.

Очередной глоток чистого виски неприятно обжег горло, от чего парень недовольно сморщился и уткнулся носом в рукав худи, делая глубокий вдох. Время перевалило за полночь, но Чимин все так же оставался сидеть в гостиной, перекатывая длинными пальцами низкий стакан со спиртным. В этой атмосфере Чимин часто вспоминал совместные ночные посиделки за какой-нибудь недавно вышедшей компьютерной игрой. Она так мило надувала губы, когда не удавалось пройти сложный уровень с первого раза, и умоляюще смотрела на Пака, чтобы тот помог ей. Парень шутил и всячески издевался над девушкой, но, конечно же, с удовольствием брался выполнять любую просьбу его девочки. После все это плавно переходило в кровать, где он стойко выслушивал ее протяжные стоны и прерывистые вздыхания, чтобы не кончить раньше, хотя это было весьма трудно. От таких мыслей перед глазами все поплыло, а в штанах с геометрической прогрессией становилось тесно. Непослушные из-за алкоголя ладони сами потянулись к телефону, набрали номер и поместили устройство на уровне лица, предварительно поставив вызов на громкую связь. Спустя пару коротких гудков на том конце послышался сонный женский голос, который был не рад столь позднему звонку. У Чимина даже дыхание перехватило. Вся храбрость в миг поутихла, а ворох мыслей как будто ветром сдуло. — Чимин-а, какого черта? — не успокаивался голос в трубке, приобретая более возмущенные нотки и эхом раздаваясь по помещению. Она звала его так, пошло приоткрывая ротик и смотря своими горящими от похоти глазами прямо в его, когда он грубо втрахивал ее в постель пару недель назад. Затуманенный разум Чимина объявил тревогу, ведь после услышанного парень не мог и слова из себя выдавить. Только открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на сушу. Член уже был готов проделать дыру в районе ширинки, когда перед взором проявлялись сцены секса, который Пак вряд ли когда-то забудет. Не зная куда себя девать, парень просто сбросил и вымученно откинулся на спинку кресла, обхватывая широкой ладонью область паха. То, какое влияние она оказывала на него, было просто необъяснимо. Чимин не замечал ее раньше в коридорах и классах университета. Встреча была случайной. Пак пролил на новое платье девушки пунш, когда они праздновали день рождения Тэхена. Парень тогда минут двадцать провозился с ней в ванной комнате, чтобы отмыть стремительно растекающееся по ткани алое пятно, попутно осыпая тысячами извинений. Идиот. Позвонил в первом часу ночи, помолчал и сбросил. Теперь она точно никогда не захочет говорить с ним. Посчитает его больным маньяком, который трется около домов и заглядывает в окна, в надежде застать кого-то обнаженным. Но без одежды он хотел видеть только ее. Хотел невесомо касаться кончиками пальцев ее хрупкой фарфоровой кожи, прижиматься губами, облизывать, засасывать, кусать. Из сексуальных фантазий Чимина выбросил внезапно раздавшийся перезвон, который оповещал о входящем звонке. Как ошпаренный, он прижался ухом к динамику, когда бегло проскользил фалангой по зеленой кнопке, и с гортанным стоном буквально согнулся пополам от очередной волны жара внизу живота. — Ты мастурбируешь? — девушка была уже достаточно удивлена, ведь у Чимина от новой порции янтарной жидкости слетели тормоза. Ему никак не удается сдерживаться. — За кого ты меня принимаешь? — хрипло отозвался Пак, цепляясь пьяным языком за зубы, от чего слова получались менее разборчивыми. Господи, спаси и сохрани бедного парня. Если бы он действительно сейчас водил рукой по напряжённой плоти, то непременно обильно излился себе на живот, выкрикивая имя возлюбленной. В самых грязных мечтах Чимин воплотил бы все это в жизнь, заставил бы ее слушать, как ему приятно думать о ней, представлять ее в разных сумасшедших позициях, воспроизводить в памяти плавно скользящий член в истекающее смазкой, такое жаркое, тугое лоно. Это было лучше всякого порнофильма. Он всегда дрочил на нее по памяти. — Я хочу тебя, — выпалил на придыхании Пак, массируя ладонью возбужденный орган через джинсовую ткань. — Блять, ты бы только знала, как я хочу тебя сейчас. Ты бы с ума сошла, я тебе честно говорю. — Чимин-а… Крышу в который раз моментально снесло и пальцы совсем не слушались хозяина, с характерным звуком расстегнули молнию джинс и протолкнулись вовнутрь. Чимин понимал, что вряд ли смог бы сделать это так же превосходно, как она. Но была вероятность того, что парень точно не доживет до утра, если еще хоть раз она так сладко протянет буквы в его имени. — А теперь я мастурбирую, — констатировал факт Пак, с силой прикусывая нижнюю пухлую губу и плавно проводя пятерней по всей длине. — Скажи что-нибудь, милая. Заставь меня кончить. Это звучало так глупо. Он мог получить разрядку за несколько секунд без совершения каких-либо действий, ей стоило только посмотреть на него. В такие моменты она как бы невзначай касалась края своей блядски короткой юбки и приподнимала слегка помятую ткань, открывая вид на пышные бедра. Или зазывающе расставляли колени в стороны и давала Чимину возможность разглядеть какие на ней были сегодня трусики. Тогда корейцу хотелось перемахнуть через парты и уткнуться носом в такую восхитительную киску и ласкать языком мягкие складочки и податливый клитор, пока девичьи конечности не начали дрожать от оргазма. — Не молчи, малыш, — еле слышный шепот сорвался с приоткрытых губ, а движения рукой ускорились, так как на той стороне раздался сдавленный стон удовольствия. — Что ты делаешь сейчас? Сто процентов дается на то, что она также изнемогает от желания и хочет ощутить внутри себя мужскую силу в полной мере. Голова кружилась от мысли, что тонкие женские пальчики плавно движутся вокруг чувствительного бугорка и выбивают из вздымавшейся от сбитого дыхания груди звуки секса. — Я тоже трогаю себя, Чимин, — томный шепот в ответ заставляет молодого человека закатить глаза от волны наслаждения, когда смоченный в слюне большой палец задевает головку. — Не останавливайся, сладкая. Я хочу, чтобы мы закончили вместе. Спустя несколько минут нехитрых манипуляций под сексуальные аккорды любимой, Чимин почувствовал, как в нижней части живота стремительно закручивается узел, готовый вот-вот вытолкнуть вязкую семенную жидкость наружу. — Чимин-а, я так близко… Голос девушки сорвался на крик, а Пак больше не мог держаться здраво, поэтому просто позволил себе бурно и громко прооргазмировать, запрокидывая голову назад. Это было лучше всякого порнофильма. В голове Чимина навсегда отпечатается эта ночь среди всех других ночей, проведенных с ней. Он всегда дрочил на нее по памяти.