Часть 5. Диалоги.

В лаборатории, напоминающей своим изобилием книг библиотеку, за небольшим столом сидел главный учёный Архея. Возле него были разбросаны ещё свежие рукописи, написанные, судя по почерку, в большой спешке. Он разбирал последний текст, который мог бы содержать информацию о неизвестном вирусе. Отец науки резко встал со своего стула так, что тот с большим шумом опрокинулся назад. — Чёрт! Снова ничего! Нигде нет даже упоминания об этой заразе! — Тадмавриэль нервно проводил руками по переносице, стараясь, таким образом, отвлечься. Он точно не знал, сколько Тейрасса может протянуть на зельях, рецепт которых самолично разработал. Со стороны двери послышался скрип, а после в проёме с восторженным криком появился растрёпанный мальчик, спешивший рассказать что-то. — Папа! Я нашёл! Я нашёл того, кто знает, как можно спасти маму, — с пылающими глазами произнёс тот, пытаясь отдышаться. Учёный замер. На долю секунды его глаза расширились от удивления. Он медленно подошёл к сыну, поправляя свою рубашку. — Кто? — это было единственное, что он смог произнести. — Лололошка,— с нетерпением ответил тот.— странствующий доктор. — Бродячий лекарь, — он протяжно выдохнул. — Эграссель, я перерыл всё. ВСЁ и не нашел даже упоминания об этой болезни. Как какой-то бродяга может знать то, чего не нашёл даже я?... Иди в свою комнату, я занят. — Но папа, ему можно доверять! Вот, посмотри, он даже очки свои дал!— юный эльф протянул их— А ещё... — Эграссель, повторяю. Иди. В. Свою. Комнату, — неожиданно для мальчика перебил отец. Раньше он никогда не делал такого. — ... . Юноша тихонько закрыл дверь.

***

Густые леса внизу уже тонули в сумерках. На вершине утёса стоял Лололошка. Он искал последний ингредиент для зелья — резомиала, по-другому цветок жизни. Это растение можно встретить исключительно в скалистой местности, на самом открытом и высоком месте, из-за чего главная трудность заключается в том, чтобы забраться на возвышенность. День уже близился к концу. Солнце совсем скоро сядет, поэтому нужно ускориться. — Последний. Теперь можно возвращаться, — сорвав пару цветков, пробормотал мироходец. Похоже, сегодня он не будет спать. Выспаться Ло ещё успеет, да и тем более, сколько времени он провёл без сознания? Наверное, больше суток. Сил должно хватить. Полукровка сунул цветы в свою сумку, где находились остальные элементы, и стал спускаться обратно. Густые леса сменились равниной. Междумирец шёл по протоптанной тропе, ведущей в город. Путь освещали светлячки, кружившие вокруг полукровки. Он специально обмазал себя самодельной мазью, привлекающей их внимание. Вдруг его по дороге остановили трое существ, одетых в приличную, даже очень хорошую для разбойников одежду. На поясе у них виднелось оружие. Ворон со шрамом на лбу положил лапу на булаву. Человек рядом с ним (видимо, старший) жестом остановил его. Третий — орк, отстранённо сидел на корточках, не поднимая головы, и точил свой клинок. — Здравствуйте, господин, — ухмыльнулся главный. — Дадите денежек на пропитание? — Я не занимаюсь благотворительностью, — холодно ответил Лололошка. — А зря... Хорошее ведь дело-то, — с наигранной грустью ответил тот. — Мне, знаешь, наскучило насилие. Так что давай не будем заходить так далеко, и ты отдашь всё мирно. — У меня ничего нет. — Ай-яй-яй, ну вот что за упёртый! Хотел же как лучше! — Человек сделал пару шагов назад. — Парни, проводите его как следует. Орк приподнялся. Он оказался на голову выше Лололошки, массивнее и с виду сильнее. Разбойник, с ног до головы осмотрев мироходца, молча кивнул и встал в боевую стойку. Удар. Кулак, размером с голову, прошёлся со свистом в паре сантиметров от его лица. Междумирец держал глаза открытыми до последнего, а после увернулся, сделав вид, словно грабитель промазал. Сильный поток ветра прошёлся рядом с ним, растрепав и без того лохматые волосы. Разбойник застыл в недоумении. Он точно помнил, как его рука была направлена в нужном направлении. Как орк мог промахнуться? Далее преступник, посчитав это случайностью, начал бить снова и снова. Его удары сопровождались большой силой и тяжестью. Они с каждым разом становились всё более и более хаотичными, не такими уверенными, как раньше. Лололошка каждый раз уходил в сторону так плавно, словно его сдувало ветром. Наконец противник выдохся. Его нахмуренные, полные ярости глаза пристально наблюдали за противником. Он взял в руки клинок. — Воу-воу, полегче, приятель! Нам не нужны ещё бо́льшие проблемы с законом, — напряженно сказал человек. Однако орк уже не слушал своего командира. В его мыслях не было такого, чтобы он мог кому-то проиграть. Преступник, собрав все свои оставшиеся силы, совершил последний, решающий бросок. Междумирец мгновенно среагировал, когда орк направил на него клинок. Оружие с глухим ударом, как и его владелец, упало на холодную землю. Разбойника он сразу же вырубил одним, почти незаметным ударом, не давая ему даже шелохнуться. — Следующий, — с леденящим душу голосом потребовал Лололошка. После сказанного слова на него, прямо с неба, влетел разъярённый ворон, оголив свою булаву. Ло присел ниже, перекатился, и в следующее мгновение оружие уже валялось на земле, а сам ворон корчился от удара под дых. Движения мироходца были невидимы таким обычным существам, которые не бывали даже в самых маленьких битвах, из-за чего у них не было и шанса на победу перед таким, как он. — Дальше. Командир ошарашенно смотрел на действия "жертвы", не смея даже заикнуться, чтобы не напомнить о своём существовании. — Су... Сударь, может, по-мирному? — отступая, сказал главарь. С каждым шагом он оборачивался назад, видимо, пытаясь разработать путь отступления. Путник молча кинул в него нож, который забрал у орка, намертво приколов человека к дереву. — Тогда выворачивайте карманы. Живо. — Конечно, конечно. Сию же минуту. Тот, в свою очередь, начал поспешно выполнять приказ Лололошки, и уже к полуночи мироходец не только сумел сделать зелье, но и обогатился, заработав первые деньги (честно: они по своему желанию всё отдали).