останетесь после уроков, будьте добры

— А тот ему и говорит: «Как не стыдно, господин Шульц, клянчить у государства! Вы должны заботиться о себе сами! Идите и ищите работу!», - задыхаясь от смеха, прошелестел Рон. Гермиона засмеялась. Хоть ей и не нравились шутки Рона, которые, чаще всего, были аморальными, эта пришлась по душе. Её смех, немного хриплый (ведь сегодня она благополучно проспала и пару минут назад ворвалась в класс), зато очень звонкий, разлетелся по классу. В таком шуме невозможно было различить чей-то голос. Скрещенный урок со Слизерином вызывал бурю эмоций не только у гриффиндорцев, но и у самих представителей вышеупомянутого факультета. Однако смех девушки все услышали. Некоторые отвлеклись от своих разговоров и посмотрели на неё. Гермиона обратила внимание, что все кидают на неё заинтересованные взгляды. А особенно слизеринцы — удивлённые, с примесью ухмылки, даже в какой-то степени наглые. Казалось, лишь Блейз Забини оказался настолько равнодушным, что продолжил что-то писать черным пером на пергаменте (но даже его уголки губ приподнялись вверх в лёгкой усмешке). Интересно, зачем писать что-то, когда учитель ещё не пришел? Она, конечно, любила учится, но не до такой же степени. А потом она заметила, что пишет он не на чистом, предназначеном для урока пергаменте, а на обыкновенном. «—Не твое дело» сказала сама себе гриффиндорка. Гермиона удивилась: а в чём, собственно, дело? Неосознанно она пригладила свои пушистые волосы и поправила мантию. Она надела её наизнанку? Её волосы внезапно поменяли цвет? Она испачкала лицо? Почему все уставились на нее, будто она прошлась в нижнем белье по главному залу? — Что случилось? — прошептала вопрос девушка, поворачиваясь лицом к «гриффам». — Понятия не имею, — тем же шепотом сказал Рон, удивлённо разглядывая «змей». — Не обращай внимания, Гермиона. Хочу их треснуть, вот как они меня бесят, - прошептал в тон им Гарри. — Аналогично, - отозвались одновременно Рон и Герми, быстро покраснев. Гарри Поттеру эти взгляды сразу не понравились. Он хмуро посмотрел на Крэбба и Гойла, после — на остальных слизеринцев. Естественно, профессор Снейп любил совместные уроки. Он вообще любил делать всякие гадости, но только если это не касалось его факультета. Ходят слухи, что Северус очень жестоко наказывает своих подопечных, но, конечно, сами ученики это не подтверждали. И правильно, говорил Рон, тайна до того момента тайна, пока вокруг нее ходят предположения. Одного только не понимал Гарри. Что доставляет профессору больше удовольствия: смотреть, как разгневанные ученики чуть ли не дерутся и разнимать тех же учеников или назначать им наказание? Парень думал, что должен упасть метеорит, чтобы Северус пришёл на урок в здравом настроении, не накричав ни на кого. Ага, метеорит точно быстрее. В момент раздумий Гарри понимал, что через минут пять сам будет получать наказание от идиота-Снейпа. С другой стороны, что он может ему сделать? Минимум беседа, максимум — будет вычищать кубки. Делом займётся, вот тебе и плюсы. Зато за дело. Уж очень нагло Малфой смотрел на его лучшую подругу. Да и другие слизеринцы тоже. Видимо, ему просто нужен был повод кого-то хорошенько треснуть, а эти взгляды можно было спокойно проигнорировать. Гарри знал, что Гермиона вполне могла постоять за себя сама, но (после ситуации, когда она от нетерпения выкрикнула на уроке злосчастного профессора и получила отработки на, Мэрлин побери, три недели) не хотелось, чтобы она подставлялась ещё больше. Она чувствовала себя такой униженной, какой не чувствовала никогда. Гарри помнил, как успокаивал ее в тот вечер в гостиной. «– Останься, – попросила девушка, когда Поттер хотел уйти в свою комнату. Из