Затравленная фея

Она не помнила, как оказалась на улице.  Окно позади взорвалось на тысячу осколков, и её мир рассыпался вместе с ним.  Кто-то закричал и упал, кто-то позвал её по имени. Она должна была позаботиться о посетителях, но вместо этого даже не успела как следует испугаться, просто застыла на месте – внутри что-то надломилось.  Холодная рука на её талии – когда Огрон успел оказаться так близко? Запах кожи и табака коснулся её носа. – Ты цела? – донеслось совсем рядом, над макушкой. Он прикрыл её своей спиной, быстро и ловко перепрыгнув через бар.  И она была цела и невредима – физически, но помотала головой, ведь все остальное не было в порядке. Её хрупкое сознание уже давно дало трещину.  За взрывом ничего не последовало, лишь давящая тишина и его дыхание у ее лица. Руки сминали край юбки, пока в голову медленно приходило осознание – это она сделала.  – Оставайтесь на местах, все под контролем! – послышался голос официантки.  Девушка сорвалась с места и побежала прочь. Ноги сами понесли ее подальше от других глаз, от вопросов, от этих странностей, что происходят не только в ее голове, теперь она понимала – они реальны.  Холодный морской воздух заполнил легкие, переполнил их, остался солью на языке. Остановившись на парковке, фея посмотрела на свои подрагивающие руки и наконец позволила себе всхлипнуть. – Рокси! – мужской голос донесся до неё словно из толщи воды. Она обернулась и посмотрела на Огрона так, как на самом деле все это время себя чувствовала. Взглядом затравленной феи, мучившейся от тревоги и постоянных сомнений, не верящей самой себе.  – Я не специально! – голос дрогнул, как у напакостившего ребенка, которого вот-вот наругают родители, шалость которого зашла слишком далеко и он сам этого испугался, – Почему это происходит?! Я думала, это все бред! Но я ведь не сумасшедшая!  – О чем ты говоришь? – маг уже догадался, что это не первый прецедент, осталось лишь узнать, что ещё пережила фея животных. А она вдруг замолчала, всматриваясь в расплывающийся в неоновых бликах силуэт, ища в нем его глаза, – Рокси? Мужчина медленно приблизился, как делал это раньше, словно крадущийся хищник. Но сейчас просто не желая спугнуть девушку.  – Я не понимаю, что со мной происходит, – только найдя опору в его ледяном взгляде, от которого раньше хотела спрятаться, она вновь заговорила, – думала, это все галлюцинации.  Было стыдно сознаваться, что её действительно напугали какая-то тупая занавеска и движущаяся сама по себе кружка, что отражение не поспевало за ней. Об этом хотелось рассказать в кабинете доктора, получить от него заключение с диагнозом и рецепт с лечением. Не хотелось признавать реальность, ведь это означало, что причина куда страшнее психологических – она была снаружи и представляла собой реальную угрозу.  Фея устремила взгляд в небо, упрямо не желая давать своим слезам скатиться вниз. Даже в этом действии была скрыта попытка отказаться от волшебной реальности, такой все ещё чужой и пугающей. Небо над парковкой было темнее черного, но луна подсвечивала край облака. Из приоткрытой двери доносились басы, отдавались вибрацией в ногах.  – Прекрати, ты не сумасшедшая, – твердо сказал Огрон. Его слегка колышущиеся волосы мелькали у неё перед глазами даже с высоко задранной головой, настолько высоким он был.  На мгновение ей захотелось замолчать и спрятаться… в его объятиях? Он поднял руку – она услышала это, почувствовала холодок у лица, и замерла. Но ладонь вдруг опустилась обратно, оставив после себя недосказанность.  – Ты ничего не знаешь, – получилось враждебнее, чем предполагалось, но останавливаться было уже поздно, – прошло четыре года. Вы ворвались в мою жизнь и перевернули её с ног на голову! И с тех пор я пытаюсь ужиться с новой реальностью, о которой не просила. Никто не спросил, нужна ли мне такая ответственность! Я не грезила быть феей, как Блум, мне нравилась моя абсолютно обычная жизнь! – Рокси выделила слово «обычная», только подчеркнув, насколько сильно изменилась её реальность. Огрон молчал, не сводя с неё глаз. Он мог обвинить её в том, что она сама отказалась от того, что, по всему видимому, так часто оплакивала, но решил дать ей выговориться. – А теперь ты вернулся, и все стало ещё сложнее… – Неужели? – маг не удержался от усмешки, – И что же, получается, ты жалеешь о своем выборе? Рокси поджала губы, но ответила честно. – Иногда. – временами она действительно думала, что совершила ошибку.  