Часть 58 кто такая Сирин?

Глава 58 Кто такая Сирин? Через две недели после выхода второй песни интернет словно сошёл с ума. Сирин обсуждали всё чаще. Музыкальные форумы. Социальные сети. Небольшие новостные сайты. Вопрос везде был один и тот же. Кто такая Сирин? Но чем больше люди искали информацию, тем меньше находили. Никаких интервью. Никаких друзей. Никаких родственников. Никакого прошлого. Словно певица появилась из ниоткуда. Однажды утром Рада ворвалась в кабинет с ноутбуком. — У нас проблема. — Что случилось? — Нас хотят купить. Тишина. — Что? — Продюсеры. Она развернула экран. Писем оказалось много. Очень много. — Добрый день, Сирин. — Наша компания заинтересована в сотрудничестве. — Мы готовы обсудить контракт. — Хотим организовать запись альбома. — Предлагаем встречу. — Предлагаем сотрудничество. — Предлагаем эксклюзивный контракт. Письма шли одно за другим. Мирослава спокойно посмотрела на экран. Потом закрыла ноутбук. — Нет. — Что нет? — Всем отказать. Рада поперхнулась чаем. — Всем?! — Всем. — Но почему? Мирослава пожала плечами. — Потому что они хотят владеть песнями. Тишина. — А ты не хочешь? — Нет. Она подошла к окну. За стеклом шумело море. То самое море, которое слушало её сотни лет. — Эти песни принадлежат не компаниям. — Тогда кому? Мирослава улыбнулась. — Людям. В этот же вечер Рада отправила вежливые отказы. На следующий день писем стало ещё больше. А через неделю начали поступать предложения с суммами. Очень большими суммами. Настолько большими, что Рада несколько минут сидела молча. — Мирослава. — Что? — Люди готовы платить миллионы. — И? — За одну подпись. — Значит, очень хотят заработать больше. Рада тяжело вздохнула. Иногда спорить с Мирославой было невозможно. Поздно вечером они открыли очередную статью. Заголовок был коротким. «Самая загадочная певица России» Под заголовком находилась фотография Мирославы на берегу северного моря. Та самая первая фотография. Мирослава некоторое время смотрела на неё. А потом впервые почувствовала странное ощущение. Не страх. Не радость. Предчувствие. Потому что понимала: это только начало. Очень скоро её захотят увидеть. Не услышать. Увидеть. И тогда прятаться за фотографией уже не получится.