Часть 1

Чего стоит потеря? Ты не потерял какую-то вещь, ты лишился целой вселенной, что удерживала тебя наплаву и теперь ищешь ее глаза в каждом прохожем. Чего стоит мужество признать свою вину? Разочарования в ее глазах. Там, где раньше плескалась необъятная любовь и нежность, теперь простилался ледяной океан, обжигающий свои безразличием. Чего стоят кубки на полках в доме? Самого дорого, что было в его жизни. Ландо стоят посреди пустой квартиры, где раньше не смолкала тихая музыка и не выветривался запах свежей выпечки, сделанной ее руками, и жалел. Жалел, что не сдержался, жалел, что не остановил самого себя, жалел, что упустил шанс на счастье. Он проходил глазами по пустующим полкам гардероба и вспоминал, как они подолгу спорили, какую лучше кофту взять, чтобы смотреться гармонично. Взгляд его наткнулся на единственное, что осталось от Кристины – их совместное фото в чуть треснутой рамке и небольшое, тонкое кольцо.  Он хотел жениться на ней. Кристина Стейн когда-то была одноклассницей Ландо по школе, они даже жили недалеко друг от друга. Но как девушка она раскрылась для него лишь в старшей школе. После летних каникул, в которые он совсем не видел Крис из-за своих разъездов и отпуска ее семьи, встретив ее случайно среди школьных коридоров, Норис обомлел.  Привычный ему утенок, как он называл ее ласково из-за любви к желтой обуви, превратился в прекрасного лебедя. За отсутствие в городе ей успели снять брекеты и, видимо, свозить в салон, ведь привычный хвост или косы преобразовались в легкую волну по спине. Тогда в сердце Нориса что-то щелкнуло – это уже не привычная ему Крис, с которой он носился по парковкам и гонял мяч во дворе, это красивая девушка и имя ей Кристина Элиана Стейн.  Сколько же нервов и усилий стоило Ландо изменить ее взгляд на себя, бедный парень. Блондинка на первое его признание лишь заливисто рассмеялась. - Ландо, нас купали в одной ванной, какие отношения?  Первый отказ не показатель, нужно было всего лишь сменить стратегию. Он начал длинные разговоры со своей матерью, как лучше подойти к девушке, что лучше подарить и чем порадовать. Циска лишь тепло ему улыбалась, давно догадываясь, что детская дружба рано или поздно перерастет во что-то большее и надеялась на это, ведь мать девушки была ей давней подругой. - Если речь о Кристине, то тут я скажу тебе одно, - начала женщина, - Тебе нужно быть собой – не тем, что дергал ее за косу, чтобы добиться внимания – быть внимательным к ней, заботливым, приветливым и нежным. Она оттает рано или поздно. Вот увидишь.  Карьера гонщика давала о себе знать, Ландо пришлось оставить класс и место рядом со свей красавице, чтобы побеждать. Он старался держать связь с ней как мог, всеми силами компенсируя расстояние и отсутствие возможности видеться чаще. Однажды, когда парня подписали на Формулу-1, Кристина сама не выдержала и сказал ему по телефону. - Ты уже добился части того, чего хотел, когда будет второе приглашение на свидание?  В ее голосе, тогда по телефону, слышалось волнение, она сама не была уверена в том, о чем говорит. Какое свидание, девочка? Ты уже один раз ему отказала. А Ландо улыбался во весь рот, как хорошо, что она его тогда не видела. Он пригласил ее на Гран-При Великобритании в Сильверстоун, чтобы показать, чего смог уже добиться. К тому же на трассе шла гонка десятилетия: Макс сражался с Льюисом. Такое нельзя пропускать. Норис встретил ее восторженное лицо после гонки и не мог отвести взгляда. Кристина без умолку рассказывала о своих впечатлениях и не скупилась на комплименты в его адрес, а Ландо просто стоял и смотрел на любовь всей его жизни.  - Ты вообще слушаешь меня? – все же попыталась отрезвить его девушка. - Да, - кивнул он. - Что я сейчас сказала? - Да, - повторил он как болванчик. - Прекрасный ответ, - рассмеялась Стейн, утягивая его в сторону комнат, - Пошли, примешь душ, а то от тебя слегка несет.  Долгий разговор состоялся в этот же вечер за дальним столиком их любимого кафе, куда они бегали еще подростками, чтобы насладиться мороженым. - Ты из-за этого не поехал на вечеринку? – из далека начала блондинка, - Из-за мороженого? - Да. Я соскучился по этому месту, по вкусному пломбиру и по твоей компании, - перечислял он, загибая пальцы, - Без тебя ходить сюда смысла нет. - Отпугиваю твоих фанаток и ты можешь спокойно поесть? - Нет, - протянул он, - С тобой просто все это обретает скрытый смысл, настоящий. - И в чем же смысл? - В том, что все происходит так, как я говорил тебе еще в школе – мы будем вместе. Когда-нибудь я стану чемпионом мира, мы поженимся и нарожаем кучу маленьких Ландо и Кристин. - Дурак, - буркнула Стейн, утыкаясь в мороженое. - Я абсолютно серьезен, - в голосе парня появилось что-то такое далекое и родное, что сердце ее начинало трепетать, - Ты нравишься мне, Кристи, очень давно нравишься. Можно сказать, я люблю тебя и хочу быть с тобой вместе. - В прошлый раз я тебе отказала, с чего ты решил, что в этот раз я соглашусь? – девушка откинулась на спинку стула и внимательно еще раз рассмотрела его лицо. - Если откажешь, я попробую еще. Говорят, бог любит троицу. - Бог любит тебя, - произнесла она свою излюбленную фразу, - И я тебя люблю. - Чего? - Третьего раза не будет. Так в две тысячи двадцать первом году молодой гонщик Ландо Норис перестал быть свободным. Расстояние в только что зародившихся отношениях было мучительно, почти губительно, оттого гонщик настоял на переезде к нему в квартиру, где позже Кристина, или – как любил ее теперь называть Ландо – Кристи, наводила уют. Мужчине нужны острые углы, но не настолько, ему все равно нужна теплота и нежность любимых женских рук.  