её глаз покатились слезы. – Останься со мной до конца. – И даже после, – ответил он. – Навсегда.» А Малфой действительно смотрел. Бесстыдно, фирменной ухмылкой. Да, он не знал, что это Грейнджер-я-самая-умная-девушка-на-курсе-посмотрите-на-меня засмеялась так звонко, что отвлекла его от разговора с Паркинсон. А, впрочем, ему это было на руку. Девушка уж слишком надоедлива. Даже после недавней ссоры в общем зале, когда она оскорбила его и его семью и он влепил ей пощёчину со словами «Заслужила», она не отстала. Когда он впервые услышал этот смех, ему показался он ужасно красивым, завораживающим, слушать который хотелось вечно. Драко повернулся, чтобы найти обладательницу этого голоса глазами и, огромным усилием воли, не засмеялся. Все взгляды были направлены на неё, а сама Грейнджер выглядела, как заяц загнанный в угол стаей волков. Да, она была такой жалкой. Малфой перевёл взгляд на шрамоголового. По его взгляду было ясно, что он что-то задумал. Как Драко хотел наконец его проучить, увы, возможности не было. Хоть в чем-то они были похожи. — Что, Поттер, я настолько привлекателен? Или ты ради интереса решил прожечь в моей голове дырку своим взглядом? — произнёс Драко и его ухмылка стала настолько невыносимой, что даже Рон поморщился. Большинство учеников в классе затихло, прислушиваясь к начинающей набирать силу перепалке. — Заткнись, Малфой, — подала голос Гермиона. — Грейнджер? Кстати, не думал, что ты умеешь смеяться. Оценки ниже не станут из-за этого, м? Смотри, как ты нас удивила, — съязвил он под одобрительный хохот однокурсников. В эту секунду произошло несколько вещей: Гарри развернулся и заехал Малфою по скуле, второй же, в ответ, схватил его за плечи и они покатились по классу. Каждый из парней пытался подмять противника под себя, но силы, видимо, были равны. Послышался свист слизеринцев, охи и вздохи гриффиндорцев. Паркинсон встала со своего места, напряжённо следя за мальчиками. В классе стоял ошарашенный профессор, наблюдающий за этим представлением с самого начала и, наверно, думая, как их наказать. Гермиона, заметив Снегга попыталась объясниться, но сделала ужасную ошибку: — Мистер... Профессор Снейп… Гарри не виноват… Малфой сам... — но заметив испепеляющий взгляд Рона, замолчала. — Благодарю, мисс Грейнджер, за ваше оправдание со стороны мистера Поттера. Оно ему пригодится. Парни, услышав голос преподавателя, шарахнулись друг от друга, вставая и отходя каждый в свою сторону. Из носа Драко текла кровь, губа была разбита. — Мистер Забини, увидите мистера Малфоя в больничное крыло, — сухо приказал Снейп, проходя к своему столу. — Не стоит, профессор, всё в порядке, благодарю, — ответил блондин, поднимаясь с пола и вытирая кровь салфеткой, которую хранил в верхнем кармане мантии. Закончив, он выкинул её в мусорное ведро и сел за парту. — Отлично. Открываем страницу 374, начинаем читать. Мисс Грейнджер, мистер Малфой и мистер Поттер, задержитесь, пожалуйста, после занятия. И не смейте убегать, — строго приказал профессор. «Повезло тебе, шрамоголовый, что крёстный пришёл. Ты бы из этого класса не вышел. Минимум на носилках. Уж я бы шанса не упустил.» — мрачно изрёк Драко, косясь на Гермиону, которая успела стать цвета свеклы. *** — Урок уже должен был закончиться, - недовольно прошипел Рон, косясь на сидящего в тридцати сантиметрах от него Гойла и опирая голову на руки, ведь шея уже успела онеметь. — Прекрати что-то шептать себе под нос, Уизел, ты мешаешь, - спокойно сказал Гойл, записывая конспект под диктовку Снейпа. Рону на мгновение показалось, что парень вполне может вести себя адекватно, когда Малфоя нет рядом. — Заткнись, - огрызнулся Уизли и ему мгновенно стало стыдно. Грегори вполне