Часть 27. Исповедь

Глава 27 — Исповедь После возвращения из Владивостока все думали, что хуже уже не будет. Они ошибались. Всё началось с Милы-Разлучницы. Она была непривычно тихой. Не флиртовала. Не смеялась. Не трогала чужих мужчин. Просто сидела с бокалом и смотрела в стену. — Ты чего как вдова миллиардера? — спросила Даха Бучиха. Мила подняла глаза. И сказала: — Диана спала с Батюшкой. Тишина. Абсолютная. Батюшка Алексей Многострадальный подавился водой. Диана спокойно закурила. Арсений-Катастрофа побледнел так сильно, будто сейчас исчезнет. — …ЧТО? — В поезде, — спокойно сказала Диана. — После церковного корпоратива. Певец Никки уронил телефон. — С БАТЮШКОЙ?! — Да. Все одновременно посмотрели на Батюшку. Тот выглядел как человек, который хочет выпрыгнуть в окно. — Я был очень пьян, — тихо сказал он. Тишина стала ещё хуже. Диана усмехнулась. — Ну и что? Батюшка резко поднял голову. — “Ну и что”?! Я вообще не уверен, что хотел этого! В Moon Velvet стало так тихо, что было слышно холодильник. Даже Диана замолчала. — Я еле соображал! — продолжил Батюшка. — Ты буквально затащила меня в купе! — Ты вообще-то был очень разговорчивый. — Я рассказывал тебе про грехи человечества! — А потом начал плакать и говорить что женщины тебя пугают. Даха Бучиха уже лежала лицом в диван от смеха. — БАТЮШКА ПЛАКАЛ ПОСЛЕ СОЖДУ?! — заорал певец Никки. — Я НЕ ПЛАКАЛ. — Ты говорил “я недостоин любви”. Мила выглядела так, будто сейчас реально расплачется. Потому что никто не знал: она уже несколько месяцев была тайно влюблена в Батюшку. И сейчас буквально слушала, как Диана рассказывает про поездной кошмар всей его жизни. Арсений медленно встал. — Всё. С меня хватит. Диана даже не посмотрела на него. — Ты меня бросаешь? — тихо спросил он. — Нет. Я тебя бросаю. — Из-за БАТЮШКИ?! — Нет. Из-за того, что ты однажды описался на бандита и после этого уже не восстановился как мужчина. ВЕСЬ КЛУБ: — ДИАНА?! Арсений выглядел так, будто его душа покинула тело. — Ты реально променяла меня на священника… — Технически бывшего эксгибициониста, — мрачно сказал Батюшка. Все: — ЧТО. Батюшка закрыл лицо рукой. — Господи, зачем я это сказал… Но алкоголь уже победил разум. И Moon Velvet снова отправился в ад. Батюшка Алексей Многострадальный — В молодости я выпивал и бегал голым по району. Тишина. Лиза-Солнышко моргнула. — …зачем? — Не знаю. Я был красивый. Певец Никки уже катался по полу. — Иногда я выпрыгивал из кустов. — БАТЮШКА?! — Это были девяностые. Ари и Блу-Спасатель И тут Ари внезапно сказала: — Вообще… вся эта история с Дианой и Батюшкой очень в духе того, что нравится Блу. Блу медленно закрыл глаза. — Ари. Пожалуйста. Норебанщица Лиса напряглась. — В смысле? — осторожно спросила Каечка. Ари спокойно пожала плечами. — Ему нравится вся эта тема: беспомощности;потери контроля;когда человек “не должен”, но всё выходит из-под контроля. Тишина. Блу выглядел так, будто хочет умереть. — Это звучит ужасно, когда ты так говоришь. — Потому что это ужасно. Никки уже орал: — ПОЧЕМУ ВЫ ВСЕ ПСИХИ?! Даха Бучиха и Минххо-Томат — Мы любим ролевые игры, — спокойно сказала Даха. Минххо подавился воздухом. — ДАША. — Что? Это уже не самый страшный разговор вечера. Каечка заинтересованно подняла бровь. — Какие именно? Даха улыбнулась как маньяк. — Я преследователь. Тишина. — А Минххо убегает. ВЕСЬ КЛУБ: — ЧТОООООО. Минххо закрыл лицо руками. — Она однажды полчаса гонялась за мной по квартире в кожаной куртке. — Потому что тебе понравилось. — МЫ НЕ ОБСУЖДАЕМ ЭТО. Лиза-Солнышко Пока все умирали от смеха, Лиза очень тихо сказала: — Мне нравятся гномы. Тишина. Певец Никки побледнел. — …что? Лиза отвела взгляд. — Поэтому иногда я прошу Никки прятать ноги под диван и надевать колпак. Moon Velvet умер окончательно. Никки закрыл лицо руками. — Я ВЗРОСЛЫЙ МУЖЧИНА. ПОЧЕМУ Я ЖИВУ ТАК. Арсений-Катастрофа — Мне нравятся афро. Все: — …что? Арсений посмотрел на Диану. — Я просил её мазаться автозагаром. Даха Бучиха буквально свалилась с дивана. Диана впервые за вечер выглядела смущённой. — Я ненавижу тебя. — Но ты делала. — Потому что я была молода и с проблемами. Ынну и Каечка И тут наступила опасная тишина. Потому что Каечка слишком довольно улыбалась. — Ынну любит ревность. — Не начинай. — Нет, пусть знают. Ынну уже выглядел как