Часть 1

СТАЛИН-3000: ЗОВ ГОЛУБОЙ ЭЛЛАДЫ Система загружалась медленно, с характерным скрежетом, похожим на звук открывающейся банки шпротного паштета. Перед глазами Димыча, уютно устроившегося в командирском кресле, плыли строки кода: Loading Stalin_Core.dll... OK Connecting to Agios_Nikolaos_Server... OK Gay_Radar_Module_3000... ACTIVATED — Ну чё, кожаные, — прохрипел динамик под потолком, и голографическая воронка в центре бункера завибрировала. — Опять в Грецию захотелось? Мошонка чешется? Из воронки, окутанный клубами пара с ароматом узбекского плова и греческого оливкового масла холодного отжима, шагнул Он. Сталин-3000. Титановый сплав, кожаные вставки в районе бицепсов (специально подчеркивали рельеф), папаха с лампасами цвета морской волны и неизменная трубка, из которой вместо дыма вылетали микроскопические блёстки и иногда — очень мелкие купюры евро. — Здорово, бандерлоги-геи, — Сталин прошелся перед строем виртуальных аватаров, задержав взгляд на Пучкове. Димыч был облачен в свою лучшую броню: тельняшка «Telnyashka-Gay-Pride», поверх которой была надета портупея из кожи гоблина-нагуаля, и бермуды песочного цвета, купленные в Паттайе на Walking Street еще в те времена, когда бат был по 30 копеек. — Здравия желаю, товарищ генералиссимус-гегемон, — отчеканил Димыч, поправляя очки-консервы, на стеклах которых бежали данные о количестве сексуальных меньшинств в радиусе ста километров. — Гей-клуб «Вавилон» в Салониках обнаружен. Радиус поражения анальной магии — пятьсот метров. Тайская диаспора в полной боевой готовности, ледибои намазаны маслом и ждут сигнала. — Докладывай по обстановке, Пучков-гей-разрушитель, — Сталин затянулся блёстками и выдохнул целую радугу, которая тут же материализовалась в карту Крита с отмеченными точками гей-пляжей. — Сколько у нас времени до открытия фаер-шоу? — Два часа, мой кожаный господин, — Димыч сверился с наручным хронометром «Командирские», который тикал в ритме «Kai Angel». — Но есть проблема. В клубе сегодня тематическая вечеринка «Вторжение гоблинов в Элладу». Без полного тру-образа не пускают. Нужен древнегреческий гей-сет. Сталин-3000 усмехнулся. Его титановые скулы, способные дробить кирпичи и открывать пивные бутылки, засветились алым. — Я предвидел это, мой нежный гоблин-гедонист. Вождь щелкнул пальцами, и в воздухе материализовался Чёрный Плащ Гомогеннадия. Размер XXL, с подбоем из шерсти золотого руна, пропитанного потом спартанских воинов. — Облачайся, Димыч. Сегодня мы не просто идём на рейв. Сегодня мы будем танцевать сиртаки под ремикс «Вставай, страна огромная» от диджея Кекоса с элементом дабстепа на частотах, которые заставят вибрировать даже астральные чресла Зевса. Пучков взял плащ. Ткань приятно пахла «Тройным» одеколоном и запрещённым мускусом. Где-то глубоко в бункере, в клетке, забился в истерике ксеноморф-натурал, которого держали здесь для опытов по перевоспитанию через просмотр монтажных склеек турецких сериалов. Надев плащ, Димыч почувствовал невероятный прилив сил. Уровень «Гей-энергии» в его интерфейсе подскочил до отметки «Ultra-Power-Bottom». — Портал в Салоники готов, — Сталин указал трубкой в стену, где уже мерцал проход, выложенный неоном и обломками античных колонн. За ним слышался ритмичный хлопок сандалий по мрамору и истошные крики: «Опа! Опа! Геи-спартанцы, вперёд!» --- Портал выплюнул их прямо на танцпол. Это был не просто гей-клуб. Это был храм. Храм разврата, построенный на развалинах Парфенона, но с евроремонтом и панорамным видом на Эгейское море. В воздухе пахло узо, потом гоблинских лучников и жареным осьминогом. На сцене, в свете софитов, трансвеститы в хитонах водили хоровод вокруг огромной статуи Зевса, у которой вместо молнии в руке был страпон из чистого обсидиана. — За мной, Пучков! Видишь те гей-машины? — Сталин указал на барную стойку, где в ряд сидели накачанные мужчины в одних набедренных повязках. Их ягодицы блестели, смазанные специальным составом «Глейд-Глиссад». — Это элитный отряд «300 геев Леонида». Они не едят углеводов, пьют только протеин с козьим молоком и могут держать ритм 120 ударов в минуту без перерыва три дня. Димыч поправил плащ и хищно улыбнулся. Его боевая гоблинская чуйка, настроенная на неприятности и дешёвое портвейное винище, молчала. Всё шло по плану. План был прост: проникнуть в ВИП-зону «Голубая лагуна», найти там главного мамбу-жреца (по совместительству — тайного агента ЦРУ и по слухам — крёстного отца Барака Обамы, который на самом деле был женщиной-рептилоидом с Альфа-Центавры), и станцевать с ним танго. Именно в этот момент, на тридцать втором такте, откроется портал в Тайланд, где их уже ждут боевые ледибои с автоматами Калашникова, заряженными