Часть 24. Ночь, после которой Moon Velvet уже не был прежним

Глава 22 — Ночь, после которой Moon Velvet уже не был прежним После слухов про Джуна-Менеджера атмосфера в клубе стала ужасной. Не обычной “Moon Velvet ужасной”. А тихой. Опасной. Норебанщица Лиса страдала молча. Мила-Разлучница слишком довольно улыбалась. Джун-Менеджер курил каждые двадцать минут. Ханна в Мехах внезапно приехала без предупреждения. И это было плохим знаком. Она вошла в клуб в белой шубе, огромных очках и с пакетом дорогих десертов. Все сразу замолчали. — Джуниии~ — протянула она. — Почему ты мне не отвечаешь? Джун-Менеджер выглядел как человек, который хочет умереть. Хуже было другое. Мила-Разлучница сидела прямо рядом с ним. И даже не собиралась уходить. Ханна медленно повернула голову. — А это кто? — Проблема, — тихо сказал Джун. — Я всё слышала, — ответила Мила. Весь клуб замер. Певец Никки буквально сел на пол от интереса. — Ты спал с ней? — спокойно спросила Ханна. — Нет. — Хотел? Тишина. — ГОСПОДИ, ОТВЕТЬ ЧТО-НИБУДЬ, — прошептала Лиза-Солнышко. Но Джун-Менеджер молчал слишком долго. И это было ошибкой. Ханна в Мехах медленно сняла очки. — Джуни… тебе нравится эта женщина? — Ханна— — Она даже выглядит как человек, который ворует мужей в торговых центрах. — Спасибо, — сказала Мила. И тут неожиданно вмешалась норебанщица Лиса. Все повернулись к ней. Потому что обычно в такие моменты она просто страдала в углу. Но сейчас она выглядела злой. Очень злой. — А вам не всё равно? — холодно сказала Лиса. Тишина. Даже Даха Бучиха удивилась. — Что? — медленно спросила Ханна. — Если он хочет быть с кем-то другим — пусть будет. Джун-Менеджер впервые за вечер выглядел испуганным. Потому что Лиса никогда не говорила такие вещи вслух. Но это был только первый скандал вечера. Потому что через десять минут в клуб ворвался Арсений-Катастрофа. В крови. — Я УМИРАЮ. — Это кетчуп, — сказала Диана-Уничтожитель-Мужчин. — А. Оказалось, Арсений пытался “по-мужски разобраться” с бандой, которая раньше угрожала клубу. И somehow проиграл киоску с хот-догами. — Он случайно ударился лицом о аппарат с соусами, — устало объяснил Ынну. — ТРИ РАЗА, — добавил Минххо-Томат. Но настоящий ужас случился позже. Когда певец Никки напился. А пьяный певец Никки — это оружие массового поражения. Он внезапно встал посреди клуба. С микрофоном. — Я УСТАЛ МОЛЧАТЬ. Все замерли. Лиза-Солнышко закрыла лицо руками. — Никки, пожалуйста… И тут он выдал: — Я знаю, кто реально целовался возле клуба после Владивостока. Тишина стала мёртвой. Джун-Менеджер медленно закрыл глаза. Мила-Разлучница перестала улыбаться. Норебанщица Лиса побледнела. — Это был не Джун, — драматично сказал Никки. — Тогда кто?! — заорал Арсений-Катастрофа. Никки ткнул пальцем. Прямо в… Блу-Спасатель И… норебанщица Лиса. В клубе наступила абсолютная тишина. Блу выглядел так, будто его сейчас собьёт поезд. Лиса медленно открыла рот. — ЧТО?! — Я ВИДЕЛ! — закричал певец Никки. — В переулке! После смены! Вы были очень грустные и очень близко! Ари с Грустными Глазами медленно подняла голову. И впервые за долгое время перестала выглядеть грустной. Теперь она выглядела опасной.