Глава 3

      Каждый день в больнице проходил по одному и тому же расписанию: подъем, осмотр, завтрак, процедуры, свободное время, обед, осмотр, тихий час, словно в детском саду, снова процедуры, свободное время, ужин, осмотр и отбой. Время тянулось будто жевательная резинка, и Хэви казалось, что он находится здесь не четыре дня, а вечность. Ему разрешили гулять по больнице, выходить на улицу и, казалось бы, это отличная возможность повидаться с братом, которого не видел с момента аварии, но каждый раз подходя к палате, парнишка все никак не мог решиться войти. Он очень боялся увидеть Ди в таком состоянии, в таком ужасном, паршивом состоянии. Поэтому большую часть информации о брате Хэви узнавал от родителей. Те все ему рассказывали… И про стабильное, на данный момент, состояние, и про постепенно заживающие раны, а также рыжику сказали, что, возможно, хоть блондин и находится в коме, но он может все слышать. Данная новость немного подняла парнишке настроение, однако, несмотря на все хорошие новости, Хэви каждую чертову ночь тихо плакал и проклинал тот злополучный день.       Медленно, но верно приближался день выписки. И вот, наконец, он настал.       — Ну все, Хэви, сейчас твои родители подпишут кое-какие документы, и будешь свободен, — произнес врач, помогая парню застилать койку. — Ты рад?       — Ну как сказать, возможно, — неуверенно протянул рыжик. — Можно вас попросить кое о чем?       — Конечно.       — Заботьтесь о моем брате как можно лучше, — смотря глазами полными боли, но в то же время надежды, проговорил младший металлист.       Мужчина тяжело вздохнул и кивнул головой.       — Не волнуйся, мы будем стараться изо всех сил и поставим твоего братишку на ноги, обещаю, — улыбнулся седоволосый и потрепал рыжика по голове.       — Спасибо.       — Ну чего так долго, Хэви?! Мы тебя уже заждались! — в дверном проеме появилась Виктория.       — Иду, мам, — Хэви вышел из палаты. Пройдя пару метров, он остановился, — Мама? — Вики повернулась к сыну и внимательно посмотрела на него, — Ты иди, я скоро спущусь, хочу зайти кое-куда… — последнее он произнес почти шепотом, а глаза уставились в стенку. Зеленоглазая сразу поняла, о чем говорит ее ребенок. Она подошла к нему и нежно обняла.       — Хорошо, только не задерживайся сильно, — Вики потрепала ребенка по голове и направилась к выходу.       Хэви не спеша побрел в другое крыло больницы и, остановившись у нужной двери, долго стал всматриваться в ручку. «А что, если я сейчас зайду и он… Нет, Хэви, не вздумай так думать! Все будет хорошо! — в голову стали просачиваться самые плохие мысли, которые парень пытался выкинуть, — Так, соберись! Ты должен это сделать!». Наконец, собравшись с духом, парнишка взялся за ручку и открыл дверь.

***

      — Как думаешь, Глэм, Хэви справится? — обеспокоенно спросила Виктория у мужа.       — Ты хорошо знаешь его, Вики… Но, даже если что-то пойдет не так, у него есть мы, — блондин поцеловал жену, — Все будет хорошо.       Они стояли и смотрели куда-то в небо, размышляя обо всем, что произошло за этот период. И ведь никто из них не мог даже представить, что жизнь повернется к ним пятой точкой и подбросит такое говно. Страх потерять старшего сына, страх за моральное состояние младшего сына, страх будущего, все это свалилось огромным тяжелым камнем на их головы. Глэм и Виктория не имели ни малейшего представления о том, что им делать дальше.

***

      Хэви открыл дверь и нерешительно шагнул вперед. Дойдя до стула, что стоял рядом с койкой, он аккуратно присел, положив костыли на пол. Паренек очень сильно не хотел поднимать голову и смотреть на брата, но переборов себя и свой страх, он это сделал. Ди умиротворенно лежал на белой постели и практически сливался с ней. Его глаза были закрыты, к руке были присоединены катетер от капельницы и куча других, непонятных для Хэви, аппаратов, что поддерживали жизнь блондину.       — П-привет, Ди, — дрожащим голоском, начал говорить младший, — Я не уверен, но родители сказали, что ты можешь слышать, что тебе говорят, хех… Удивительно, не так ли? — мальчишка слегка улыбнулся, — А я всегда думал, что люди в коме вообще ничего не могут, — Хэви стал мять низ футболки, периодически поправлять волосы и закусывать губы. — Знаешь, меня выписали сегодня, вроде и радоваться надо, но, зная, что ты останешься здесь, как-то радость вся пропадает. Но, ты не переживай, я буду приезжать к тебе вместе с родителями… И дядю Чеса захватим, — с улыбкой на лице, говорил рыжик, хотя по щекам уже во всю катились слёзы, — Господи, будь ты сейчас в сознании, сказал бы, что я глупый и, что хватит мне уже ныть, — парень вытер слезы и вновь поправил волосы. — Я попросил врача заботиться о тебе как можно лучше, он пообещал, что все будет сделано идеально, так что будь уверен, скоро придешь в себя… Боже, да кого я обманываю, понятно же, что не скоро, а то и вообще никогда больше не откроешь глаза… — пронеслось в голове у Хэви. — Ди, извини, что так быстро тебя бросаю, но родители уже, наверное, заждались внизу, — он поднял костыли и поднялся с табуретки. — Если завтра будет время, то обязательно заеду, обещаю, — рыжик прошел к выходу. — Поправляйся скорее, прошу тебя, — произнес младший и аккуратно закрыл за собой дверь.

***

      — Хэви, все хорошо? — обеспокоено спросил Глэм.       — Пойдет.       — Что же, тогда поехали домой, а то еще жрать готовить, — сказала Виктория и села в такси.       Хэви и Глэм последовали за ней. Машина двинулась с места и направилась в сторону дома металлистов. Младший всю дорогу размышлял о брате и тихо всхлипывал, а после и вовсе уснул.       — Хэви, что хочешь на ужин? — спросила женщина, но в ответ услышала лишь молчание. — Хэви? — она повернула голову и увидела мирно спящего сына, голова которого покоилась у нее на плече. — Ясно… Эй, водила, сделай звук у своей тарахтелки потише, у меня ребенок спит!       Водитель убавил звук радио на минимум, и всю оставшуюся дорогу семья ехала в гробовой тишине.