сносно с ним общается, а он сам хамит на ровном месте. Рон понял, что писать что-то бесполезно, так как сбился он давно (Снейп диктовал настолько быстро, что нереально было написать что-то понятно и внятно. Рыжий понятия не имел, как пишут под эту бешеную диктовку другие). Оторвав голову от рук, он осмотрелся. Из-за ситуации с его лучшим другом и Малфоем, Снейп разгневался ещё больше. Ученики, даже слизеринцы, были уверены, будь его воля, он закидал бы многих авадой и нисколько не пожалел, уж настолько он был зол. Но Снейпу в голову пришла другая отвратительная идея: пересадить всех по принципу слизеринец-гриффиндорец, гриффиндорец-слизеринец (уж кто знает, что творится в его головушке, прокомментировал Гарри). Вышеупомянутого он посадил с Крэббом, опасаясь следующей драки между ним и крестником. Рона с Гойлом, Невиллу досталась Панси, которая постоянно шипела на соседа. Гвоздем программы стала парта, за которой сидели Малфой и Гермиона. Казалось, парню вообще плевать, с кем он сидит. Он равнодушно записывал конспект, изредка кидая взгляд на Забини, который сидел с Лавандой Браун и заинтересованный, внимательный - на профессора. Грейнджер трясло, как осиновый лист. Она была так близко к этому злосчастному хорьку лишь один раз: на третьем курсе, когда сломала ему нос. Но сейчас, спустя 2 года, она чувствовала себя совсем по-другому. Ей было страшно. Рон был готов сорваться к ней каждый раз, когда она кидала в его сторону жалостливый взгляд. — Не трясись ты так, грязнокровка, ты очень жалкая и никак меня не привлекаешь, - сказал Драко, когда ему надоело наблюдать за этим ужасным спектаклем. Гермиона проигнорировала его, попутно задумываясь, почему же так его боится. Хм, наверно, потому что на прошлой неделе он избил какого-то когтевранца, потому что тот слишком громко говорил и раздражал Драко? Или потому, что вчера он при всех дал пощёчину Паркинсон в Большом зале? Конечно, она никогда не нравилась Гермионе, но чтобы она не сделала, бить человека - уже самый верх. Гермиона до сих пор не понимала, как та общается с этим умалишённым хорьком. Подняв голову и отвлекаясь от раздумий, гриффиндорка увидела, что все смотрят на нее. «Дежавю...» - усмехнулась девушка и словила неодобрительный взгляд профессора. — Прошу прощения, вы что-то сказали? - выдохнула Герм, мысленно готовясь к худшему. — Мисс Грейнджер, Вам настолько неинтересно сидеть на моем уроке? Где Вы находитесь? Или Вам так вскружил голову тот факт, что Вы сидите с мистером Малфоем? — Проф... — Отлично, я сейчас вас опять пересажу, - тарахтел Северус, проходя вдоль класса и поправляя свою длинную мантию. - Мистер Долгопупс, одарите мистера Малфоя честью и сядьте с ним, на место мисс Грейнджер, которая отныне будет сидеть с мисс Парки... — Нет! - воскликнула Гермиона. Только не этот ужас! Она не любила Панси больше, чем, наверно, Малфоя. А сидеть с ней... Что может быть хуже?! — Прошу прощения? - нахмурился Снейп. Видимо, он не привык, что ему перечат. - Вы так не хотите расставаться с мистером Малфоем? Что же, Вам придется. Полюбуетесь им на перемене. Слизеринцы засмеялись, поддерживая своего наставника. Малфой же скривился. Ему явно не нравилось то представление, которое устроил Снейп. Конечно, Драко понял, почему Грейнджер не хочет пересаживаться. Панси глазом не моргнула бы и сжила грязнокровку со свету, даже на уроке. Да и выставила бы все в таком свете, что виновата была Грейнджер. — Профессор, мы можем продолжить урок? - скучающим голосом спросил парень. Ему это порядком надоело. Скорее бы зельеварение закончилось, он получит свое наказание на пару с Грейнджер и Поттером и поплетется в душ. Всё-таки, это последний урок сегодня. Да еще и пятница. Драко