Глава 1. Возвращение Сунь Фея

— Оставляем этих великанов на вас! — гаркнул Сакура, на ходу оборачиваясь к остальным бойцам Бофурин. — Нирэй, за мной! — Да, х-хорошо! — пискнул тот, едва поспевая за лидером. Они на полной скорости мчались по чужому, незнакомому и слишком шумному кварталу Банкоку-гай. Местные мелкие шестерки то и дело путались под ногами, пытаясь перегородить дорогу. Сакура действовал на автомате: одним точным ударом снес очередного противника, перепрыгнул через обмякшее тело и резко затормозил на повороте. — Да где же Суо?! — Нирэй тяжело дышал, его лицо побледнело от паники. — Может... он специально прячется от нас? — Заткнись и беги! — прикрикнул Сакура, сжав кулаки. — Мы найдем этого ублюдка! В одном из темных глухих тупиков Сакура резко остановился. Он заметил мальчишку, который яростно, до седьмого пота избивал старую боксерскую грушу. Взгляд пацана был абсолютно сосредоточен на тренировке. — Эй, мелкий! — тяжело дыша, окликнул его Сакура. — Здоро́во. Ты местный? Мальчик вздрогнул от неожиданности. Он остановил качающуюся грушу, вытер пот со лба и недоверчиво уставился на незнакомцев в форме Бофурин. — Чего вам надо? — буркнул он, насупившись. — Из какого вы вообще района? — Мне плевать на районы, — Сакура сделал угрожающий шаг вперед. — Я ищу одного урода. С повязкой на глазу и бесячей, довольной ухмылкой. Где он?! Мальчик внезапно замер. В его глазах на долю секунды пронесся чистый испуг, а кулаки сжались еще сильнее. Он попытался отвести взгляд в сторону, явно собираясь соврать: — Я... я не знаю, о ком вы. Тут таких нет. Сакура моментально считал эту дешевую ложь. Не раздумывая, он рванул вперед, схватил пацана за грудки куртки и резко приподнял над землей. — Не смей мне врать, шпана! — рявкнул Сакура прямо ему в лицо. — Я видел твой взгляд. Ты отлично его знаешь! — Сакура, стой! — Нирэй в панике замахал руками, готовый разрыдаться. — Он же просто ребенок! Не надо его бить! Сакура даже не повернулся в сторону Нирэя. Он лишь сильнее сжал пальцы, буравя мальчишку яростным взглядом, и зарычал ему прямо в лицо: — Говори, где Суо?! Мальчик задыхался, но, несмотря на сковавший его страх, упрямо пытался защитить своего кумира. Сквозь зубы он процедил: — Я не знаю никакого Суо!.. Но если вы про господина Сунь Фея... Я ничего вам не скажу! Он защищает этот город! Глаза Сакуры округлились от шока. Пальцы сами собой разжались, и хватка ослабла. — Сунь Фей...? — переспросил он, словно пробуя незнакомое слово на вкус. — Что это еще за имя..? Воспользовавшись его замешательством, мальчик вырвался, отскочил на пару шагов назад и яростно указал пальцем на возвышающееся в конце улицы высокое здание: — Да шел бы ты! Если ты такой смелый — иди и скажи ему это в лицо! Он там, на самом верхнем этаже! Но он сотрет тебя в порошок! Сакура медленно поднял голову, вглядываясь в серые окна высотки. Его губы напряженно сжались в тонкую линию. — Сунь Фей... — тихо, почти про себя произнес он. — Значит, вот как тебя тут зовут. — Сакура, что он сказал?! — Нирэй подбежал ближе, испуганно переводя взгляд с друга на здание. — Кто такой Сунь Фей?! Почему этот мальчик так его защищает?! Сакура ничего не ответил. На секунду застыв, он резко сорвался с места и на всей доступной скорости полетел к высотке. — Подожди меня-а-а! — в панике закричал Нирэй и бросился следом, едва успевая перебирать ногами. Они ворвались в здание, преодолевая пролет за пролетом. Тяжелое дыхание, топот кроссовок по бетонным ступеням — они поднимались на самый верхний этаж, не останавливаясь ни на секунду. Оказавшись перед массивной, тяжелой дверью, Сакура даже не подумал взяться за ручку. Он с размаху снес её точным ударом ноги. С петлями и треском дверь вылетела внутрь, и Сакура, как безумный, ворвался на огромный панорамный балкон. Там было тихо. В самом центре балкона, спиной к ним, стоял Суо. Он вел себя так, словно ничего не произошло — совершенно спокойно смотрел на раскинувшийся внизу город. Туда, где прямо сейчас остальные бойцы Бофурин отчаянно и насмерть бились с его людьми. Сакура тяжело дышал — и от бешеного бега по ступеням, и от глухой, разрывающей изнутри ярости. Он сделал шаг вперед, крепче сжимая кулаки. — Вот ты и здесь... урод. Ушел, даже не рассказав ничего! Что за херня тут происходит? Ты что, все это время врал нам? Зачем поступал в Бофурин, если на самом деле ты глава этих чертовых «Ред Чанпуру»?! — Суо!.. — только и смог тихо выдохнуть Нирэй. Суо — или теперь уже Сунь Фей — даже не обернулся на грохот выбитой двери. Его голос прозвучал пугающе холодно, но где-то на самом дне этой интонации пряталась глухая, разбитая грусть: — Зачем вы пришли? Только мешаете мирной жизни в моем городе. — Не уходи от вопросов, которые я тебе задал! — рявкнул Сакура, теряя остатки терпения. — Отвечай, что за херня?! Суо медленно, плавно повернулся к ним лицом. На его губах играла привычная легкая улыбка, но взгляд оставался абсолютно ледяным. — Хах, Сакура, ты все тот же дурачок… — тихо усмехнулся он. — Вам не хватает того, что вы уже узнали? Не нужно выпытывать