Часть 53 микрофон

Глава 53 Первый микрофон Через неделю после покупки компьютера Рада исчезла. На целый день. Что само по себе было подозрительно. Очень подозрительно. Потому что обычно Рада не могла молчать дольше десяти минут. Поэтому, когда вечером дверь дома распахнулась, Мирослава уже была готова к неприятностям. И оказалась права. — Я купила его! Торжественно объявила Рада. — Что именно? — Будущее. Тишина. — Рада. — Хорошо. Не будущее. Она поставила на стол огромную коробку. — Тогда что? — Микрофон. Мирослава моргнула. — Зачем? Рада посмотрела на неё так, словно услышала самый глупый вопрос на свете. — Потому что ты собираешься стать певицей. — Я ещё ничего не решила. — Решила. — Нет. — Да. — Нет. — Да. Через пять минут спор закончился победой Рады. Как обычно. Потому что микрофон уже стоял посреди комнаты. Подключённый. Настроенный. Готовый к работе. — И что теперь? Спросила Мирослава. — Теперь пой. — Просто так? — Просто так. — Нет. — Да. Мирослава тяжело вздохнула. Она пела сотни лет. Для моря. Для себя. Для волн. Но никогда для техники. Это почему-то пугало сильнее. Очень сильно. Некоторое время она просто стояла перед микрофоном. Потом закрыла глаза. И начала петь. Тихо. Очень тихо. Старинную песню. Одну из первых. Ту, которую написала ещё после смерти Алексея. Песня была о море. О памяти. О человеке, который не вернулся домой. Комната наполнилась музыкой. Рада перестала двигаться. Перестала улыбаться. Перестала дышать. Просто слушала. Когда песня закончилась, в доме воцарилась тишина. Долгая. Очень долгая. Мирослава открыла глаза. — Всё? Рада молчала. — Рада? Молодая сирина медленно подняла голову. — Я знала, что ты хорошо поёшь. — Спасибо. — Нет. Ты не поняла. Тишина. — Я знала, что ты хорошо поёшь. Но не настолько. Мирослава нахмурилась. — Настолько что? Рада не ответила сразу. Потом тихо сказала: — Если люди это услышат, твоя жизнь закончится. — Что? — В хорошем смысле. Именно в этот момент из динамиков компьютера раздался голос. Голос Мирославы. Записанный. Сохранённый. Настоящий. Мирослава резко замерла. Потому что никогда раньше не слышала себя со стороны. Никогда. Сотни лет. И впервые услышала собственный голос. Тот самый голос, который достался ей от рода сирин. Голос, который одновременно был древним и молодым. Мягким и сильным. Печальным и красивым. Несколько минут она просто слушала запись. Снова. И снова. И снова. Потом неожиданно прошептала: — Так вот как я звучу. Впервые за всю жизнь. Она услышала саму себя. И где-то глубоко внутри окончательно поняла. Песни больше не принадлежат только морю. Теперь они могут жить отдельно от неё. Как когда-то жили голоса людей в старых записях. Поздно ночью Мирослава сидела на веранде. Перед ней шумело море. А в доме на столе лежала первая запись её голоса. Совсем маленький файл. Но именно с него начиналась история Сирин.