зажмурился, представляя, как проведет свои выходные. Уж Забини все устроит, можно не волноваться. — Ваше счастье, что урок закончен, - произнес Северус, - Все свободны, кроме мистера Малфоя, мистера Поттера и мисс Грейнджер. Гермиона поднялась со стола, попутно собирая свои вещи. Через секунду она словила вопросительный взгляд Рона и кивнула ему, пусть идёт. Они тут надолго. Гарри подошел к Гермионе и немного сжал ее ладонь. Почему-то от этого жеста девушке стало спокойнее. Малфой стоял и от скуки разглядывал помещение. Мрачное и унылое помещение, холодные стены, и потолок, деревянный ровный пол (хотя в некоторых местах он ужасно скрипел). В подземельях никогда не бывает даже намека на тепло, но здесь было как-то слишком холодно. Отдалённо этот класс напоминает кабинет Снейпа. Любой невнимательный слушатель подумает, что прежний светлый, просторный, хоть и обшарпанный, с длинными столами класс преобразился до неузнаваемости. И лишь немногие знают, что в Хогвартсе два кабинета зельеварения: один для 1-4 курсов, второй для старших. — Ну что же, - начал Снейп. - Я не буду говорить, какие вы безалаберные и безмозглые идиоты, что подрались в классе, полном учеников. Особенно это касается Вас, мистер Поттер. Драко победно усмехнулся. Конечно, дорогой крёстный... Он не накажет его. За что? Шрамоголовый сам начал драку, всего-то. Парень не виноват. — Я не буду говорить о том, какая Вы невыносимая всезнайка, мисс Грейнджер. Вы не то, что не даёте учится другим, но и смеете меня перебивать, перечить, насмехаться... — Держи свой поганый язык при себе, - злобно прошептал Гарри, в надежде, что его не услышат. Как жаль, что именно в этот момент Северус решил остановить свою безжалостную тираду. — Мистер Поттер, - проскрипел зубами Снейп. - Я снимаю с Гриффиндора сто очков, - в этот момент Гермиона ахнула, но никто не обратил на нее внимания, - И назначаю Вам наказание: Вы будете целый месяц выдраивать котлы после моих уроков. Особенно котел мистера Долгопупса. Гарри успел сто раз проклясть свой язык, три раза зарубить себя топором и шесть раз спрыгнуть с Астрономической башни. В голове, разумеется. Хотя сейчас ему очень хотелось сделать это вживую... — Также, я снимаю с Гриффиндора 50 очков за неподобающее проведение мисс Грейнджер на моем уроке, - на лице Снейпа застыла ухмылка, отдаленно напоминающая малфоевскую. Гермиона открыло было рот, чтобы возразить, по словила взгляд Гарри. Он умолял ее, лишь смотря, не говорить ничего. Девушка закрыла рот, чем напомнила Малфою рыбу. Он усмехнулся. О да, она такая жалкая... — Не улыбайтесь так, мистер Малфой. Вы тоже не обделены. Из-за того, что Вы тоже внесли неплохой вклад в драку, сегодня вечером Вы и мисс Грейнджер, - он обвел двоих взглядом, - Будете в подземельях помогать Филчу. Уж не знаю, как он вас помотает, но это определенно спустит вас на землю, - он говорил это обоим, но смотрел лишь на Гермиону. Девушка поежилась, - Надеюсь, Вы довольны компанией, мисс Грейнджер? У Вас будет уйма времени полюбоваться мистером Малфоем. Все для вас, все для вас... А теперь выметайтесь! Живо. Гермиона пулей вылетела из класса, чувствуя, как становится очень красной. На ее глаза наворачивались слезы, но добежать в гостиную нужно было, как жарким летом холодной воды. Необходимо. А особенно ей нужна была её подруга. Гарри вышел за ней, Драко последним, попутно закрывая дверь. Избранный остановился, чтобы что-то сказать Малфою, но тот опередил его. — Мэрлин, Поттер, не волнуйся ты так. И не трону я твою грязнокровку. Сдалась она мне. — Или пожалеешь, что вообще ножками двигать умеешь, - прошипел Гарри, напоминая яростную змею, несмотря на то, что Драко уже давно скрылся за углом.