Они прожили друг с другом три прекрасных года и завели собаку, прежде чем он сделал предложение. Это была его первая победа в Формуле-1 с момента подписания контракта. Тогда, она стояла под подиумом и, плача, улыбалась. Его счастливые глаза были самой красивой и дорогой картиной мира. Ландо же видел только ее, ему так хотелось поцеловать ее сейчас.  Инженер вложил в его ладонь коробочку, что все это время хранил у себя, и кивнул. Лучше момента не придумать, а праздник стоит продлить. Норис бежал со всех ног, чтобы успеть к толпе и к самым любимым глазам на свете. - Кристи, - сорвал он кепку на бегу, передавая кому-то в руки, - Я люблю тебя, знаешь? - Знаю, - кивнула она, все еще утирая слезы радости за него. - И ты меня любишь, я это знаю, - он открыл коробочку и приклонил колено, - Будешь любить меня дальше? До конца? - Буду, - начала плакать девушка с новой силой, - Обязательно буду. Так эти двое связали свои жизни. Это стало началом конца. В две тысячи двадцать пятом году, пока Стейн завершала подготовку к свадьбе в коротком перерыве между гонками, Ландо веселился как мог – ему светил титул чемпиона мира. Вечеринки, спонсоры и, конечно же, девушки сменялись калейдоскопом между короткими звонками любимой и этапами. Казалось, что этот цирк двигается исключительно за ним и ради него. Но у всего есть своя цена. Одним обычным утром после победы Норис еле оторвал тяжелую от похмелья голову от подушки и тут же огляделся. Это был не его номер, да и вообще не отель. В спальне кроме него не было никого, однако он отчетливо слышал смутно знакомый голос из-за двери. Выйдя из спальни, он увидел девушку, что не даала ему прохода весь вечер, лишь бы урвать крупицы его внимание. - Доброе утро, милый, - ее голос неприятно резанул ухо. - Привет? А я.. Мы? Ты кто? – путался он в полупьяных мыслях. - Обидно, что ты не помнишь моего имени, после всего, что было вчера, - брюнетка надула губки и выглядело это так смешно, что гонщик чуть сам не рассмеялся, - У тебя кстати телефон звонил, какая-то Кристи. - Ты же не додумалась взять трубку? - А что такого? – непонимающе развела руками она, - Я сказала, что ты спишь. Черт, это утро, однозначно, войдет в список самых худших и даже возглавит его. Вылет оговорен через час, вещи из отеля заберут, но менеджер кричал на него так сильно впервые. Кристина не брала трубку. Это было страшнее всего.  Ландо звонил уже пятидесятый раз, но гудки так и не сменились на ее голос. Эта сучка явно сказала что-то еще, или Стейн сама догадалась. Конечно, она ведь не дура. Весь полет и дорогу до квартиры он провел как на иголках. Было страшно не успеть. А что бы он успел? Оправдаться? Солгать? Извиниться?  Кристина никогда его не простит. Лифт ехал катастрофически долго, быстрее было пешком. А вдруг они разминутся? Нет, будет ждать, с чемоданами девушка точно не побежит по лестнице. И гонщик оказался прав. Они столкнулись как раз в тот момент, когда Стейнвытаскивала последний чемодан. - Что ты делаешь? – обессиленно спросил он. - Освобождаю место, - бесцветно бросила она в ответ. - Место? Для чего? - Для кого, Ландо, - уточнила Кристи, - Для той девушки, что взяла трубку. Ты же был с ней, значит она теперь может приехать к тебе. - Давай поговорим, пожалуйста, - Норис подошел ближе и попытался рассмотреть в ее глазах то, что уже погибло. - О чем? Хочешь рассказать, как ты оказался у нее в постели? Хватит, ты достаточно меня унизил, - девушка вырвала свою руку из его хватки, - Третьего раза не будет, Ландо. Бог тебя любит. И я тебя любила. Ты сам все разрушил, дай мне хоть уйти с остатками гордости. Бог тебя любит. И я тебя люблю.  Она собрала остатки своего достоинства, своей гордости и любви к нему и ушла тихо как же, как появилась в его жизни. Если Бог его любит, почему он позволил потерять ее? Когда в конце Ландо поднимется на подиум в Абу-Даби и, наконец, получит свой титул чемпиона мира, его мир рухнет окончательно.  Кристину Стейн нашли этим вечером мертвой в ее же квартире.  Она покинула этот мир так же, как и его – тихо, с гордостью и достоинством – не справившись с болью от потери сначала любимого, а потом и матери. Ландо так и не посмел приехать к ней после похорон Оливии, так и не поддержал ее, теперь же винил себя. Ее глаза до конца его жизни будут преследовать его, а кольцо, что было оставлено ей в последнюю встречу, до самой смерти будет обжигать его душу грузом несдержанного слова. Какова была цена всего этого? Высокая.