На самом деле, внутри девушки жило так много сомнений, которые было стыдно озвучить, но чем дольше они томились в ней, тем больше сжирали изнутри. Как можно о таком жалеть? Ведь они спасли так много жизней, ведь она вновь обрела маму. Как она смела? Но она смела… Неизвестно, сколько ещё продолжался бы их разговор, и сколько ещё наговорила фея, о чем потом бы жалела. Эту исповедь нарушил визг шин и рев мотора. Свет вдруг ударил со спины, очерчивая мужской силуэт, становясь все ярче. Рука мага схватила её за плечо, увлекая в сторону. Мир ускорился, закружился, превращаясь в полотно неразборчивых пятен. Рокси почувствовала резкую боль в локте, когда оба упали на неровный асфальт. Охотник вновь закрыл её собой, инстинктивно выставляя вторую руку, забывая о потере былой силы и смертельной для него угрозе.  – Огрон, нет! – осознание пришло слишком поздно, когда холодная сталь несущегося на них автомобиля коснулась его кожи, и тогда – тьма вырвалась наружу.  Черная, как сама ночь, она обрушилась ударной волной, сминая железо, отбрасывая машину в сторону. Она проехалась на боку ещё десяток метров, разбрасывая искры, прежде чем остановиться у проезжей части.  Все резко стихло. Огоньки все так же мигали – красный, синий, желтый. Они падали на асфальт, на то, что недавно было автомобилем, на его руки. И только потом до слуха начали доходить орущая сигнализация, снова крики, топот. Кто-то вызывал скорую и полицию.  Огрон стоял на коленях, тяжело дыша и все ещё сжимая её плечо. Все закончилось также быстро, как и случилось. Он чувствовал, как сила, высвободившаяся внезапным всплеском, сворачивается обратно под кожу, оставляя мерзкий привкус пустоты, словно её и не было.  – Ты в порядке? – голос девушки вытащил его из оцепенения, он повернулся к ней, видя в её глазах свое отражение – потрясенное, раздраженное. – А ты? – вопрос также остался без ответа.  Огрон помог ей встать, и она приняла помощь, задерживаясь в его руках дольше положенного. Её ладони лежали на его вздымающейся груди, не осознавая, как от этого он все быстрее успокаивается.  – Ты же говорил, что не можешь колдовать, – фея смотрела на него снизу вверх. Локоть саднил, но она не обращала внимание на боль. Зато чувствовала легкую вибрацию, исходящую от его ладоней.  – Я не врал. Рокси всматривалась в светлые глаза, ища ответы, но наталкивалась лишь на такую же растерянность. И кивнула.  – Я… – начала она. – Потом. – отрезал он, покачав головой, – Сначала полиция. Сирену уже было слышно откуда-то издалека.  Толпа из бара собралась вокруг места аварии. Водителя, чудом выжившего, грузили на носилках в карету скорой помощи. Он бредил и полиция сделала первичный вывод, что тот находился под действием каких-то веществ. Огрон отвечал на вопросы четко и коротко: «Увидел машину, оттолкнул девушку». Рокси подтвердила, в остальном отмалчиваясь, по виду находясь в состоянии шока. Больше свидетелей на парковке в момент происшествия не было, так что более задерживать их не имело смысла.  – Я поведу. – также твердо заявил маг, открывая девушке дверь у пассажирского сидения.  – Я могу вести, – сказала она, однако без нужной для того уверенности в голосе. – Рокси, – обращение прозвучало с легким нажимом, говорящим о том, что он не настроен на споры.  И фея сдалась, с тяжелым вздохом садясь на место. Дверь хлопнула. За окном заморосило, огни города отражались в лужах.  Мужчина завел двигатель, но не тронулся с места. Рука легла на рычаг коробки передач. Её – лежала на колене. Они не касались, но оба смотрели на это пространство между – на пару сантиметров, которые разделяли их пальцы.  – Хочешь, включим музыку? – вдруг спросил Огрон. – Нет. Давай просто помолчим.