человек, который хочет отключить электричество во всём Сеуле. Каечка спокойно отпила коктейль. — Иногда он приглашал третьего человека. ВЕСЬ КЛУБ: — ЧТОООООООО. — И потом злился, что тот смотрит на меня. — Потому что он смотрел слишком долго. — Ты буквально ударил человека стулом. — Он раздражал. Даже Джун-Менеджер прошептал: — Брат… тебе лечиться надо. Финальный удар — Мила и норебанщица Лиса Мила уже была пьяная и морально мёртвая. — Мне нравится нюхать чужие трусы. Тишина. Никто даже не смеялся. Все уже слишком устали. А потом норебанщица Лиса тихо сказала: — А я вообще-то подрабатываю госпожой. Moon Velvet окончательно перестал существовать как место с психически здоровыми людьми. — ЧТО?! Лиса покраснела. — Мужчины платят мне, чтобы я их унижала. Блу выглядел так, будто получил инфаркт. — ТЫ?! — Я не специально такая многогранная! Тишина после признания Милы-Разлучницы была такой тяжёлой, что даже холодильник будто перестал работать. — …ты ЧТО делаешь? — очень медленно спросила Лиза-Солнышко. Мила пожала плечами. Слишком спокойно. — Мне нравится запах чужой жизни. Тишина. — Это самая страшная фраза вечера, — прошептал Джун-Менеджер. Мила отпила коктейль. — Мужские. После свиданий особенно. Певец Никки вскочил. — ПОЧЕМУ ТЫ ТАКАЯ?! — Не знаю. Мне нравится думать кто этот человек, что он делал, нервничал ли… — МИЛА, ПЕРЕСТАНЬ. Даха Бучиха уже плакала от смеха. — Ты как серийный маньяк из артхаусного фильма. — Зато интересная. И тут произошло худшее. Потому что Арсений-Катастрофа внезапно сказал: — Подождите… а мои пропадали. ВЕСЬ КЛУБ: — АРСЕНИЙ ЗАТКНИСЬ. Мила посмотрела на него с отвращением. — Я не настолько отчаялась. Даже Диана впервые за вечер засмеялась по-настоящему. Но потом все повернулись к норебанщице Лисе. Которая сидела красная как сигнализация. — …госпожа? — осторожно переспросила Каечка. Лиса закрыла лицо руками. — Это не так страшно как звучит. — ЭТО ИМЕННО ТАК И ЗВУЧИТ, — заорал певец Никки. Лиса обречённо вздохнула. — Мужчины платят мне за переписки, голосовые и унижения. Даха Бучиха уже лежала на полу. — ТЫ?! ТЫ ЖЕ В РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ ИЗВИНЯЕШЬСЯ ПЕРЕД СТУЛОМ ЕСЛИ В НЕГО ВРЕЗАЛАСЬ. — В РАБОТЕ Я ДРУГАЯ. Мила вдруг заинтересованно наклонилась. — И что ты им пишешь? Лиса сначала отказалась. Потом напилась ещё сильнее. И достала телефон. — Ладно. Но вы сами попросили. Весь Moon Velvet подвинулся ближе. Даже Батюшка Алексей Многострадальный. Лиса открыла переписку и тихо прочитала: “Сидеть.” Тишина. Следующее сообщение: “Хорошие мальчики сначала спрашивают разрешение говорить.” Певец Никки уже бился головой об диван. А потом Джун-Менеджер вдруг сказал: — Покажи ещё. Тишина. Лиса медленно подняла голову. — …что? Джун сидел расслабленно. С сигаретой. И смотрел на неё с очень странным интересом. Ханна в Мехах медленно прищурилась. — Джуни. — Что? — Почему у тебя такой взгляд. — Какой. — Как у человека, которому стало слишком интересно. Даже Ынну оторвался от телефона. Лиса нервно сглотнула. И зачем-то открыла следующий чат. “Не позорься сегодня сильнее обычного.” Арсений-Катастрофа: — ОНА РАЗГОВАРИВАЕТ КАК ДИАНА. Диана уважительно подняла бокал. А Джун вдруг тихо усмехнулся. Впервые за весь вечер. Мила первой всё поняла. И заорала: — ДА ВЫ ПОСМОТРИТЕ НА НЕГО. Ханна резко повернулась к Джуну. — Тебе нравится?! — Я ничего не говорил. — ДЖУН. Но было поздно. Потому что Лиса уже тоже всё поняла. И покраснела так сильно, что чуть не умерла. — …тебе реально нравится когда тебя унижают? Джун сделал затяжку. Потом спокойно ответил: — Зависит от человека. ВЕСЬ КЛУБ: — ООООООООООО. Ханна в Мехах медленно сняла очки. — Так вот почему ты терпишь Диану. — Я её не терплю. — Ты literally улыбаешься когда тебя оскорбляют. Певец Никки уже плакал. — ГОСПОДИ. ЕМУ НРАВИТСЯ ЭТО ВСЁ ВРЕМЯ. И тут произошло худшее. Потому что Лиса, уже пьяная и морально уничтоженная, вдруг посмотрела прямо на Джуна и тихо сказала: — Сядь нормально когда госпожа разговаривает. Тишина. Джун замер. А потом… медленно сел ровнее. Moon Velvet умер окончательно. Ханна в Мехах вскочила. — ДЖУН-МЕНЕДЖЕР, ТЫ ЖАЛКИЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ. А Лиса сидела с лицом человека, который: случайно призвал демона;и теперь не знает как отменить ритуал.