кая. — Кан Тэхён. И словно услышав своё имя, парень поднял взгляд. Очень спокойный взгляд. От которого почему-то стало не по себе. ⸻ Компания заняла VIP-комнату №7 — самую дорогую в клубе. Джун лично выбирал девушек для обслуживания. — Только без фокусов, — предупредил он. — Ты сейчас кому? — уточнила Мила. — Всем. — Тогда это бесполезно. ⸻ В комнату отправили Каю, Лизу, Милу и… Никки. Потому что “Нику” клиенты требовали чаще всех. — Если меня сегодня раскроют, я умру, — прошептал Никки, поправляя платье. — Если тебя раскроют, я сама тебя убью, — ответила Лиза. ⸻ Комната №7 была огромной. Мягкий свет, кожаные диваны, дорогой алкоголь. И мужчины. Очень пьяные мужчины. Один сразу начал хвастаться часами стоимостью с квартиру. Другой спорил с кем-то по телефону. Третий уже пытался петь. Но Кан Тэхён сидел молча. И смотрел. Особенно внимательно — на Каю. Ей это не нравилось. — Выпьешь? — спросил он наконец. — Я на работе. — Это не ответ. Кая уже собиралась отказать, как вдруг рядом раздался знакомый голос. — Простите, господин, но эта девушка сегодня занята. Все обернулись. Никки. В серебряном платье. С идеальной осанкой. И бокалом шампанского. Лиза чуть не упала со стыда. Тэхён медленно перевел взгляд на “Нику”. — А ты забавная. — Мне часто это говорят. — Японка? Никки на секунду завис. — …почти. Мила уткнулась лицом в меню, чтобы не заржать. Но настоящий ужас начался через минуту. Потому что один из богатых гостей внезапно сказал: — Слушайте… а это не мужик? Тишина. Лиза перестала дышать. Кая медленно закрыла глаза. Джун, стоявший за стеклянной дверью, уже мысленно писал заявление об увольнении. А Никки… улыбнулся. Потом медленно взял микрофон. И запел. Без музыки. Старую японскую балладу. Голос был настолько красивым, что комната затихла мгновенно. Даже официанты остановились. Даже Мила перестала двигаться. Никки пел так, будто всю жизнь ждал именно этой секунды. Без шуток. Без парика. Без притворства. Просто человек, который слишком долго хотел, чтобы его услышали. Когда песня закончилась, в комнате стояла полная тишина. А потом Кан Тэхён вдруг тихо сказал: — Ты выступал раньше? Никки медленно опустил микрофон. — Нет. Тэхён достал визитку и положил на стол. — Тогда, возможно, пора начать. Лиза замерла. Джун нахмурился. А Блу, наблюдавший всё это из коридора, впервые почувствовал не ревность. А страх. Потому что если у Никки действительно получится уйти отсюда… тогда Лиза тоже уйдет вместе с ним.