из меня ответы. Мы не настолько близки, чтобы я рассказывал вам такие подробности о себе. Нирэй сделал шаг вперед. По его щекам покатились слезы, которые он даже не пытался вытереть. — Суо! Ты и в тот день говорил это! Ты правда... правда считаешь нас чужими?! — Голос Нирэя сорвался на крик. — Ты ведь защищал нас! Улыбался нам в лицо! Да ты... ты стал моим учителем!!!!! Разве ты считаешь, что учителя для своих учеников — чужие люди?! Ты ошибаешься! Суо замолчал. Его безупречная вежливая улыбка на долю секунды дрогнула. В груди болезненно, до физической судороги сжалось сердце. Он прекрасно понимал, как сильно сейчас ранит Нирэя, но эти жестокие слова были произнесены лишь ради одного — ради блага самого Нирэя. Суо слегка прикрыл здоровый глаз, возвращая на лицо привычную холодную маску безразличия. — Нирэй... — негромко произнес он, глядя на плачущего парня сверху вниз. — Я просто хотел узнать, получится ли у меня вырастить хорошего бойца из такой бездарности, как ты. И теперь мне удалось сделать окончательный вывод: ты остался все таким же ничтожным. Уходи. Слова повисли в звенящей тишине балкона. Сакура уже был готов броситься на друга с кулаками, как вдруг уцелевшая створка тяжелой дубовой двери медленно, со скрипом отворилась. На пороге стоял пожилой мужчина, облаченный в традиционную китайскую одежду. От всей его фигуры веяло невероятным, почти сокрушительным спокойствием, которое мгновенно заполнило все пространство вокруг. Увидев его, Суо замер. И в то же мгновение ледяная маска безразличия на его лице окончательно дала трещину. — У-учитель..? — голос Суо впервые за все время дрогнул, растеряв всю свою напускную уверенность. — Что вы здесь делаете? Пожилой мужчина сделал шаг вперед. Его голос прозвучал тихо, но удивительно твердо: — Разве я тебе не говорил, Сунь Фей... Находись там, где тебе комфортно. Это твоя жизнь, и ты вправе решать самостоятельно. Слова наставника попали в самую цель. Одинокий открытый глаз Суо мгновенно наполнился слезами. Резкий порыв ветра взметнул полы его одежды, словно подчеркивая бурю, которая сейчас бушевала у парня в душе. Суо судорожно сглотнул стоявший в горле ком и резко отвернулся от друзей, спрятав лицо в ладонях. Его плечи мелко, беззащитно задрожали — он больше не мог сдерживать слезы. Нирэй, увидев эту картину, в секунду забыл про все обидные слова, которые только что услышал. Сердце парня сжалось от жалости. Он сорвался с места и с громким плачем бросился вперед: — Суо-са-а-ан! Нирэй подлетел к нему и со всей силы обхватил руками, крепко обнимая и утыкаясь заплаканным лицом в чужое плечо. Суо замер, словно пораженный внезапным теплом этих искренних объятий. Он медленно, неуверенно опустил руку от лица. Сакура остался стоять чуть поодаль, глубоко засунув руки в карманы своей куртки. Он был искренне шокирован. Тот самый «идеальный», всегда спокойный и собранный Суо, который никогда не терял самообладания, сейчас плакал у них на глазах. Сакура смущенно отвел взгляд в сторону, пряча неловкость за привычным ворчанием: — Эй... Хватит уже реветь, оба. Сговорились, что ли? Он подошел ближе, на секунду замялся, а затем аккуратно, но ощутимо толкнул Суо кулаком в плечо: — Ты слышал, что дед сказал? И слышал, что там Умэмия внизу орёт, пока наши дерутся? Хватит строить из себя одинокого волка. Пошли вниз. Нас там вообще-то все ждут. Суо сквозь пелену слез посмотрел сначала на сердитое, вечно недовольное лицо Сакуры, а затем перевел взгляд на преданного Нирэя. Маска безразличия исчезла окончательно. На лице Суо впервые за долгое время появилась настоящая, живая и очень теплая улыбка. Он быстро вытер мокрые глаза рукавом формы и негромко выдохнул: — Да... Вы правы. Пойдёмте к остальным. Суо медленно подошел к краю балкона и наклонился над перилами, глядя на раскинувшуюся внизу площадь. Солнце било прямо в лицо, заставляя его мокрые от слез ресницы ярко блестеть на свету. Снизу, с залитой солнцем улицы, сотни глаз напряженно всматривались вверх, ловя каждое движение на высоте. И этот секундный, сверкнувший на солнце отблеск чужих слез произвел на толпу эффект разорвавшейся бомбы. — Э-эй... Вы это видите?! — Глаза Сугишиты округлились от искреннего шока. Он застыл на месте как вкопанный, указывая пальцем на балкон высотки. — Этот высокомерный Суо... У него что, глаза на мокром месте?! Да ладно! — Надо же, — Кирю тихо усмехнулся, приложив ладонь к козырьку и разглядывая силуэты парней наверху. — Наш идеальный принц всё-таки умеет плакать. Значит, он всё-таки человек, а не робот. Нирэй, держи его крепче, а то сбежит! Умэмия Хадзиме широко, во весь рот улыбнулся. Он набрал в легкие побольше воздуха, и его громогласный, раскатистый голос разнесся по всей улице, перекрывая любой шум: — Отлично сработано, парни! Хватит там сырость разводить, спускайтесь живее! Суо, мы ждем тебя! В то же мгновение толпа местных жителей и бойцов Бофурин внизу взорвалась оглушительным, победным криком. Все свистели, радостно орали и махали руками парням на балконе. Время тайн закончилось — Суо наконец-то был дома.