Глава семнадцатая

На улице капал маленький дождь, от милиционерского преследования мальчики укрылись в тёмном, узком переулке не самого благоприятного района, где как раз над головой висела небольшая, старая крыша из железа. Очень опасно объявляться и привлекать к себе внимание после случившегося, особенно, на рынке, если по словам милиционера у него на столе лежит заявление о продаже поддельных украшений, значит, кто-то из покупателей догадался об обмане, и ещё очень повезёт, если это малый процент от общего количества. "Мы долго бежали от огромного слона в милиционерском костюме. Он многое высказал нам в след, половину я не понял, а вот Роберт после этого подозрительно озадачился. Не знаю, как долго мы сможем прожить самостоятельно и как будем зарабатывать монеты. Тех денег с рынка достаточно минимум на три-четыре дня, с вот как быть дальше, пока неизвестно" — Что ты там всё разукрашиваешь?! А ну брось эту чушь! Мы должны думать о будущем! Как нам дальше деньги зарабатывать! А не об этих глупостях! — Роберт попытался отнять у друга найденную им недавно пустую тетрадку, но Саша намертво вцепился в края макулатуры цепкими когтями. — Я не отдам её! Это моё единственное сокровище! И вообще, во всём этом, ты виноват! — глаза гепарда словно покраснели. — Интересно, как именно?! — Как? Из-за тебя мадам Остерман выгнала нас, по твоей инициативе мы отправились в переулок найти "всякие безделушки" для продажи, из-за твоей глупой затеи об поддельных украшениях нас ищет милиция! Всё из-за тебя! — Я хоть что-то делать пытаюсь! Хоть как-то продержаться и прокормить себя и тебя! Раз ты такой немощный, раз ты "устал", то пожалуйста, возвращайся в приют! Там тебе и кашку погреют, и слюньки подотрут! — издевался Роберт, размахивая руками. Саша опустил голову. — Что делать-то будем? — Не знаю.... — тяжело вздохнул гепард, оперевшись на кирпичную стену здания, вытащив из кармана картонную коробку. — Что это? — Сигареты. Обменял у бездомного на рынке... — мальчик высунул из коробка́ небольшую продолговатую трубочку белого цвета, и зажжев другой конец старой зажигалкой, сунул в рот — хочешь? — бельчонок осторожно подошёл к нему протягивая ладонь. Саша в недоумении вдохнул в лёгкие резкий запах сигареты, после чего громко закашлял — ну что ты какой? — Они ужасны! Как ты это пробуешь? — воскликнул мальчик яростно потушив трубочку ногой. — Вырастешь — поймёшь — саркастично отмахнулся друг, выдухнув белоснежный дым из рта. Корнелия взволнованно перебирала пальцами подол своего любимого платья, в долгом ожидании предстоящей встречи с Дмитрием Рудольфовичем. Как и обещал, Антон наврал её родителям про "совместное путешествие", и чтобы те ничего не подозревали, он посадил принцессу в свою карету, и отвёз чуть дальше в глуш леса, где их должен встретить Дмитрий в компании воинов и прочих слуг. — Волнуетесь? — осторожно просил Антон, взглянув на каштанку. — Очень — покачала головой павлиниха, не отрываясь от окна — а что если мои родители узнают? Вам же тоже достанется.... — Вряд-ли, мой отец думает что вы уехали куда-то ровно на пять дней, а ваши родители считают, что мы вместе уехали, и таким образом, дабы не вызывать подозрений я на неделю отправлюсь в Америку по делам, чтобы уж точно всё обошлось — принцесса улыбнулась — только пожалуйста, будьте осторожны. — Как иначе? — добродушно усмехнулась Корнелия. Карета остановилась, Антон вышел первым осмотреть территорию, когда кроме царской кареты семейства Суворовых и соответстующих воинов на конях он никого не обнаружил, протянул руку своей принцессе помогая спуститься на землю. При видя лучезарной, безобидной улыбки лиса павлиниха тут же бросилась в его объятия, позабыв об Антоне, чьё выражение лица резко сменилось на более грустное от отчаяния. — Я так рада что вы целы после той ночи, извините, что не поблагодарила за ваш геройский поступок раньше — затораторила каштанка, тая в хитрых зелёных глазах. — Ну как я могу на вас сердиться? Для меня огромная честь и счастье, что вы согласились составить мне компанию даже после первого неудачного разговора — Дмитрий оставив след от губ на её миниатюрной руке — благодарю за помощь, Антон Маршалович, нам пора отправляться — пафасно взглянул на сына генерала принц, открывая дверь кареты перед своей спутницей.