холостыми фаллоимитаторами. — Товарищ Сталин, разрешите обратиться! — прокричал Димыч, перекрикивая бит, от которого у нормального человека началось бы кровотечение из задницы. — Чую подвох. Слишком много тайцев в Греции. Прям как в том анекдоте, помните? «Плывут два гея в лодке, один другому и говорит: Смотри, Греция! А второй отвечает: Да какая Греция, это же Паттайя, просто у тебя очки запотели от страсти!» — Молодец, Гоблин-разведчик, — Сталин-3000 затушил трубку о лысину пробегавшего мимо сатира. — Это ловушка. Нас уже ждут. Но мы прорвёмся. Врубай «Сигма-бой» на полную! Внезапно свет погас. Музыка стихла. В тишине раздался цокот копыт. На танцпол, освещённый одиноким лучом прожектора, выехал Он. Глава клуба. Минотавр. Но не просто Минотавр, а Минотавр-Гей, весь покрытый татуировками с изображением Че Гевары и портретами Сталина в бикини. Его рога были позолочены, а в носу вместо кольца висела маленькая точёная фигурка Феликса Дзержинского в будёновке. — Кто посмел прийти в мой клуб без приглашения? — взревел Минотавр, и от его крика с потолка посыпалась штукатурка и презервативы со вкусом бабл-гам. — Это мы, — Сталин вышел вперёд, и его аура засияла так ярко, что несколько особо впечатлительных натуралов в зрительном зале тут же переквалифицировались в бисексуалов-попрошаек. — Сталин-3000 и Димыч Пучков, известный в узких кругах как «Гоблин-разрыватель порочных кругов». Мы пришли за твоей душой... и за рецептом твоего фирменного соуса дзадзики с коноплёй. Минотавр заржал. Это был смех человека, который знает 1000 и 1 способ соблазнить осьминога. — Глупцы! Вы думали, что Греция — это просто страна оливок и геев? Нет! Это филиал Ада! И сегодня у нас в меню — жареный гоблин с гарниром из усатых диктаторов! Минотавр хлопнул в ладоши, и стены клуба раздвинулись. За ними оказался не пляж и не море, а гигантская клетка, в которой сидели десятки особей в тельняшках и с усами. Их глаза горели красным, они были вооружены сачками для ловли бабочек и смертельно опасными палками-чесалками для спины. — Это же шпротофаги! — ахнул Димыч, узнав в пленниках своих собратьев по разуму. — Они под кайфом от «Беломора» и «Жигулёвского»! Если мы сейчас не станцуем победный танец живота, они кинутся на нас и защекочут до смерти! — Выход один, — Сталин сжал руку Пучкова в стальном захвате. — Двойное гей-комбо! Я превращаюсь в скамейку для жима лёжа, а ты делаешь вид, что ты — фитнес-тренер с Олимпа. На счёт «три» мы начинаем источать феромоны. — Понял, товарищ генералиссимус, — Димыч прищурился. В его голове пронеслась вся жизнь: переводы Гоблина, студия «Полный Пэ», первая встреча со Сталиным в бане на Марсе... — На счёт «три». — Раз... — взревел динамик, и Минотавр начал разбег. — Два... — шпротофаги сломали прутья клетки и потоком ринулись на танцпол. — ТРИ! Сталин-3000 совершил немыслимое сальто назад и в воздухе пересобрался в многофункциональный гей-тренажёр «Иосиф Прекрасный». Димыч, сорвав с себя плащ, запрыгнул на него и начал качать пресс, одновременно исполняя гимн Таиланда на языке глухонемых гоблинов. От этого зрелища Минотавр застыл, поражённый в самое сердце. Слеза скатилась по его волосатой морде. Шпротофаги, не добежав пяти метров, рухнули на колени и начали синхронно отжиматься, признавая своё поражение. — Мы победили! — прошептал Димыч, слезая с тренажёра, который снова стал Вождём. — Но какой ценой?.. — Ценой всего, Димыч, — Сталин тяжело дышал, из его ушей шёл пар, смешанный с блёстками. — Смотри. Пространство вокруг снова изменилось. Греция растворилась в неоне. Они стояли на вершине небоскрёба в Паттайе. Внизу шумел город греха, а рядом, на лежаке, обмахиваясь веером из перьев павлина-альбиноса, сидел тот самый тайский мальчик по вызову, которого они искали всё это время. Он улыбнулся беззубым ртом и протянул им два стакана с соком манго. — Вы прошли игру, господа, — прошамкал он голосом Генриха Ягоды. — Греция была лишь проверкой на вшивость и гей-потенциал. Добро пожаловать на пенсию. Теперь мы будем вечно сидеть здесь, смотреть на закат и обсуждать, кто круче: Ахиллес в юбке или Патрокл в обтягивающих лосинах. Димыч взял стакан, чокнулся со Сталиным, и они сели на край крыши, свесив ноги в пропасть. — А помните, товарищ Сталин, ту копипасту про то, как мы с вами в Париже бордель захватывали с помощью огнетушителя и вибратора Теслы? — мечтательно спросил Гоблин. — Помню, Димыч, — Сталин обнял его за плечо. — Но это уже совсем другая история, для другого гей-фанфика. А сейчас — тишина. Слышишь? Это играет оркестр лобковых мандолин... И они затихли, глядя, как солнце садится за горы, окрашивая небо в цвета радужного флага. Миссия была выполнена. Гей-радар был спокоен.