Глава 16. Точка невозврата

      Она ехала в такси и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. За окном мелькали огни города, а в голове — одна мысль: «Я делаю это. Я действительно это делаю».       Адрес Ёсана она сохранила давно, на всякий случай. Сейчас он пригодился.       Дом оказался недалеко от центра, старая высотка с облупившейся краской на подъезде. Она поднялась на лифте, постучала. Дверь открылась почти сразу.       Он стоял на пороге в домашних штанах и футболке, волосы влажные, только из душа. Увидев её, улыбнулся — не насмешливо, а мягко, почти нежно.       — Заходи, — сказал он и взял за руку.       Внутри квартира оказалась такой, как он описывал: минимум мебели, но странные вещи — африканская маска на стене, стопка книг по философии на полу, сломанные часы на комоде. На стене висели стрелы, как декор.       — У тебя интересно, — сказала она.       — Не ври, — он усмехнулся. — Просто уютно по-моему.       Она стояла посреди комнаты, не зная, куда сесть. Он подошёл ближе, взял её за подбородок, заставил смотреть в глаза.       — Ты передумала?       — Нет, — выдохнула она.       — Тогда не бойся.       Он наклонился и поцеловал её. Не так, как под дождём — бережно, почти невесомо, а требовательно, с напором. Его рука скользнула по спине, притягивая к себе. Она ответила, запустила пальцы в его волосы.       — Ты пахнешь небом, — прошептал он, целуя её шею.       — Что? — не поняла она.       — Ничего, — он отстранился, взял её за руку и повёл в спальню.       Она заметила, как он зашёл в комнату и, не глядя, положил телефон на тумбочку экраном вниз. Через секунду он нажал кнопку беззвучного режима. У неё внутри ёкнуло.

***

      Они стояли у кровати. Он смотрел на неё так, будто видел впервые. Ёнсон не выдержала первой — потянулась к нему, прижалась всем телом, зарылась лицом в его шею. Пахло потом, чем-то горьковатым и сладким одновременно. Она хотела этого так долго, что сейчас тело не слушалось, дрожало от нетерпения.       — Не спеши, — сказал он, проведя пальцами по её спине. — У нас есть время.       — Нет, — прошептала она, — не останавливайся.       Он стащил с неё платье, она сама расстегнула его штаны. Кожа горела, мысли разбегались, остались только ощущения: его ладони на её бёдрах, его дыхание у виска, его голос, низкий, хриплый: «Ты моя».       Они упали на кровать, переплетённые, жадные до каждого касания. Он целовал её везде — плечи, грудь, живот, внутреннюю сторону бедра. Она выгибалась, впивалась ногтями в его спину, шептала, почти кричала: «Пожалуйста, скорее».       Он вошёл в неё резко, и она вскрикнула — от боли? от удовольствия? от того, что наконец-то свершилось? Всё смешалось. Он двигался медленно, потом быстрее, потом почти бешено, а она цеплялась за него, кусала его плечо, чтобы не закричать на весь дом. Её грудь подпрыгивала от его толчков, а кожа блестела от пота.       — Смотри на меня, — потребовал он, придерживая её лицо. — Не закрывай глаза.       Она смотрела. В его зрачках отражалась она сама — растрёпанная, красная, с прикушенной губой. И она поняла, что не хочет останавливаться. Никогда.       Кончили они почти одновременно — он со стоном, прижав её к себе, она — с тихим выдохом, слёзы навернулись на глаза от перенапряжения.       Они лежали лицом друг к другу, тяжело дыша, мокрые от пота. Он водил пальцем по её бедру, она — по его груди.       — Я сделала это, — прошептала она.       — Да, — ответил он. — И ты не пожалеешь.       Она закрыла глаза. Осознание пришло не сразу: обратной дороги нет.

***

      Он встал, принёс воды. Она пила и думала о Юнхо. Стыд должен был прийти, но вместо него — пустота. И странная лёгкость.       Пока она одевалась, он взял телефон, взглянул на экран.       — Сан писал, — сказал он. — «Ты куда опять пропал?» Я отвечу позже. Не хочу, чтобы меня беспокоили.       Она посмотрела на него. В его руке телефон засветился — ещё одно сообщение. Он не открыл, отложил.       — Ты часто пропадаешь? — спросила она.       — Раньше да. Сейчас реже.       Она понимала, что должна уйти, но не могла заставить себя встать с кровати. Ей хотелось провалиться в сон и не просыпаться.       — Останься, — сказал он, будто прочитав мысли.       — Не могу.       — Можешь. Юнхо подождёт.       — Ты не понимаешь, — она встала, натянула платье. — Я и так переступила все границы.       Он подошёл сзади, обнял за талию, прижался губами к её плечу.       — Ты переступила их, когда согласилась прийти.       Она вывернулась и пошла к двери. В коридоре обулась, не глядя на него.       — Ёнсон, — позвал он.       Она обернулась. Он стоял в проёме спальни, полураздетый, с растрёпанными волосами.       — Я не отпущу тебя, — сказал он. — Ты это знаешь.       Она ничего не ответила. Вышла, хлопнула дверью и спустилась на лифте вниз.       На улице её трясло. Она достала телефон, увидела пропущенные от Юнхо — три звонка и сообщение: «Ты где? Я волнуюсь». Она ответила: «У Ханы, скоро буду». И заплакала. Потому что знала: эту ложь уже ничем не исправить.       А в квартире наверху Ёсан взял телефон, прочитал сообщение от Сана: «Ты куда опять пропал? У тебя всё в порядке?» И написал: «Всё отлично. Я наконец-то получил то, что хотел».       Он улыбнулся, бросил телефон на кровать и закрыл глаза.